Глава 15

Следующие три часа проносятся как один миг.

Артем показывает мне, где что лежит, как работает касса и как принимать заказы. Объясняет, как вести себя с нервными клиентами и устраивает мастер-класс по увеличению чаевых.

Последнее впечатляет меня особенно сильно.

— На одежду, обувь и прочее можешь не смотреть, — начинает он. — Богачи иногда не оставляют ни копейки. А вот велосипедист в грязных кроссовках может дать половину от стоимости заказа.

— Тогда как понять, кто оставит чаевые? — пытаюсь уловить логику.

— Смотри, — Артем кивает на следующего клиента, рыжего парня в дорогом полупальто и стильных ботинках.

Артем с улыбкой подает ему бургер и кофе.

— Приятного аппетита, — желает вежливо и без заискивания.

Уверенная, что парень обязательно оставит чаевые, я смотрю на банку с надписью «На чай». Однако клиент кивает и сразу же уходит.

— Видишь? — усмехается Артем. — А теперь смотри на этого.

К окошку подходит мужчина лет пятидесяти в простой куртке, с уставшим лицом, как у таксиста после ночной смены.

Артем вручает ему стаканчик с кофе и сразу же добавляет:

— И вот это возьмите, — протягивает бисквитное печенье. — За счет заведения. Хорошего дня.

Мужчина удивленно моргает.

— Спасибо... — опускает в банку для чаевых пятьдесят рублей.

Я смотрю на своего наставника с восхищением.

— Как ты понял?

— Обручальное кольцо на пальце, потертое. Значит, давно женат. Папка с документами под мышкой — работает. Смотрит на цены — говорит о том, что считает деньги. Таким важно, чтобы их заметили. Чтобы оценили. Дашь им чуть больше внимания — ответят тем же.

— А как вести себя официантке, чтобы чаевых дали больше? — вспоминаю забытое ощущение куража перед выгодной сделкой.

На жизнь нам с Софией хватает, на адвоката тоже — агент Лизы выбил отличные условия оплаты. И все же деньги лишними не будут.

— Покажу, — подмигивает мой босс и тут же переключается на новых клиентов — девушку и парня.

Артем улыбается им обоим.

— Доброе утро. Что будете?

— Два капучино и... — начинает парень.

— И ватрушки, — перебивает девушка.

— Отличный выбор, — одобряет Артем, подмигивая парню. — У нас всегда самые свежие ватрушки, только из печи. Вам понравится.

Словно сам додумался до ватрушек, парень гордо расправляет плечи.

— Две ватрушки, — командует, доставая кошелек.

— Одну минуту.

Артем готовит заказ, ставит на поднос. И добавляет маленькое печенье в форме сердечка.

— Это вам, — говорит он девушке. — Красавицам бесплатно.

Вспыхнув, девчонка расплывается в улыбке. А парень, напряженно стиснув зубы, кладет в банку двести рублей.

— Как? — удивленно шепчу я, стоит им отойти к столику.

— А это называется конкуренция. Парню пришлось раскошелиться, чтобы не выглядеть жлобом перед девушкой.

— Но ведь он больше не придет сюда? Или, если и придет, то без девушки.

— Поверь, он теперь всех будет водить в мое кафе!

Все еще не понимая, я хмурю брови и качаю головой.

— А как же лояльность?

— Дело в предсказуемости! Он теперь в курсе, на что рассчитывать и как я себя поведу. Понимает, что здесь его девчонку оближут как в дорогом ресторане. И знает, в какую сумму обойдется демонстрация щедрости. Это гораздо дороже любой лояльности.

— А я думала, что ты скажешь о хорошем кофе и свежей выпечке, — смеюсь я.

— Они тоже неплохи, — ухмыляется этот умник.

— Ты настоящий манипулятор, — хочется аплодировать.

— Я бизнесмен, — поправляет Артем. — Люди хотят чувствовать себя особенными. Я даю им это чувство.

Он наклоняется ближе, и я ловлю запах его одеколона — что-то древесное, терпкое.

— А теперь представь: ты — официантка. К тебе подходит мужчина. Один. Усталый. Хочет кофе и покоя.

Артем смотрит на меня долгим взглядом. Наверное, ждет, что я расскажу, как поведу себя с таким клиентом. Но я молча жду подсказку.

— Ты улыбаешься ему. Не кокетливо, а как сестра или давняя подруга. Будто рада его видеть. Подаешь кофе и ненавязчиво интересуешься: «Тяжелый день?» — он делает паузу. — Мужчина обязательно кивнет, и ты закончишь: «Тогда вот это вам точно поможет». После этих слов добавляешь что-то сладкое. Бесплатно.

Он ставит передо мной тарелочку с маленьким, на два укуса, шоколадным кексом.

Понизив голос до бархатного шепота, продолжает:

— Клиент смотрит на тебя и видит не просто официантку. Для него ты теперь человек, который его понял. — Артем наклоняется еще ближе. — И он обязательно захочет отблагодарить.

Я стою на месте, не в силах отвести глаз от мужских губ. Как под гипнозом жду продолжения.

— Вот так? — шепчу, так и не дождавшись следующей части урока.

