Глава 1.
- Дедушка бы гордился мною, - тихо проговорила Эола и осторожно выдохнула, с улыбкой рассматривая созданную ею красоту – птичку, сидящую на грозди винограда, которая подняла свою крохотную головку, чтобы прощебетать о нектаре плода, который ей пришлось вкусить.
Фигурка была небольшой, примерно десять на десять сантиметров, но птичка выглядела как настоящая – крохотная, с оперением, переливающимся от темно-розового до глубокого фиолетового с вкраплениями изумрудного и золотого, длинным клювом ярко зеленого цвета. А виноград так и хотелось взять в руку, надкусить сочную ягоду и вдохнуть его аромат. Небольшая подставка из волшебной яшмы дополняла эту красоту.
Неделю назад Эола гуляла в саду Школы Искусств, где она заканчивала третий курс, размышляя над тем, что ей создать в качестве своей экзаменационной работы и увидела, как маленькая птаха опустилась на гроздь винограда и стала пить его сок. Она была ослепительно красива, ее маленькие перышки переливались искорками под яркими лучами солнца. Эола, словно завороженная следила за птичкой с восхищением, стараясь запомнить ее красоту. Она теперь знала, что сделает, тем более что в хранилище мастерской Школы есть все необходимые материалы. Птичка наслаждалась виноградом довольно долго, что Эола даже смогла вспомнить о своем блокноте, который всегда носила с собой в кармане широкой юбки, чтобы зарисовать в нем какую-нибудь свою мысль, чтобы потом воплотить. Девушка достала блокнот, карандаш и быстро зарисовала птичку. Когда птаха улетела, Эола еще раз широко улыбнулась и поспешила в свою комнату, чтобы закончить рисунок в цвете. А потом направилась в мастерскую, чтобы сделать заготовки для своей экзаменационной работы.
***
Школа Искусств для девочек, где Эола Тэлберри заканчивала третий курс, находилась в прекраснейшем месте среди гор в зеленой долине, где всегда было теплое лето, цвели прекрасные цветы, деревья дарили щедрые урожаи сочных вкусных плодов, воздух был прозрачен и свеж. Ураганы и холод были редкими гостями в это долине. Протекающий по территории Школы широкий и быстрый ручей, который брал свое начало на вершине горы, дарил прохладу и радовал звонким переливом своих прозрачных вод. Школа была закрытой, в нее принимали талантливых девочек, достигших возраста шестнадцати лет. Сюда не было доступа посторонним. Хозяйка Школы Анора Югорская отгородила своих воспитанниц от всевозможных контактов с внешним миром людей, желая, чтобы девочки научились видеть и чувствовать красоту природы. Даже почта сюда приходила очень редко и то только в крайне важных случаях. Это была Школа для девушек, даже все преподаватели здесь были женщины, которые обучали воспитанниц секретам своего мастерства. Основной курс обучения длился три года. Всего было несколько основных направлений – мастерство художника, мастерство ювелира, мастерство создания музыки, пения и танцев. Воспитанницы могли выбрать одно или несколько направлений. Были еще курсы гончарного мастерства, шитья и вышивки, плетения кружев, которые воспитанницы посещали по своему желанию. Эола выбрала почти все направления, кроме пения. Она всегда была немного стеснительна и считала, что ее пение не доставит другим того удовольствия, на какое могли рассчитывать слушатели. За три года Эола узнала столько нового и прекрасного, что была переполнена желаниями начать создавать красоту своими руками. Она мечтала остаться в Школе еще на год платного обучения, где им будут преподавать тонкости высокого искусства маститые мастера, известные за пределами их княжества Хельмар.
