Глава 25

На Битшые мы решили прогуляться втроем чуть дальше космопорта. Мне очень хотелось показать парням местных обитателей – тех, кто жил здесь еще до появления людей. Коренные битшыйцы передвигались на двух ногах, только они у них были похожи на козьи. Даже хвост имелся. Где-то от середины бедра начиналось человеческое тело, а на голове красовались козьи рога. Судя по археологическим раскопкам, в древности битшыйцы летали в космос, и, опять же судя по древнейшим мифам и легендам, долетали до Земли. Но потом или ассимилировали, или просто вымерли. А на их родной планете произошло несколько извержений вулканов подряд. Битшыя на время превратилась в планету-факел, и выжившие козлоногие аборигены откатились в своем развитии на несколько столетий назад. Сейчас они начинали постепенно восстанавливаться – молодежь уже вполне уверенно скачет с планеты на планету. Но, учитывая пока еще очень малое количество представителей этой расы, встретиться с ними удается далеко не всем. Даже Рицушим ни разу их не видел. Первого коренного жителя мы встретили в маленьком кафе, куда заглянули после часовой прогулки по городу. До этого нам попадались лишь обычные люди. Битшыец сидел за отдельным столиком, заложив ногу за ногу, пил молоко из большой кружки и, на первый взгляд, был глубоко погружен в свои мысли. Однако не успели мы присесть, он подозвал официанта, переговорил с ним, и мне вместе с нашим заказом принесли пирожное, покрытое шоколадной глазурью – рассыпчатое, со сладковато-вяжущим вкусом. – Подарок от постоянного посетителя, – проинформировал меня молодой человек, расставляя с подноса все остальное: кофе мне и Рицушиму, чай Лианешу, местные конфеты – шоколадные шарики с различными мягкими начинками внутри. Битшыя – планета, где шоколад возведен в культ. Его добавляют везде, где можно. – Мне кажется, этот рогатый нацелился поставить рога мне, – прокомментировал Рицушим нежданное угощение, неодобрительно покосившись на аборигена. – Вырубать его нельзя, – на всякий случай предупредила я демоненка, с удовольствием смакуя пирожное. Никогда раньше не ела ничего подобного. Похоже, это местная экзотика. – То есть это нормально, ухаживать за чужой женщиной? – внезапно оживился Лианеш, глядя то на меня, то на битшыйца. – Это не оскорбляет ее честь? – Эм-м… – Я растерянно посмотрела на Рицушима, который тоже не очень понимал, как правильно отреагировать. Его явно распирало от ехидства, и одновременно злила сложившаяся ситуация. – Он же просто угостил, – начала оправдывать я местного ловеласа, покосившись при этом в его сторону. Козлоногий бабник принял это как поощрение, улыбнулся и послал мне воздушный поцелуй. Первым делом я положила руку на колено демоненку, чтобы тот не вздумал подскочить и обломать рога наглому аборигену. Но Рицушим лишь засиял на меня своими глазищами, и взгляд у него стал такой искренне-невинный, что у меня жутко зачесалось все тело сразу. Нервический зуд. А тут еще Лианеш встал из-за стола и подсел к довольному битшыйцу: – Простите, а вас не смущает, что Элькеш пришла сюда с нами? За полгода ангелочек научился прекрасно формулировать свои странные мысли. Общаясь с нами, он постоянно корректировал неестественно-книжную речь, вырабатывая свою индивидуальную манеру общения. Все это происходило на наших глазах, поэтому каждый его переход на новый уровень я замечала, лишь когда он беседовал с кем-то посторонним. Ну и еще Лианеш дорос до умения играть интонациями. Рицушим как-то между делом упоминал, что у ангела число эмоций с двух основных, противоположных, выросло раз в десять. Например, сейчас я отчетливо слышала намеки на ехидство и даже знаю, кому тут подражают. – О, красавицу зовут Элькеш? – проигнорировав вопрос, оживился битшыец. – Милая, позволь мне сыграть тебе на флейте? Ее чудесные звуки… – Абориген сладко зевнул, растерянно поморгал глазами, снова зевнул. Лианеш, недовольно нахмурившись, посмотрел в нашу сторону. – Я еще не договорил. Пусть ответит… – Не смущает. Пришла с вами, уйдет со мной. Сейчас, – и козлоногий нахал полез в карман штанов, очевидно за флейтой, – я сыграю ей… – Милая, – откровенно передразнивая тон соперника, Рицушим уставился на меня, похлопал ресницами и томно протянул: – ты не будешь против, если мы тут флейтами померимся? – Буду. – С трудом сдерживая смех, я даже головой помотала. – Давайте все будем взаимно вежливы. Пусть господин сыграет, раз ему так хочется. Мы же еще кофе не допили… Битшыец действительно извлек из кармана штанов нечто, в целом похожее на традиционную флейту, приложил ее к губам и заиграл. Сначала я ничего не чувствовала, ну кроме того, что мелодия красивая, веселая, так и зовущая потанцевать. Подскочив, я схватила Рицушима за руку и потянула в свободную от столиков часть зала. Там уже танцевало несколько пар, и я успела мельком отметить, что глаза у всех танцующих были какие-то… мутноватые. А вот у демоненка взгляд был напряженный и почему-то раздраженный. Он крепко обнимал меня за талию, словно пытался удержать. – Ты не любишь танцевать? – Я потерлась щекой о его плечо, потом уткнулась ему в грудь. – Люблю, – почему-то недовольно пробурчал Рицушим, – но не под чужую дудочку. Пойдем отсюда, а? – Тут весело, – я рассмеялась, кружа демоненка по залу, – зачем нам уходить? – Целуй ее! – скомандовал неожиданно возникший, как чертенок из табакерки, Лианеш. – Быстрее целуй. Все происходящее почему-то воспринималось всполохами, как в тумане. Как будто я напилась чего-то сильно крепче кофе. И сквозь этот туман мои губы обжег поцелуй. Я даже на него ответила, повиснув на шее у целующего, радостно смеясь при этом. Давно мне не было так весело. – Не помогло, – прозвучал где-то совсем рядом знакомый взволнованный голос. Интересно, кому он помогает-то? Смешно, и в голове все кружится. Руки и ноги стали такие пластичные! И музыка красивая, зовет за собой… – Пусти! – Этот голос я тоже знаю. Ангелочек умеет быть настойчивым, когда ему надо. – Ну ты еще поучи меня женщин целовать… особенно Элькеш. Давай ее просто унесем… Не надо меня никуда уносить, тут весело! И музыка… – Нельзя, она тогда вернется сюда. Это в учебнике по истории было. Пусти! И я снова ощутила поцелуй – настойчиво-страстный, пронзивший все мое тело, как звонок будильника. Оглядевшись, я даже головой потрясла, поразившись увиденному. В редком борделе увидишь такую массовую групповушку. – Уходим! Скорее…