Глава 12
Оливия
— Скорее, Шторм! — упрашивала Керана. — Уже темнеет. Нужно найти дорогу к часовне, пока еще это возможно.
Каплан несся вперед по тайным звериным тропам, и Кера практически им не управляла, доверяя его чутью. Мое тело безвольно болталось, закрепленное на спине зверя, а сознание парило рядом, как бы наблюдая за происходящим со стороны.
Впереди за кустами показалась темная стена обветшалой постройки.
— Добрались, — с облегчением выдохнула Керана. — Остановись перед входом.
Шторм подвез нас к ветхому крылечку и опустился на брюхо. Кера спустилась на землю, отстегнула ремни и, подхватив меня под руки, потащила внутрь.
Она уложила меня на пол в углу и принялась рыскать по стене рукой.
— Да где этот проклятый факел? — в сердцах воскликнула. — А, вот он.
Она высекла огнивом искру, и небольшое темное помещение мгновенно озарилось тусклым светом. Это была полуразрушенная часовня Великой Пятерки. Статуи Богов, высеченные в стене за алтарем, практически истлели от времени, и кто есть кто, можно было угадать лишь по неясным очертаниям.
— Оли, — обратилась ко мне Кера, опускаясь на колени и поднося к губам бутыль с зельем, — выпей. Тебе нужно это проглотить. Я понятия не имею, что тут сейчас должно произойти. Знаю только, что нужно следовать инструкции. А там написано про зелье, кинжал и алтарь с Венцом. Я все подготовила, но без твоего участия не справлюсь. Умоляю, приди в себя.
Горло опалило целебное зелье, проникая внутрь и разжигая настоящий пожар в крови. Я сделала резкий вдох и открыла глаза.
— Хвала Богам, ты очнулась! — обрадовалась Кера. — Давай помогу подняться.
Она подала мне руку и потянула вверх. С трудом встала и привалилась к стене. Голова кружилась, во рту пересохло, а в груди нарастающее жжение мешало нормально дышать.
— Можешь стоять? — встревожено спросила Кера.
Уже хотела ответить, что лучше бы мне лечь, как почувствовала просто непреодолимое желание подойти к алтарю.
— Помоги добраться до статуй, — прохрипела, борясь с приступом накатившей тошноты.
Керана обняла меня за талию так, чтобы я опиралась на нее, и провела вперед.
Дойдя до алтаря, схватилась за него в поисках точки опоры и уставилась на размытые фигуры Богов. Жжение стало просто нестерпимым, и я постаралась дышать ровнее, чтобы хоть как-то унять боль в груди.
«Возьми кинжал и окропи своей кровью алтарь», — услышала потусторонний голос.
Перед глазами все плыло, но я точно знала, чтобы мне стало легче, нужно слушать голос. Взяла в руки оружие и полоснула себя по запястью. Боль обожгла, но сейчас было совершенно не до этого. Подняв руку над гладкой, ледяной поверхностью большого ритуального камня, позволила алой крови стекать вниз.
Капли шипели и пузырились, достигая цели. Сколько я так стояла, не знаю. Но в какой-то момент почувствовала, что камень потеплел. На моих глазах его цвет стал насыщенно-черным.
«Пусть страж поможет тебе раздеться, наденет Венец, а потом украсит твое тело кровавыми знаками Великой Пятерки, на груди, животе, лбу и руках».
Объявила Керане волю голоса и вцепилась руками в алтарь, силясь не рухнуть прямо здесь от накатывающей волнами слабости.
Кера быстро сделала все, что я от нее хотела, нарисовав знаки моей же кровью.
«Теперь ложись на алтарь и убери отсюда стража», — получила следующую инструкцию.
Выполнила все в точности, попросив Керу выйти. Когда я осталась одна, непреодолимая слабость поглотила меня полностью, и сознание мое вновь отделилось от тела.
Я парила над алтарем, а вокруг меня начали, словно из ниоткуда, проявляться черные тени. Одна, другая, третья. И только когда их стало ровно пять, вновь услышала голос.
«Наконец-то! Новая кровь и новый Оракул!» — потерла призрачные ладони одна из теней.
«Девчонка?! Что за фокусы? Как девчонка могла стать Оракулом?» — непримиримо сложила руки на груди вторая.
«Девчонка еще лучше! Женщины всегда похотливее мужчин. Она станет моим шедевром!» — обрадовалась третья.
«И врут бабы охотнее», — поддержала ее четвертая.
«Заткнитесь! — громыхнула пятая. — Девка не может быть Оракулом! Это противоречит законам нашего существования. Как это произошло?»
«Кто вы такие?» — дрожа от первобытного ужаса, пролепетала.