Эола всегда мечтала попасть в Школу, отправляла хозяйке свои рисунки и несколько работ, чтобы их оценили. И была счастлива, когда получила приглашение на учебу. Ей только-только исполнилось шестнадцать, самый прекрасны возраст для молодой девушки. В тот год Эоле казалось, что она самая счастливая на свете – она получила приглашение на учебу в Школу Искусств, а еще Георг Вантен, о котором она грезила вот уже который год, сделал ей предложение, так как ей исполнилось шестнадцать, возраст объявления брачных намерений. Пусть до вступления в брак надо ждать еще три года* (прим.: с шестнадцати для девушек наступал возраст объявления брачных намерений, в это время между родителями будущих супругов заключались брачные соглашения. Брачный возраст наступал с девятнадцати). Родители радовались вместе с Эолой, отец широко счастливо улыбался матушка часто прикладывала к глазам платочек, вытирая слезы радости и говорила: «Я так счастлива за тебя, вы с Георгом такая красивая пара, у вас будут очень красивые деточки».
- Ты у нас самая замечательная девочка, - говорил отец, целуя дочь в макушку. – Мы с матушкой очень гордимся тобой. И я очень рад, что талант моего отца передался тебе. Он бы гордился тобой, моя девочка.
Дед Эолы – Марк Тэлберри был известным ювелиром в княжестве Хельмар, его все считали ювелиром княжеского двора. Чтобы купить его украшения и миниатюры знатные рода княжества были готовы ждать года, делая ему свои заказы. В городе у деда был свой торговый дом, где всегда были толпы покупателей. Одно огорчало господина Марка, ни один из его двух сыновей не унаследовал его таланта. Когда у старшего сына Петера родилась дочь Эола вместо долгожданного внука, а младший Норман сказал, что не хочет связывать себя узами брака, дед погрузился в тоску, закрывался в своей мастерской, никого не пуская туда.
Эола росла любознательным ребенком, рано взяла в руки карандаш и стала рисовать. Несмотря на ее юный возраст, ее картины поражали талантом. Даже вечно хмурый дед был удивлен, когда Петер принес ему рисунки девочки. Когда ей исполнилось пять, Марк впервые впустил внучку в свое святая святых – мастерскую, где создавал свои шедевры. Девочка тихо сидела на небольшом диванчике, с восхищением наблюдая, как в руках деда Марка рождается красота. Иногда она брала свой альбом и рисовала дедушку, склонившегося над рабочим столом.
- Дедушка, - однажды сказала маленькая Эола, - когда я вырасту, я хочу, чтобы ты научил меня. Я тоже хочу быть таким мастером, как ты.
Дед усмехнулся и впервые внимательно посмотрел на девочку.
- Чтобы быть таким мастером, как я, надо очень много учиться, учиться каждый день, каждую минуту, пройти через череду неудач и провалов, прочувствовать сердцем этот мир, не озлобиться, остаться Человеком.
- Я буду учиться, - тряхнула своими темными кудряшками девочка, так похожая на своего отца и деда, серьезно, не по-детски глядя мужчине в глаза своими темно изумрудными глазами, как у красавицы матушки. – Я буду много учиться, чтобы стать такой, как ты.
- Если ты станешь Мастером, я буду гордиться тобой, - сказал совершенно седой мужчина с совершенно серьезным лицом, испещренным глубокими морщинами, но по-прежнему красивым своей мужской красотой. – А пока надо просто учиться. Я буду учить тебя видеть красоту во всем, даже в травинке, мотыльке, капле воды. И буду учить создавать эту красоту. Девочка моя, запомни – красота идет из твоего кристально чистого сердца, где не должно быть ни капли злобы, и если ты это поймешь, то станешь непревзойденным Мастером.
Но деда не стало через год после этого разговора. Эола тогда так сильно плакала, что родители долго не могли успокоить ее. Только брат папы – дядюшка Норман смог поговорить с девочкой.
- Дорогая моя Эола, - сказал дядюшка, прижимая к себе плачущую девочку. – Так устроен мир. Мы теряем тех, кто нам дороже всего. С этим надо смириться. Просто помни, что тебе говорил дедушка и иди вперед, учись всему, а мы всегда будем рядом.