— Вот так.

Чувствую, как внимательный взгляд исследует мое лицо, плавно стекает на шею и замирает у быстро пульсирующей вены.

— Ты опасный мужчина, — говорю, отступая на шаг.

— Знаю, — усмехается Артем и возвращается к плите.

***

После маленького шоу мы больше не разговариваем. Людей становится больше, и работа забирает все наше внимание. Переложив на меня обслуживание столиков, Артем возвращается к плите и с головой уходит в готовку.

Жарит котлеты для бургеров. Разогревает булочки. И загружает во фритюрницу все новые и новые упаковки картошки.

Пока я ношусь между столиками, принимает у курьера коробки с молоком и напитками. Пакует мусор и по громкой связи договаривается на доставку новых продуктов.

Мы оба трудимся как пчелки без перерывов на кофе и болтовню. Делаем это так, словно всю жизнь работали вместе.

— Передай кетчуп, — бросает он, не оборачиваясь.

Я протягиваю бутылку — Артем ловит ее, не глядя.

— Срочно нужны салфетки! — кричу я, вытирая стол за очередным грязнулей.

Он сразу же кладет пачку на стойку.

— Круассаны закончились. Распродаем ватрушки, — командует мой босс ближе к обеду.

И я тут же продаю целую партию ватрушек большой семье с тремя малышами.

— У тебя талант, — закрывая фудтрак вечером, признается Артем.

— Я бы с удовольствием променяла талант на пару запасных ног или свежие плечи, — вздыхаю, разминая затекшую шею.

— Болят? — Артем быстро моет руки под краном.

— Немного. Пройдет. Это с непривычки... — забрав с полки сумочку, с волнением слежу за его действиями.

— Садись, — указывает на стул возле ближайшего столика и тут же принимается закатывать рукава.

— Не нужно... ничего, — произношу с запинкой.

— А кто сказал, что я прошу? Это приказ.

— Артем... — с трудом сглатываю.

— Не упрямься, Марго. Тебе понравится, — он сам усаживает меня на стул, заставляет опереться руками о столик и встает позади.

— Не... — пытаюсь сказать «не нужно», но его ладони опускаются на мои плечи, и мысли разлетаются в стороны.

— Расслабься, — тихо командует Артем и начинает разминать позвонки у основания шеи.

Обводит их подушечками пальцев по кругу, растирает ребрами ладоней, гладит... так ласково и осторожно, что меня мгновенно накрывает целой волной удовольствия.

Чтобы не застонать вслух, приходится до боли закусить губу и несколько раз повторить мысленно: «Это массаж. Просто массаж».

Однако никакое самовнушение не спасает. Стоит пальцам двинуться чуть ниже, нащупать особые точки возле лопаток, и я окончательно пропадаю.

Дыхание перехватывает. По спине туда-сюда начинают бегать мурашки. И голова сама опускается ниже — я фактически упираюсь лбом в стол.

— Молодец. Сейчас станет лучше, — хрипловатым голосом обнадеживает мой мучитель и усиливает нажим.

Вдавливает большие пальцы в затекшие мышцы, находит каждый узел и каждую болевую точку. Разминает жестко, почти грубо. Разгоняет по телу кровь и заставляет меня гореть.

Как последняя мазохистка, я молча терплю эту боль. Изо всех сил сжимаю край столика. И, закрыв глаза, позорно прошу:

— Да... Еще...

— Вот так. Отлично... — Артем, кажется, и не думает останавливаться.

Размяв мою спину, он берется за плечи. Поглаживает ладонями от шеи до предплечий. Вначале согревает меня своим теплом. А затем мнет... уверенно, правильно, будто знает мое тело наизусть. Лучше, чем бывший муж, лучше меня самой.

— Боже... — бессильно вырывается из груди.

— Потерпи еще, — Артем поднимается выше. Зарывается пальцами в волосы и мягко чертит невидимые узоры на моей голове.

Эта ласка добивает меня окончательно. Пальцы ног поджимаются, и не в состоянии больше сдерживаться, я начинаю стонать.

Тихо.

Сдавленно.

Чуть дыша. Словно это не лечение, а секс. Умопомрачительный и жаркий. Такой животный и безумный, о котором я много слышала, но не думала, что когда-то стану участницей.

— Марго, — доносится позади тихий шепот. И руки в моих волосах замирают.

Артем наклоняется ниже. Становится так близко, что я чувствую его дыхание на своей шее — горячее и неровное.

— Тебе пора, — говорит он резко и отстраняется. — К Софии. Поздно уже.

Я медленно разжимаю пальцы. Встаю, слегка пошатываясь. И чтобы не выдать себя, насилую губы благодарной улыбкой.

— Спасибо, — хриплю, закашливаясь.

— Иди! — Артем отводит глаза. — Пожалуйста, — кивает в сторону автобусной остановки и отступает в тень.

— Да...

Забыв о том, что на мне его свитер и брюки Алисы, я хватаю свою сумочку. Роняя на землю чаевые, сдираю с себя розовый фартук. И бегу. Спешу подальше, не оглядываясь. Как всегда с ним. Уже не помню, какой раз.