Глава 18. Боль

Проснулась я утром следующего дня в крепких объятиях Рана. Сумрачный свет пещеры вовсе не мешал мне рассматривать спящего дракона. Его широкая грудь мерно вздымалась. Даже во сне он обнимал так, что выпутаться из захвата было бы сложно. Я и не торопилась.

Действие афродизиака давно закончилось, но я не испытывала сожалений от того, что мои инстинкты вырвались наружу. Он только подтолкнул меня сделать то, чего мне и самой хотелось, но рациональная часть сознания не могла позволить сделать шаг первой.

Я прислушалась к себе. Тело тянуло приятной болью. А в душе всё довольно жмурилось от удовольствия, несмотря ни на что.

— Ран, — притронулась ладонью к его лицу. У драконов кожа всегда оставалась гладкой, если не выступали чешуйки. — Ра-ан, пора уходить.

Первым проснулся дракон, резко открыв чёрные глаза с вертикальным оранжевым зрачком.

— Ур, — довольно.

— Аранагон, — коснулась губ мужчины, приветствуя дракона.

— Ты горишь золотым пламенем. Оно греет меня, — по-драконьи сказал он и уступил место своей проснувшейся второй форме.

Ран сладко потянулся всем телом и, перекатившись, навалился сверху, сразу целуя. Отпустил он меня нехотя и сел, потянув за руку.

— Нужно возвращаться, — встряхнул головой и встал.

На его теле тут же появилась одежда в более полном комплекте, чем вчера. К штанам добавились кожаный жилет и сапоги. Я потянулась за своей одеждой, разбросанной вокруг того ложа, на котором мы занимались любовью. Ложе было мягким, сотканным из множества слоёв паутины, но она не липла к коже.

— Ты прекрасно владеешь созидательной магией, — отметила действия Рана. Оделась я быстро, хотя было желание прежде искупаться. Но в пещере подобных удобств не было.

Мужчина улыбнулся и подал мой лук с колчаном. Перехватил меня за руку и шумно втянул воздух у шеи.

— Как ты восхитительно пахнешь мной. Если бы не необходимость, то мы бы нескоро вышли отсюда.

Его язык облизал шею до самого уха, и острые зубы прихватили кожу, прикусывая. Это было очень остро по ощущениям. Я задрожала в его руках и протяжно застонала. Если Ран продолжит подобные ласки, то даже ответственность за детей не пересилит низменные желания остаться и продолжить начатое. Поэтому я с силой оттолкнула мужчину и тихонько рассмеялась.

— Не провоцируй, мой дорогой. Ты слишком сладок, дракон.

Ему понравились мои слова. Это было видно невооружённым взглядом.

Вышли мы из пещеры, держась за руки. Шиару тут же появился перед нами, низко кланяясь мне и дракону.

— Мать Гнезда просила передать, что вы можете рассчитывать на нас в любом деле, Айрина. Я могу сопроводить вас домой? Так будет быстрее.

Я перевела взгляд на Рана, понимая, что согласием на секс с драконом вчера дала ему определённые права на себя. В паре дракон всегда играет первую скрипку. Это непреложное правило.

— Мы согласны, — разрешил Ран. — Пару минут и я тебя отпущу, — это он уже сказал мне.

Шиару отбежал в сторону, оставляя нас наедине.

— Слушаю.

— Мне нужно сейчас уйти, Айрина. Но я обязательно вернусь за вами. Только дождись. Пообещай, что ты не уйдёшь до моего возвращения. Ты же до весны никуда не собиралась. Вот и не уходи. Верь мне, моя дара. Ты же знаешь, что для драконов обозначает это слово?

— Знаю, — ответила серьёзно. Глаз я не отводила, смотрела на Рана. Его лицо кривилось от муки расставания. Дракону было тяжело даже думать о том, что ему придётся уйти от своего сокровища. А иначе дар богов они не воспринимали. — До весны я останусь в Зелёных Холмах, если не возникнет непредвиденной ситуации. Даю слово. Но весной я уйду с детьми вглубь Ледяного предела. Ты был прав. Им нужно быть вместе с себе подобными.

Всегда нужно оставлять лазейку для отступления. В магическом мире нельзя бездумно давать обещания!

Дракон удовлетворенно уркнул. Эти его урчания приятно щекотали внутри. Хотелось вторить им.

Ран подсадил меня на Шиару и отступил.

— Неси её осторожно, — напутствовал он.