И она училась. Училась так, что все приглашенные учителя удивлялись упорству и целеустремленности девушки. Приглашенные художники не могли поверить, что этот ребенок, которому не исполнилось еще и шестнадцати лет, создает по истине великолепные картины, которые казались живыми. Учитель музыки удивлялся ее внутреннему чувству музыки, сидел, словно завороженный, когда она тихо наигрывала ему свою музыку. Но вот только он так и не смог убедить ее, что у девушки совершенно уникальный голос, который проникает в каждую клеточку тела того, кто слушает ее, заставляя замереть и просто поддаться восхищению.
Больше всего Эоле нравилось рисовать и создавать украшения. Но вот найти достойного учителя, который смог бы помочь девушке создавать ювелирную красоту, родители найти не смогли. И она мечтала, что, когда ей исполниться шестнадцать, ей повезет и она будет учиться в известной на все княжество Школу Искусств.
***
Девушка достала свое клеймо мастера и осторожно поставила его на подставке созданного ее руками шедевра. Такое клеймо каждая воспитанница изготовила на экзамене после первого года обучения, чтобы отмечать свои работы. Ранее были случаи, когда завистливые «подруги» выдавали изделия за произведения своих рук. Поэтому шесть лет назад по решению педагогического совета было принято решение, чтобы на экзамене за первый год обучения воспитанницы не только представляли свою работу, но и изготовили свое клеймо мастера.
- Мастресса Ролла, я готова сдать свою работу, - проговорила девушка, поднимаясь со своего рабочего места.
Красивая женщина подошла к столу девушки, осмотрела изготовленную ею экзаменационную работу и улыбнулась.
- Милая Эола, ты сегодня превзошла саму себя. Я впервые вижу такую красоту. Ты сдала экзамен. С этого дня ты можешь считать себя Мастером ювелиром. И я очень надеюсь, что ты останешься у нас на следующий учебный год, чтобы отточить свое мастерство. Ты же хочешь учиться у известных мастеров?
- Это моя мечта, мастресса Ролла! Спасибо! – ответила Эола, глядя на преподавателя восхищенным взглядом. – Я обязательно буду учиться еще.
Она больше ничего не успела сказать, как в класс, где происходил экзамен, заглянула какая-то воспитанница и сказала, что Эолу Тэлберри вызывают в кабинет директора.
- Беги, - проговорила с улыбкой мастресса Ролла, глядя на свою ученицу с материнской нежностью, - ты достойно сдала экзамен. Ты сегодня получила самую высшую оценку за всю историю существования нашей Школы. Ты настоящий Мастер!
- Спасибо, мастресса, - девушка улыбнулась женщине самой счастливой улыбкой. – Я побежала?
- Да, - еще раз с улыбкой проговорила женщина, осторожно беря в руки созданную ее ученицей красоту. Казалось, что вот-вот и она услышит щебет пичуги, пьющей нектар. Когда девушка скрылась за дверь класса, где воспитанницы создавали свои экзаменационные работы, она снова улыбнулась каким-то своим мыслям и тихо проговорила: - Девочка моя, ты даже не представляешь, какие у тебя талантливые руки. Пусть у тебя все будет хорошо. Я буду счастлива видеть тебя на следующий год.
***
Эола почти бежала по коридорам школы, улыбка не сходила с ее лица. Впереди у нее еще год обучения, где преподавать им будут самые известные во всем мире Мастера. Только одно огорчало Эолу – ни дед, ни ее матушка не узнают о том, что их девочка, их Эола получила высшую отметку за выпускной экзамен за третий курс и впереди самые радужные перспективы.
Матушка. Грусть опустилась на плечи девушки, от чего она даже сбавила шаг и грустно вздохнула. Марин Тэлберри считалась первой красавицей княжества, многие мужчины добивались ее внимания, но она всю жизнь любила одного мужчину – своего мужа Петера. Это был самый счастливый брак за всю историю княжества. Они были знакомы с юности, вместе учились в университете, когда Петер заканчивал его, они поженились. Через три года Марин родила Эолу. Петер буквально на руках носил свою любимую женщину, свою единственную жену ради которой он был готов на все. Для него никогда не существовало других женщин. Даже когда он женился на Марин другие женщины не оставляли свои попытки получить Петера в свои брачные сети, шли на все, готовили западни и провокации, пытались рассорить супругов, но Петер всегда был верен своей любимой жене, а она всегда любила и верила своему избраннику. Эола была похожа на своего отца – высокий рост, стройная фигура, темно-русые волосы отдавали каштановым с легкой рыжинкой блеском, правильные черты лица, упрямый подбородок. Только вот колдовской цвет глаз – темно-зеленый она взяла от матушки.
