Глава 4. Разбор полётов

Вот скажите, для каких таких целей у этого мужчины четырнадцать рубашек? Четырнадцать, мать вашу! А гладить всё богатство кому? Разумеется, жене.

Спору нет, в доме у Илоны «полный фарш». Для той же глажки есть целая система, включающая в себя ещё и мощный отпариватель. Но сколько бы техники ни было в помощь женщине, хлопоты всё равно изматывают. Вспоминаю Костика с его шестью классическими рубашками и делаю мысленную пометку не забыть похвалить при встрече. Потому что у меня не муж, а золото, и он не смущается периодически гладить вещи сам.

Заканчиваю с бельём мужа клиентки и с сомнением смотрю на все эти коробки. Пять штук, и это я не трогала общие вещи. Многовато как-то, да и на территории коттеджей нет заборов. Прикидываю и так, и эдак, и всё-таки решаю отправить всё родителям Александра. Ну а что? Уверена, их тоже стоит поставить в известность подвигов сыночка.

Едва успеваю оформить заказ на доставку, как телефон начинает вибрировать в моих руках. На экране значится лаконичная подпись «Папа». Хм… Вообще-то я собиралась позвонить родителям клиентки сама, но чуть позже. Но раз уж гора пришла к Магомету, не стану упускать такой шанс.

— Здравствуй, отец, — отвечаю, используя привычные интонации Илоны. И практически сразу ощущаю с той стороны поток негодования.

— Ты что там такое творишь? — проигнорировав приветствие, интересуется Лев Акимов. — Луиза пришла домой вся в слезах. Зачем было так пугать младшую сестру?

Бросаю взгляд на настенные часы — почти одиннадцать утра. Луиза что, пешком домой шла? Хотя скорее уж не слишком торопилась, предпочтя провести с любовником ночь.

— А твоя младшая дочь не сообщила, из-за чего конкретно я её так… напугала? — спрашиваю вкрадчиво, моментально убирая тон послушной дочери. — Ну так, к слову.

— Не дерзи в разговорах с отцом, — слышу строгий голос мужчины. — Произошло недоразумение. Александр её соблазнил, но больше такого не повторится.

— Не повторится соблазнение, или сам факт измены? — уточняю вкрадчиво. — Потому что по первому пункту ничего сказать не могу, а насчёт измен — тут да, больше у Александра не получится. Потому что я подаю на развод.

Пауза на той стороне длится секунд пять, и я заранее понимаю, что мне совершенно не понравится то, что услышу.

— Илона, не глупи, — уже спокойнее говорит отец клиентки. — Этот союз важен и Семёновым, и нам. Тебе, кстати, тоже. Не подумала, как будешь дальше жить?

Ну да, разумеется. Давайте попрекать девушку, что стала домохозяйкой, а не продолжила строить карьеру.

— О какой важности мы говорим, когда Александр решился не предательство?

— Не драматизируй. Никто не умер, ничего страшного не произошло. Мы поговорим с Сашей, больше он Луизу терроризировать не будет.

— Отец, ты хотя бы сам себя слышишь? — интересуюсь, поднимая голос. — Человек дал слово и не сдержал его. Мы никогда не договаривались о свободном браке, у нас должна была быть нормальная семья, в которой нет места изменам. Он же ушёл в загул не просто с какой-то левой бабой, а с моей младшей сестрой. И ты мне говоришь не драматизировать? Да как с ним вообще после этого можно вести дела?

— Илона, ты же всегда была рассудительной девочкой, — о, вот и шантаж с мягким давлением пошли в ход. — Не всегда такие вещи будут показательными, просто он ещё молод и горяч.

— Ну разумеется! Это же прекрасное оправдание любым поступкам — молодость и бурлящая кровь. Старшую сестру оприходовал, потом младшую… Пап, ну ты там тоже ходи и оглядывайся, на всякий случай. А то мало ли как взыграет горячая кровь зятька.

Дура. Ой, дура я, но мой язык было уже не остановить. Впрочем, люди обычно слушают мнение других только тогда, когда им это выгодно, а Льва Акимова доводы старшей дочери вообще не волновали.

— Так, — теперь в трубке звучат по-настоящему стальные интонации. — Кажется, ты совершенно отбилась от рук. Карточки твои я блокирую — подумай о своём поведении как следует. И чтобы сегодня же вечером пришла домой извиняться!

