Часть 7

Каждый живёт, как хочет. И расплачивается за это сам.

Оскар Уайльд

Вероника

Я проводила взглядом сбежавшего - а по-другому его действия никак не назвать - Игоря. Провела рукой по волосам, стараясь привести их в порядок, но получила лёгкий разряд током по руке.

- Чёрт, - не смогла сдержаться я.

В этот раз у этой сучки получилось меня подловить. И как только смогла подстроить подобное? Я впервые в жизни получала разряд, или заряд - фиг его знает, от простого включения света. Но Нина тоже рисковала, в ординаторскую мог помимо меня пойти кто угодно. И обнаружив там ехидно улыбающуюся медсестру, вряд ли бы не смог сложить два и два. Учитывая, что клиника абсолютно новая и Громов принял все меры безопасности, просто так выключатели током биться не будут, и сослаться на неисправность проводки никто не может. Ну что ж, пока счёт один - одни.

- Так, может, расскажешь что случилось? – вывел меня из задумчивости Масяня, беря стакан воды, и делая небольшой глоток.

- Да ничего особенного, - вновь отмахнулась я, зная, что очень скоро отомщу. – Лучше скажи мне, Платонов, ты жениться не хочешь?

Макс подавился. Пришлось преодолеть разделяющее нас расстояние и аккуратно, чтобы не задеть ожоги, смазанные специальным составом, постучать ему по спине.

- Лучше добей, - просипел он, перестав кашлять.

Я взяла стул находящийся подле стены и, поставив его возле кровати Макса, села напротив него.

- А что это сразу «добей»? – посмотрела я в его глаза. – Девчушка твоя – недурна собой. И вроде тебя очень любит - так рвётся постоянно тебя навестить, что Громов уже устал сдерживать оборону и, наверное, скоро сдастся и пропустит её к тебе. Хотя ты ещё находишься в реанимационном отделении, а здесь свидания запрещены.

Максим поморщился. Радости от сказанного он что-то не испытал. Странно очень.

- Алина способна любить только деньги. Только скажи ей, что меня уволили, и она исчезнет, пока я вновь не порадую её полными карманами трёхзначных купюр.

- Тогда зачем поддерживать с ней отношения? – разочаровалась я.

Всё же такой план был разрушен. Но ничего варианты ещё есть.

- Это просто секс…

- Ага, а наша любовь бессмертна, - улыбнулась я, замечая, что нас подслушивают.

Масяня округлил глаза, на что я только подмигнула, продолжая спектакль для одной конкретной слушательницы.

- В общем, Масянь, тебе нужно жениться в ближайшее время и завести ребёнка.

- Ты в залёте? – выкрикнул чуть громче, чем собирался Макс.

Я поднялась и, подойдя к двери, резко её открыла. Стоящая по ту сторону двери Нина, не ожидавшая подобного расклада, влетела в палату, с трудом удержав равновесие.

- Подслушивать нехорошо, - елейно улыбнулась я.

- Привет, - натянутой улыбкой ответила она, больше смотря в сторону Макса.

- Ответ на твой вопрос – пока нет, но всё возможно. Только я немного о другом говорила. Так что - жениться думаешь? – вновь вернулась я к Максу, совершенно игнорируя Нину.

- Я уже сказал – лучше добей.

- Ты подумай, время ещё есть.

От моей улыбки Масяня даже как-то отшатнулся. А я, пожелав им хорошего дня, отправилась домой. У меня предстоял ещё разбор полётов с Дамизовым. День обещает сегодня быть насыщенным на события.

В место, которое последнее время стало для меня домом, я влетела пулей, накрутив себе дофига чего по дороге. Но и при этом помнила о детях и как с ними Ане тяжело, поэтому старалась не сильно шуметь. В связи с этим дверьми не хлопала, а удостоила честью закрыть за мной дверь Женю.

Из дверей спортзала вышла Аня в черных спортивных бриджах и лёгкой белой футболке. Увидев меня, улыбнулась во весь рот и кивнула в сторону кабинета Саши.

- Привет, он там, - сказав, она направилась в сторону своей спальни.

- Так скажи мне, есть причина, чтобы ты овдовела, или просто сделать твоего мужа калекой?

Аня остановилась и удивленно посмотрела на меня. Она оглядела меня с головы до ног будто что-то рассчитывая увидеть, но видимо не нашла кроме злости и решительности ничего.

- Удивительно, что мне говоришь это ты, - ответила она на мой вопросительный взгляд.

- Что в этом удивительного? Я уже пару лет как минимум прошу твоего мужа не вмешиваться в мою жизнь. Но видимо до него как до жирафа – наверху не слышно.

Злость колыхнулась во мне с новой силой. Даже что-нибудь сломать захотелось.

- Просто ты всегда защищала его, несмотря ни на что, - пожала своими плечиками сестра. – Неужели моя главная соперница сдалась? – теперь в её голосе слышалось веселье.

- Я тебе не соперница. И если раньше я заблуждалась относительно Дамизова, то теперь даже рада, что это «счастье» принадлежит тебе, - прошипела я, всё ещё готовая была порвать Дамизова на мелкие кусочки.

За Масяню я убью любого, даже если это и будет человек, что стал моей первой влюблённостью. Хотя нет, вру. Не всех. Громова точно не трону, но дуться на него буду, по-любому. Хотя он-то как раз и радует хорошим отношением к Платонову.

- Я тебе завидую, - вдруг сказала Аня в тот момент, когда я уже сделала шаг в сторону кабинета Саши.

- В чём? – удивилась я.

Она же всю сознательную жизнь мечтала стать женой Александра, и вот её желание осуществилось. Так в чём может быть зависть?