Арахнид отбежал. А я, оглядываясь назад, видела, как на месте человека появляется огненно-медный дракон. Он легко и грациозно взлетел в серое небо над лесом и, сделав короткий круг надо мной, устремился в сторону гор.

Я провожала дракона с лёгким сердцем, радуясь его полному выздоровлению. Он улетел. Надолго или нет — это не имело значения. Отношение Рана ко мне отогрело меня. Тоскливая пустота напиталась новыми эмоциями и отступила, оставляя после себя приятное ощущение наполненности чувствами к моим драконам. Ран словно очистил меня, оставляя на поверхности самое хорошее, что дали мне оба моих дракона. Кто не испытал всего, через что пришлось пройти мне за время, прожитое на Истрее, тот не поймёт, как возможно так полно чувствовать двух драконов. Эти чувства отличаются от того, что ощущают люди на Земле, когда влюблены. Аналога им нет.

Шиару быстро и неутомимо бежал ко мне домой. Путь, который занял бы у меня больше пяти часов, сократился до двух. Арахнид опустился на лапах, позволяя мне быстрее спрыгнуть.

— Айрина, мне понравилась наша охота, — он поклонился. А я тем временем настороженно покосилась на двери своего дома. Никто ко мне не выходил и не выбегал. Даже Хантера не было видно.

— Постой, Шиару, — остановила мужчину, принюхиваясь к запахам. То, что я улавливала, мне не нравилось. Пахло чужаками, вперемешку с кровью, и моими детьми. — Что-то здесь не так.

***

Дверь в дом у нас не запиралась. Так было заведено в Зелёных Холмах. Без разрешения никто не заходил. Только на ночь накидывали крючок.

Вытащив из сапога нож и захватив его обратным хватом, резко потянула дверь на себя. Напряжённо всмотрелась вглубь просторной комнаты, которая служила и кухней, и столовой, и местом общего сбора нашей семьи, сразу охватывая взглядом всё пространство.

Было неимоверно тихо. Все чувства обострились, как во время охоты. Присутствия живых существ я не ощущала. На первый взгляд все вещи лежали на своих местах, но все двери в личные комнаты были открыты настежь.

Дом был пуст и успел выстыть. Огонь в печи давно потух. Я подошла к печи и приложила руку, не чувствуя даже капли тепла. Значит, дом не топили более двенадцати часов.

В моей комнате всё было перерыто. Пропали драгоценные камни, артефакты, которые мы с Элем готовили на ярмарку, и деньги. Здесь ещё витал запах Рана и он успокаивал меня, не позволял впасть в панику. Там, где рылись чужаки, пахло человеческими мужчинами. Запах был знакомый. Вспомнить, кому он принадлежал, сразу не получалось.

В комнате детей всё осталось на своих местах за исключением кулона Валардрагона. Когда я уходила, то оставила его в верхнем ящике комода с тем, чтобы Эль надел его на Богдану, если той станет хуже. Хотя присутствие Рана в нашей семье благоприятно сказывалось на состоянии дочери.

У Эля тоже всё было перерыто. В его комнате сильно пахло кровью, но следов нигде не было заметно. Осматриваясь, я подняла глаза, влекомая запахом, и увидела приоткрытое на проветривание окно. Кровью тянуло с улицы. Я подскочила ближе, выглядывая наружу. Окна выходили на задний двор, где поодаль стоял хлев и кузня. Недолго думая, я выпрыгнула наружу, не утруждая себя тем, чтобы обойти.

В приоткрытой двери кузни темнел бок Хантера. Пес уже был мёртв, даже закоченел. Я присела рядом с другом и погладила густую шерсть, рассматривая перерезанное горло. От него и несло кровью, которая лужей растеклась под телом. Всё указывало на то, что его убил тот, кого пёс хорошо знал и близко подпустил. Снова пахло человеком. Я склонилась к шерсти, внюхиваясь в запахи, намертво зацепившиеся за неё. Я вспомнила этот запах. Он принадлежал тому пастуху, которого мы с Элем словили на воровстве. Именно он был первым хозяином Хантера.

За спиной раздался шорох, и я подскочила на ноги, скалясь на непрошенного свидетеля. В дверях стоял Шиару.

— Следы ведут в лес.

— Идём, — кивнула, и пошла в ту сторону.

Навыки следопыта очень выручали. Рассматривая следы моих детей, я могла представить приблизительную картину того, что здесь происходило.

Дети сами ушли погулять или поохотиться. С ними были и Эль с Лолой.