— Сегодня мне некогда — генеральную уборку провожу, — мысленно хмыкаю. Карточки он заблокирует! Нашёл чем напугать бывшего финансиста. У Илоны, между прочим, со студенческих времён есть собственная кубышка, о которой родители не в курсе. — Давай уже завтра, ближе к вечеру?

Кажется, на том конце крякнули от… не знаю, наверное «офигел» — самое подходящее слово. Раньше себе подобного тона старшая дочь не позволяла, и я решила свернуть разговор под шумок, пока отец клиентки не опомнился и не продолжил чтение нотаций.

Смотрю на потухший экран и слегка постукиваю уголком телефона по подбородку. Ещё вчера я всерьёз рассчитывала на помощь родителей Илоны, но теперь кажется, оттуда ждать её не стоит. Отцу развод и, соответственно, разрыв отношений с деловым партнёром, не выгоден — он уже поставил бизнес выше интересов дочери. Вполне возможно, и младшую-то дочку приплёл для красного словца, не особо печалясь о её судьбе любовницы женатого мужчины. Ну или это Луиза сама так вывернула ситуацию, хотя как можно провести матёрого бизнесмена? Мать, разумеется, поддержит супруга во всём, как это всегда и было. Поэтому теперь вся надежда на организованную ранее подушку безопасности Илоны и скорейшее устройство на работу. А там, глядишь, и раздел имущества подоспеет.

Мобильный пиликает оповещением, что курьер с грузовиком будет у меня уже через час. Делаю фотки коробок и отправляю их в чат с супругом клиентки. Просто чтобы он был в курсе. Но сообщение пока что не в прочитанных, и я решаю заняться другим вопросом.

Контакты с прошлой работы у Илоны оставались, правда с коллегами она почти не поддерживала связь — уж слишком разошлись пути. Но вот бывший начальник — дело другое. Строгого и ответственного мужчину наша клиентка очень уважала, а он ценил её, как ответственного работника. Так что ничего особо страшного не произойдёт, если побеспокоит его в середине выходного дня. В крайнем случае, тот просто не поднимет трубку.

На звонок мужчина ответил уже после третьего гудка.

— Акимова? — в голосе звучало удивление вперемешку с теплотой. — Хотя погоди, ты же сейчас под другой фамилией.

— Добрый день, Вадим Петрович, — здороваюсь вежливо, но пока ничего не уточняю. — Заранее прошу прощения, что беспокою в выходной.

— Да ну, какое беспокойство! — хмыкает мужчина. — На улице такая слякоть, что даже на рыбалку не съездишь и шашлыки не пожаришь. Рассказывай, как твои дела замужние? Или уже на крестины решила позвать?

— Нет, хотела бы спросить, не можете ли порекомендовать меня на работе.

На некоторое время в трубке слышится молчание. Натянутое, даже слегка тяжёлое.

— Разводишься, что ли? — поинтересовался бывший начальник Илоны, который был в курсе причины увольнения.

— Всё правильно поняли.

— Ясно, — и снова пауза, но немного короче. — Вообще-то место подходящее найдётся, но есть нюансы.

— Например?

— Как поступишь, если помиритесь с мужем?

Расшифровать этот вопрос много ума не надо: мужчина спрашивал, не решит ли она повторить прошлый опыт ещё раз, оставив фирму и проект, едва войдя в курс дела. Оставив, а то и подставив — два года назад полноценную замену такому специалисту они нашли с трудом.

— Вадим Петрович, если откровенно, то я и два года назад не хотела уходить. Просто таким было обязательное условие наших семей. Но вы ведь в курсе, что я не любительница дважды наступать на одни и те же грабли, и больше оставлять себя без источника дохода не хочу.

— Всё с тобой ясно, Акимова, — и вот я снова слышу в голосе улыбку. — Ладно, перезвони-ка ты мне завтра, часика в два или три. Возможно, что-то под твои запросы и найдётся.

Тепло прощаемся и мысленно ставлю галочку напротив этого пункта. Во всяком случае, начало положено, и я могу вознаградить себя чашечкой отличнейшего кофе!

Илона — та ещё фанатка кофеина. Я же больше по чаю, но раз тело хозяйки требует, иду варить напиток, а потом пить его, поглядывая в окошко на веранде в ожидании курьера. Тот же словно специально дождался пока закончу со своею порцией, и только после этого перед домом остановилась крытая Газель.

Хвала небесам, в век современных технологий можно уже не беспокоиться о заполнении бумажек. Молодой человек весьма резво грузит в кузов коробки и отбывает к месту назначения. А стоит машине завернуть на угол, как получаю сообщение на телефон.