- Громов - потрясающий мужик. Добрый, отзывчивый. Думаю, он будет хорошим мужем и отцом, когда поймёт всю суть семейной жизни.

Сказать, что я была убита контрольным в голову - это ничего не сказать. Аня умеет поражать, а сейчас она просто ввела меня в шоковое состояние. Даже осмотрелась вокруг на случай, если она хочет заставить кое-кого ревновать. Но мы были одни в небольшом помещении, что служило коридором и соединяло гостиную и кухню.

- Мать, ты больна?

Я даже приблизилась к ней, пытаясь померять её температуру обычным прикосновением руки ко лбу. Но Аня отступила на несколько шагов, тихонько посмеиваясь.

- Нет. Я вполне серьёзно. Не упусти такое сокровище.

- Стараюсь, - недоверчиво глядя на неё, сказала я. – Вот думаю, как его на себе женить.

- Я знаю одну тайну, - приблизилась ко мне сестра, понижая голос. – А может уже и нет этой тайны. Точно не знаю, как обстоят дела на данный момент.

- О чём речь? – подалась я к ней.

- Я слышала, как Игорь ещё месяца полтора назад говорил Саше, что вы ещё не разведены, - на моём лице улыбка засветилась сама собой, я даже забыла, зачем собиралась к Дамизову. – Но сейчас уже всё может быть не так.

Я прикусила нижнюю губу. Это всё стоило обдумать. Но надежда — зараза - уже захватывала меня, наполняя от кончиков пальцев на ногах и до самой макушки. Интересно, если я спрошу у Громова напрямую – женаты мы или нет, - он честно ответит?

- Нииик, - позвала меня сестра. – Ты собиралась устроить Саше террор. Так что давай не теряйся, а то ему последнее время легко живётся. И, если что, твоего Платонова я отбила. Но разнос от тебя ему не помешает, - улыбнувшись, Аня отправилась в свою комнату.

Точно! Платонов и скандал Дамизову.

Я направилась в кабинет, вот только всё время мысленно уплывала к своему замужеству. Рано меня Аня так порадовала, могла бы и чуть позже сказать, уже после того, как я закачу скандал её мужу. Тяжело вздохнув и собравшись с мыслями, я резко открыла дверь кабинета. Она даже громко стукнулась об стену, заставив меня поморщиться и прислушаться к тому, что происходит на втором этаже. А то - не дай Бог - я разбужу мелкую террористическую группировку. Поняв, что мой неосторожный жест к ужасным последствиям не привёл, я вошла, и, закрыв за собой дверь, смерила Дамизова самым злым взглядом из своего арсенала.

Саша сидел за своим столом, подперев подбородок рукой. Как всегда - в идеальном виде - классический костюм, белая рубашка, аккуратная укладка. Нафига вот, он же дома? Всё своё внимание Дамизов уделил моей персоне, насторожено глядя на меня. Я же стояла и просто прожигала его своими глазами. Ну, я на это надеюсь. Потому что сосредоточиться на бушующей во мне ранее злости уже не могла. В голове мысли все были о Громове, на лицо лезла улыбка.

- Злишься? – приподнял свои пшеничные брови Саша.

- Сам додумался или кто подсказал? – я прошла в кабинет и уселась в кресло напротив мужчины.

Александр тяжело вздохнул и потёр переносицу. Да я знала этот жест, и я с ним полностью согласна, со мной трудно договориться.

- Ника, ты должна меня понять, - Саша пытался подобрать слова. – Ты сестра моей жены. Более того, я знаю тебя с детства и ты мне не безразлична. – Я, всё так же молча, продолжала на него смотреть - что ещё скажет? Вдруг что интересное. – Ты пострадала, и это хорошо, что не сильно, а могло быть хуже…

- Вот именно Саша! Могло быть хуже, если бы не Максим! Ты это в свою голову взять не можешь? Я даже не ожидала подобного. – Я поднялась из кресла и облокотилась на стол руками, нависая над Дамизовым. – Конечно, мне взгляд этой суки не понравился и я повернулась в сторону Макса, и не видела то, что она собиралась сделать. Но если бы Платонов плохо выполнял свою работу, то на его месте могла быть я. И то - если бы выжила. Максим выше меня, а значит, порция кислоты попала бы мне в лицо. И только благодаря ему, я сейчас стою тут перед тобой, живая и невредимая.

Алекс запустил пятерню в свои пшеничные волосы, разрушая великолепную укладку. Тяжело вздохнул и посмотрел мне прямо в глаза.

- Я тебя услышал и признаю, что был не прав. Я выписал ему премию, так же он получит все полагающиеся материальные выплаты и отпуск, когда восстановится. Более того, Миронов мне рассказал про болезнь его матери и я собираюсь созвониться с Громовым и решить этот вопрос.

- Ты, иногда, - потрясающий мужик Дамизов. Жаль, что последнее время твоя закостенелость меняет тебя к худшему.

Сказав, всё что хотела, и, получив даже больше, чем рассчитывала, я покинула кабинет Саши и отправилась в душ. Завтра мне предстоял ещё один экзамен, так что нужно привести себя в порядок после смены и подготовиться.

Смотря в лекции и уча термины, я взяла тарелку с бутербродами, которую для меня сделала Татьяна Павловна. И слушая в пол-уха ворчания пожилой женщины о нормальном питании, отправилась обратно в свою спальню.

- Привет, - раздалось рядом со мной.

От неожиданности я шатнулась в сторону и впечаталась в стену, тарелка выпала из рук, и бутерброды теперь достанутся собакам, что охраняют территорию.

- Здравствуй, Паша. И зачем так подкрадываться? – я с печалью осмотрела пол вокруг себя.

- Я не подкрадывался, просто ты вся в своей тетради. Даже не замечаешь, что происходит вокруг.