Шиару подставил мне спину и побежал в том направлении, куда уводили следы. Отбежав от дома метров пятьсот, у края тропинки мы обнаружили свежесваленное дерево. Я осмотрела ствол, убеждаясь, что его магией свалил Эль. По множеству следов вокруг я поняла, что дети разделились. Здесь остались Лола и Богдана. А Эль с Дарием пошли дальше.

Спустившись с Арахнида, я стала внимательно рассматривать следы у поваленного дерева. Шиару побежал вперёд и вернулся минут через десять.

— Я нашёл мёртвого скрофуса, — сообщил он. — Его убили из лука и оставили. Те, кто за ним охотились, побежали в другую сторону. В гору. Они быстро бежали. Совсем маленькие следы и побольше.

— Лола повела Богдану туда, — я махнула рукой в ту же сторону, куда указывал Арахнид. — Там горный ручей.

Судя по следам, Богдана спокойно шла рядом с девушкой до самой реки. Потом стала вырываться, испугавшись чего-то.

Берег, куда мы вышли, был пологим и лишенным деревьев. Сюда на водопой нахоженой тропой приходили животные. Первым делом я стремительно осмотрела местность, подмечая всё необычное. Картина, что разворачивалась у меня перед глазами, заставляла мои волосы шевелиться от ужаса. По телу проходила нервная дрожь. А сердце отплясывало джигу.

Всё указывало на то, что Лола привела Богдану к чужакам. В ловушку.

Они ждали здесь. Даже развели небольшой костер. Трое взрослых мужчин держались вместе. В мусоре возле костра я нашла обглоданные кости. Как маньяк, вцепилась в них, обнюхивая и рассматривая. На некоторых костях были видны сколы от острых драконьих зубов. Значит, как минимум один был драконом. Два остальных — маги. Это тоже чувствовалось по остаточному магическому фону от заклинаний. Наёмники?!

Совсем в стороне топтался человек. Маленький кусок выделанной кожи зацепился за сук на бревне, где он сидел. К этому мужчине подбежали следы Лолы. После того, когда следы маленьких ножек Богданы пропали. Видимо, малышку подхватили на руки те, кто сидел у костра. А Лола и мужчина дрались у бревна. Клочки шерсти с меховой жилетки Лолы, капли крови, веером разлетевшиеся по снегу.

Я зло закричала, задирая голову в зимнее небо. Тяжёлые снежные облака вот-вот должны были просыпаться на землю снегом. Это меня напугало ещё больше. Пойдёт снег — пропадут следы. Как я найду своих детей?

Мысли метались в голове, а я металась между следами, внюхиваясь и всматриваясь.

Тяжёлая рука Арахнида тронула меня за плечо. Я резко обернулась. Он отбегал в сторону, пока я ползала на коленях перед бревном.

Кем был этот человек, сидевший на бревне, теперь я знала. Это был Саврас. Жених Лолы.

— Там мёртвый человек, — указал Арахнид вниз по течению. — Самка.

Я бросилась в ту сторону, чтобы убедиться в своей догадке.

У самой кромки воды лежала мёртвая девушка. Глаза Лолы были широко раскрыты и смотрели на серое низко нависшее небо. Её затылок оказался разбит о камень. В пылу продолжающейся борьбы, Саврас толкнул её с силой. Она поскользнулась на обледенелом снегу и упала, ударившись головой.

Мне было и жаль Лолу, и нет. Смерть забрала её. А я не успела посмотреть Лоле в глаза, чтобы понять, предала она или нет. Я упала на колени возле девушки, безотчётно пытаясь нащупать пульс на закоченевшем теле. В душе было больно. Но ещё больше страшно от того, что я не знала, что с моими детьми. И где мой Эль?

В правой, зажатой в кулак руке Лолы я заметила клок волос её жениха. Дралась она с ним люто. Под ногтями была кровь и кусочки кожи. На лице девушки тоже были следы от ударов.

Поспешно я стала осматривать её карманы в поиске хоть чего-нибудь. Какой-то зацепки. И нашла записку.

Саврас назначал ей встречу у реки. По всему выходило, что Лола пришла к жениху и привела с собой мою дочь. Но Богданы могло и не быть с ней? Что-то не сходилось. Совпадение, что Саврас оказался здесь одновременно с наёмниками? Или стечение обстоятельств?

По большому счёту это уже не имело никакого значения. Важным было только одно — найти детей.

