Глава 17. Подарок Ашшеры

Огромный медный дракон тяжело приземлился, выламывая, как спички, вековые деревья на своём пути. Его кожа была словно расписана пульсирующими огненными росчерками. От дракона веяло злостью, такой кипучей, что меня охватил примитивный животный страх. Я зажмурилась на несколько секунд, чтобы справиться с этой подавляющей силой, а когда открыла глаза, то передо мной среди ветвей появилась недовольная морда дракона. Его ноздри шумно раздувались, втягивая воздух вокруг меня. Пасть открылась, издавая глухое недовольное рычание, от которого по моей спине покатилась капля холодного пота. С большим трудом я удержала себя на месте, позорно не сорвавшись с высокой ветки.

— Спустить её вниз, — прорычал дракон Арахнидам на их языке.

За моей спиной буквально сразу поднялась фигура Шиару. Мужчина бережно обхватил меня рукой и прижал к груди. Спускался он не так быстро, как до этого скакал по деревьям со мной на спине.

Остальные Арахниды из моего временного отряда лежали на снегу на спинах кверху лапами, поджав их под брюшки.

— Что с ними? — спросила Шиару. Тот спрыгнул с нижних веток и поднёс меня на руках к дракону, который нервно хлестал хвостом, взрыхляя не только снег, но и мёрзлую землю.

— Мы не можем противиться воле Великих, — просвистел Арахнид и рухнул на спину, стоило ему поставить меня на землю.

— Аранагон, что привело тебя сюда? — прищурившись, я заговорила с драконом на его языке. Речь давалась легко, хотя практики не было очень давно. Драконий глаз моргнул, прикрывая влажное глазное яблоко третьим веком.

Не ожидала я увидеть здесь Рана. Я считала, что он очень слаб для оборота. Но зверь, видимо, уже восстановился. Хотя то, как он тяжело приземлился, свидетельствовало, что не полностью.

— Твоя жизнь, Айрина.

Несколько удивлённо посмотрела на зверя. Он подёрнулся зыбким маревом, и на снегу остался стоять обнажённый мужчина. От неожиданной трансформации дракона я отступила, но Ран уверенно пошёл в мою сторону. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего в будущем разговоре, и я снова отступила, вдруг осознав, что передо мной злой голый мужчина, который в несколько раз превосходит меня силой.

— Ты что творишь? — Ран продолжал говорить со мной на драконьем. Его рука схватила меня за грудки и притянула к оголённому торсу. Глаза мужчины всё ещё оставались с вытянутым оранжевым вертикальным драконьим зрачком. Дыхание было обжигающе горячим и сухим. И сам он словно горел. Пар поднимался над кожей. Собственная нагота Рана, видимо, не смущала, в отличие от меня.

Я же, ещё не отойдя от пыла боя, почувствовала прилив гнева. В мыслях взорвалось: «Да как он смеет разговаривать со мной в таком тоне!»

— Я спасала людей и свою семью, — процедила сквозь зубы. — Отпусти куртку. Ты много себе позволяешь, Ран.

— Что за глупое существо! — прорычал дракон. — Ты хотя бы понимаешь, что могла погибнуть? Почему ты ничего мне не рассказала? Я бы решил эту проблему в два счёта!

— Потому что привыкла решать всё своими силами. И я не хотела, чтобы тебя, глупца, обнаружили на землях Ледяных драконов. Ты вроде как Огненный?! Или я ошибаюсь? — идти в наступление оказалось легко и даже приятно. Я прижалась к нему ближе, агрессивно скалясь и уменьшая натяжение ткани куртки. Через одежду я чувствовала его полувозбуждённое естество. Это заводило.

Ран хмыкнул, скривив губы в усмешке.

— Глупец… Обычно говорят, что я мудр, — дракон выпустил ткань из захвата и разгладил её двумя руками, задевая соски. Даже через плотную кожу куртки я ощущала, как его прикосновения отдаются в твёрдых горошинах груди. Это было неуместно и остро чувствительно. Я отступила, скрещивая руки перед собой. Встряхнула головой, отчего по спине зазмеилась тугая коса.

Говорила отрывисто. На мягкость не хватало сил.

— Тебе лучше было оставаться с детьми. Там ты был нужнее. Они важнее моей собственной жизни, — мой расчёт был прост. Я не знала, что станет со мной. Но я была уверена, что если верп пойдёт через мой дом, то дракон, даже ослабленный, сможет защитить моих родных.

— Для меня нет ничего важней твоей жизни, Айрина, — прохрипел дракон.

