Глава 5

Оливия

Я впервые в жизни ехала верхом на каплане! Я вообще впервые очутилась вне стен обители, и это было волшебно, захватывающе и безумно волнительно.

Все мысли о своем туманному будущем я постаралась затолкать подальше, все равно я всегда знала, что себе не принадлежу. Так чего теперь убиваться. Будь что будет. Надеюсь, в наложницы Оракулу я не подойду. Говорят, что у него их множество, и все как на подбор чаровницы. Каждый лэндер стремился отдать хотя бы одну из своих дочерей в Главный Храм к Оракулу в постель. Если Всесильный принимал подобный дар, это считалось высшим проявлением его милости и благосклонности. Что уж говорить обо мне, ничем не примечательной послушнице из отдаленной обители. Он как меня увидит, так тут же поймет свою ошибку. А полы можно и в Главном Храме мыть, большой разницы нет. Такие, как я, только в служительницы и годятся.

Успокоив себя подобными мыслями, с любопытством принялась вертеть головой из стороны в сторону. Мы мчались на невообразимой скорости, и ощущение полета при каждом скачке каплана дарило неописуемое счастье и иллюзию полной свободы и легкости бытия. Мимо мелькали деревья и кустарники, зеленой стеной стоящие вдоль дороги. Интересно долго ли нам придется ехать? И куда собственно направляемся? Ведь Керана сказала, что мы в каком-то месте будем ждать вестей от Оракула.

Женщина сидела передо мной, и умело правила капланом. Ее напряженная спина и резкие движения выдавали внутреннюю тревогу и раздражение. Керана вызывала у меня восхищение. То, как она повела себя у настоятеля, повергло меня в ужас. Никогда бы не подумала, что женщина на такое способна. Она такая храбрая и сильная, я бы так не смогла. Неужели в мире есть и другие похожие на нее девушки?

Занятая размышлениями, я не заметила, как время промелькнуло. Солнце уже было в зените, когда Шторм, повинуясь воле Кераны, замедлил бег и свернул в лес.

— Здесь сделаем привал, — проговорила она и остановила каплана на лесной поляне. — Опустись на землю.

Шторм приказ проигнорировал, не желая исполнять команды, отданные в подобном тоне.

— Опустись, я сказала! — вышла из себя Керана. — В прошлый раз я из-за твоего упрямства подвернула ногу. Теперь этого больше не повторится! Если немедленно не опустишься, я…

— Не нужно его ругать, — вмешалась, боясь, что каплана накажут. — Он просто хотел бы, чтобы с ним обращались по-человечески.

— Как?! — опешила она, обернувшись ко мне. — Он должен выполнять мои команды и слушаться. А не характер показывать, когда не надо. Тогда и обращение с ним будет соответствующее.

— Можно начать наоборот, — мягко проговорила, стараясь, успокоит женщину. — Разговаривай с ним по-доброму, и он обязательно проявит себя с лучшей стороны.

— Не бывать этому, — наотрез отказалась она, сложив руки на груди. — Я не буду потакать его капризам.

— Ладно, — согласилась. — Сама с ним поговорю. Уверена, он не откажет в просьбе.

Я погладила Шторма по мохнатому боку, и он тут же обернулся.

— Опустись, пожалуйста, — улыбнулась ему, продолжая гладить. — Нам нужно слезть на землю. Тебе же это ничего не стоит, а нам страшно с такой высоты прыгать. Я за это соберу для тебя марису.

Шторм лукаво блеснул черными глазами и опустился на брюхо. Керана тут же оказалась на земле и помогла мне слезть.

— Зря ты его балуешь, — пробурчала она, стараясь не показывать, как рада, что удалось быстро решить вопрос с упрямцем. — Он привыкнет, и все время будет на своем настаивать. Животное не должно себя так вести. Послушание — это основа любой дрессуры. Он должен знать свое место.

— Любое живое существо заслуживает уважения к своим чувствам и потребностям, — пожала плечами, идя вслед за женщиной. — Почему бы не командовать им, а договариваться. Так и проще, и приятнее. Не нужно ни на кого давить и что-то требовать.

— Возможно, — не стала она развивать эту тему. — Садись вот сюда. Нужно перекусить.

Мы расположились в тени деревьев, и Керана достала для нас припасы и флягу с водой. Получила свою порцию и принялась аккуратно есть, отламывая небольшие кусочки. И каково же было мое удивление, когда я увидела, как моя спутница вгрызлась в румяный край большого пирога. Я даже жевать престала от этого зрелища. В обители наши воспитательницы отхлестали бы по рукам любую послушницу, которая бы посмела так себя вести.