Эола помнит тот страшный день, когда не стало ее мамы. Она только успела закончить первый месяц обучения, как ее вызвала к себе хозяйка Анора Югорская, она же директор Школы и сообщила, что ее мама умерла. Хозяйка дала девушке целый месяц, чтобы она смогла проводить маму в последний путь, поддержать отца. Эола долго не могла поверить, что ее мамы больше нет. Никто даже не мог подумать, что простая простуда летом может забрать жизнь Марин. Отец был в отчаянии, его словно подменили. Из счастливого мужчины с вечной улыбкой на красивом лице он превратился в замкнутого человека, который никого не хотел видеть, его красивые волосы поседели. Петер практически перестал выходить из дома, отдав полностью управление своим серебряным рудником в руки управляющего. Эола и дядя Норман поддерживали его, как могли, заставили его начать есть и выходить на улицу. Только слова Эолы, что душа мамы была бы недовольна Петером и очень расстроится из-за того, что ее любимый не желает жить дальше, смогли помочь вернуть его к жизни. Перед отъездом в школу Эола взяла у отца слово, что он перестанет винить себя за смерть любимой женщины и будет продолжать жить, хотя бы ради нее. А она отучится в Школе и вернется домой, будет помогать отцу в работе.
Сама девушка тоже долго переживала смерть матушки и стала улыбаться только к концу первого года учебы, когда у нее стали получаться первые ювелирные изделия, на которые она впервые поставила свое личное клеймо. А еще ее поддерживали мысли о Георге, мечты о том, как она вернется из Школы, встретиться с мужчиной, подойдет к нему, положит свои ладошки ему на грудь и потянется за сладким поцелуем, ее первым и таким желанным. И она будет чувствовать, как в груди Герога под сюртуком взволнованно бьется большое сердце любимого мужчины. А потом он назовет ее своей женой и она подарит ему всю свою любовь, свою душу, отдаст всю себя и они обязательно будут счастливы. Она бы писала Георгу письма, в которых рассказывала о своих чувствах к будущему мужу, но хозяйка запрещала такое общение, считая, что ее воспитанниц ничто не должно отвлекать от учебы. Поэтому Эола только могла рисовать в своих блокнотах, которые им давали в неограниченном количестве, лицо своего любимого и свои мечты о счастливой жизни.
И вот сейчас она шла в кабинет директора, а на душе вдруг стало так неспокойно. Не часто воспитанников вызывали во время занятий, тем более во время экзаменов. Сама не зная почему, но Эола никак не могла взять себя в руки, готовя себя к самому худшему. Ее трясло в нервной дрожи. Она дошла до приемной директора, где бессменный секретарь госпожа Ронда пригласила девушку пройти в кабинет, ничего не поясняя на ее вопросительный взгляд. Эола постучала, сжимая ладошки в кулаки, чтобы унять непокорную дрожь, сделала несколько глубоких вдохов.
- Войдите, - раздался из кабинета голос госпожи Аноры.
Эола открыла дверь и увидела, что в кабинете, кроме хозяйки находится ее отец. Он сидел через стол напротив хозяйки, низко опустив плечи и голову, словно держал на них огромный груз проблем. Сердце Эолы забилось еще сильнее, она стиснула зубы, чтобы не заплакать.
Мужчина поднял голову, увидев дочь, слабо улыбнулся какой-то виноватой улыбкой. В его взгляд было столько отчаяния, вины и слабой надежды.
- Я оставлю вас, - сказала госпожа Анора, поднялась со своего места и вышла из кабинета.