- Вот, а я о чём говорю? - подошла Татьяна Павловна с веником. Где только раздобыла этот раритет?! – Лучше бы сделала перерыв и нормально покушала.

- У меня завтра с утра экзамен. Я не могу подвести Игоря и не сдать, - посмотрела я на присутствующих в кухне людей.

Закрыла тетрадку, полностью уделяя своё внимание Павлу. Он был одет в серый классический костюм и голубую рубашку. Видимо здесь он исключительно по работе, так как после инцидента с его подругой старался меня избегать.

- Мы могли бы с тобой поговорить? – спросил он.

С одной стороны мне не жалко, и поговорить я с ним могла, но с другой – уж сильно выражение лица у парня было серьёзным. И вряд ли он со мной о делах фирмы разговаривать собрался. Да и виноватого взгляда на меня не бросал для того чтобы решить, что он собирается просить прощения.

- Ну, давай поговорим, - сдалась я, понимая, что от разговора всё равно не уйдёшь.

Я отправилась в сторону лестницы и начала подниматься, зная, что Паша пойдёт за мной. На половине пути к нам навстречу стала спускаться Аня. Она остановилась около меня.

- Я поговорила с Сашей. Его ответ – нет, - грустно улыбнулась Аня.

Сразу после разговора с Дамизовым, я направилась в душ. А потом зашла к сестре, навестить племянников, и заодно предложила ей усыновить пятилетнего мальчика. Чем он не нянька малышне?

Конечно же, я поделилась с сестрой печальной судьбой Данила, чтобы она прониклась и у неё возникло желание взять мальчика в семью. Но видимо все же не до конца прониклась. Или малышня так выматывает из неё все соки, что на ещё одного ребенка, даже не своего просто нет сил.

- Жаль, - ответила я ей такой же грустной улыбкой, - он уже не маленький и мог бы стать хорошим сыном.

Я продолжила подниматься, а Аня спускаться, вот только она оступилась и слетела бы с лестницы, если бы её не поймал Паша. А точнее Аня просто повисла на нём.

- Я вроде тебя отправил к Нике, а не к своей жене, - раздался снизу голос Саши. – И не говори что перепутал, они не близнецы.

- Не рычи, - хохотнула Аня, - я просто оступилась.

Сестра отстранилась от Паши, который не торопился её отпускать, как-то странно разглядывая. Вот только Аня не обратила на это ни малейшего внимания. Отступила от парня и пошла к мужу.

Я же направилась в сторону своей спальни и, зайдя в неё, стала ждать Пашу, который не замедлил явиться.

- Ну? – уселась я на свою кровать в позе лотоса. – Слушаю тебя внимательно.

- Я рад, что ты не пострадала от рук Марины, - начал Паша, подходя ко мне и усаживаясь рядом. – Для меня, если честно, стал шоком её поступок, но ещё больше я был шокирован, узнав, что у меня есть сын. – Он тяжело вздохнул. – Марине грозит срок за покушение на тебя…

- Ты хочешь просить за неё? – удивилась я.

- Нет, - категорично заявил Паша. – Она получит по заслугам. Будет думать своей головой. Единственное, она уверена, что её вытащит какой-то богатый покровитель, - усмехнулся он.

Я же насторожилась.

- Ты Саше об этом сказал?

- Да, как раз и заехал для этого. Может, этот человек связан с тем, кто помог похитить Кристину и выманить тебя… В общем, счёл эти сведения важными.

- Это всё?

Паша отрицательно замотал головой, давая понять, что это было только вступление.

- Я уже не первый раз хочу с тобой поговорить, но всё время что-то случается и происходит. Наверное, для тебя не секрет, что я хочу на тебе жениться, - Паша посмотрел в мои глаза и, не увидев в них удивления, понял, что абсолютно прав. – Ника, ты согласна стать моей женой?

Я должна сказать ему категоричное нет и отправить куда подальше. Но мне так его жалко сейчас. Впервые поняла Дамизова, который не посылал меня прямым текстом, а всё время искал какие-либо отмазки.

- Почему ты хочешь на мне жениться? – вместо краткого ответа спросила я.

- Я люблю тебя Ника, разве этого не видно?

- Нет, не видно, - безразлично ответила я. – Последнее время ты всё время проводишь с Селией. Да и узнав, что со мной случилось, даже не постарался встретиться, даже не позвонил. Так было и при нашем с Крис похищении.

Паша молчал и смотрел на меня, понимая, что я ему не верю. Да и на пылкого влюблённого он не тянул. Уж слишком собран и сдержан всё время. Со стороны даже Дамизова напоминает. Хотя может он и берёт с него пример, ведь знал, что я когда-то была неравнодушна к Саше. Только о том, что всё прошло, он не в курсе.

- Можешь мне не верить, но я люблю тебя. С первой встречи. До сих пор помню тот запах и вкус клубники. Он теперь навечно сочетается с тобой. Только сейчас твоя сестра так пахнет, что я даже растерялся сегодня. Но и ещё моему сыну нужна мать, и я считаю, что ты сможешь ей стать. Я даже обещаю, что мы усыновим мальчика, о котором ты говорила с Аней.

Он говорил быстро и скомкано, что я не сдержала громкого смеха. И причин было несколько. Только Паша о них не знал. Но сейчас я знала, как отказать ему так, чтобы не обидеть.

- Паш, ты хороший, правда. Вот только я не стану твоему сыну матерью, так как он уже достаточно взрослый, чтобы всё понимать. И я ведь именно та, из-за которой его маму упекут за решетку. Вряд ли он сможет меня принять. – Паша опустил взгляд, но при этом взял мою руку в свои и начал поглаживать. Это меня окончательно доконало и я решила сказать правду. – Тот запах клубники – это фреш, спрей для тела. Я его ненавижу и никогда не пользовалась. Я вообще предпочитаю несладкие, больше свежие запахи и люблю разнообразие.

