Глава 37

Утро субботы началось с прихода Хантли. К счастью, он появился не так рано, как в будние дни, а к одиннадцати, словно давая выспаться. Откуда только узнал мои привычки? Но этот день не был для меня выходным — предстояло первое посещение местной знати, — так что дверь я открывала полностью собранная для светского визита.

— Доброе утро, Амелия. — Хантли оценил моё шикарно-рабочее платье и одобрительно хмыкнул. — Куда-то собираетесь? А я пришёл ответить на вопросы по поводу встречи с вашими родителями.

В руках журналист держал привычный пакет со сладостями и два стаканчика. Времени, чтобы полноценно поесть уже не было, но выпить кофе и задать пару вопросов я ещё успевала. Правда, не о родителях — с этим было всё решено, и я старалась не искать дополнительных подтверждений или опровержений, чтобы не засомневаться снова и не уподобиться одному недоверчивому газетчику. Мне надо было узнать о своей сегодняшней клиентке.

— Отлично! Мне как раз нужна информация! — воскликнула я и пригласила Хантли на кухню, едва дождалась, когда он сядет, и задала мучающий вопрос. — Кто такая Сандра Панс? Родственница мэра или просто однофамилица?

Хантли бросил на меня странный взгляд и побарабанил пальцами по столу. Нахмурился, словно решал в уме сложную задачу, и, наконец, произнёс:

— Отец Сандры приходился братом Гудису Пансу, а восемь лет назад, после смерти Мартина, мэр стал единственным опекуном племянницы. Я так понимаю, что вы именно к ней сейчас поедете?

— Должна была к леди Холл, но вчера вечером принесли письмо, что сама леди будет в это время в особняке Пансов и ждёт меня там.

— Если вы думаете, что можете встретить мэра, то не беспокойтесь — он вчера отбыл в Брейвиль. Вероятно, Сандра хотела пригласить вас, но не желала, чтобы опекун узнал, поэтому устроила встречу в чужом доме, а когда мэр уехал, перенесла мероприятие к себе.

После этих слов даже дышать стало легче. Я изводила себя мыслями, что сегодняшний визит — ловушка, но всё опять оказалось просто домыслами. И всё из-за Хантли! Запугал после эксперимента ответными действиями мэра, а тот и вовсе уехал в столицу. И может, уже думать забыл о гадалке Амелии Ковальд.

— Но мэр же узнает об этом, когда приедет.

— Несмотря на внешнюю заботу, многочисленные подарки и прочие широкие жесты, мэр довольно равнодушен к подопечной и вряд ли будет расспрашивать, как она провела время в его отсутствие. В свои дела он её не посвящает, даёт деньги на капризы и содержание, но на этом всё. Никаких близких и доверительных отношений у них нет.

Эрнет снова побарабанил пальцами по столу и задумчиво посмотрел на меня.

— Зато госпожа Панс близкая подруга леди Шейронской, и есть вероятность, что вы её там встретите. Хотя сейчас она всё время на заводе или с Девеником Своном, но, может, как раз сегодня заглянет к Сандре. Думаю, что именно визит подруги в салон и подтолкнул госпожу Панс к тому, чтобы пригласить вас к себе.

Лерайлия! Я бы хотела повидать её, убедиться, что девушка не сбилась с пути, и что будущее по-прежнему сулит ей встречу с родителями.

От всего сказанного Эрнетом я воодушевилась. Никакая опасность мне не грозила, а компания обещала быть хорошей. Ведь если Сандра подруга Лерайлии, то должна быть такой же приятной девушкой. И гости у неё тоже будут замечательные.

Но раздумывать об этом не было времени, следовало поторопиться, чтобы прийти к нужному часу. Так что я была рада, когда Хантли взялся найти мне экипаж и сопроводить до дверей нужного особняка. Ещё большую благодарность вызвало то, что во время всего пути он рассказывал про возможных гостей Сандры, и к моменту, когда мы оказались у ворот нужного особняка, я была уверена, что не растеряюсь, не забуду ничьих имён и не перепутаю обращения.

Но за секунду до того, как мои пальцы коснулись придверного молоточка, Хантли перехватил руку и крепко сжал. Я недоумённо на него посмотрела.

— Будьте осторожны. У меня нет никаких оснований думать, что в доме Пансов вам грозит опасность, но всё же что-то тревожит.

Сердце пропустило удар, но я не подала виду, как меня тронули эти слова. Вместо этого я высвободилась и сказала:

— Кажется, вы слишком хорошо вошли в роль гадалки, господин Хантли.

