Глава 32. Мятеж

Мы стояли перед огромными двустворчатыми дверями главного тронного зала, и я чувствовала, как от напряжения у меня ноют рёбра.

Мой муж всем своим видом показывал, кто здесь истинный и непререкаемый владыка. Его рука сжимала мою талию так по-собственнически жёстко, словно он ждал, что меня прямо сейчас попытаются утащить неведомые враги. Спина прямая, будто он проглотил древко копья, подбородок высоко вздёрнут, а на лице застыло такое ледяное выражение, что стражники у дверей старались даже не дышать в нашу сторону.

Я прекрасно понимала, что на самом деле скрывается за этой внезапной показной свирепостью.

После недавнего случая с артефактом, когда самый жуткий Повелитель Тьмы всего Вальгора сидел на коврике возле моего туалета, жалобно держа меня за ручку и проникновенно признавался в любви, его внутренний мужик требовал срочной реабилитации. Кайрану было дико стыдно за свою уязвимость и щенячьи нежности. И теперь он изо всех сил доказывал мне, себе и всему миру какой он суровый опасный воин, не знающий слабостей.

Это было настолько мило, что я изо всех сил кусала губы изнутри, чтобы не начать улыбаться во все зубы прямо перед королевским приемом. 

– Ты мне сейчас талию сломаешь, – прошептала я, чуть скосив на него глаза.

– Терпи, – отрезал мой грозный супруг, даже не повернув головы.

– Кай, мы идём к твоему отцу, а не на штурм бандитского притона.

– Разница минимальна, – парировал он с каменным лицом.

– Ты просто пытаешься забыть о том, что вчера плакался мне в макушку.

– Я не плакался. Я стратегически оценивал риски потери союзника.

– О да. А фраза «Ари, не бросай меня, я буду мыть посуду» – это был дипломатический ультиматум?

На его жёстких скулах вспыхнул тёмный румянец, но челюсти сжались ещё сильнее. 

– Забудь об этом. Это был артефакт.

– Это было очаровательно, – шепнула я.

– Это было позорище, – прошипел он сквозь зубы. – И если ты кому-нибудь расскажешь…

Я изо всех сил постаралась не рассмеяться.

– То что? Убьешь меня своей Тьмой?

– Зацелую до смерти, – мрачно пообещал Кайран.

Я усмехнулась, но тут тяжёлые двери со скрипом распахнулись. 

Тронный зал ослепил нас светом тысяч свечей, и гудящая разряженная толпа аристократов мгновенно смолкла, стоило нам переступить порог. Мы вошли внутрь, и они начали поспешно расступаться, образуя широкий коридор. 

Кайран чеканил шаг, вдавливая каблуки сапог в мрамор с такой уверенностью, будто пришел забирать этот дворец за долги. Его Тьма, сытая и спокойная, даже не пыталась клубиться туманом, а блестящим чёрным шлейфом вилась у его ног, как идеально выдрессированный хищник на невидимом поводке.

Король сидел на возвышении, а по правую руку от него стоял Люциан в золотом камзоле. Мой бывший женишок выглядел самоуверенным и расслабленным, явно предвкушая, как Кайран в очередной раз сорвётся, а он сам предстанет в белом пальто спасителя нации.

Мы не стали дожидаться официальных представлений или церемонных расшаркиваний лорда-церемониймейстера. Кайран пёр напролом.

Подойдя к ступеням трона, мой муж резким, властным жестом остановил меня чуть позади себя, а сам шагнул вперёд. 

– Ваше Величество, – он нетерпеливо поклонился отцу. – Мы прибыли с докладом.

– Брат, это не заседание Малого Совета, – тут же встрял Люциан со своим бархатно-покровительственным тоном. – Сегодня праздник. Давай не будем утомлять отца твоими... проблемами.

– Мои проблемы касаются не только меня, – отрезал Кайран.

Он сунул руку за пазуху мундира, вытащил мерцающий в свете свечей кусок Сильванира и с громким стуком положил его на мраморный столик перед королем. А следом небрежно швырнул туда же плотно скрученный пергамент.

– Что это? – нахмурился король, переводя взгляд с камня на свиток.

– Это чистосердечное признание леди Клодии Лансер в государственной измене, покушении на убийство и подстрекательстве, – отчеканил Кайран достаточно громко, чтобы его услышал каждый лорд в этом зале.

Люциан дёрнулся так, словно его ударили. Вся его золотая спесь мгновенно испарилась, а лицо приобрело цвет несвежего творога.

– Это какая-то нелепая шутка? – нервно выдавил второй принц.

– Шутки закончились, когда ты решил использовать мою тёщу как поставщика ядов, – Кайран даже не смотрел на него, обращаясь только к отцу. – Там всё подробно расписано. От отравления королевы до вчерашней попытки подсунуть мне нестабильный артефакт. Документ заверен лордом Вирроу лично.

