Глава 12

— Ты остался последний, Тезарий. Идём со мной, — сказал я, появившись в той же пещере, где и оставил наследника.

Тезарий молча встал с камня и проследовал за мной в портал.

— Вопросы по поводу меня сразу отложи в сторону, они не имеют значения. Я готов ответить на вопросы, касающиеся твоего будущего, прошлого, но только твоего собственного. Я должен у тебя спросить обязательный вопрос. Ты хочешь увидеть своё будущее?

— Нет, я не хочу раньше времени радоваться или расстраиваться. Может, у меня вообще нет никакого будущего.

— Будущее зависит от тебя самого, каждый сам вершитель своей судьбы.

— Красиво говоришь, только сделать правильный выбор бывает очень непросто, — сказал Тезарий, задумчиво разглядывая скользящие под туманной дымкой озера голубые искры.

— Правильного или неправильного, верного или ошибочного выбора не бывает. Выбор безлик, он не имеет окраса. Это мы — мыслящие существа, любим одевать эмоциональные одежды на обычные явления. Раньше я, как и сейчас ты, не понимал этого, не видел сути. Зато теперь, я могу понять то, о чем раньше мог лишь догадываться или предполагать.

— Каково тебе жить с этим знанием?

— Пока не понял, стараюсь принимать как данность и не зацикливаться на этом. Но речь сейчас не обо мне. Ты можешь задать вопросы, касающиеся себя, — ответил я, не отводя пристального взгляда от Тезария.

— Ответь мне, Видящий, Лив хоть немного любила меня?

— Нет, она тебя не любила и не могла бы этого сделать, даже если бы осталась жива.

— Но почему? — повысил голос он почти до крика.

— Ты предполагал, что та странная одежда, в которой появилась Лив на Циании принадлежала служанке, но ты заблуждался. Все заблуждались. Ливерия была послушницей при монастыре, она стала невестой своего, земного Бога, поэтому и не могла стать невестой тебе. Её сердце было заполнено Богом до краёв, в нём не было место для иной любви, не было места для тебя.

— Если всё именно так, как ты говоришь, то тогда почему моя лиана выбрала эту девушку?

— Лианы не признают больше никаких Богов, кроме богов Циании, они при своём выборе не обращают на данный факт никакого внимания, не считая его существенной помехой.

— Выходит, как бы я не старался всё равно не смог бы завоевать Лив?

— Завоевать — нет, но улучшить отношения — да.

— Как я это мог сделать?

— Дать ей то, чего она так хотела.

— Свободу?

— Именно. Пойди ты ей на уступки, она перестала бы считать тебя лютым врагом.

— Тогда бы я её навечно потерял.

— Зато она бы осталась жива и смогла прожить свою жизнь так, как хотела. Для тебя было нужнее собственное благополучие, чем счастье тиали, но почему ты считал, что твоя спокойная жизнь важнее сломанной жизни Лив? Где грань определения важности той или иной жизни? Как определить, чья жизнь больше стоит — её или твоя? Я не решусь судить, зная, что перед творцами мы все одинаковы, для них нет более значимых, по сравнению с другими жизней, для них мы все равны.

— Но так было всегда. Испокон веков девушек забирали с Земли, и никто не задумывался о том, что мы ломаем им жизнь.

— А стоило. Люди живые разумные существа, которые тоже имеют право выбора, которого вы по своей прихоти их лишаете.

— Я понял тебя, Видящий, я сделал выводы.

— Ты хочешь узнать что-то ещё?

— Полюбит ли меня Оливия?

— Ты ей нравишься, её сердце свободно, а остальное, повторюсь, зависит только от тебя. Меня больше интересует, сможешь ли ты её полюбить. Сможешь ли ты любить живую Оливию, а не мёртвую Лив. Запомни, Оливия совершенно другая, кроме внешности твоей первой тиали, от Лив в ней больше ничего нет. Сможешь ли ты забыть Лив и не сравнивать каждый раз её с Оливией?

Тезарий бросил на меня быстрый взгляд, полный недоумения.

— И это для меня не секрет.

— Впервые увидев Оливию, моя любовь, живущая долгие годы в сердце возродилась, заставляя меня начать дышать полной грудью и желать жить. Я вспомнил это забытое ощущение, когда хочется жить, дышать, мечтать, когда есть ради чего жить, понимаешь?

— Понимаю, но в тебе возродилась любовь к Лив. Вспомни, за что ты её любил, что тебя в ней привлекало?

— Глаза, волосы, тонкие руки, хрупкость и беззащитность, мне хотелось её сжимать в объятиях и ограждать от любой опасности.