Эрнет помрачнел, а я пожалела о своих словах и попыталась сгладить впечатление.

— Мне очень приятно ваше беспокойство. Но, думаю, тут действительно нечего опасаться, вы же сказали, что мэр в Брейвиле…

— Всё так, Амелия. — Эрнет взял молоток и постучал. Я ждала, что кто-нибудь выйдет из охранницкой, чтобы открыть ворота, но спустя несколько секунд они распахнулись сами. — Удачи вам.

Хантли так и стоял за воротами, пока я не дошла по усыпанной гравием дорожке до дверей дома и не махнула рукой на прощание. Только тогда он ушёл, а меня вдруг объяла тревога, словно впереди ждали неприятности. Но кого: меня, Хантли или кого-то из гостей? Но отступать было поздно — дворецкий уже ждал, когда я зайду внутрь. Я кивнула, и слуга повёл в большую гостиную.

— Все уже собрались. Госпожа единственная в сиреневом платье, не перепутаете, — подсказал слуга, и я горячо его поблагодарила.

Дверь открылась. Сиреневое платье, кудряшки, серые глаза. Мой взгляд встретился со взглядом хозяйки дома. Голова закружилась, ноги ослабли, сердце провалилось вниз, а сумочка с картами и камушками выскользнула из рук, с глухим стуком упав на светлый ковёр. Я узнала Сандру Панс.

— Госпожа Амелия Ковальд, гадалка и предсказательница, — раздался над ухом голос дворецкого.

Я вздрогнула, приходя в себя и отрывая взгляд от копны тёмно-русых кудряшек хозяйки дома, неловко присела в реверансе и ещё более неловко подняла упавшую сумочку.

— Жак, зачем же так громко? Ты напугал нашу гостью.

Дворецкий представил меня вовсе не громко, но Сандра своими словами сгладила неловкий момент — все в помещении тут же радушно заулыбались, а сама госпожа Панс подошла ко мне и взяла под руку.

— Прошу прощения, хозяйка, — с совершенно невозмутимым видом повинился Жак и был отпущен коротким кивком.

— Амелия, я ведь могу называть вас так?

Сандра повернулась ко мне и улыбнулась, а я только сейчас смогла рассмотреть её как следует. Племянница мэра была невысокой, очень красивой и, судя по всему, чрезвычайно милой девушкой. И я бы в это поверила, если бы не одно обстоятельство…

— Амелия? — обеспокоенно переспросила Сандра, а я поняла, что не ответила на заданный вопрос.

— Да, конечно, госпожа Панс.

— Ох, называйте меня просто Сандрой. Тут все свои, никакого официоза. Хотите чаю?

Я кивнула, решив, что это даст необходимую паузу, чтобы прийти в себя и не выдать, что знаю больше, чем следует.

Пока Сандра разливала чай, ко мне обратилась зеленоглазая шатенка — та самая леди Холл, в чьём доме и должна была проходить встреча. Остальные девушки, которых навскидку было семь или восемь, с любопытством меня разглядывали, иногда о чём-то переговариваясь и хихикая.

— Надеюсь, перенос мероприятия не доставил лишних неудобств? Вы теперь местная знаменитость, и все хотят видеть вас у себя. А у Сандры удобнее, и мы смогли пригласить больше подруг.

Я ещё раз оглядела помещение, в котором могло поместиться как минимум в три раза больше народа. Столы, составленных буквой «П» по центру комнаты, мягкие диванчики вдоль стен, кресла и танкетки тут и там, камин, пианино, кадки с экзотическими деревьями по углам, повсюду вазы с живыми цветами.

Несмотря на большое пространство, гости расселись в креслах у окна возле столика с угощениями и рассматривали меня, как какое-то экзотическое животное. Я резко почувствовала себя коббаррой, жаль только без её способностей. Впрочем, у меня были свои.

— Никакого беспокойства, леди Холл, но я уверена, что ваша гостиная ничем не уступает гостиной госпожи Панс ни в величине, ни в уюте.

— Ах, что вы! — Леди Холл замахала руками и бросила осторожный взгляд на Сандру. — Зовите меня просто Джейн. А это Лиза, Софи…

Дальше я не слушала. По описаниям, которые дал Эрнет, я и так всех узнала и внезапно поняла, что собравшиеся — поголовно титулованные аристократки. Все, кроме Сандры Панс. Не поэтому ли они избегают официальных обращений? Или всё же девушки просто близкие подруги, а я вижу интриги там, где их нет?

