Глава 15. Статусы

Дракон в моём доме вносил сумятицу в отлаженный уклад моей семьи. Дети, возбуждённые утренним разговором, то и дело задавали вопросы о драконах, о море, о пустыне, где жили Огненные драконы. Откровенно говоря, я толком ничего не знала о традициях и местожительстве этого племени. Отчего впервые дети на меня смотрели разочарованно. Мои ответы на бесконечные «почему, как, где» сводились к «не знаю, нужно спросить лаэрда Рана».

— Мама, а почему Ран — лаэрд? — спросила Богдана.

Дети уже позавтракали и я накладывала порцию для дракона. Силы у него восстанавливались быстро. Нужно было хорошо кормить Рана в это время. Бульон он уже выпил с утра, а теперь я решила дать ему отварного мяса скрофуса. Хантер, умница, сам притащил добычу.

— Потому что он относится к расе драконов. Лаэрд — это обращение к мужчине-дракону. Лаэра — к женщине.

— А Арчи не дракон? Он тоже большой.

— Нет. Он человек. Человеческих женщин драконы называют мара. Мужчин — марет.

— А мы кто? — Дарий внимательно слушал мои пояснения, сидя напротив меня за столом. Мальчик впервые не убегал на улицу в лес сразу после завтрака. Он жадно ловил каждое моё слово.

— Вы…

— Ты с сестрой тоже драконы, — в проёме двери, что вела на кухню, стоял Ран, привалившись плечом к лутке.

— А Эль?

— Маг, как и Айрина, — дракон пошатнулся, но преодолел расстояние до лавки у стола и грузно осел так, что под его весом скрипнуло дерево.

Нарезанное мясо я залила небольшим количеством бульона и поставила миску возле мужчины. Хлеб ему подала Богдана, а ложку — Дарий, который тут же придвинулся к мужчине под бок.

Медные волосы выбились из хвоста и падали Рану на лицо. Ноздри хищно подрагивали, когда он вдыхал ароматный запах похлёбки. К дракону вернулся аппетит — первый признак, что он прекрасно оправляется от ранений и восстанавливается.

— Наргал с нами, — коротко произнёс Ран и взял первый сочный кусок мяса в рот. От его слов я крупно вздрогнула, перед глазами мелькнуло видение мужчины с золотыми волосами и чешуйками на лице в тёмной пещере. От него веяло мощной силой, способной смести всё на своем пути. Но меня эта сила касалась ласково. Длилось видение всего несколько секунд. Никто и не заметил, что я выпала из разговора.

— А Лола — мара, — ответил дракон на пропущенный мною вопрос Дария.

Та, о ком говорили, вошла с улицы в комнату, за ней серьёзный Эль. Мне хватило одного взгляда на сына, чтобы понять, что что-то случилось. Девушка испуганно смотрела на Рана, прижимаясь к боку Эля. Маг коротко поклонился, молча здороваясь с мужчиной, который оглянулся на входящих.

— Лола! — звонко закричал Дарий. — Ты должна ко мне обращаться «лаэрд Дарий»! И ты, Эль!

Я недовольно посмотрела на дракона, который одобрительно кивал мальчику, и на младшего сына. Вопрос я задала, недовольно насупившись:

— Мне тоже к тебе так обращаться? Может быть, в кругу семьи оставим только имена?

Дарий задумался и впервые поддержку искал не у меня, а у постороннего.

— Лаэрд Ран, как правильно?

— Эль, Лола, давайте за стол, — позвала остальных, а сама сверлила взглядом дракона, который нагло вторгся со своим уставом в мой монастырь и рушил наш привычный размеренный образ жизни.

— В семьях, с близкими тебе драконами, которые входят в твой первый круг общения и доверия, друг друга принято называть по именам.

— Я хочу называть тебя по имени. Возьмёшь меня в семью? — мальчик спросил это так просительно, что нервы мои не выдержали.

— Дарий, у тебя есть уже семья — я, Эль, Богдана, Лола!

