Глава 29

Настя

Наконец-то все встало на свои места. Теперь все так, как и должно быть. Не нужно придумывать оправдания своим странностям или обманывать себя. Все очевидно…

И было понятно уже вчера, но я упрямо продолжала сопротивляться. Зачем? Кто бы знал. То ли из страха, то ли от неожиданности. Столь внезапно на меня обрушились новые неизведанные чувства.

Забота Вани весь вечер отогревала мою заледеневшую душу, вызывая теплое томление внутри. Сердце давало сбой каждый раз, как он приближался. Укрывал пледом — я млела, гладил по голове — жадно впитывала его нежность, словно всю жизнь только о ней мечтала.

В груди что-то сладостно замирало, когда ловила на себе его взгляды, как в тот день, когда в моей жизни все перевернулось.

А потом, вечером, лежа у него на коленях я готова была урчать как кошка, когда он массировал мне голову и перебирал спутавшиеся прядки. Я и сама делала то же с Тумановым, но как-то реально по-дружески. Но именно с Ваней, а не с Ником хотелось сотворить нечто безрассудное. Например, забраться к нему на ручки, прижаться к груди… — это из приличного. А лучше бы, конечно, схватить его за грудки и утащить в спальню…

Если бы не синяки по всему телу, я бы, возможно, закончила вечер иначе. А так, пришлось лежать и довольствоваться малым, кутаясь в водолазку, что бы никто не обнаружил потемневшие следы борьбы.

Несколько раз за день собиралась рассказать друзьям о случившемся на яхте, но так и не смогла.

И вот сегодня, вернувшись из леса, вдруг с очевидной ясностью поняла — игра завершилась убедительной победой Вани. Всухую разгромил соперников. Стоило перестать сопротивляться своим чувствам, и все едва ли не зашло очень, очень далеко… гораздо дальше, чем я могла предположить…

Мы словно с цепи сорвались, набросившись друг на друга, но если б он вовремя не остановился… ах… как бы это все кончилось…

Нет, я ему благодарна, что притормозил. Потерять девственность в лесу, прижатой к жесткой коре старого дерева, то ещё удовольствие, но в тот момент меня так контачило от его близости, от его возбуждения, явно ощущаемого сквозь джинсы, что я плохо соображала, готова была на все… даже забыла про тщательно скрываемые синяки.

И самое главное — я не боялась, совершенно. Я готова была на все лишь бы сейчас отдаться ему, лишиться своего сомнительного "сокровища"… не знаю, оценил бы Ваня подобный "дар"? Он ведь даже не понял намек, что у меня впервые с мужчиной нечто похожее на секс.

Весь оставшийся день развлекались с детишками, которых я уже почти любила, прятались от снова набежавших туч и хлынувшего дождя, доедали вкуснейшие колбаски… и при этом постоянно переглядывались какими-то особенными взглядами, от которых трепетало все внутри, да и снаружи… обменивались легкими прикосновениями друг к другу, вздрагивая каждый раз от волнения и предвкушения.

Я даже не сразу сообразила, что за нами наблюдают. Андрей первым выдал себя, не сдержав улыбку, когда мы в очередной раз зависли друг в друге. Многозначительно поиграл бровями и подмигнул мне лукаво. Спалилась.

Тут же обнаружила, что Туманов тоже не слепой. Кто бы мог подумать, с его-то самомнением? Он ведь даже Ваню за соперника не считал. Но и по-другому расценить наши взаимные знаки не мог в силу того, что весьма наблюдателен и далеко не глуп. Но, честно говоря, мы не особо-то скрывались. Мне кажется, я вообще светилась, словно новогодняя елка. Да и Ваня ничем не отличался.

Нику пришлось признать поражение. Без пафосных речей и прочего шума он просто ушел в сторону, по-моему, впервые совершив адекватный взрослый поступок в отношении женщины, то бишь меня. Надеюсь, ему пойдет на пользу этот опыт, и он, наконец, подойдет серьезно к данному вопросу, перестанет выбирать себе неподходящих девушек и найдет ту, которую полюбит по-настоящему.

