Глава 28

С трудом разодрал глаза, пытаясь сконцентрироваться на маленькой фигурке. Олежка стоял рядом, уперев руки в бока практически как это делала Таня — его мать.

— Вы потему на полу спите? — деловито спросил он, немного коверкая звуки.

От его голоса заворочалась Настя, потом резко поднялась, удивленно глядя на мальчишку. Ну и Ник тоже проснулся.

В комнату вошли еще три персоны — Андрей, Анечка и князь Дмитрий, пасынок Белоснежки. Странная компашка.

— Эээ… — протянул Воронцов, почесывая затылок. — Ребят вам что, спален мало? Вы что тут делаете?

Мы неловко поднялись, кряхтя как старики. Да уж, сон на полу — то еще удовольствие. Сейчас бы массажик.

— Вы сами-то откуда в такую рань? — Какой смысл объясняться? И так очень видно — мы случайно заснули тут.

— Ну… Таня с Белоснежкой и остальными девчонками уехали готовиться к свадьбе. У всех няньки, а у нашей выходной. Я с сыном сижу, вот Димка к нам в гости напросился. А потом и Анечка тоже. Я не смог ей отказать. Вспомнив, что вы здесь, мы все вместе решили присоединиться. Поднять настроение, так сказать, — Андрей хитро улыбнулся.

— Ваня! Я скучала! Настя по тебе тоже! — Анечка пришла в себя и бросилась обниматься. За ней следом и Олежка решил повторить. Дима несколько старше, поэтому стоял с Андреем в стороне. — Мы будем играть? Ваня, ты покатаешь меня на лошадке?

Лошадкой, разумеется, буду я же. Но куда я денусь от этой рыжей девчонки? Конечно, покатаю. Я люблю детей. И очень хочу своих. Парочку маленьких карапузов с глазами, как у Настенки.

— Анют, обязательно покатаю, только можно мы с Настей и Никитой сначала умоемся, зубки почистим, позавтракаем?

Она радостно кивнула и переключила весь свой энтузиазм на Димку.

— Дима, тут у Олежки такая детская, идемте туда!

О да! Детская у них замечательная. Таня для сына и остальных детей уделила особое внимание данной территории. На нее ушло едва ли не полдома.

Андрей махнул нам, чтоб мы приводили себя в порядок, а сам последовал за детьми.

Мы остались в тишине, которую через секунду сами же и разрушили громким смехом. Это ж надо было так умудриться вляпаться.

Разбрелись по комнатам, а встретились уже через полчаса на кухне. Я сварил кофе на всех. Настена сварганила горячие бутерброды. Но тут прибежали дети и растащили все с тарелок. Пришлось срочно помогать ей делать второй заход. Ее настроение заметно улучшилось, и я лишний раз убедился, что не зря мы ее сюда вытащили.

После завтрака полдня провели в детской. Хоть дождя со вчерашнего вечера больше не было, а на улице сияло солнце, перенести игры на улицу раньше обеда не решились. Но детская прекрасно проветривалась, наполняя комнату легким запахом свежего леса после дождя.

Я заметил, что Ник тоже неплохо ладит с детьми, особенно с Димкой и с Олежкой. Анечку он немного побаивается. Ну ничего, парочка подобных вылазок и привыкнет. Тем более что она уже приметила себе новую жертву — свеженькую. Мы с Настей уже исследованы, а вот эта туманная личность — нечто новое, неопробованная игрушка, так сказать. Загадочная. Ее глазки уже загорелись, и я мысленно пожелал ему терпения.

Настена, кстати, тоже нашла общий язык с Князем. Димка вообще любитель симпатичных девушек. Мачеху свою будущую охмурял наравне с отцом. Сейчас вон и моей девочке глазки строит.

Андрей тем временем разжёг мангал и собирался на обед поджарить колбаски, наверняка приготовленные их великолепной домработницей. Готовила она шикарно практически любое блюдо, в том числе и для гриля.

На улице было уже жарко, а Настена по-прежнему куталась в свою кофту. Да что с ней? Может ночью промерзла и не может согреться?

После обеда Аня конкретно оккупировала Туманова. Дима с Воронцовым занялись чем-то в его кабинете, Олежку уложили спать. Так я и остался наедине с Настей.

— Пойдем прогуляемся? — предложил я, зная ее любовь к природе. — Можем по лесу побродить. Есть желание?

— Давай.

Я отыскал для нее резиновые сапожки — все-таки еще влажно в траве, и мы вышли за ворота. Повел ее в сторону небольшого озера — показать, как тут бывает красиво.

— Тебе лучше?

Настя остановилась, и я повернулся к ней. Она была такая милая, растерянная и… одинокая. Словно это общение с детьми вызвало одновременно и радость, и тоску. Тоску по семье. Я понимал ее как никто. Сам точно такой же. Только я помню немного своих родителей, а Настя нет. И я очень хочу семью. С ней.

Вернулся на два шага назад и остановился совсем близко. Не знаю, кто первый подался вперед. Я или она? Но через мгновение мы очутились в объятьях друг друга.

