Глава 25

Иван

— Тебе не кажется, что Настя не в себе? — спросил Туманов, пытаясь провести два прямых удара по торсу. Я легко ушел от атаки, но его сова заставили задуматься. Я звонил ей сегодня — хотел узнать, собирается ли в клуб вечером. Мне категорически не нравилось, что она ходит по темноте одна. Да, я знаю, что Москоу неве слип, и на улице полно народу, но хотелось бы проследить, чтоб добралась без приключений. Мне даже по хрен, кто из нас ее проводит. Но она рявкнула в ответ, что просила оставить ее до выходных в покое и не трогать. Бросила трубку. Однако через пять минут перезвонила и извинилась. — Пожалуй, ты прав. И, кажется, я знаю, кто виноват.

Пропустил удар ногой, поморщился от боли. Нет разговаривать во время боя, то ещё удовольствие, а если о Насте, то можно смело сдаться. Мысли о ней вышибают меня из реальности почти всегда, и Туманов должен это знать. Поэтому и задал свой вопрос. Иначе поединок закончился бы ничьей. А так он выиграл.

Я снял перчатки и защитный шлем. Махнул ребятам из секции, наблюдавшим за нами, и направился в раздевалку. Слова Ника не выходили из головы, но я не спешил его расспрашивать. Сам скажет. Раз уж начал, вряд ли сможет молчать.

— Ван, — продолжил он прерванный разговор, выходя из душевой, — ты не видел ее после того раза, когда она нас послала?

Я отрицательно качнул головой, натягивая футболку, на влажное тело. Не видел. Очень бы хотел, но я уважаю ее желание. Сказала нет, значит, не появлюсь до выходных.

— Что-то изменилось? — все-таки не сдержал любопытства. Ник-то хотя бы работает с ней. Завидую ему в этом плане по страшному.

— Она никакая.

— В смысле? — натянул джинсы и внимательно посмотрел на друга. Туманов никогда не проявлял пустого волнения о ком-то. Если сейчас зашел разговор о настроении Настены, значит, есть о чем переживать. — Что с ней?

— Думаю, мы перегнули палку. Может, отложим эти дебильные соревнование хотя бы на выходные? Вывезем ее развеяться, чтоб не думала о том, кого из нас выбрать.

Это была отличная идея! Прям не ожидал от него такого разумного подхода. А все-таки что с ней не так, раз никогда не сдающийся Туманов, пошел на попятную?

По пути к стоянке он рассказал, что в четверг Настя была сама не своя. Избегала его, глаза — как будто плакала, темные круги под ними, которых отродясь не было.

— Неужели все из-за нас?

— Не удивлюсь, — ответил я, сжав челюсть. Вот уж чего хотел меньше всего, так трепать любимой женщине нервы, но идиотские обстоятельства так складывались, что иного выхода не было. Я просто не мог отступить, как раньше. И черт! Мне иногда кажется, в этот раз что-нибудь реально может получиться.

Настя явно взглянула на меня иначе. Беда в том, что и на Ника тоже. А еще этот Игорь не известно, откуда взявшийся и мутный какой-то. Если бы я работал на Андрея, как пару лет назад, я бы ни за что не допустил, чтобы они сблизились. Сейчас я, увы, далеко от нее. В офисе бываю крайне редко — когда Татьяне требуется увидеть мужа. Остальное время я с ней и с Олежкой — слежу за их безопасностью.

— Тогда давай на дачу к Воронцовым, там тишина, природа — все, как она любит. Захватим мясо, шашлыки сделаем. Я узнавал — в эти выходные Андрей не планируют туда ехать.

Я подтвердил. Таня собирается готовиться к свадьбе Белоснежки. Поэтому, кстати, не уверен, дадут ли мне выходной. Но порадовать Настю хотелось до безумия, и провести с ней пару дней на природе. В идеале, конечно же, вдвоем, но пока что это недостижимо. Придется терпеть третьего лишнего.

