Глава 8

Квартира Лизы — однушка на окраине Сочи, подарок от моего отца на совершеннолетие внучки. Тогда я была против — зачем Лизе свое жилье, когда у нас огромный дом с пятью спальнями и видом на море? Но папа настоял: «Пусть будет. Мало ли что в жизни случится».

Сейчас благодаря его дальновидности у меня есть крыша над головой и не нужно воевать с мужем за право жить в своем доме.

Впрочем, с последним дочка категорически не согласна. Она готова ругаться вместо меня с Игорем, найти его Веронику и устроить им обоим кошмар наяву.

Успокоить эту боевую беременяшку оказывается не так уж просто.

— Это не ты, а он должен свалить из дома! — возмущается моя девочка. — Он не заслуживает жить в роскоши, пока ты ютишься здесь!

Раскрасневшаяся от злости, она хватается за телефон, чтобы позвонить отцу. Потом вызывает такси, чтобы поехать к нему лично. И лишь после долгого обличительного монолога позволяет мне высказаться.

— Дай мне немного времени. Неделю или две, — прошу я. — Там я не смогу переварить весь этот кошмар. Все будет напоминать о предательстве. К тому же твой папа не оставит меня в покое. И ни за что не съедет.

Не знаю, что именно убеждает ее сдаться, но в двенадцать у меня наконец появляется новое место жительства — раскладной диванчик на кухне. Узкий, жесткий, рядом с холодильником, который гудит не переставая. Возле окна с чудесным видом на серую стену соседнего дома.

***

Утром первым делом пытаюсь найти работу.

Чтобы не сидеть на шее беременной дочери, я обновляю резюме, рассылаю его во все агентства недвижимости города. Звоню бывшим клиентам — тем, кому помогала найти офисы, склады и торговые площади. Пишу знакомым риелторам, с которыми пересекалась на сделках.

Привыкшая, что они всегда отвечают, я три дня терпеливо жду. А на четвертый день молчания получаю первое и единственное сообщение: «Маргарита Сергеевна, мы бы с радостью приняли такого опытного специалиста. К сожалению, из партнерских соображений вынуждены вам отказать».

Все еще не веря, что оказалась за бортом, я всю неделю проверяю почту. Шлю повторные письма. И к воскресенью разрешаю себе открыть глаза — Игорь опередил меня и здесь. Он обзвонил всех, с кем мы работали двадцать два года. Объяснил ситуацию так, как выгодно ему. И расставил точки над «и».

Выплакавшись в подушку, с понедельника я начинаю искать что-то другое.

Откликаюсь на вакансию администратора в отель, менеджера в салон красоты, продавца-консультанта в магазин одежды. Даже на должность секретаря в стоматологическую клинику.

После моей прежней должности такая работа будет словно отдых в санатории. Ничего сложного или заумного. Ни командировок с перелетами, ни вечного стресса из-за дорогой недвижимости, ни взвода подчиненных, которых нужно обеспечить работой, зарплатой и премиями.

Однако вскоре выясняется, что мой прошлый успех — скорее недостаток, чем достоинство.

«Двадцать два года работы заместителем директора крупной компании... Впечатляет! А почему вдруг решили сменить сферу?» — эту фразу, почти слово в слово, задают мне на трех собеседованиях подряд.

Каждый раз я отвечаю: «Личные обстоятельства». Молчу об отвратительном поступке мужа. Но результат прежний — никто не перезванивает, не пишет и не зовет на работу.

Через две недели таких попыток я сижу на своем диванчике, уткнувшись в телефон, и ловлю себя на странной мысли — мне не к кому обратиться за помощью.

Родители — в счастливом неведении о моем разводе и безработице. Папе с его больным сердцем — такие новости опасны, а мама... Есть у меня подозрение, что моя сердобольная мама предложит помириться с Игорем и забыть об измене.

С подругами дела обстоят еще печальнее. Их у меня нет. Есть знакомые. Много знакомых. Бывшие коллеги, с которыми вместе работала над проектами. Клиентки и жены клиентов. Женщины из спортзала, где я изредка появлялась по воскресеньям. И никого, кому можно позвонить и сказать: «Мне плохо».

Последнее, наверное, самое грустное.

За годы брака я редко находила время на отдых, а что касается дружбы — на нее времени не было вообще.

Вместо женских посиделок у меня были корпоративы. Вместо уютных разговоров по душам — встречи с инвесторами. А вместо дружных поездок за город на шашлыки или в баню — рестораны с мужем и отсыпные между командировками.

Сразу после родов я как-то незаметно рухнула в рабочий водоворот и умудрилась пробарахтаться в нем все двадцать два года.

Осознание того, какая я на самом деле одинокая, накрывает меня поздним вечером, когда Лиза уже спит в своей комнате.

Пытаясь не расплакаться, я сижу на кухне с кружкой остывшего чая. Листаю на телефоне свой список контактов. Отчаянно выискиваю хоть кого-то, для кого я не Маргарита Сергеевна, а просто Марго.

И не нахожу.

***

Как ни удивительно, спасает меня дочь.

Следующим вечером Лиза садится рядом на диванчик, обнимает свой округлившийся живот и признается:

— Мам, у меня есть деньги, — говорит она без предисловий. — Со съемок и с пары рекламных контрактов. Не миллионы, конечно, но... нам должно хватить на хорошего адвоката.

— Лиз, это твои деньги, — качаю головой. — Ты копила их на...

— На что? — перебивает она. — На малыша? Для счастливого декретного понадобится сумма побольше. У папы я просить не собираюсь. У Артема — не рискну. А если ты о Милане... — Ее лицо становится грустным. — Он мне не светит, если мы не решим твою ситуацию.

— Даже не думай, — крепко обнимаю свою золотую девочку. — Я обязательно найду работу, и с первой же зарплаты найму адвоката.

— Нет, мама. Я не хочу, чтобы ты мыла полы или становилась за кассу в гипермаркете. Этого я папе никогда не прощу! Лучше наймем самого хорошего адвоката. Лаевского! Слышала? Он в Питере, но говорят — лучший в стране по семейным спорам и разделу имущества.

— Откуда ты про него знаешь? — удивляюсь.

— Интернет, — виновато усмехается дочь. — Пока ты ходила на свои собеседования, я изучала рейтинги адвокатов. Лаевский* — точно наш вариант. Он жесткий, опытный и берется за сложные дела.

— Мне страшно представить, в какую сумму он нам обойдется, — качаю головой.

— Пусть хотя бы начнет! — уверенно произносит дочка и кладет передо мной на стол записку с электронным адресом и номером телефона.