Я спокойно выдержала его взгляд, забирая свою руку. Он не был дураком и всё понимал. Именно поэтому я сейчас видела осознание в его глазах.

Паша молча поднялся и ушел, тихонько закрыв за собой дверь. Возможно, даже навсегда. Сейчас ему нужно время, чтобы понять свои чувства, и я его понимала. Он полюбил девушку, которой не существует. Образ, что-то между мной и Аней. И сейчас он запутался, а жизнь подкидывает ему всё новые и новые сюрпризы. И из-за того, что я к этим сюрпризам причастна, чувствовала себя виноватой.

Я больше не могла сосредоточиться на учебе и, надеясь, что Паша уже ушел, спустилась вниз. Если бы не завтрашний экзамен, то я, скорее всего, позвонила бы Наде и отправилась в какой-нибудь клуб. А может быть и к Игорю. Жаль, что он сегодня на смене. А то я могла бы как раз узнать в разводе мы или же нет. Хотя за полтора месяца развестись можно было множество раз.

- … конечно, а ты как думал, - послышался знакомый смех из гостиной.

Тут же устремилась туда и поняла, что не обозналась. На диване в компании угрюмого Паши сидела Кристина. Она показывала брату фотографии на смартфоне, периодически их комментируя. Они настолько были погружены в просмотр, что даже не заметили мой приход.

Я сделала несколько шагов навстречу им, но тут на мои плечи опустились чьи-то руки, от неожиданности я взвизгнула и подпрыгнула. Кристина оторвалась от смартфона и вновь засмеялась.

Она всегда мне нравилась. Таких как Крис можно назвать тёплыми людьми. Вот даже сейчас её смех, наполняющий комнату как трель колокольчиков, согревает, создает свой неповторимый уют. Диме очень повезло. Вот только говорить, я ему об этом не стала. А повернулась в сторону брата, который напугал меня, и смерила его сердитым взглядом.

- Ой, да ладно тебе – бука, - сгрёб меня в свои медвежьи объятия Дима. – Я тоже по тебе соскучился.

- Поэтому решил меня придушить? – просипела я, сдавленная силой Димы.

- А от чего же ещё? Как ещё выразить огромную любовь к малышке Нике? – улыбаясь во все тридцать два зуба, хохотнул Дима.

Паша смерил нас ледяным взглядом, и даже весь напрягся, после чего перевёл свой взгляд на всё ещё улыбающуюся Кристину. Видимо сияющий вид сестры его удивил, так как вся его поза выдавала растерянность. Конечно, для незнающих, что Дима и я связаны кровными узами, мне сейчас признался в любви женатый парень, да ещё и в присутствии своей супруги.

- Вот задушишь её и некого будет любить, - хмыкнула Крис.

- А я, а я? А как же я? – появилась позади меня Аня, тут же стискивая в объятиях нас обоих.

- А ты даже встречать не вышла, - Дима ослабил мой захват и второй рукой обвил талию Ани. – Ну и где там мои племянники? Как хоть назвали?

Мы так и стояли втроём, образуя кружок из объятий. И я бы вылезла, но меня никто выпускать не собирался, ведь сейчас помимо Димы, меня обнимала ещё и Аня. Вот чего не думала - что она тоже по мне скучает.

- Я как раз их кормила, твоих племянников, и поэтому не смогла вас встретить. Они сейчас с мамой. А имена - сына назвали Мирослав и дочку Алия.

- Бедный пацан, - хмыкнул Дима. – Хотя нет, бедные те, кто будут называть его по имени отчеству.

- Я бы хотела посмотреть фотки, что у Крис в телефоне, - напомнила я о себе.

- Фотки?! – Аня тут же схватила меня и, вырвав из объятий брата, потащила на диван, где расположились Крис и Паша.

Аня уселась между Пашей и Кристиной, заставляя того напрячься ещё сильнее. Он даже старался дышать через раз. Видимо легкие наполнял тот самый клубничный аромат, который так ему запомнился. Слушая в пол-уха комментарии Кристи относительно той или иной фотографии, я жалела о том, что рассказала ему правду. Лучше бы действительно соврала. Сказала бы, что подарила его сестре, так как приелся. Теперь же - сиди и гадай, не наделает ли Паша глупостей. Последнее время у Ани и Саши и так не всё гладко. А то, что в своё время именно Аня познакомилась с Пашей, может -хоть и не сильно - но осложнить их общение ещё больше.

Остается, надеяться, что у Паши есть голова на плечах, и он не полезет в эти дебри. Ведь он и себе жизнь осложнит. Сейчас у него есть высокооплачиваемая работа, которую он может потерять, если проявит повышенное внимание к Анне Дамизовой.

- Я так понимаю, вы, Вероника Кирилловна, сдали ещё один экзамен, - вместо приветствия, встретила меня Евгения Евгеньевна.

Я скинула куртку, которую успела расстегнуть пока поднималась в хирургическое отделение.

- Ага, ещё минус один зачёт. Осталось всего два. Игорь Николаевич у себя? – спросила я у старшей медсестры.

- Пока нет. У него плановая операция пару часов назад началась. Похвастаться приехала?

Я лишь, кивнула. Не говорить же женщине, что у меня помимо учёбы и работы есть ещё темы, которые очень нужно обсудить с её начальником. Например, вопрос о моём замужестве. Я ночью так и не уснула, и вместо того, чтобы думать о нужных терминах и диагнозах, я до самого утра фантазировала нашу с ним совместную жизнь. Причём я в этих фантазиях была в роли любимой и драгоценной жены Игоря Громова.