— Человек и маг не могут быть семьёй для дракона. Айрина, не надо вводить в заблуждение детёнышей, — дракон снова влез между мной и сыном. Высказался он достаточно жёстко и надменно.

— Лаэрд Ран, вы забываетесь. Пока что я не причисляла вас к своему первому кругу. Для вас я магисса Айрина. И то, что вы в моём доме восстанавливаете силы, не даёт вам права воспитывать моих детей. А кто я, по-вашему, для своих детей, как не семья? И для их отца я была семьёй. И я не дракон, как вы правильно заметили!

— Если бы ты была кем-то большим для дракона, то дети сейчас бы были с отцом-драконом. С настоящей семьёй в Гнезде. А не здесь, на грани выживания. Как ты вообще сумела стать их матерью? Успокойся, — холодно бросил мужчина и встал из-за стола.

На его скулах проступили огненно-медные чешуйки, свидетельствующие о состоянии дракона. Он был раздражён и зол. Его состояние значительно давило на меня. Давно забытое чувство. Так на меня действовали драконы в первые месяцы пребывания на Истрее. Потом я стала практически невосприимчивой к их силе. Но, как оказалось, на Рана реагировала. Если бы у меня был хвост, то сейчас точно бы его зажала между ног под живот и тихонько заскулила бы, извиняясь за несдержанность.

В наступившей тишине громко прозвучал всхлип Богданы. Отчего я отмерла и подхватила девочку на руки, успокаивая и гладя по спинке.

Ран с сожалением посмотрел на маленькую драконицу, извиняясь взглядом. На лице отразилась вина. Тут же исчезли чешуйки, и сила дракона ласково потянулась к нам с дочерью.

Я обвела взглядом детей за столом. Лола сидела со стеклянными перепуганными глазами, сжавшись в комок. Дарий надулся, как мышь на крупу, недовольно сопя. Один Эль почти сразу отмер, невозмутимо потянулся к хлебу и налил себе молока, одним махом отпивая пол кружки.

Дракон вышел на улицу, оставляя наше семейство в размётанных чувствах.

Собрать себя в кучу было нереально. Слова Огненного «если бы ты была кем-то большим для дракона» звучали в мыслях по кругу, больно жаля вновь и вновь. Отчего хотелось скалиться и что-нибудь разбить. Я так давно не видела моего дар-дракона, что начинала сходить с ума от безысходности. Даже во сне я с ним больше не встречалась с момента знакомства с Раном. Этот дракон словно отгородил меня от Валардрагона. Я слепо нащупала на себе кулон Валарда, который носила между периодами, когда он был нужен дочери, и крепко сжала через ткань одежды. Привычное тепло Ледяной магии моего дракона немного успокоило, помогая подумать о чём-то другом, хорошем.

— Весело у вас тут, — раздался голос Эля. Я с трудом сфокусировала взгляд на сыне, вспоминая, что хотела расспросить о том, как они с Лолой сходили в Зелёные Холмы.

— Что за новости? Арчи что-то передавал для меня?

— Я его не видел. Староста два дня как уехал в соседнее селение. Там какой-то сход.

— Что за тема?

— Грем не знает. Но что-то происходит. Неспокойно стало в этом краю. Много наёмников рыщет. Кстати, он просил передать, что Арахнида Ашшера хочет тебя видеть.

— Зимой? — вот это была новость.

Прошедшей осенью в лес вернулась та колония Арахнидов, с которой мы с Элем близко познакомились, когда только поселились здесь. Зимой у них был период относительного покоя. Жизненные процессы замедлялись. Самка была беременна, запас еды для её кормления имелся. Она должна была разродиться к весне. Тогда самцы начнут активно охотиться, чтобы прокормить новых членов колонии. Ашшера признала меня и больше не оспаривала мой статус главной самки человеческого поселения.

***

Эль согласился остаться присмотреть за драконом. Ран вышел на улицу и скрылся в бане. За ним я не пошла. Разговаривать больше не хотелось. Я знала, что я права, но при этом ощущала, что и в словах Рана есть истина.