— Ты даже не знаешь, что твоя тиали любила, какие занятия ей нравились, какие качества в других она ненавидела. Иными словами ты любил её физическую оболочку, не обращая внимание на наполнение, но ты собирался жить с человеком, а не с пустой безвольной куклой. Как можно связать жизнь с незнакомцем, когда не знаешь, что в любой момент от него можно ожидать?

— Я настолько был ослеплён своей страстью и желаниями, что подобная мысль даже не приходила ко мне в голову.

— Тебе есть над чем подумать.

— Точнее не скажешь.

— Время твоё вышло, пора отправляться назад. И расскажи моей семье обо мне.

— Обязательно. Спасибо тебе, Видящий.

— Прощай, Тезарий. Береги свою тиали.

Окно портала закрылось, оставляя меня в одиночестве. Так странно и необычно видеть существ, к которым совсем недавно испытывал чувства и желания, и не ощущать ничего кроме долга Видящего.

— Ну, наконец-то все ушли, — потянувшись мурлыкнула наяда, появившись из глубины озера, — не люблю, когда слишком много народа.

— Может, я тоже лишний?

— Нет, мой дорогой, как ты мог такое подумать, — она гибкой лианой обвилась вокруг меня, охлаждая кожу своим туманом, — тебе я рада всегда.

— Весьма рад, — равнодушно сказал я, пытаясь её отодвинуть от себя, но руки мои предсказуемо проходили сквозь полупрозрачное тело, так полюбившегося ей образа Оливии, — только ты мне мешаешь работать.

— Мне ску-у-у-у-у-у-у-у-чно, — заныла наяда, уменьшаясь в размерах и представая передо мной уже маленькой девочкой.

— Я не виноват, что твоя основная задача охранять озеро Снов и не виноват, что охранять его, по сути, не от кого.

— Разве я тебя в чём-то обвиняла? — удивлённо спросила наяда, отлепляясь от моего тела, — мне хочется с тобой пообщаться, развеяться.

— Ты прекрасно знаешь, у меня работы непочатый край и всё равно пристаёшь со своими глупостями.

— Это не глупости! — попыталась топнуть ножкой она.

— Пусть так, не хочу с тобой спорить, — отмахнулся я, склоняясь над озером и начиная открывать портал.

***

Земли клана Скальных троллей. Деливер из клана Скальных троллей

Портал перенёс меня прямо к что-то жующему Жанеру. При моём появлении он приподнялся округлив свои и без того большие глаза и с набитым ртом выпалил:

— Как? Почему? Где?

— Остальные скоро прибудут. Перешла порталом. Так захотел Видящий.

Жанер шумно проглотил и уселся обратно на своё место, а я приготовилась рассказывать в подробностях о произошедшем. Муж слушал меня внимательно и не перебивал, пришлось опустить момент, когда мы с Лекасом чуть не погибли от зубов стронгов.

— Вот собственно и всё, — закончила я, переводя дыхание.

— Кто бы мог подумать, что Родэн окажется таким полезным, а главное вовремя появившимся нимфом.

— На всё воля Богини, наши молитвы были услышаны.

— Только как он мог стать Видящим при наличии тиали?

— Никак не мог, значит, у него нет тиали.

— Но как же Оливия?

— Мы точно не знаем, его ли она тиали. Я не припомню, чтобы Родэн хоть раз упомянул, что Оливия его тиали.

— Действительно, он не отрицал, но и не соглашался с моим предположением. Кто же тогда на самом деле жених нашей девочки?

— Было у меня одно предположение, что им мог оказаться Тезарий, но он самой Оливии говорил, что тиали у него есть.

— А кто его тиали он не говорил, не называл её имени?

— Нет, — ответила я.

— Не нравится мне всё это, как-то они мутят воду своими недоговорками и недомолвками. Чтобы добиться правды мне придётся спросить наследника нимфов напрямую, пусть это несколько и не этично.

— Это будет самым лучшим вариантом, — согласилась с мужем я.

— Я ждал твоего возвращения, чтобы поговорить об одном весьма щекотливом и важном деле.

Я несколько напряглась, вспомнив слова Видящего, но как можно ровнее сказала:

— Говори, я тебя внимательно слушаю.

— Долго я думал над тем как постараться уберечь Оливию от своеволия нимфов. Ты же знаешь, что они могут её просто запереть на Циании, не отпустив на Землю, как это произошло с сотнями женщин, попавших в их руки. Ничего лучшего не придумал, как принять Оливию в нашу с тобой семью и не объявить её во всеуслышание своей дочерью. Не знаю, как ты отнесёшься к моему предложению.

От услышанного, будто камень свалился с моих плеч, я могла предположить что угодно, только не подобное предложение, которому я была очень рада.

— Я буду счастлива, иметь такую дочь, — прослезившись от волнения, проговорила я.