— Ты чего не ешь? — спросила она с набитым ртом, а я смутилась от такого вопроса. — Нужно подкрепиться. Нам еще полдня ехать. Да и в ближайший город заскочить не помешает. Нам нужна еда, и одежду необходимо хоть какую-то тебе купить. Нельзя же ходить все время в этом кошмарном балахоне.

Я перевела взгляд на свое одеяние, к которой за столько лет привыкла и не считала чем-то неподобающим.

— А что не так с моим нарядом? — нахмурилась.

— Всё, — безапелляционно заявила Керана. — Во-первых, серый цвет тебе не идет. Делает из тебя невзрачную моль. Во-вторых, это одеяние послушниц, а нам нельзя афишировать твой статус. В-третьих, в нем ходить неудобно. В общем, причин достаточно. Давай лучше тебе возьмем охотничий костюм, как у меня. Он незаменим в пути.

— Нет! — шокировано вскричала, от чего женщина напряженно замерла. — Я такое не надену! Одно дело брюки под платье надеть для верховой езды и совсем другое носить их как повседневную одежду. Это невозможно!

— И отчего же, позволь спросить? — нахмурилась она.

— Это мужская одежда, — поджала губы, поражаясь тому, что она не в состоянии понять таких элементарных вещей. — Брюки убивают нашу женскую суть. Юбки же наоборот добавляют нам женственности и обаяния.

— О, да! — протянула она, закатив глаза. — В лесу и в дороге юбка бесценна! О женственности и обаянии я вообще молчу. Без них просто никуда.

Я насупилась и промолчала, твердо уверенная в своей правоте. Керана вздохнула и примирительно сказала:

— Ладно. Не хочешь, как хочешь. Возьму тебе что-нибудь с юбкой. Но от балахона в любом случае избавимся. Он ужасен. План такой: я сейчас иду в город, покупаю все необходимое и возвращаюсь сюда. Ты никуда с этой поляны не уходишь и ни с кем не разговариваешь. Шторм будет тебя охранять и никого близко не подпустит, не волнуйся. С ним ты в полной безопасности. Тем более вы отлично ладите, как я погляжу.

— Мне нечего бояться, — успокоила ее. — Никто не посмеет тронуть ту, чья жизнь принадлежит Великой Пятерке.

— Ты меня поражаешь, — хохотнула Керана, поднимаясь на ноги. — В мире полно всяких уродов, которым плевать на твою принадлежность кому бы то ни было. Сама о себе не позаботишься, никто о тебе и не вспомнит. Благо сейчас ты под моей защитой. А я тебя в обиду не дам. Шторм! Я ухожу, ты за главного. Смотри в оба. Оливия на тебе. Почуешь чужого, порви в клочья. Я быстро.

Каплан утробно зарычал и подошел ко мне, давая понять, что выполнит приказ. Керана скрылась за деревьями, а мы остались на поляне.

— Ну, чем займемся? — весело спросила у своего охранника, уверенная, что страж просто не понимает, о чем говорит. — Давай тебя покормим, а потом я соберу обещанное лакомство?

Шторм заурчал и потерся мохнатой головой о мое плечо, а я рассмеялась и потрепала его по загривку. В свертке с едой обнаружился увесистый кусок жареного мяса, который я тут же презентовала каплану.

— Надеюсь, Керана не разозлится из-за того, что я тебе его скормила, — пробормотала, наблюдая, как Шторм с аппетитом поглощает угощенье.

Когда он закончил, поманила грозного охранника за собой.

— Пойдем. Вон на том конце поляны я приметила несколько кустов марисы. Тебе должно хватить. Эта ягода самая ранняя, так что, скорее всего, уже успела созреть.

Мы дошли до облюбованного мной местечка, и я принялась срывать крупные, красные ягоды одну за другой, складывая их в широкий карман балахона. Шторм улегся рядом, развалившись на солнышке и довольно жмурясь.

Когда карман заполнился, а на кустах почти ничего не осталось, обернулась к разомлевшему каплану и рассмеялась, до того он умильно выглядел, несмотря на всю свирепость своей внешности.

— Ты такой симпатяга, — широко ему улыбнулась, подходя ближе и расстилая перед ним свою косынку. — На вот, держи, сластена.

Вытряхнув марису на импровизированный стол, улеглась рядом с капланом.

— Угощайся, — подбодрила его. — Неизвестно, сколько нам еще здесь сидеть. Так что, время есть.