Король побледнел. Его старческие руки дрогнули, когда он сорвал печать и развернул свиток, а в зале повисла такая мёртвая тишина, что было слышно, как шуршит пергамент.

Люциан затравленно переводил лихорадочный взгляд с меня на старшего брата и хмурящегося короля. До него наконец-то дошло, что рычагов давления на Лансеров больше нет. Как и ручной марионетки Клодии. А главное – Кайран стоит перед всем двором спокойный как скала, полностью контролируя свою Тьму без единой капли чужой крови.

Его план, вынашиваемый годами, рухнул в одночасье. Но такие интриганы не сдаются просто так.

Люциан отчаянно попытался вернуть на лицо привычное выражение оскорбленной добродетели.

– Отец, неужели вы позволите свершиться этому фарсу? – его голос неприятно дрогнул, но он тут же взял себя в руки, вливая в слова всю свою привычную убедительность, словно обращался к неразумному ребёнку. – Это же откровенная подделка! Мой брат окончательно обезумел от своей Тьмы, если надеется, что вы поверите в эту грязную ложь, состряпанную лишь для того, чтобы очернить меня!

– Подлинный почерк Клодии и личная печать Верховного дознавателя – это, по-твоему, ложь? – холодно хмыкнул Кайран.

Слова больше не работали, и Люциан это понял. Маска спасителя нации соскользнула окончательно, обнажая хищный оскал. Он сделал быстрый шаг назад, пытаясь вывернуть ситуацию наизнанку и сыграть на страхах двора.

– Тьма отравила его разум! – выкрикнул он, лихорадочно обводя взглядом зал. – Стража! Защитите короля! Взять безумца!

– Довольно, Люциан! – рявкнул король, с трудом поднимаясь с трона. Его глаза налились кровью от гнева и горечи. – Стража! Взять второго принца под арест! Немедленно!

Но было поздно.

Загнанный в угол Люциан принял единственное доступное ему решение. Понимая, что его жизнь и планы на корону только что рассыпались прахом, интриган уступил место безжалостному мяснику. Он выхватил меч из ножен.

– Взять их! – истошно заорал он, подавая условный сигнал. – Убить Первого Принца! 

И зал взорвался.

Половина дворцовой стражи – те, кто был давно и щедро куплен золотом Люциана, – обнажили оружие против своих же товарищей по оружию. Из боковых дверей, сбивая с ног растерянных лакеев, хлынули наёмники, до этого прятавшиеся в ливреях слуг.

– Измена! – взревел командир королевской гвардии, бросаясь наперерез.

Началась настоящая кровавая мясорубка прямо на полированном скользком мраморе. Звон стали оглушал. Аристократы, ещё секунду назад чинно попивавшие напитки из своих бокалов, завизжали в унисон, и светские львицы в своих необъятных кринолинах с дикими криками ломанулись к выходам, сбивая друг друга с ног. Лорды давили своих же дам, теряя парики, достоинство и туфли.

Вся эта обезумевшая толпа сработала как лавина. Меня просто снесло её напором куда-то к стене. 

Кайран в этот момент блокировал выпад какого-то здоровенного наемника, рванувшего к королю, и я попыталась ухватиться за рукав мундира мужа, но чьё-то плотное плечо ударило меня в бок. А затем толпа буквально смыла меня в сторону, вклиниваясь между нами плотной живой стеной из визжащих тел.

– Арианна! – услышала я сквозь шум голос Кайрана.

– Я тут! – крикнула ему в ответ, но мой голос тут же потонул в общем оре.

Меня отбросило куда-то к массивным колоннам в центре зала. Я больно ударилась спиной о холодный камень, пытаясь перевести дух и увернуться от бегущего мимо графа, который чуть не снес мне голову локтем.

– Эй, полегче, идиот! – рявкнула я, поправляя съехавшее с плеча платье.

– Девчонку! Берите девчонку! – раздался хриплый бас совсем рядом.

Я резко обернулась. 

Трое наемников с перекошенными потными рожами пробирались сквозь поредевшую толпу прямо ко мне. Они явно смекнули, что жена Первого Принца – это идеальный заложник и единственный шанс выбраться из этой задницы живыми, и теперь оттесняли меня всё дальше к центру, прямо под огромную хрустальную люстру, нависающую над залом, как многотонное стеклянное облако.

– Ну идите сюда, уроды, – прошипела я и скользнула рукой в складки юбки. 

Пальцы привычно и уверенно легли на знакомую рукоять. 

Я выхватила подаренный Каем обсидиановый кинжал и встала в стойку, которой меня в юности от скуки учил старый конюх. Вряд ли я смогу завалить трёх вооруженных лбов, но пару новых дырок в них точно понаделаю.