«Илона, ты там что такое творишь?»

Надо же! Вроде бы и разные люди, а первая фраза в разговоре одинаковая что у отца, что у мужа. Интересно, чем это таким оказался занят Александр, раз вместо логичного звонка предпочёл отделаться текстом в мессенджер?

«Только что все твои вещи уехали со службой доставки на адрес твоих родителей»

«Совсем сдурела?!»

Хм…

«В чём я завтра на работу пойду?»

И это всё, что его интересует? Серьёзно?

«Что вытащишь из коробок, в том и пойдёшь. Там всё стираное и даже поглажено. Было.»

Минуты три ответ не приходит, и я за это время успеваю вернуться в дом и открыть ноутбук, потому что не хочу пропустить сообщение от адвоката. Выходной выходным, но денежек должно хотеться даже именитому юристу. Загружаю почту и действительно вижу письмо от нужного адресата. Мне назначено на завтра в первой половине дня, в офисе у Маслова. Ну или надо в ответном письме договориться о переносе времени. Понедельник так понедельник, меня всё устраивает.

Телефон вибрирует на столе — на этот раз Александр снизошёл до звонка.

— Илон, ты всё не так поняла, — без предисловия начинает мужчина. Вы только посмотрите, какой контраст с резким тоном сообщений! — Нам надо поговорить, притом в спокойной обстановке.

— Полностью с тобой согласна, — мягко отвечаю я. — Как насчёт… к примеру, завтра вечером? Давай встретимся в одном ресторанчике.

— Да, разумеется! — Александр моментально соглашается. В его глазах женщина, которая зовёт тебя в ресторан, уже готова обсуждать откупные. — Можно и сегодня, кстати.

— Нет, лучше завтра, — не отступаю, и супруг клиентки не рискует напирать. — Сегодня переночуешь у родителей, и мы поговорим. Я отправлю тебе адрес чуть-чуть позже.

— Договорились, детка.

Уже в который за сегодня раз смотрю на потухший экран. Что это вообще такое? Что за дичь творится в этой семейке? Вроде бы Илона была достаточно адекватной, чтобы не надевать «розовые очки», да и безумной влюблённости в их браке не было. Так почему же все два года она пребывала в уверенности, что всё у них с мужем нормально, и даже никаких подозрительных звоночков не почувствовала?

Я отправляюсь на кухню, готовить. Надо как следует поковыряться в памяти клиентки, припоминая всё, что только можно. Если не разберусь в причинах этих метаморфоз, то попросту не смогу считать свою работы выполненной. И методичное нарезание ингредиентов для овощного рагу будет отличным аккомпанементом этих размышлений.

Снимаю кожицу с моркови и баклажанов, припоминая первое официальное знакомство Илоны и Александра в качестве будущих супругов. Тишина. Свидания перед свадьбой? Тоже никаких зацепок. Кабачки отправляются в кастрюлю, когда я пытаюсь проанализировать события медового месяца, но и там пусто. Кажется, Александр каким был, таким и оставался ровно до момента, пока его не поймали с поличным в номере базы отдыха. А значит причина не в Илоне вовсе, тут что-то намного глубже и серьёзней.

Устанавливала таймер я как раз в тот момент, когда в очередной за сегодняшний день раз зазвонил телефон хозяйки этого тела. Подзарядиться его что ли поставить…

На этот раз клиентке звонит свекровь, а значит посылочку в доме Семёновых-старших получили.

— Я ещё во время помолвки понимала, что что-то с тобой не так, — без предисловий начала ворчать женщина. — Но даже мысли не могла допустить, что ты окажешься… такая!

Это «такая» звучало, словно самое грязное оскорбление. И ещё только начинавшая формироваться днём задумка превратилась во вполне осознанную идею.

— Мария Сергеевна, вам кажется не терпится высказать мне все свои претензии, — с улыбкой в голосе отмечаю я. — Как насчёт того, чтобы встретиться завтра вечером?

— Видеть твою физиономию в своём доме не желаю!

— Вот и отличненько! Тогда я вышлю адрес и время для встречи, приходите в ресторан вместе с супругом. Буду ждать с нетерпением.

Ещё с каким нетерпением, вы даже себе не представляете. Теперь осталось только вкусно поужинать, а потом подыскать по сайтам подходящее место, в котором бы уместилась вся эта орава. Притом достаточно приватное местечко, ведь я всерьёз настроилось на интересное шоу.