Чтобы разрядить напряжённую обстановку в доме, я забрала детей с Лолой и отправилась в Зелёные Холмы. С горы спускались мы весело и быстро. Эль смастерил по моим чертежам санки. На них мы и съезжали. Детям нравилось. И уже через десять минут я смеялась вместе с ними. Зимние забавы уважали все!

Прежде чем встречаться с Ашшерой, я оставила малышей в доме Бьёрнов с дочерью Арчи. Нанна подросла за это время и выглядела просто красавицей. Знаю, что Арчи к весне ждал сватов. А сейчас девушка по-хозяйски стряхнула налипший на одежду детей снег, дала им мыло и отправила мыть руки. Две довольные мордочки раскраснелись и оживлённо рассказывали, как мы катались. Оставались дети в доме Бьёрнов охотно. Все запахи им тут были знакомы с рождения, поэтому и вели себя дракончики свободно. Так-то они, кроме Храма, больше нигде и не были.

Я попросила Нанну присмотреть за детьми, пояснила куда иду, а вот когда вернусь — не знаю. Может быть, сегодня дети заночуют здесь.

Лола тоже отряхнулась, получила сладкий пирожок в руки и вышла за мной. Вместе мы дошли до края селения, где стоял дом её отца. Она иногда навещала свою семью. За то время, пока Лола жила у нас, мачеха к ней стала лучше относиться. Звала в дом поиграть с меньшими братиками и сестричками. Работой не грузила, но Лола сама всегда чем-то помогала, когда оставалась у них.

По пути в лавке я приобрела гостинцев для её младших братьев — леденцов на палочке, мёда, который привозили с дальней пасеки, душистых яблок, пару отрезов цветной тонкой ткани для мачехи Лолы. У женщины уже было десять детей и, кажется, она снова была беременна. В дом я зашла только поздороваться и сразу отправилась к сопке Кабанье рыло.

Снегоступы помогали легко перемещаться по нехоженым тропам, заметённым снегом. Идти нужно было пару часов от селения. И эта дорога в одиночестве стала для меня испытанием. Я не могла не думать о том, что произошло сегодня в моём доме. Ран наглядно продемонстрировал своё драконье отношение к другим расам. Это и злило, и заставляло вспоминать, что мои дети — драконы, такие же, как он. Что делать, чтобы они не стали такими же высокомерными снобами по отношению к другим расам? Если Дарий, будучи совсем ребёнком, уже проявляет черты характера, свойственные драконам. Богдана мягче, но только потому, что она девочка. Я старалась привить детям терпимость к другим расам. Причисляла Лолу к семье, но это лишь слова. Драконы — хищники. А их потенциальные жертвы не могут быть частью семьи, скорее, домашними питомцами или, как мары для взрослых драконов, для удовлетворения физиологических потребностей.

Почему же Валард никогда не относился ко мне так? Я не была для него просто марой изначально, как и для опекуна. Лаард видел во мне большее, чем любовницу племянника. Почти на равных. Вот это «почти» и привело к тому, что я на краю географии сама ращу наших с Валардом детей.

Я остановилась на очерченной Арахнидами границе. Паучья сеть оплетала деревья поперёк тропы, преграждая ход. Стоило мне тронуть натянутую нить, как незамедлительно появился один из охранников Гнезда.

— Вааг-Ашшера, — пояснила цель визита.

Передние паучьи лапы разорвали сеть поперёк. Арахнид, посвистывая, встал паучьими лапами на нижнюю часть сети, вдавливая её глубоко в снег, а верхнюю собрал и поднял рукой. Что позволило мне легко скользнуть в открывшийся проход. Рядом тут же появился второй самец, крупнее. Этот был мне знаком с прошлого раза. Старший воин.

Арахнид присел передо мной на лапах и подставил свой паучий зад, предлагая взобраться и сесть на него. Если я удивилась, то виду не подала. Сделала, как он просил.