Я кивала, благодарила, улыбалась и пила чай с абрикосовым джемом. Конечно, отвечала на вопросы о своей работе, но непосредственно к гаданиям мы пока не подошли — ещё не прошло время светской беседы. Наконец, Сандра отставила свою чашку и, повернувшись к гостьям, поинтересовалась, не хочет ли кто-то из них узнать будущее или ответ на важный вопрос. Девицы дружно закивали, а сама отважная — Джейн Холл — увела меня к дальнему диванчику, возле которого стоял небольшой столик, и засыпала вопросами о своей личной жизни и сколько предложений ей сделают на предстоящем балу в мэрии.

Потом были похожие вопросы от Лизы, Софи и других леди. Они получали ответы и упархивали обратно делиться своей радостью или недовольством. Хотя недовольных почти не было: всё-таки собравшиеся здесь девушки были как на подбор богаты, знатны, красивы и при разумных родителях, так что проблем с женихами у них в принципе не могло быть.

Последней подошла Сандра. Под её взглядом, выражающим спокойную радость, мне стало не по себе. Но деваться было некуда, и отказаться от общения я не могла — это был её дом.

— Амелия, вы побледнели. Утомились? — Сандра присела рядом и участливо заглянула в лицо. — Ах, это моя вина! Надо было дать вам передышку. Но обещаю, я задам всего один вопрос, а потом мы все пойдём прогуляемся в саду.

— Всё в порядке, не стоит беспокоиться. — Я постаралась мило улыбнуться, но вряд ли у меня это вышло также хорошо, как у хозяйки дома. — О чём хотите спросить? На чём будем гадать: карты, камни, по ладони?

— Я предпочитаю карты. — Сандра опустила взгляд на сложенные на коленях руки, и я заметила, как дрогнули её пальцы, словно она хотела нервно смять ткань юбки, но удержалась. — Скажите, я буду со своим любимым?

Колода в руках казалась горячей, и больше всего я хотела выкинуть её в окно, но продолжала тасовать до тех пор, пока не почувствовала, что больше тянуть нельзя. Дала снять Сандре и открыла первую карту.

Тёмный рыцарь. Не надо было даже трогать появившиеся нити, чтобы понять, о ком идёт речь. Так вот, из-за кого Санда пошла на преступление.

Следующая карта. На стол легла красная дама, и в её чертах я увидела Лерайлию Шейронскую, подругой которой прикидывалась госпожа Панс.

— Ваш избранник связан чувством с другой женщиной.

Хотелось крикнуть: «Да что вы все в нём нашли⁈ Он же бабник!», но я молча достала новую карту.

— Этот интерес взаимный. — Ещё одна карта. — Их союз будет сложно разрушить, обстоятельства крепко связали их вместе.

«И ты сама создала эти обстоятельства», — мысленно добавила я.

Сандара всё-таки смяла юбку. Дышала она часто и резко, словно сдерживалась изо всех сил.

— А если я выполню всё задуманное?

Я собрала колоду и снова перемешала, дала снять, открыла первую карту, подхватила нить будущего и едва не закричала, увидев рейхана. Огромный чёрный монстр нёсся по улицам города. Нить выскользнула из пальцев, и видение исчезло.

Вторая карта легла на стол. В этот раз я увидела Леру, запертую в каком-то подвале. Третья карта. Нить уходила во мрак тюремной камеры, где сидела уже госпожа Панс.

— Откажитесь от своего плана, Сандра. Он не приведёт вас к счастью, только к большим проблемам.

— Есть ли бо́льшая проблема или бо́льшее горе, чем не быть с любимым? — спросила Сандра, не поднимая глаз. — Лучше скажите, как мне избежать неприятностей.

Я протянула ей колоду, предлагая достать карту. Сандра несмело подняла руку, но потом, словно опомнившись, решительно сняла верхнюю. С картинки, брошенной на стол, смотрел чёрный король. В груди взорвалось жаром, приказывая не лезть дальше в это дело, я только и смогла произнести.

— Вас кто-то спасёт. Мужчина. Ваши судьбы связаны, вы будете вместе долгие годы. Больше ничего не могу сказать.

— Вот видите, он меня спасёт! И мы будем вместе!

Сандра расцвела, а я не смогла возразить, что чёрный король — это вовсе не Девенник Свон.

Внутри всё кричало, что своим гаданием я только усугубила ситуацию. Если до моего ответа девушка лишь раздумывала, что делать дальше, то теперь приняла окончательное решение.