Глава 38. Аделина

— Дверь я оставила открытой, Адочка, — словно на последнем издыхании произнесла Ангелина Дмитриевна, когда я, наконец, смогла попасть в подъезд её дома благодаря вышедшей даме с собачкой.

— Я уже поднимаюсь. Ставьте чайник, — я пыталась шутить и сохранять оптимистичный настрой, иначе рисковала тупо начать паниковать, чем могла напугать бабушку Андрея. Только войдя в квартиру, в которой вкусно пахло выпечкой, я сбросила звонок и, не снимая обуви и не сбавляя скорости, помчалась по незнакомой мне квартире. — Ангелина Дмитриевна, вы где?

— Я здесь, солнышко! — отозвалась она из комнаты сбоку.

Я быстро забежала туда и увидела бабушку, лежащую на постели. Она держала одну ладонь на лбу, а вторую на груди.

— Я здесь, я рядом! Что сделать? Воды? Может, лекарства какие-то нужно? Вы точно в «скорую» позвонили? Давайте я сама ещё раз наберу, чтобы наверняка, — в панике, которую мне было сложно контролировать, видя бледную бабушку перед собой, я лихорадочно сыпала вопросами и предложением, как мне кажется, теряя драгоценное время. — А давайте закажем такси и сами до больницы доедем. Быстрее будет. Точно!

— Успокойся, Адочка, — Ангелина Дмитриевна, положила свою тонкую сухую ладонь на телефон в моих рук и вынудила посмотреть на неё. — Мне уже лучше. Просто принеси стакан воды. Там на кухне вода в графине. И сними обувь в прихожей, — она неодобрительно взглянула на мои ботинки.

— Ага, поняла.

Метнувшись обратно в прихожую, я быстро скинула с себя верхнюю одежду, оставив на полу куртку. Пробежалась до кухни, где налила стакан воды, и вернулась к бабушке, которая, заметив моё приближение, сразу отложила своё телефон и вновь схватилась за голову и грудь.

— Проверила, может, Андрюшенька заметил, что я звонила, — ответила она на мой немой вопрос.

— И что он? Как всегда весь в работе?

— Ты же его знаешь, Адочка. Это он от скуки так много работает. Дома-то его никто не ждёт. Торопиться не к кому.

— А Киня? — я подала ей стакан с водой.

— Ну, ты сравнила — семья и кошка, — бабушка осуждающе цокнула и лишь слегка пригубила воду, что я ей принесла. Поставила стакан на тумбочку. — Он последние дни совсем с ума с этой работой сошёл. Всех гоняет, продыху никому не даёт. Даже ночевал несколько раз прямо в своём кабинете! Не знаю, что с ним случилось. Вы не ругались, случайно?

— Ругаться — это стиль нашего общения, Ангелина Дмитриевна, — усмехнулась я и села на край кровати рядом с ней.

— Просто ты не появляешься на работе, да и у него дома, я смотрю, твоих вещей не стало. Поругались? Что-то серьёзное в этот раз?

Она долго и даже немного умоляюще смотрела мне в глаза.

Стало неловко и неудобно перед ней.

Не скажу же я, что отрабатывала на её внуке приёмы любовной мести?

Кстати, даже немного жалко, что я своими глазами не видела, как он там всех гоняет в офисе.

— Просто… Просто не сошлись характерами, — ответила я обтекаемо. — Такое бывает. Только вы не переживайте, всё нормально. Мы взрослые люди, мы всё решили.

— Угу, решили они, — как-то скептически выдохнула она и убрала руку со лба. — Ну, вроде, легче стало. Видишь, Адочка, ты пришла, и сразу отпустило. Что бы я без тебя делала?

— Это всё, конечно, здорово, Ангелина Дмитриевна, но в больницу мы с вами, всё-таки, поедем.

— Ай, — махнула она легкомысленно рукой. — Уже не надо. И так прошло. Считай, как новенькая…

— Бабушка! — знакомый мужской голос донёсся из прихожей. Послышались быстрые приближающиеся шаги, и на пороге комнаты застыл, как вкопанный, Андрей. Огромными глазами, словно напуганный, он смотрел то на бабушку, то на меня. — Я с врачами. Они поднимаются. Как ты себя чувствуешь?

— Да не надо мне врачей. — Ангелина Дмитриевна начала капризничать, как маленькая. Села в постели, и мне пришлось встать, чтобы она тоже могла встать. — Мне уже лучше. Сейчас я их встречу и сама всё объясню.

— Бабушка, ты звонила и говорила, что умираешь! — теперь Андрей вытаращил глаза от возмущения.

— Не дождёшься, — хихикнула бабуля. — Я ещё правнуков не понянчила. И обувь сними. Не на улице.

Она обошла внука и достаточно бодро потопала в сторону прихожей. Тут даже я немного офигела и вместе с Андреем тоже пошла за ней.

— Бабушка! — сейчас я была полностью солидарна с интонацией Андрея, с которой он обратился к родному человеку. — Это у тебя и твоей новой подружки шутки такие? — это он про меня сейчас? — Я сорвался с работы, проехал через весь город, привёз врачей…

— Ой, ну извините, что я не умираю! — всплеснула Ангелина Дмитриевна руками и начала надевать ботинки. — Вам не угодишь!

— Да при чём здесь это?! Ты хоть понимаешь, как я испугался? А сейчас ты просто встала и пошла куда-то вместо того, чтобы дождаться врачей, — в этот момент в дверь позвонили. А бабуля уже надевала пальто с меховым воротом.

— Сейчас я всё подробно им расскажу и покажу. Не переживай, Андрюшенька.

Ангелина Дмитриевна улыбнулась, глянув на нас. Надела шапку, открыла дверь и, вместо того, чтобы впустить врачей, которые начали уже задавать вопросы, вышла с ними на лестничную площадку и закрыла перед носом Андрея дверь, когда он решил подойти к ней.

— Ба! — ударил он ладонью в дверь, и стало понятно, что нас закрывают снаружи. — Ты что… Ты это специально всё подстроила, да? — рычал Андрей в закрытую дверь, взъерошивая волосы на затылке. — Слышала историю про мальчика, который кричал «волки-волки»? Помнишь, чем всё закончилось?

— Пока нормально не поговорите и не решите свои проблемы, из квартиры никто не выйдет, — послышалось от бабули с той стороны двери. — Вон как оба исхудали! Да ты посмотри, на девочке лица нет, ты бриться почти перестал…

— Я за вас испугалась, поэтому на мне лица нет. А внук ваш мне и даром сто лет не нужен.

На последней фразе Андрей обернулся и с насмешкой посмотрел на меня. Отвернулся и уже более спокойно произнес во всё ещё закрытую дверь:

— Ба, открой. Это уже не смешно.

— Так я и собрала вас для серьёзного разговора, не шутки шутить. Всё! — строго прикрикнула она. — Больше ничего не хочу слышать. Решайте свои проблемы с глазу на глаз. На всё про всё у вас три часа.