Я вернулась к месту стоянки наёмников и ещё раз осмотрелась, определяя, в какую сторону они направились. Ребёнка они унесли на руках. Следов маленьких ножек больше нигде не было.

Наёмники поднимались в гору пешком. Дракон не менял форму. Это радовало. В воздухе у меня не было бы шансов отыскать его.

Я снова взобралась на спину к Арахниду. Это позволило нестись вперёд стрелой. Только раз я остановилась. Троица наёмников разделилась. Двое ушли в сторону, вглубь лесной чащи. Третий продолжил подъём в гору. Я была уверена, что тот, который ушёл вверх, был драконом. И он унёс мою дочь.

Принять решение, за кем следовать, было невыносимо тяжело. Единственное, я знала, что дракон никогда не навредит детёнышу, тем более девочке. Скрепя сердце, я развернула Шиару в ту сторону, куда ушли маги.

Чем больше мы углублялись в лес, тем отчетливее слышался запах гари.

Следы магов снова разделились. И мы с Арахнидом разделились, следуя за следами. Но вышли с разных сторон на одну и ту же рукотворную поляну. Точнее сказать, поляну, возникшую в следствие столкновения сильных магов. Здесь дрались отчаянно. Земля была взрыта гигантскими пластами. Поваленные деревья лежали кронами наружу от центра. Обломанные пни дымились, всё ещё тлея. Значит, здесь схлестнулись Эль и маги-наёмники.

Кто победил в этой схватке? Я облазила каждый метр этого магического ринга. Но убедилась лишь в том, что трупов нет.

Шиару тем временем осматривал периметр и, убедившись в том, что те, кто пришли, ушли своими ногами в сторону перевала, рассказал мне об этом. Я снова оказалась за спиной Арахнида. Шиару не бросал меня, хотя никаких обязательств передо мной у него не было. Ещё час мы бежали, вслушиваясь в окружающие звуки и неустанно вглядываясь в следы, которые начало припорашивать снегом.

Сцепив зубы, я молчала, а хотелось реветь диким зверем, у которого отобрали самое ценное — его потомство.

Снег уже скрыл все следы, но я уверенно направляла Шиару к пещере на перевале. Другого места, чтобы спрятаться, здесь больше не было. Если бы наёмники уходили вглубь Ледяного предела, то должны были свернуть на развилке гораздо ниже.

Шиару выскочил на пятачок перед пещерой и вдруг завалился на землю, падая на спину. Я успела сгруппироваться и спрыгнуть быстрее, чем он придавил бы меня.

— Что случилось? — успела спросить, но уже сама знала причину. В проёме пещеры стоял ледяной дракон. Я успела вложить стрелу и натянуть лук, направляя в сердце мужчине.

— Приветствую, мара Риана та-а Номерей, — улыбался он мне, как лучшему родственнику. — Я знал, что ты сама придёшь к нам.

Из-за его спины показались ещё двое мужчин, и они держали моих детей так, что было ясно — не успею всех уничтожить, каким бы волшебным не был мой лук.

— Лаэрд Илеардрагон, Магнус, не могу сказать, что я сейчас рада вас видеть. Отпустите малышей. И где мой Эль?

Дракон и один из магов были моими старыми знакомыми. Мы все вместе в своё время выполняли заказы под командованием Валарда. Как давно это было…

— Эль в клетке! — отважно выкрикнул Дарий. Его непочтительно встряхнули так, что голова ребёнка мотнулась из стороны в сторону.

— Убери лук, мара… Хм, уже не мара, — немного удивлённо смотрел на меня дракон. — Магисса? Очень интересно. Магнус, что думаешь?

— Илеард, отпусти детей, — прорычала и сняла с плеч колчан и лук. — Что тебе от нас нужно?

— Даже не знаю… — язвительно протянул он и развёл руки в стороны. — Выполнить волю эрда Ашхи? Заработать состояние?

Я подняла руки вверх.

— Ты пугаешь детей. Девочка сейчас не выдержит! — дракон обеспокоенно обернулся к Богдане. Та встретилась с ним взглядом и жалобно захныкала. Моё сердце обливалось кровью от страха за детей. Вроде бы я понимала, что я нужна им живой. И детям дракона они не навредят, но оставался ещё Эль в клетке.

Илеард уркнул совсем не к месту и подхватил Богдану на руки, бережно прижимая малышку к плечу и покачивая. Недовольно скривился, оглядываясь на меня, и позвал:

— Заходи в пещеру. Лук оставь там.