Она прижалась ко мне, обхватив за талию так крепко, что я растерялся. Ненадолго. Заключил ее в руках, каким то шестым чувством отчетливо понимая — ей сейчас очень необходимо мое тепло, моя любовь. Прижался щекой к ее волосам, наслаждаясь их мягкостью.

Когда она неожиданно подняла ко мне лицо, сердце остановилось… в предвкушении. По ее глазам видел, что дальше произойдет.

— Поцелуй меня, — произнесла почти беззвучно, а внутри все взорвалось от счастья. Пульс рванул вперед, оглушая грохотом в ушах. Наклонился вперед, едва касаясь нежных розовых лепестков. Не торопиться, не спугнуть… но сил сдерживаться почти нет… хочется впиться в этот сладкий рот, терзать его, пока она не поймет, как велико мое желание, как давно живёт моя любовь к ней.

Она обвила шею руками, погружаясь пальчиками в волосы, и я застонал от удовольствия. Обхватил за талию, забираясь руками под злополучную кофточку, касаясь плоского животика, спины, скользя чуть выше — по ребрам, по лифчику и возвращаясь назад.

Моя язык наконец проник в изумительный рот и исследовал его, играя в страстную игру с ее ловким язычком. От желания сносило голову, но делать это здесь, в лесу, еще и недалеко от дома, совсем не хотелось.

Настя закрыла глаза, принимая мои ласки и осторожно даря свои, и словно забыла обо всем, словно ждала большего.

Я не выдержал — ухватился за попку и вторгся между стройных ножек, закидывая их себе на талию. Прижал ее к широкому стволу дерева, давая понять, что у меня вполне все готово к близости. Она вскрикнула, на секунду открыв пьяные глаза, потом закрыла, позволяя мне действовать дальше. Разум совсем покинул мой измученный годами ожидания мозг. Я так хотел ее, что уже не мог остановиться. Сделал выпад бедрами, и она застонала, изо всех сил вжимаясь в меня промежностью. Ох, какая чувствительная. Даже джинсы не мешают. Я не мог отказать себе и ей в этой лёгкой шалости перед чем-то большим. Сделал еще одно поступательное движение впечатываясь своим возбуждением так крепко, насколько мог терпеть. Открыл глаза, следя за ее реакцией. Ооо, как это красиво. Ее лицо, искаженное желанием… Каждый мой толчок отзывается стоном с ее припухлых губ. Да, девочка моя, да. Как же я люблю тебя…

Тонкие пальцы впились в мои плечи неожиданно сильно, и я почувствовал, как ее сорвало в пучину сладкого наслаждения, накрыло оргазмом так, что лицо исказилось, а я просто не мог оторвать от него взгляда. Моя… моя…

Ее глаза распахнулись — в них столько эмоций, что я ошалел. Счастье, удивление, страх, неловкость. Все это вместе меня слегка отрезвило. Я вдруг понял, что не хочу, чтобы наш первый раз случился здесь и так. Нет, она достойна лучшего.

Коснулся ее губ… совсем легонько, боясь, что снова вспыхну и уже не смогу остановиться.

— Ты прекрасна, — проговорил тихонько, видя, как румянец заливает ее лицо.

— Вань, прости, я…

— Тсс… все хорошо, малыш, все хорошо. Я все понимаю… погуляем или вернемся?

— Что-то у меня ноги дрожат. Давай назад.

Я не стал спорить. По пути возбуждение понемногу спадало, и идти становилось удобнее. Пока она не произнесла:

— У меня это впервые…

Что? Оргазм? Впервые? Да ничего ж себе.

Я остановился и прижал ее снова к себе. Нет. Теперь я точно дождусь более подходящего места. И тогда он будет у нее не один раз за ночь. Буду доводить ее снова и снова, пока не запросит пощады. Что ж за мужики попадались такие? Ублюдки. Она же создана для того, чтобы получать удовольствие от секса.

А может и хорошо, что она впервые получила его от меня. Теперь только от меня. Никаких других.

Обнял ее, зарывшись носом в шею. Не отдам никому, никогда. Решено.

— В первый, но не в последний. Уж это я тебе точно обещаю.

— Ваня! Какой ты оказывается шалун.

— Для тебя я готов быть даже шалуном.

Она счастливо рассмеялась, и мы пошли дальше. В доме она, смущаясь, попросилась в комнату, где ее разместили. Я не удержался и, еще раз поцеловав, отпустил.

Только скрылась из виду, появился Туманов. По его виду понятно — видел нас. Вроде и злится, и понимает, что глупо.

— Ну что? Соревнования закончены? — произнес он. — Мои поздравления. Ты заслужил. Неужели мог так долго любить? Вань, ты ведь никогда не забывал о ней, да? С какого, с восьмого класса? Ты герой просто. Ладно, друг, я не буду вам мешать. Вы оба заслужили.

Хлопнул меня по плечу и снова куда-то ушел. А я был счастлив как никогда…