Эола посторонилась, пропуская хозяйку, потом подошла к столу. Отец поднялся и обнял дочь. Девушка успела заметить все изменения, которые произошли с ним за последнее время. От когда-то красавца мужчины осталась серая тень. Щеки отца впали, цвет лица мог сравниться с серым мрамором из которого в Школе их учили ваять скульптуры. Волосы стали совершенно седыми. Он сильно похудел, в когда-то темно-серых глазах, которые сейчас были больше походи на туман, была боль и пустота.
- Здравствуй, Эола, - проговорил он хриплым голосом и садясь обратно на стул, словно ноги не держали его. – Извини меня.
- Папочка, что случилось? – с тревогой в голосе спросила Эола. – Прошу, не молчи, расскажи, что случилось.
Она присела перед отцом, взяла его ладони в свои руки, стараясь поймать его взгляд, но он упорно отводил от нее глаза.
- Девочка моя, госпожа Анора сообщила, что ты сегодня сдала последний экзамен. Я очень рад за тебя.
- Да, папочка. Мастресса Ролла сказала, что у меня получился настоящий шедевр, - в ее голосе зазвучали нотки гордости, на что отец слабо улыбнулся и кивнул головой.
- Я знаю, что ты у меня очень талантливая девочка. Дедушка и мама гордились бы тобой. Но я буду вынужден забрать тебя домой. Прости.
- Папа? – она всматривалась в лицо отца, который так и не смог посмотреть в ее глаза.
- Эола, я не смогу оплатить следующий год учебы. У нас больше нет денег. У нас больше ничего нет.
Он закрыл глаза, тяжело вздохнул и Эола увидела, как из уголков его глаз покатились слезинки. Он плакал второй раз в жизни, первый — когда они хоронили Марин. Девушка обняла отца, прижала его к себе. Если отец так говорит, то значит он сделал все от него зависящее, чтобы не допустить такого. Значит произошло то, что было сильнее отца.
- Папочка, не надо плакать. Все будет хорошо. У нас обязательно все будет хорошо, она гладила его по руке, замечая, какие они холодные. Она взяла его ладони в свои руки, чтобы согреть.
- Боюсь, что нет, - с каким-то внутренним надрывом произнес отец и еще ниже опустил плечи и голову.
В кабинет вернулась хозяйка Школы. Эола поднялась и виновато посмотрела на госпожу Анору.
- Эола, мне очень жаль, мне господин Петер все рассказал, - сказала женщина. – Я была бы рада видеть тебя своей воспитанницей еще год, но…
Она развела руками. Эола видела, что госпожа Анора искренне переживает из-за того, что им придется расстаться. Девушка прекрасно понимала, что тем мастерам, которые должны были преподавать им в последний год Высшее мастерство, надо платить и платить очень большие деньги. Не все семьи могли оплатить учебу у них. Семья Эолы до сегодняшнего дня была одной из самых богатых в княжестве, поэтому ранее вопросов об оплате последнего года учебы не возникало.
- Я все понимаю, - произнесла Эола с тихой неуверенной улыбкой.
- Сегодня будут готовы все твои документы и диплом Мастера. Ты пока можешь собрать свои вещи, а отец подождет у меня в кабинете, нам еще есть о чем поговорить. Мне очень жаль, что так все случилось. Но я могу дать тебе с собой кое-какие книги, которые могут тебе пригодиться. Только очень прошу, об этом никто не должен знать. Это очень ценные книги из моей личной библиотеки.
- Спасибо Вам, госпожа Анора, - проговорила Эола, стараясь не расплакаться. Получить с собой домой книги, которые действительно были самым ценным в Школе, было просто невероятно. - Я всегда буду помнить Вашу доброту и постараюсь не подвести Вас. Я всегда буду учиться и совершенствоваться. Вам никогда не придется краснеть за меня.
Она подошла к хозяйке Школы и обняла ее. Госпожа Анора ответила на этот искренний порыв девушки и долго не отпускала ее из объятий, гладя по спине.
Через два часа Эола вместе с отцом покинули территорию Школы, за которой их ожидал нанятый отцом экипаж, который должен был довезти их до ближайшего города, откуда поезд отвезет их домой.