Стоило мне устроиться, как воин выпрямился и быстро побежал вперёд. Я сидела позади человеческой части мужчины, придерживаясь за ремешки на его торсе. Мои ноги, широко разведённые, свешивались с двух сторон. Паучье тело подо мной мягко амортизировало, отчего ехать на нём было комфортно. Такой способ передвижения сэкономил час времени.

Арахнид завёз меня в саму пещеру. Я с любопытством осматривалась по сторонам. Здесь было тепло, сумрачно и влажновато. Свет давали светящиеся насекомые. Они сбивались в кучи, переползали из одного места в другое, отчего складывалось ощущение, что свод пещеры плывёт.

Узкий ход вывел меня в обширную пещеру, в которой копошилось несколько нагих тел вокруг самки.

Ашшера, завидя меня, приподняла своё человеческое тело с налитыми грудями, ничем не прикрытыми. Тонкие ремешки кожи охватывали ребра, скрепляясь между собой редким плетением и сверху крепились к ошейнику. Её рука соскользнула с крупного члена ближайшего самца. Мужчине не хватило совсем немного, чтобы излиться. Он тяжело посвистывал, стараясь потереться органом о жёсткие ворсинки на паучьем теле самки.

— Я не вовремя?

В воздухе тягуче пахло возбуждением и желанием. Таким осязаемым, что ноздри мои затрепетали, впитывая давно забытый запах. Как давно я не занималась любовью с Валардом! Внизу живота к не месту налилось тяжестью от воспоминаний о горячем крепком члене моего дар-дракона, и тут же я представила, как в меня напористо входит член Рана. От собственных мыслей я покраснела и тяжело сглотнула, ощущая, как между стало ног горячо и влажно.

Ашшера улыбнулась так, словно знала, о чём я думаю.

— У тебя давно не было самца, мать Гнезда. Ты зачем-то мучаешь себя. Наказываешь.

— Не всё так просто.

— Драконы славятся своим темпераментом. Неужели твой дракон оставил тебя?

— С чего ты решила, что это дракон?

— Ты всегда пахла драконом при наших встречах. И сейчас рядом с тобой возбуждённый неудовлетворённый самец. Если ты его не освободишь, то он может наделать глупостей. Они всегда так делают, если я не помогаю им. То лапы теряют, то головы.

Арахнида вдруг стремительно обхватила член самца и резкими размашистыми движениями довела его до разрядки. Перламутровая струя выстрелила ей на грудь, и самец рухнул на все свои шесть лап, мелко подрагивая. Остальные участники подхватили его тушку и оттащили в сторону. Женщина растёрла семя по груди и невозмутимо продолжила:

— Я позвала тебя, чтоб сообщить, что мои разведчики видели верпа в трёх днях бега от этого места. Он ещё может свернуть, а может пойти в эту сторону. Для нас он не слишком страшен. Мы не трогаем их, они не замечают нас. Но твои человеки очень вкусные. И маги, такие как ты и твой сын, ничего не могут сделать с ним. Ты мне нравишься. С нашим знакомством моя семья только приобрела. Мы теперь самый сильный род из Арахнидов. Поэтому я решила тебя предупредить, мать Гнезда. Подумай пока, как защитить своё Гнездо. Успеете спрятаться — хорошо. Если он придёт сюда, то оставит после себя мёртвое место.

Новость оказалась очень серьёзной. Всё возбуждение тут же пропало, как и не было. Я задумалась над последствиями и тем, как их избежать. Я видела, какие разрушения оставлял после себя верп. Он выжирал целые людские селения. И магия против него была бессильна, даже такая сильная, как была у моего Эля. Тревога пробралась скользкой змеёй в грудь и свернулась клубком у сердца.

— Три дня… Ашшера, твои разведчики смогут отследить, куда он двинется? Чтобы наверняка знать его путь.

— Да. Я дам распоряжение.

— У меня вопрос: вы ели когда-нибудь верпа? Его мяса хватит вам надолго, если оно может насытить почти трёх драконов.

— Что ты задумала?

— Я умею их убивать.