Шторм покосился на меня, а потом начал аккуратно слизывать ягоды одну за другой, а я за ним наблюдала. И так ловко у него это выходило, что я залюбовалась. Когда ягоды кончились, он с тоской взглянул на меня, но я тут же замотала головой.

— Нет, нет, нет! Даже не проси! Рядом с поляной марисы больше нет. За ней нужно идти дальше в лес. Керана не простит мне, если я уйду отсюда, даже вместе с тобой. Не будем ее расстраивать. Она и так постоянно на взводе.

Шторм горестно вздохнул и, положив огромную голову на свои передние копыта, прикрыл глаза и заурчал, а я привалилась к нему и ласково перебирала длинную шерсть на загривке.

Не знаю, сколько мы так просидели, но я, кажется, задремала. Внезапно Шторм утробно зарычал. Я тут же выпрямилась и начала озираться по сторонам.

— Кто здесь? — испугано спросила, не находя никого поблизости.

Каплан подскочил и с силой втянул в ноздри воздух, а потом повернулся к деревьям неподалеку от нас, низко наклонил голову и снова угрожающе зарычал. Я тоже поднялась на ноги и принялась всматриваться вглубь леса, но снова никого не увидела.

— Я вас не вижу, — вновь постаралась выяснить, кого сюда занесло. — Но Шторм вас учуял.

Тут раздался шелест листвы, и на поляну вышел среднего роста стройный мужчина. Его зеленого цвета охотничий костюм практически сливался с молодой зеленью леса. Лук через плечо, колчан стрел за спиной и меч в ножнах на поясе, — выдавали в нем опытного воина. Коротко стриженые русые волосы, раскосые зеленые глаза, узкий прямой нос, высокие скулы, подбородок с ямочкой и тонкие губы с блуждающей ироничной усмешкой на них, — производили довольно отталкивающее впечатление. Я нутром чувствовала исходящую от него угрозу.

— Доброго дня, красавица, — спокойно произнес он вкрадчивым, обволакивающим голосом, от которого мурашки по спине пошли. — Не боишься одна посреди леса сидеть? Здесь не так далеко большой торговый тракт проходит. На нем можно встретить разных людей. Молодой девушке опасно оставаться одной в подобных местах.

Шторм вновь зарычал, а я успокаивающе погладила его.

— Во-первых, я не одна, — пояснила незнакомцу. — Со мной самый надежный охранник в мире. А во-вторых, любопытно даже взглянуть на того, кто отважится обидеть служительницу Великой Пятерки. Я принадлежу Богам и Оракулу. Обидевший меня, наносит оскорбление им. И возмездие не заставит себя долго ждать.

Мужчина громко и от души расхохотался, запрокинув голову.

— Веселые вещи ты говоришь, — произнес он, отсмеявшись, а я нахмурилась и придвинулась еще ближе к Шторму. — А что делать будешь, если перед тобой нечестивец, который не верит ни богам, ни людям? Что если я настолько голодный, что способен убить за кусок хлеба и тебя, и каплана?

— Мы вас вполне можем накормить, — растеряно отозвалась. — Зачем для этого кого-то убивать? Глупо лишать жизни живое существо ради еды, ее ведь можно просто попросить.

— А ради денег? — не унимался мужчина, сложив руки на груди и в упор меня рассматривая, при этом полностью игнорируя рычание каплана.

— У меня ни гроша с собой нет, — развела руками, не понимая к чему все эти вопросы. — Да и убивать за деньги тоже не самый умный поступок.

— От чего же? — удивился в свою очередь мой нежданный собеседник. — Большинство преступлений в мире происходит всего лишь по двум причинам. И одна из них, как раз, деньги.

— А вторая? — заинтересовалась.

— Женщины, — пожал он плечами. — Или страсть к ним. Желание обладать вожделенной женщиной подчас толкает мужчин на самые изощренные противозаконные действия.

— Желание? — задумчиво переспросила. — Не любовь?

— Любовь — это миф, — усмехнулся мужчина. — Выдуманная сказка для таких вот наивных, хорошеньких простушек вроде тебя. Уверен, ты свято веришь, что взаимные чувства превыше всего, и любовь заправляет миром. Так вот, спешу тебя разуверить. Повсюду алчность и похоть, любовью вокруг и не пахнет. Поэтому тебе следует быть более осторожной, раз уж путешествуешь одна, и не разговаривать с незнакомцами, у которых неизвестно что на уме.

Мужчина сделал резкий рывок в нашу сторону, но Шторм был быстрее и молниеносно повалил его на землю. Рыча, он силился преодолеть сопротивление своей жертвы и вонзить острые зубы в открытое горло.