«Мы — Боги и хозяева этого мира, — торжественно заявила пятая тень. — Мы — Великая Пятерка, и ты, мразь никчемная, теперь принадлежишь целиком и полностью нам».
«Что со мной происходит? Почему я вас вижу?» — обмирая, задала главный вопрос.
«Действующий Всесильный Оракул сегодня скончался, — ответила все та же тень. — Его дар у нас. И нам нужно передать его преемнику. Ты единственная, кто на данный момент в состоянии принять эту великую милость».
«Почему я?» — потрясенно уставилась на теней.
«Сами хотели бы знать, — буркнула все та же пятая сущность. — В любом случае, времени в обрез. Ты должна понять одну простую истину. Ты — ничто. Грязь у нас под ногами. И только благодаря нам, ты теперь получишь абсолютную власть. Тебе будут даны такие силы, о которых мечтает каждый смертный. И их ты будешь употреблять на то, чтобы служить нам. Поняла?»
«Нет», — честно ответила.
«Чего ты не поняла?! — заорала на меня самая грозная тень. — Подобные вещи и умалишенному ясны! Всё! Начали! Некогда попусту время тратить».
Тени окружили меня плотным кольцом и протянули вперед руки. Я забилась в припадке неконтролируемого ужаса, но деться мне было некуда. Руки сущностей зафиксировали мое сознание и каждый начал посылать в его сторону яркий ослепительный поток энергии.
Я кричала и умоляла прекратить это истязание, но тени и не думали слушать. Сжалась в комок и закрылась руками. А яркий, обжигающий поток все струился и струился вокруг, проникая внутрь и заполняя собой все до отказа.
В какой-то момент почувствовала давление. Тени нажимали на сознание, заставляя переместиться вновь в мое собственное тело. Я боролась, не желая подчиняться. Казалось, что если я окажусь внутри этой бренной оболочки, моя жизнь уже не будет прежней. Но силы были неравны. Тени резко усилили напор, и в следующее мгновение я открыла глаза.
— Теперь можно и поговорить, — усмехнулся призрачный силуэт Бога, которого я всегда видела, как похотливого любовника. — Что там тебе было не понятно?
Я с трудом сфокусировала взгляд и тут же вздрогнула. Вокруг меня теперь были не черные тени, а белые полупрозрачные мужчины. Боги Великой Пятерки. Это совершенно точно были именно они. Вот стоял вор, рядом с ним — лгун и сластолюбец, а злыдень и убийца заняли места поодаль.
— Что вам от меня нужно? — с трепетом спросила.
— Ты теперь наш Оракул, — грозно возвестил убийца, который, видимо, и был самым главным из всех. — Мы наделили тебя небывалым могуществом. Ты способна видеть и чувствовать все, что у других людей на уме. Можешь силой своей мысли подавить волю любого живого существа. Знаешь все, что было в прошлом, что есть в настоящем и будет в будущем. Ты — олицетворение власти и мощи в этом мире. Тебе одной принадлежат целые народы, которые покланяются своей правительнице. Мир у твоих ног.
— Зачем мне все это? — поразилась.
— Как это зачем? — не понял убийца. — Ты что малохольная? Не соображаешь, как тебе повезло? Ты избранная! Бестолочь! Ты всесильна теперь! Разве этого недостаточно для смертного?
— Мне это не нужно, — прошептала.
— Дура! — заорал главарь. — Так и знал, что с девкой одни проблемы будут. В общем, нас вообще никак не трогает твое отношение к произошедшему. Ты сейчас собираешься и едешь в Главный Храм. Там основное место сосредоточения нашей силы. Когда доберешься, сразу займешься жертвоприношениями. Нам нужна энергия, а получить мы ее можем только через тебя. И учти, ты с нами неразрывно связана. Решишь показывать характер, пожалеешь.
Убийца сжал руку в кулак, а у меня дыхание перехватило. Я вцепилась в горло, но никак не могла сделать и маленького вдоха. Судорожно хватая раскрытым ртом воздух, пыталась сделать хоть что-то, пока сознание не начало исчезать. Только тогда он разжал руку, и воздух хлынул живительным потоком в мои горящие легкие. Я закашлялась и попыталась прийти в себя.
— Уяснила? — требовательно спросил главный.
— Да, — еле выдавила, заливаясь слезами.
— Вот так бы сразу, — жестко усмехнулся он. — Уходим.
Миг, и часовня опустела, как будто и не было здесь никого.
Холод сковал не только окоченевшее тело, но, казалось, проник в самое нутро. Чувство безысходности и огромной потери придавило к земле. Даже плакать сил не было. Хотелось забиться в угол и от всего спрятаться.
«Главный Храм ждет!» — рявкнуло у меня в голове.