Домой возвращались поздно вечером. Не знаю, как остальных, но меня детки вымотали до предела. Я хоть и садилась на заднее сиденье рядом с Ваней в надежде пообниматься по дороге, но не выдержала и уснула на его плече. Проснулась, если можно так назвать, уже на стоянке у своего дома. Туманов дал нам отмашку, что подождет Ваню, мол, не торопитесь. Но ему и ждать не пришлось. Видя мое сонное состояние, тот велел мне отдыхать. Нежно долго целовал припухшие от сна губы, но так окончательно и не разбудил. Видимо, измученный переживаниями накануне, мозг решил, что не время нам пока переходить к чему-то более серьезному. Для этого нужно более подходящее время… и более здоровое тело, а вовсе не мое, покрытое синяками.

Зато я хорошо выспалась и в понедельник утром была бодра, как никогда — летала на крыльях любви, а в животе щекотались своими легкими крылышками маленькие нежные бабочки, вызывая то улыбку в пол-лица, то даже тихий счастливый смех.

На работе меня ждал букет из белых роз, таких, как я люблю, а в телефоне несколько сообщений с пожеланием доброго утра "самой милой засоне".

Настроение испортилось ближе к завершению рабочего дня. Мне снова принесли букет, но уже из почти черных роз. И в нем карточка.

"Заеду после работы. Надеюсь, сегодня будешь послушной девочкой".

Сердце рухнуло камнем вниз. Порвала карточку, а букет велела Софье выбросить так, чтоб на глаза не попадался.

Села за стол и обхватила голову руками. Что делать? Рассказать Ване? Первая мысль и желание — да! Но тут же тревога и паника. Если он узнает, что сделал Игорь накануне, он его убьет. И тот предупредил меня, что мало не покажется. Боюсь, у Игоря достаточно людей, чтобы остановить его. Нет, надо попробовать самой решить вопрос. Твердо скажу, что больше не желаю иметь с ним ничего общего. Надеюсь, услышит. Зачем ему женщина, которая любит другого?

Выходила из офиса, решительно расправив плечи, и, не смотря на узлы в солнечном сплетении, имея твердое намерение самой справиться с ситуацией.

На стоянке заметила его автомобиль. Меня пригласили, распахнув пассажирскую дверь. Ну уж нет. Еще чего. Прошла мимо, прекрасно понимая, что своим поведением сержу его, но не я собиралась с ним никуда ехать. Спасибо. Хватило.

Вскоре позади послышались стремительно приближающиеся шаги. Делать вид, что не слышу, смысла нет. Лучше повернуться и видеть его, чем неожиданно оказаться в неудобной ситуации, мало ли что в ему голову стукнет.

Так. Злой. Глаза сверкают, губы поджаты. Но контролирует себя. Вроде бы.

— Ну и как это называется? — остановился в полуметре от меня. — Решила нервишки пощекотать?

— Не много ли на себя берешь, Игорь?

Он прищурился, оценивая мой боевой настрой. Здесь, в центре столицы, я могла себе позволить говорить прямо. Ничего он не сделает на людях. Это вам не яхта посреди реки.

— Моя девочка решила показать характер? Ну что ж, любопытно.

— Я не твоя девочка, Игорь. Мы расстаемся. То есть не так. Расстаются те, у кого что-то было. У нас не было. И не будет.

Он молчал, разглядывая меня и поглаживая большим пальцем нижнюю губу.

— Может быть, поговорим в другом месте? Разве столь важные вопросы решаются вот так, посреди улицы?

Он прав. У меня вдруг возникло ощущение, что я смогу его убедить — мы не пара.

— Хорошо, здесь есть недалеко ресторан. Идем.

Сказать, что он был удивлен — ничего не сказать, а я, ободренная его реакций, двинулась в сторону довольно приличного заведения общепита. Я ему все объясню, и он отстанет! Кругом столько доступных женщин, которые с удовольствием ответят взаимностью на его условиях. Зачем ему я?