— Я попробую взять выходные, но только, Ник, если уж решили, что не беспокоим ее своими зае… короче, ни слова о выборе и вообще о соревнованиях. Согласен?

— Я же об этом и говорю. Все как в старые добрые.

— Доеду до дома и сообщу, смогу ли выбраться. Надеюсь, Воронцов не подведет.

На стоянки мы распрощались. Но до дома я не дождался. Набрал Андрея еще в машине, используя гарнитуру — ненавижу телефон в руках во время езды.

Оказалось, что я завтра-послезавтра особо и не нужен. Таня будет с Ирой. А у той свой водитель имеется. Здорово. Сразу же отзвонился Нику. Тот взял на себя организацию шашлыка, а я заехал за спиртным.

Главное с этим делом не переборщить. А то в последний раз наша совместная пьянка плохо кончилась. Но в себе я уверен, надеюсь, и Ник не подведет.

Осталось дело за Настей. Согласится ли она? Лишь бы в позу не встала. У нее последнее время обострение упрямства.

Пришел домой. Закинул в себя что-то из еды, даже не задумавшись, что именно. Мысли все в завтрашнем дне. Если она не откажется, получится ли удержаться всем во френд-зоне? Мне уже охренеть как надоело здесь маяться. Столько лет!

И вот вроде бы что-то изменилось. Тот поцелуй… меня до сих пор колбасит, когда вспоминаю. Каждый раз заново переживаю тот вечер, начинавшийся так мило, с таким многообещающим продолжением и катастрофическим финалом.

Все шло прекрасно. Настена была великолепна с детьми. А потом я не сдержался — набросился на нее, как голодный волк на Красную Шапочку. И она отвечала! Ее потряхивало точно так же, как меня. Я не мог поверить своему счастью.

Ее гибкое тело сводило с ума, но не настолько, как осознание того, что в моих руках она! Впервые так близко, так жарко, так томительно. Она готова стать моей прямо на лестничной площадке — чувствую ее отклик, ее стоны ласкают слух, посылая бешеные импульсы по позвоночнику вниз, вызывая безумный прилив возбуждения. Я сам готов стащить с нее одежду и ворваться, делая полностью своей… навсегда.

Отстранился, чтобы заглянуть в глаза, мне нужно точно знать — она знает, кто с ней рядом. И этот ее взгляд. Я столько лет грезил о нем, мечтал, представлял. Он снился мне в снах, не давал покоя ни днём, ни ночью. И вот я вижу его наяву. Что-то говорю ей, гладя лицо, пьянея от этих ощущений на кончиках пальцев… и вижу бордовое пятно на шее. Не просто синяк… засос — метку другого самца…

Получается, она недавно, скорее всего, вчера делала то же самое с другим мужчиной! Наверняка так же сгорала от страсти, так же выгибалась в его руках, подставляя шею для поцелуев.

Сердце, которое до того колотилось от восторга, замерло, остановилось, рухнуло…

Не будь Настя моей подругой столько лет, просто любимой девушкой, на которой оказалась чужая метка, я бы схватил ее за эту хрупкую шейку, сжал пальцами…

Сообразив, о чем только что подумал, резко отскочил в сторону, ощущая, что в полушаге от того, чтобы проделать это. А она… она даже не понимает…

И я сбежал. Не от нее — от того зверя, что проснулся внутри и требовал наказать. Но я никогда ее пальцем не трону. Мою Настену… лучше голову в кровь разобью о стену, вышибая дурь из башки, чем прикоснусь к ней и сделаю больно.

Не помню, как добрался до дома и полчаса дубасил грушу. Пока руки в кровь не сбил. Идиот! Как я мог поверить, что все будет легко? Слишком долго находился во френд-зоне, чтобы вот так внезапно оказаться единственным.

В очередной раз зашипел, чувствуя разочарование, повернулся на другой бок. Сна ни в одном глазу. Так и провертелся пока на улице не начало светать. Лишь тогда ненадолго вырубился с мыслю, что завтра не дам ее в обиду Туманову…