- Слюни подотри, а то полы запачкаешь, – раздался рядом со мной голос Нины. – Думаешь, Игорю Николаевичу есть хоть какое-то дело до твоих зачётов? – хмыкнула девушка. – Мечтай дальше, мечтать не вредно.

Я перевела взгляд на, можно так сказать, коллегу. Её когда-то чёрные волосы сейчас были блеклыми, с кусками рыжего и желтого. Что доказывало то, что она крашенная в отличие от меня. Это была моя месть в виде смывки краски, вместо её кондиционера для волос. Удивительно, что её запах не смутил и она продержала эту адскую смесь на голове около десяти минут.

- Завидуй молча, - моё настроение даже ей не удастся испортить. – Если ты не знала, то Громов курирует меня в обучении уже пять лет. И даже индивидуально - при этом я постаралась придать выражению лица более томный вид - занимается со мной.

Рядом раздалось покашливание старшей медсестры.

- Вроде две взрослые девки, а ведете себя как подростки, - проворчала она.

Мы же её слова проигнорировали. Нина подошла ко мне, пристально смотря в мои глаза. Я взгляд не отвела и спокойно его выдержала. Знала бы ты, детка, в каком обществе я выросла, поняла бы, что для меня ты просто букашка, с которой я весело провожу время.

- Предлагаю сделку, - вдруг решилась Нина.

- Какую? – хмыкнула я.

- Если до конца сегодняшнего дня Громов займётся сексом - любым, - дополнила она, - со мной, то ты оставляешь его в покое.

Наивная девчонка. Но раз она так уверена, значит - что-то задумала. Жаль сегодня не моя смена, придётся проторчать здесь целый день, оберегая своего мужика. Не то что бы я не доверяла Громову, я его знала вполне достаточно, чтобы понять, раз он запомнил, наконец, имя девушки, значит, уже что-то было, и шансов у девчонки больше нет. Но вот хитросплетения женского ума я понимала очень даже хорошо, а значит должна быть рядом и спасти Игоря от этой маленькой змейки.

Эх, Масяне бы такую. Я даже уважением прониклась к этой наивной дуре.

- Согласна, - я протянула руку Нине и мы скрепили договор рукопожатием. – Но если тебе не удастся, то у меня будет свои условия.

- Какие? Чтобы я уволилась и не маячила перед глазами? – оскалилась девушка.

- Не-а, узнаешь, когда проиграешь, - хмыкнула я.

- Не дождёшься!

- Ой, ну и дуры вы, девкииии, - протянула Евгения Евгеньевна.

И вновь осталась не услышана нами. Азарт уже брал своё.

Игорь

Последние трое суток я просто жил в клинике. А всё оттого, что выматывался так, что до дома ползти было просто лень. Да и в кабинете у меня было все, что нужно для жизни, включая небольшой холодильник, микроволновку и телек . Единственный минус - это строящий глазки медперсонал женского пола. Но в моём кабинете их не видно и слава тебе господи.

Хотя последнее время я сам себе поражался. Я либо постарел, либо просто устал от женского общества, ведь уже несколько месяцев не цеплял в ночном клубе очередную красотку, что согрела бы мою постель на одну ночь. Вот только учитывая вещи Вероники, которые она так и не забрала, и они так и остались на своих местах, любая баба бы мне треснула по роже и ушла, громко хлопнув дверью, обозвав парочкой громких ругательств. Да и желания особого не было. А учитывая, что сегодня как назло ещё и эта Нина вертится под ногами…

Может уволить её?

Хотя за что? Если только за услужливость - в остальном девочка прекрасно исполняет свою работу.

- Привет, - на пороге появилась Ника.

Евгения Евгеньевна мне уже говорила, что она приехала и искала меня, но пока я был занят, отправилась навестить Данила, а потом и Максима.

- Ну, проходи, красавица, и рассказывай, как сдала экзамен.

Ника скользнула в кабинет, плотно прикрыв за собой дверь, и отправилась на диван. Я поднялся из-за стола, захватив чашку кофе, что совсем недавно принесла мне услуживая Нина, и расположился рядом с девушкой.

- Осталось ещё два, - улыбнулась Ника. – Думаю, к началу практики как раз успею всё сдать.

Ника закусила нижнюю губу, к которой так и прилип мой взгляд. Вроде невинный жест, который она повторяет постоянно, и ничего интимного в нём нет, но вот сейчас я ощутил лёгкое напряжение в паху. Пришлось сделать ещё один большой глоток кофе и отвести взгляд в стену. Кофе уже кстати остыл, а вот жар отчего-то появился. Отставил чашку на стол и приложил руку ко лбу, наощупь определяя наличие у меня температуры.

- Может не стоит так торопиться, - прохрипел я, не смотря на девушку, но это мне несильно помогло.

- С тобой всё в порядке?

Ника пододвинулась ко мне и повторила мой недавний жест, прикоснулась к моему лбу своей рукой. Кровь закипела в жилах ещё сильнее, член впился в ширинку от притока крови, доставляя пока слабую, но боль.

- Да-да, всё хорошо.

Я подскочил на ноги и начал измерять комнату шагами, надеясь, что мне это поможет остудить голову, и радуясь, что медицинский халат скрывает моё состояние от девушки.

- Ты как-то странно выглядишь. Точно всё хорошо? – Порш не сдавалась и вновь сократила расстояние между нами, от чего я готов был взвыть.

Сквозь полуопущенные ресницы посмотрел на стоящую рядом Нику - и вроде одета даже не вызывающе. Обычный кашемировый джемпер голубого цвета и в тон ему джегинсы и ботфорты, обтягивающие стройные, ровные ноги.