— Мне с тобой очень повезло! — нежно обнял меня за плечи тролль, — какая женщина сможет понимать и принимать меня таким, какой я есть?!

— Кроме меня, никакая не способна на подобный подвиг, — кокетливо проворковала я.

— Вот и я о чём! Ты у меня самая лучшая и единственная.

— За такие слова я готова тебя терпеть ещё одну вечность.

— И не одну, дорогая, я же от тебя ни на один шаг не отступлю.

— Ловлю тебя на слове! — я ласково погладила Жанера по щеке, повернувшись в его объятьях, — кормить меня сегодня будут? А то умру с голоду и придётся тебе свою вечность проживать без меня!

— Понял!

Любимый тролль подхватил меня на руки и усадил за стол так быстро, что я успела лишь охнуть.

***

Земли клана Скальных троллей. Оливия Спицина

Из портала я вышла в своей пещере, внутренне я надеялась, что окажусь на Земле и смогу забыть все недавние события как страшный сон. Но надеждам моим было не суждено сегодня сбыться, я стояла в окружении по-прежнему тускло освещённых каменных стен и скудной обстановки. Мне смертельно захотелось на воздух, за этот день я очень устала морально. На меня свалилась куча информации, да и пережитая картина боя до сих пор стояла перед глазами.

После долгого нахождения в холодных пещерах предвечерний раскалённый воздух впервые показался мне раем, пусть и не на Земле. Присев неподалеку на камни я стала анализировать разговор с Родэном. Хоть он и настоятельно просил называть его Видящим, для меня он всё равно останется тем же красавчиком нимфом, по которому у меня чуть ли слюнки не бежали. Я улыбнулась сама себе, вспомнив нашу с ним первую встречу, вид у меня тогда был наверняка дурацкий.

— Уже вернулась! — услышала я снизу голос Деливер.

— Да, — кивнула я, неохотно возвращаясь на грешную, эм-м-м-м Цианию.

— Для меня шоком было увидеть Родэна в роли Видящего, — сказала она, поднимаясь ко мне.

— А для меня шоком стал весь сегодняшний день, до сих пор не могу отойти, — ответила я, глядя на троллиху снизу вверх.

— Ничего, разберешься со временем. Слова Видящего сразу никто не может понять, только позже они всплывают в памяти, когда оказываешься в предсказанной ситуации. Надеюсь, он плохого тебе ничего не сказал? — вдруг взволновалась Деливер.

— Нет, даже дочку мне показал, красавица и вылитая я в детстве, — проговорила я, с нежностью вспоминая показанную Родэном картину.

— Это хорошо, — разом успокоилась троллиха, присев рядом со мной на камень.

— А тебе что Родэн показал?

— Мне ничего, я не захотела, только задала несколько вопросов.

— И как? Ответил?

— Ответил, пролил бальзам на мою исстрадавшуюся душу.

— Это хорошо, — повторила я слова троллихи, и обе мы ненадолго замолчали, думая каждая о своём.

— Представляешь, я не тиали Родэна, — нарушила молчание я.

— Я уже это поняла, иначе он не смог бы стать Видящим. Кто же твой настоящий жених?

— Он не сказал, говорит, сам жених должен об этом сказать, а он не может.

— Придется ждать, пока твой жених объявится, Видящий не станет просто так говорить.

— У меня нет времени ждать, Деливер. Ты прекрасно знаешь, что я хочу как можно быстрее вернуться домой.

— Ты уверена, что нимфы тебя домой отпустят? В их истории не случалось, чтобы они отпустили невесту домой.

— Тезарий обещал помочь, если я не передумаю, слово наследника должно иметь у нимфов вес.

— Тезарий производит серьезное впечатление, думаю ему можно верить.

— Только на это и надеюсь, он будет единственный мало-мальски знакомый нимф на их территории. Раньше я надеялась на Родэна, но теперь ему не до меня.

— У Родэна в новой ипостаси есть дело до всех, и нет дела конкретно до кого-то, положение Видящего накладывает свои обязательства.

— Он внешне остался в точности таким же, каким был всегда, почему ты говоришь, что он сменил ипостась?

— Роден, девочка моя, изменился внутренне, он теперь не нимф, а высшее существо — что-то среднее между Богом и нами, смертными. Видящий не нуждается в пище и не справляет нужду, он питается напрямую энергией озера Сна, он даже не спит и не устает.

— В нашем мире его бы назвали «человек Х», только он и не человек даже.

— Да, не человек, — с улыбкой ответила Деливер, — но вы очень похожи, даже внешне.

— Именно поэтому нимфы повадились таскать себе женщин с Земли, будто своих им мало.

— Свои тут женщины не такие, им с ними весьма скучно, — задумчиво протянула Деливер.