Один из наёмников замахнулся, но вдруг над нашими головами раздался металлический скрежет.

Кто-то из гвардейцев, отбиваясь от мятежников на балконе второго яруса, случайно или намеренно рубанул мечом по толстой цепи, удерживающей центральную люстру. И цепь лопнула с оглушительным звоном.

Я вскинула голову.

Многотонная махина из кованого железа, тысяч свечей и хрусталя с жутким свистом летела вниз прямо на меня. Бежать было некуда. Сзади колонна, спереди наемники. Времени не было даже на то, чтобы закричать. Я просто зажмурилась.

Но удара не последовало.

Вместо этого меня с чудовищной силой впечатало в чью-то твёрдую горячую грудь, выбивая воздух. И по знакомому запаху я за долю секунды опознала в нём Кайрана, который, кажется, просто телепортировался, используя свою Тьму как таран. Краем глаза я успела заметить, как он буквально снёс наемников, разбросав их по залу, словно тряпичных кукол.

А в следующую долю секунды его магия взорвалась.

Раньше она казалась хаотичным всепожирающим туманом, но сейчас выглядела совсем иначе. Как непроницаемо-чёрная сфера. Купол концентрированной мощи сомкнулся прямо над нашими головами за крошечное мгновение до катастрофы.

БУХ!

Хрустальный монстр рухнул на нас с оглушительным грохотом и врезался в магический щит. В стороны брызнули миллионы смертоносных осколков, горячего воска и погнутого металла, накрывая наёмников вокруг и вбивая их в пол. 

А внутри нашей чёрной полупрозрачной сферы было тихо.

Кайран тяжело дышал, железными тисками сжимая моё тело. В чёрных глазах полыхало такое дикое пламя ярости, что мне стало жарко.

– Ты цела? – выдохнул он, лихорадочно ощупывая меня.

– Да, – пискнула я, всё ещё прижимая к себе кинжал.

– Испугалась?

– Не успела.

– Умница моя.

Внезапно его пальцы жёстко зарылись в мои волосы на затылке, и  Кайран впился в мои губы таким жадно-собственническим поцелуем, словно хотел выпить из меня душу. Его язык скользнул в мой рот, горячий, подчиняющий, заставляющий меня плавиться и отвечать ему с такой же дикой отдачей.

Он оторвался от меня, тяжело дыша.

– Стой здесь, – приказал он тоном, не терпящим ни малейшего  возражения. – И не смей выходить за щит.

– А ты? – я вцепилась в лацкан его мундира.

– А я сейчас закончу.

– Они же там...

– Они покойники. 

– Не убивай их всех, Кай, нам нужны свидетели для трибунала!

– Я постараюсь, – мрачно процедил он. 

Мой муж шагнул сквозь стенку сферы, оставляя меня внутри этого непробиваемого кокона. Сквозь полупрозрачную чёрную дымку я видела всё, что происходило в зале, словно через чёрное стекло.

И это было потрясающе.

Кайран даже не стал доставать свой клинок из ножен, а просто вышел в центр зала. И весь королевский двор, забившийся по углам и за колонны, в оцепенении наблюдал за тем, как «неуправляемый монстр», которым их пугали столько лет, вершит свой суд. 

Его Тьма превратилась в выдрессированное оружие в руках гениального палача. 

Чёрные жгуты магии выстреливали во все стороны, выбивая мечи из рук наемников и впечатывая предателей-гвардейцев в мраморные стены. Но случайным гостям или верной страже они не причиняли ни малейшего вреда. А сам Кайран двигался среди этого хаоса с грациозной элегантностью Бога Войны. Я залюбовалась им, до того он выглядел спокойным и всемогущим сейчас.

Он подошел к Люциану. 

Второй принц с перекошенным от ужаса лицом попытался неловко взмахнуть своим щегольским мечом, но Кайран даже не моргнул. Один взмах его руки – и плотный жгут Тьмы обвил запястья Люциана, выкручивая их до хруста. Люциан выронил оружие с жалобным вскриком, и вторая волна магии с силой ударила его под колени. 

Гулкий звук удара о мрамор разнёсся по затихшему залу. Люциан рухнул на колени прямо перед своим старшим братом.

– Ты не посмеешь, – прошипел Люциан, сплевывая кровь с разбитой губы, но в его глазах стояли слёзы паники. – Я королевской крови! Отец тебе не позволит!

– Посмотри на меня, – без выражения приказал Кайран.

– Ты чудовище!

– Отец сейчас ранен в плечо из-за твоей тупости, – Кайран склонил голову набок, брезгливо глядя на своего лживого брата сверху вниз. – А ты стоишь на коленях. И единственный, кто решает сейчас твою судьбу – это я.