Мысли плавно сместились именно в сторону ног. Даже картинки предстали, как я их раздвину, пройдусь рукой по гладкой нежной коже её бёдер и погружу свои пальцы во влажную плоть…

- Пиздец, - выругался я, отпрыгивая от девушки.

Я понял, что со мной. Меня в очередной раз опоили. Вопрос только – кто? Да и зачем? То, что эта сделала не Ника - был уверен на сто процентов. Ей не нужно прилагать больших усилий, чтобы оказаться со мной в одной постели. И вряд ли она захотела испытать ощущение, которые в своё время испытала Линн.

- Игорь? – Ника смотрела на меня округлившимися глазами.

А я мысленно уже раздевал её и в очередной раз смаковал вкус её груди.

- Нет, нет, всё отлично, - я даже руки вытянул, вперёд создавая хоть какую-то дистанцию между нами. – Всё хорошо. Правда. Это просто переутомление. Я сейчас схожу в холодный душ, - Господи помоги мне дотуда добраться, не прихватив с собой девчонку, - немного вздремну и всё будет хорошо.

- Ты уверен?

- Абсолютно, - я стартанул в ванную и плотно прикрыл за собой дверь.

Навалился на неё на всякий случай. Хотя вряд ли Ника будет ломиться сюда.

- Ну, хорошо, я тогда позже зайду поговорим. Ок? – раздался за дверью голос Ники.

- Угу, - это всё что я смог ответить.

Услышав как закрылась дверь кабинета, на всякий случай ещё и дверь ванной закрыл на замок и, судорожно сорвав с себя одежду, встал под ледяные струи воды.

Под ледяными струями я провёл не менее часа, ещё бы мне это помогло - было бы вообще чудесно. Вот только кровь в венах бурлила настолько, что мне казалось, что вода испаряется, так и не достигнув моей кожи, а та, которая всё же пробивалась – холодом не обжигала, а вроде даже была тёплой.

Махровое полотенце зацепило набухшую затвердевшую плоть, заставив меня застонать от боли. Стиснул зубы, чтобы не выругаться. Сейчас мой член больше напоминал окаменелость по своей жесткости. Его можно даже было использовать как оружие.

Попробовал снять напряжение сам, но лишь ещё больше усугубил дело. Вышел из душа, стараясь не задевать напряженный член, который сейчас торчал как посох гаишника - только что не был чёрным в белую полосочку. Подойдя к персональной аптечке, достал ледокоин. Набрав пару кубиков, сделал укол себе в пах. Проблему со стояком это конечно не решило, но боль отступила под занемевшим участком тела, хотя пульсация ещё ощущалась.

Покинул своё укрытие абсолютно обнаженным, даже не заморачивался, что кто-то может войти и увидеть меня в таком виде. Это всё-таки мой кабинет, и уж слишком я был измучен. Подошел к шкафу, где всегда у меня была запасная одежда, достал спортивные штаны свободного кроя и, надев их, улёгся на диван. Я настолько был вымотан морально, что лёг набок, на всякий случай, скрывая возбуждённую плоть, тут же отрубился.

Ледокоин закончил своё действие довольно быстро. Вроде я только смог уснуть, как болезненная потребность подмять под себя кого-нибудь, и погрузиться во влажные глубины податливого тела возобладала с новой силой. Уткнулся носом в подушку, кусая её зубами и мыча от обреченности.

За дверью моего кабинета слышались женские голоса, ещё сильнее распаляя меня. Сейчас мне уже даже было не важно кому, лишь бы всунуть, этот набалдашник хоть кому–нибудь. Даже если это будет Женя, хотя она мне вряд ли подобное простит.

Я поднялся, разум уже был затуманен одной единственной потребностью, избавиться, выполнить требования пульсирующей восставшей плоти. Сквозь затуманенную пелену я сделал несколько шагов, накинув на себя медицинский халат, когда в дверь поскреблись, а потом на пороге появились Ника и Нина.

- Игорь Николаевич, вам ничего не нужно? – промурлыкала Нина.

- Громов, с тобой всё хорошо? – одновременно с ней осведомилась Ника.

Мозг заполнял мысленными образами, как можно лучше провести время сразу с двумя клёвыми девочками. Руки сами сжались в кулаки, чтобы попытаться удержать себя от опрометчивого поступка. Закрыл глаза, втягивая в себя воздух частыми вздохами.

- Вон! – процедил я сквозь зубы, так и не открыв глаз.

- Что? – раздался голос Нины.

Я уже понял по её поведению, что именно этой суке обязан своим состоянием.

- Пошли вон! – я открыл глаза и смерил девушек бешеным взглядом, от которого их обеих вынесло за дверь.

Я же отправился в ванную стараясь игнорировать дверь, за которой скрылись два желанных объекта по снятию напряжения. Распахнул халат и, приспустив штаны, обхватил свой член руками, действуя точными выверенными движениями, ускоряя темп. Мне понадобилось не менее пяти минут, чтобы белая жидкость семени выскользнула из головки члена, принося краткое облегчение. Вот только мышцы рук гудели не привыкшие к такой зарядке. Последний раз я занимался онанизмом в момент полового созревание, потом под рукой всегда были те, кто выказывал желание разделить процесс на двоих.

Разрядка надолго не помогла, даже после неё член продолжал быть твёрдым и готовым к бою. В таком темпе я тут руки в кровь сотру раньше, чем эта хрень, подмешанная Ниной перестанет действовать.

Вернул штаны на своё место, запахнул полы халата и направился на выход из кабинета. Искать помощи мне не пришлось. Открыв дверь, увидел стоящих подле стола Евгении Евгеньевны девушек, включая саму старшую медсестру. Все три особи женского пола повернули голову в мою сторону, ожидая чего-то. Нина смотрела, хлопая глазками – тварь. Как только рассудок перестанет думать, о чём-либо помимо секса, эта дрянь у меня пожалеет, что вообще знакома со мной.