— Нет!!! — закричала, бросаясь на помощь незнакомцу. — Шторм! Прекрати! Он же ничего не сделал. Ну, перестань. Что ты сразу кидаешься? Мало ли кто и что болтает. Он не хотел нам зла. Ну, отпусти его. Ты же такой умный и сильный. Что тебе какой-то человек? Ты ему в два счет все кости переломаешь. Оставь его.

Я обнимала каплана за оскаленную морду, ласково гладила по огромной голове и шептала на ушко свои увещевания. Шторм поначалу пытался от меня отвернуться, но понемногу расслабился и подался назад, отпуская мужчину.

— Какой ты великодушный! — тут же похвалила зверя за доброту и покладистость. — Спасибо!

— Ух! — выдохнул незнакомец, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. — Всегда мечтал увидеть этих зверей в действии. А то только и знаешь, что они быстрее ветра и агрессивны, как порождения нижнего мира.

— Это был очень опрометчивый поступок с вашей стороны, — попеняла ему, хмурясь. — Шторм мог вас ранить. Что бы вы тогда делали?

— Боролся бы до конца, — беззаботно улыбнулся он, от чего его лицо мгновенно преобразилось до неузнаваемости, став открытым и привлекательным. — И уверяю тебя, я бы не проиграл.

— Пустая болтовня, — насупилась, обнимая зверя. — Вы подвергли опасности и себя, и Шторма. Безрассудно и глупо так поступать.

— Как тебя зовут, проповедница? — усмехнулся он, весело блестя зелеными глазами. — И давай уже на «ты», а то чувствую себя стариком.

— Оливия, — нехотя представилась. — А вас? Ой! То есть тебя?

— Вот так-то лучше, — вновь улыбнулся он, этой своей удивительной улыбкой. — Ирос. Или просто Ирс. Как удобнее. У тебя правда есть что-нибудь поесть?

— Приятно познакомиться, Ирос, — смущенно улыбнулась в ответ. — Да. Присаживайся. Я сейчас найду то, что у нас еще осталось.

— Отлично, — довольно заявил он, падая на траву и скрещивая под собой ноги. — А то с рассвета ничего не ел, а вблизи города охотиться и готовить мясо на костре нет никакого желания. На дым могут прийти те, кого совсем не ждешь.

— Удивительно, — поразилась, извлекая из мешка сверток с едой и протягивая его мужчине. — Ты такой осторожный в мелочах, и так рисковал, дразня каплана. Разве можно настолько бесшабашно относиться к собственной жизни?

— Это был минутный порыв, — буркнул Ирс и принялся отламывать кусочки пирога, быстро отправляя их в рот. — Иногда мне сложно справиться с духом авантюризма, который может толкнуть меня на необдуманные действия в самый неподходящий момент. Но такое случается довольно редко. Так что, поверь, Оливия, я дорожу своей жизнью, поскольку только она у меня и есть.

— Понятно, — кивнула в ответ, протягивая мужчине флягу с водой. — А куда ты идешь один и без гонара?

— Я ищу в здешних лесах своего друга, — вдруг стал он серьезным. — Несколько дней назад он исчез из дома и с тех пор его никто не видел. Я неплохой следопыт и отправился на самостоятельные поиски, поскольку еще неизвестно смогут ли люди его папаши быстро обнаружить пропажу. Ты, кстати, тут не видела группу бритоголовых верзил? Может, пока путешествовала, встречала?

— Нет, — покачала головой. — Мы только сегодня покинули Восточную обитель. А в пути никого подходящего под это описание я не заметила. Честно говоря, я вообще никого не видела. Шторм передвигается очень быстро. Уследить за чем-то во время движения практически невозможно.

— Вы так быстро преодолели настолько значительное расстояние? — пораженно выдохнул мужчина, как завороженный разглядывая Шторма. — Так, значит, люди не врут, говоря, что капланы быстрее ветра?

— Выходит, что так, — отозвалась. — Моя спутница скоро вернется из города, и мы продолжим путь.

— Тогда не буду вам мешать, — улыбнулся Ирс, а я опять залюбовалась его улыбкой. — Спасибо, Оливия, за угощение. Береги себя, и не подпускай к себе незнакомцев. Здесь полно нечестивцев похлещи меня.

Он задорно мне подмигнул и поднялся на ноги.

— Счастливого пути, — махнул он мне на прощание, быстро достиг леса и растворился в зеленых зарослях.

— Прощай, Ирс, — крикнула ему вслед.