Мгновенно подскочила на месте и принялась натягивать свои вещи, а потом пошла, искать Керу.
— Оли! — подлетела она ко мне, когда я оказалась на крыльце. — Как ты? Все в порядке?
— Да, — отстраненно отозвалась, и даже мой голос показался мне абсолютно чужим. — Дай вещи. Нужно переодеться в дорожный костюм и отправляться в Главный Храм немедленно.
— Что? — опешила она, выпучив на меня глаза.
— Ты все прекрасно слышала, — раздраженно ответила. — Не строй из себя глупую гусыню. Давай вещи.
— Оли, что с тобой? — потрясенно спросила Кера.
А я взглянула ей в глаза. И тут же внутри взметнулась небывалая сила, она вырвалась наружу и устремилась к девушке. Кера ничего не почувствовала, все так же стоя напротив меня с растерянным видом. Но магическая энергия окутала ее, а потом рванула обратно ко мне.
В моей голове стали мелькать бесконечным хороводом образы. Вот Кера новорожденное дитя на руках счастливых родителей. Вот она маленькая девочка на могиле рано умершей матери. Вот молодая девушка, познающая военную науку. Вот пылкая любовница в руках своего мужчины. Вот убитая горем женщина в день свадьбы возлюбленного. Вот она страж, получивший задание, охранять будущего Оракула. Всё. Абсолютно всё я видела, как наяву. Что было, что есть, что будет. Я знала и могла бы рассказать.
Тяжкое бремя знания обрушилось на меня и погребло под собой. За что? Почему я? Не хочу! Не могу! Не надо!
Закрыла лицо руками, опустилась на ступеньки часовни, сжалась в комок и заплакала, раскачиваясь из стороны в сторону.
— Оли! — с болью проговорила Кера, присаживаясь рядом и обнимая меня. — Что произошло? Чем тебе помочь? Не волнуйся. Сейчас я все достану. Переоденешься, и поедем, куда нужно. Ты только не переживай. Я все сделаю.
Храбрая, сильная, смелая и такая добрая и честная Кера. Ты никогда не сможешь меня понять. Никто не сможет. И твоя забота и любовь к маленькой несмышленой девчонке ничем мне не поможет. Теперь я всего лишь мост между Богами и этим миром. Частичка в бесконечности бытия миров. Временная пыль под ногами тех, кто по праву сильнейших хозяйничает не только здесь, но за пределами этого мира. А меня, меня больше нет.
— Оли, пожалуйста, — уговаривала меня Керана, гладя по волосам. — Не нужно так убиваться.
— Не называй меня так, — отстраненно попросила, вытирая слезы.
— Почему? — простодушно спросила она.
— Потому что Оли больше никогда не будет, — ответила, зная, что она не поймет. — Давай вещи.
Кера потрясенно молчала. А я подняла свой заплечный мешок и поплелась в часовню переодеваться.
Быстро скинула платье, облачилась в брюки, рубашку и плащ с капюшоном, который прихватила заботливая Керана. И тут коснулась руками головы, задев Венец.
Символ всевластия и великого могущества. Венец Оракула. Сняла его с головы и повертела в руках. Темный металл теперь сверкал белизной. Тонкий обруч уплотнился и идеально подходил мне по размеру. Торчащие во все стороны листочки украсила россыпь бриллиантов, демонстрируя богатство и роскошь. Но, несмотря на всю привлекательность этого украшения, чувство невыразимой гадливости всколыхнулось в душе. Брезгливо поморщилась и засунула Венец в мешок. Чем меньше он будет на мне, тем лучше. Не знаю почему, но чувствую, что так оно и есть.
Вышла на улицу, где солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы различать окружающие деверья и кустарники. Кера, замерев в напряженной позе, ждала меня у порога.
— Поехали, — бросила, сбегая вниз.
В этот момент Шторм подошел к нам и зарычал на меня. Сила вырвалась и окутала и его. Передо мной стоял вовсе не зверь, а призрачный мужчина, мужественный и красивый. Он с тоской взирал мне в глаза и ощущал боль и горечь. Вот кто действительно меня понимал, по-настоящему ощущал все тоже, что и я. Бесправный раб на службе у Высших сущностей.
Не пролитые слезы застыли в глазах. Подошла к каплану вплотную и обняла за шею, уткнувшись в его мягкую косматую шерсть.
— Прости, Шторм, — прошептала так, чтобы только он мог меня слышать. — Твоей Оли больше нет. Они убили ее. И теперь я так же, как и ты буду им служить и ненавидеть эту службу. Не сердись на меня. Я не делала этот выбор.
Шторм запрокинул клыкастую морду вверх и протяжно завыл, оглашая всю округу душераздирающим звериным воем.