Я быстрым шагом сократил расстояние между мной и женщинами и, схватив Нику за локоть потащил в кабинет.

- Ты же хотела поговорить, - прохрипел я ошарашенной девушке.

Дверь кабинета я закрыл на ключ, который к тому же изъял из замка и отправил в полёт куда-то в сторону своего стола. Ника смотрел на меня округлившимися глазами, делая шаг назад, видимо её пугало моё поведение. Я же не мог оторвать глаз от приоткрытых губок, представляя, и даже вспоминая, как они нежно могут ласкать мой член. Фантазия распалялась вместе уже с сроднившимся возбуждением. Я вновь приблизился к девушке.

- Игорь, с тобой всё хорошо? Может, тебе нужна помощь? - сделала ещё пару шагов назад Ника.

- А ты поможешь?

Если Порш старалась увеличить расстояние между нами, то я старался его сократить. Её шаг назад, мой шаг вперёд. Её вздымающаяся грудь прямо манила, чтобы прикоснуться, ощутить её мягкость. Вот только одежды на ней слишком много.

- Давай я кого-нибудь позову? – предложила Ника, делая последний шаг и натыкаясь на журнальный столик.

Она потеряла равновесие и шлёпнулась своей упругой попкой на деревянную поверхность. Попалась! В мыслях уже представлял, как моя кожа так же бьётся о нежные ягодицы в тот момент, когда я буду вдалбливаться в её влажность.

- Мне хватит и тебя, - я избавился от расстояния между нами.

Схватил девушку за ноги и стянул с неё ботфорты. Дальше ухватил за резинку джегинсов. Всё это время Ника пыталась уползти, что-то постоянно говоря, но я её уже не слышал. Всё, что меня интересовало, это войти в неё как можно быстрее, слиться с ней, стать единым целым. Решил прервать отступления своей женушки и, облокотившись коленом о журнальный столик, потянул ткань её джегинсов на себя. Раздался треск ткани и дерева. Журнальный столик под нами рухнул. - Какая непрочная конструкция, - хмыкнул я, сдирая препятствия в виде одежды с Ники.

Рука скользнула на обнаженную плоть, погладив нежный гладкий холмик и устремилась вниз. Пальцы погрузились туда, куда так рвался мой член. Несмотря на то, что Ника упиралась и вроде как даже говорила мне нет, сама же была непозволительно влажной для жертвы насилия. Улыбка растянулась на моих губах, прежде чем я, спустив свои штаны, погрузился в гибкое податливое тело.

Ника кричала, мычала, сопела, шипела, царапалась, кусалась, но и одновременно вторила моим движениям. Именно она соединила наши губы в жестком, властном поцелуе с металлическим привкусом крови. Я же остервенело вдалбливался в женское податливое тело. В какой-то момент девушка постаралась вылезти из-под меня, избавиться от моего плена, но добилась только того, что мы перебрались на диван.

Я уже не мог остановиться. Мне даже казалось, что вырубись сейчас Ника от бессилия, то я всё равно не остановлюсь. И сколько продолжался этот секс-марафон, я толком не знаю. Просто в какой-то момент потемнело в глазах, а потом и пространство перестало существовать.

Холодный ветерок прошелся по телу противным ощущением липкого остывшего пота, заставляя все чувства и реальность вернуться. Рядом завозилась Ника, и воспоминания тонкой мучительной патокой начали заполнять мой разум.

Радовало только одно – болезненного желания секса больше не было. И даже член сейчас вяло болтался, исчерпав все свои возможности. И несмотря на то, что я часто посещаю спортзал, мышцы бёдер болели так, будто я посетил свою первую тренировку в жизни. Я боюсь подумать, что тогда с Никой. Хотя я и смотреть в её сторону боялся. Девушка же, не стесняясь своей наготы, хотя чего тут стесняться после такого, лежала на диване и, подперев голову рукой, рассматривала меня. На её губах играла нечитаемая для меня улыбка.

Поднялся с дивана и, с трудом найдя свои спортивные штаны, отбросил их в сторону. Слишком характерные белые следы виднелись на чёрной ткани. Подошел к шкафу и вытянул оттуда джинсы, тут же надел их.

- Знаешь, Громов, - донесся до меня ехидный голос Ники, которая до сих пор даже не пошевелилась, - после того, что тут было, ты просто обязан сделать из меня порядочную женщину и жениться.

Я всё же повернулся в сторону девушки, раздумывая – подходящий ли сейчас момент сказать, что мы и так женаты. По факту она вымотана и убить меня не сможет, сил у неё сейчас пока что нет. Будет возможность покинуть город и даже страну.

- Не смотри на меня таким взглядом, - Ника всё же села, при этом поморщившись, даже не представляю, какие ощущения она сейчас испытывает. – Твой телефон разрывался всё время процесса и я молчу, что в дверь долбились и даже вроде как пытались её вынести, - просвещала девушка о масштабе всей катастрофы. - Это хорошо, что здесь я без охраны, а то бы и дверь вынесли, и зрители у нас бы были. Но ты не подумай я не против. – Добила меня Порш.

Я взял один из чистых медицинских халатов и, подойдя к Нике, накинул ей его на плечи. Сел рядом, взлохмачивая свои волосы.

- Ник, я должен извиниться перед тобой. Во-первых, за то, что произошло. Если ты обвинишь меня в изнасиловании, то я тебя пойму. Даже согласен понести заслуженное наказание. – Решил начать я с главного. – Тем более Саня меня всё равно прибьет за то, что я с тобой сделал.

Взгляд случайно зацепил синие отметины на бедре девушки, оставленные мной.