— А мы им кто? Разве можно за счет живых людей развлекаться? — зло спросила я.

— Не понимают они этого.

— Очень жаль. Где-то нимфы борются за права слабых — не едят мясо, не убивают, а вот держать насильно мыслящее существо у них считается нормой жизни. Я не вижу в этом никакой логики.

— Тут нет никакой логики, все нормы жизни идут издревле и передаются из поколения в поколение, никто не задумывается над тем, что их нормы и жизненные ценности могут ущемлять права других. Это как у животных — есть инстинкт и всё, они полностью ему подчиняться и даже не думают, что можно жить как-то по-другому.

— Но нимфы не животные, они должны думать и анализировать!

— Выходит, что им просто это не нужно.

— То-то и оно!

— Вон смотри, — Деливер кивнула головой в сторону, — уже и Тезарий вернулся.

Проследовав за взглядом троллихи я действительно увидела, как обычно, серьёзного нимфа, направляющегося явно к нам.

— Думаю, что он идёт точно не по мою душу, — довольно проворковала Деливер, — пожалуй, я пойду, а вы приходите к нам на ужин.

Она с небывалой лёгкостью вспорхнула с камня и быстрым шагом направилась прочь. Я, проводив её взглядом, перевела внимание на Тезария, в который раз залюбовавшись его атлетически сложённой фигурой и стремительными шагами. Вся манера движений Тезария выдавала твердость и решимость его характера. Распущенные белоснежные волосы колыхались в такт его шагам, бледные губы сомкнуты в узкую линию, мышцы напряжены, брови нахмурены. Захотелось обнять, прижаться и хоть немного успокоить, расслабить. Но нет, одернула себя я, нельзя, это чужой мужчина и относиться к нему стоит соответственно. Встретив Тезария, я поняла, что он стал дополнительной причиной для меня, чтобы поскорее покинуть Цианию. С каждой минутой мне всё сложнее было оставаться спокойной рядом с этим нимфом, я узнавала его лучше и начинала жалеть, что не этот мужчина встретился мне вместо Игоря. Судьба жестоко играет нашими жизнями, переставляя их на шахматной доске, будто бездушные пешки. Вот и мне она дала неизвестного жениха и соблазняет несвободным Тезарием, дразня ломтиком сыра глупую мышку. Неприятно осознавать себя подопытным кроликом.

— Привет, — сказал Тезарий, подойдя ко мне.

Его глаза излучали беспокойство и сомнение.

— С тобой всё хорошо? — спросил он, не дождавшись от меня ответа.

— Да, всё хорошо, — опомнилась я, отрывая взгляд от стальной тяжести глаз Тезария, — а ты как?

— Тоже нормально. Несколько непредвиденным вышло наше путешествие, но тем даже лучше.

— Согласна. Каждый узнал или открыл в себе что-то новое, но, несомненно, важное, осталось правильно и вовремя полученные знания применить.

— Это будет нелегко. Трудно ломать стереотипы сложившиеся не за один год.

— Всем нам рано или поздно приходится жертвовать ради получения желаемого. Так почему бы не в этот раз? — задала я вопрос, не требующий ответа.

— Трудно поступиться и отступить от цели, но иногда нет другого варианта.

Я одарила Тезария долгим задумчивым взглядом, пытаясь понять, что именно он хотел выразить последней фразой. Я не допускала даже мысли, что соглашусь отступить от своей цели, он хотел меня убедить в обратном или же говорил про себя?

— Деливер нас пригласила на ужин, пойдём прямо сейчас или можно немного прогуляться. Во мне после подземных пещер появился внутренний холод, совершенно не желающий проходить даже тут, в разгар местной жары.

— Я с удовольствием составлю тебе компанию. Куда хочешь пойти?

— Хочу прогуляться к костру, что завязал наше с тобой знакомство. Всё-таки необычно вышло встретиться ночью у одинокого костра.

— Случайностей в жизни не бывает, любое событие происходит не просто так, а по великому замыслу Богини.

— Примерно также говорят и у нас на Земле, только в моей вере не Богиня, а Бог, но как я могу судить, смысл почти один и тот же только разными словами, — сказала я, поднимаясь с камня и направляясь по узкой тропинке вниз по склону.

Тезарий догнал меня внизу и, поравнявшись, пошёл рядом. Его рука время от времени как бы невзначай касалась моей, и от этих мимолетных прикосновений моя Синеглазка оживала, сонно потягивалась, будто кошка под хозяйской рукой и отдавала мне свои эмоции блаженной радости и полной сытости. К эмоциям орхидеи примешивались мои собственные — трепет и волнение, а ещё подспудное желание новых легких и ненавязчивых прикосновений нимфа, они мне казались безобидными и не требующими обязательств.