- Знаешь, я ведь пытался держать себя в руках. Но продержался всего три часа. Слабак…

- Громов, да я тебе бы не простила, если бы ты меня не изнасиловал. Нужно обязательно узнать у Нины, что за фигню она тебе дала. Нужно будет повторить, - она сказала это с таким оскалом, что мне реально сразу захотелось туда, где нет цивилизации, а главное Ники. – Но жениться ты на мне просто обязан! – закончила она.

Внутри что-то непонятное сжалось и захотелось покинуть помещение, избежать этого разговора. Ну не готов я ещё к семейной жизни. Хотя если с Никой договориться и всё оставить как есть, то все будут счастливы. Вот только скоро приедет мама и как есть оставить не получится. Наверное, я поэтому набрал в легкие побольше воздуха и выдохнул:

- Мы женаты. – Я перевёл затравленный взгляд на Нику. – Это во-вторых.

- Женаты, - просмаковала Ника.

- Да, я так и не подал на развод. Если честно, то времени не было даже адвокату все передать. Точнее - было, но я как-то всё забывал…

- Забывал, - повторила девушка за мной.

- Да, и скоро приезжает моя мама и очень жаждет познакомиться с моей супругой, - я отодвинулся от напрягшейся в миг Ники.

Она прищурила свои шикарные - слегка раскосые, цвета молочного шоколада - глаза.

- А откуда твоя мама обо мне узнала? Даже мои предки об этом браке не вкурсях!

- Это всё Жанна, - пояснил я, понимая, что бить меня не будут. – Та, что спёрла твои вещи. Мама дала ей ключ, чтобы та смогла попасть ко мне в квартиру, зная – я её и на порог не пущу. Вот и вышло так, что пришлось отшить девушку, выложив карты на стол.

Ника решила сесть удобнее и вновь сморщила своё личико так, будто съела кислый лимон. Надеюсь, я ей там ничего не повредил. Но и провести осмотр предлагать не стал. Пусть лучше к штатному гинекологу обратится.

- По твоему выражению лица, ты не в восторге, что твои родители со мной познакомятся, - и вид у неё такой обиженный, что мне даже совестно стало.

- Не в этом дело, - тяжело вздохнул я. – Я не близок с родителями. Если честно, то у нас очень напряженные отношения. Им нужны деньги, а мне личное пространство. И чтобы они не нарушали второе, я даю им первое – все счастливы.

- Я, конечно, слышала от Саши не очень лестные характеристики в отношении твоей матери. Но и не думала, что ты их поддерживаешь.

Не знаю отчего, но понял, что Ника должна хотя бы немного иметь представления о моей жизни. Особенно то, как я стал врачом, вот и решил ей всё рассказать.

- Знаешь, мама всю жизнь стремилась вырваться из бедности всеми доступными путями. Вышла замуж за отца, у него был свой небольшой бизнес в виде автомастерской. Потом кризис, спад потребителей, плюс большое количество конкурентов. А тут ещё я отказался пойти в областную юношескую сборную по футболу. Стал бредить медициной. В общем, родители мой выбор не поддержали. Пришлось грызть гранит науки большими порциями, чтобы поступить на бюджетку. В то время Саша как раз предложил организовать небольшой бизнес и таскать некоторые препараты да и аппаратуру медицинскую из-за бугра. Так и выехал на учёбе. Потом Вербицкий, который разглядел во мне любовь к медицине и являлся моим наставником, помог с лучшими местами для практики. Ну а дальше - практика и ещё раз практика, но уже за счёт тех средств, что давала наша с Саней фирма. Я не общался с родителями до тех пор, пока обо мне не появилась первая статья в журналах. Потом Они сами стали напрашиваться на встречи и плакаться, что я, видите ли, о них забыл. Я купил им дом в Подмосковье и стараюсь чтобы наши жизненные пути как можно реже пересекались. И моя мать пойдет на всё ради денег. Она даже сочла тебя меркантильной тварью из-за того, что ты вышла за меня замуж. Просто уверенна, что ты со мной только из-за моего счёта в банке.

- Ты ей не говорил кто я?

- Неа, - усмехнулся я. – Пусть это будет для неё сюрприз.

Ника расплылась в хищной улыбке. Хоть мне и не хотелось лишний раз подвергать девушку стрессу, но и поделать ничего не мог. Да и точно знал, что у Ники язык иногда острее лезвия. И раз она не злится и не возмущается, проклиная меня последними словами, то можно приступить к обсуждению спектакля, который нужно будет разыграть перед моими родителями.

Взял свой смартфон, чтобы проверить, кто мне звонил и взгляд наткнулся на часы, заставив меня выругаться.

- Может тебе сегодня выходной дать? – ещё больше ощущая свою вину, обратился я к Нике.

Порш проследила за мной и тоже глянула на часы. Мы не покидали мой кабинет около суток. И если я могу сейчас отправиться домой с чистой совестью, то Нике как раз нужно заступать на дежурство.

- Нет, - елейно улыбнулась мне девушка.

Если честно, то поведение Ники меня немного пугало. С тех пор как мы пришли в себя, странная предвкушающая улыбка не сходит с её лица. И если бы я не знал её очень хорошо, то предположил бы, что она имеет на меня виды. Находись сейчас со мной кто-нибудь другой, я бы уже сам вызвал ментов и сдался правоохранительным органам.

Но ведь это же Ника Порш - вечно влюблённая в Алекса оторва. Всё же, с её стороны я в полной безопасности.

Мысль принесла мне облегчение, но и лёгкую непонятную для меня горечь. Видимо всё же мне требуется отдых.

P.S лайки, репосты и комментарии повышают трудоспособность любого автора, и я не исключение))))