Его слова смущали. Вспомнился наш откровенный разговор и поцелуй. Я закусила губу и огляделась по сторонам. Арахниды так и лежали кверху лапами. На самом деле это выглядело забавно. И вызвало у меня улыбку. Спохватившись, я хмуро свела брови и попросила за них:

— Ты можешь поднять Арахнидов? Они отличные воины. Мне сегодня хорошо помогли.

— Только за это я хочу их растерзать, — недовольно рыкнул Ран, но просьбу выполнил. Приказал встать на лапы. — Мы возвращаемся. Забирайте добычу. Старший, ко мне.

Шиару подошёл, почтительно склоняясь.

— Ты нёс на себе Айрину?

Тот кивнул.

Дракон неожиданно поблагодарил воина, чем вверг Арахнида в шок, да и меня удивил.

— Пойдём по земле. В воздухе меня быстрее заметят, — отвёл от меня взгляд Ран, чем вызвал улыбку. Его вспышка гнева и негодования ушла. Но уверенность в собственной правоте не пошатнулась. Как и у меня. Но нам хватило ума не продолжать спор.

Дракон помог разделать тушу верпа, отрастив драконьи когти. Частичная трансформация была доступна только взрослым драконам. Арахниды живо выстроились в цепочку, нагруженные добычей. Один из отряда был серьёзно ранен. Мужчина лишился двух сочленений лап, и его взвалил на себя один из воинов. Потеря лап не была чем-то смертельным. У Арахнидов они могли отрастать несколько раз на протяжении жизни во время линьки, если в том была необходимость.

Шиару подошёл ко мне, предлагая руку, чтобы я могла взобраться ему на спину. Ран тут же оказался рядом, недовольно поблескивая глазами.

— Ты должна лететь на Аранагоне, — недовольство сочилось из него.

— Кому должна, я всем прощаю, — весело хохотнула и легко взлетела на спину Шиару.

Ран запрыгнул на второго самца. Теперь я рассматривала, не стесняясь, его оголённый торс, выглядывающий из-за Арахнида, испытывая эстетическое наслаждение от прорисованных мышц, перекатывающихся под кожей. Используя созидательную магию, Ран прикрыл низ, одевшись в штаны, и тем ограничился. Даже ноги остались босыми, и это его нисколько не смущало. Дракон громко отдал команду выдвигаться, и отряд Арахнидов цепочкой побежал домой, к сопке Кабанье рыло.

Мы возвращались через пещеру пауков. Стоило поблагодарить Ашшеру за помощь. Дань уважения главной самке от меня. Ран ехал молча. Я тоже притихла и немного обмякла. Весь запал ушёл, оставляя приятную усталость и удовлетворение от итога охоты.

Дорога назад оказалась очень короткой. Верп достаточно близко подошёл к нашей местности. Хватило часа, чтобы оказаться в гостях у Арахнидов.

Ашшера встречала нас там же, где и в прошлый раз. Только в этот раз разгульной оргии не наблюдалось. Самка довольно пощёлкивала жвалами, когда её самцы выкладывали перед ней части туши верпа. Знакомство с драконом прошло спокойно. Пугать беременную самку он не стал. Остался возле входа, недовольно морщась, но признавая необходимость моей встречи с матерью Гнезда.

Под конец нашего рассказа самка довольно застрекотала, и самцы бросились прочь из пещеры, оставляя нас с ней наедине. Ашшера по-женски полюбопытствовала:

— Твой самец пришёл за тобой?

— Ран? Да, прилетел. Хотя не должен был. Он рисковал.

— Самцы для этого и созданы, чтобы защищать нас и потомство. Я хочу сделать тебе подарок, — казалось, что Ашшера улыбается, хотя по лицу это понять было невозможно. Жвалы у рта шевелились, словно жили собственной жизнью.

— Подарок?

Ашшера поднялась и подошла ко мне очень близко, грациозно опускаясь на своё брюшко так, что её лицо оказалось совсем близко от моего.

— Ты должна отпустить себя, мать Гнезда. Не думать ни о чём, кроме него — того, кто подарит тебе сегодня удовольствие. Он хочет тебя.

На её слова я лишь вздохнула, понимая, что в ближайшее время не смогу решиться заняться любовью с драконом. Привязываться друг к другу в то время, когда предстояло скорое расставание, было глупо. Поэтому в ответ Ашшере я лишь отрицательно покачала головой. Понимая, что перспектив для развития наших отношений нет. Что бы я не чувствовала к Рану, а разойтись придётся. Я снова выбирала сердцем в пользу своих детей.

Опасности от Арахниды я не ощущала, поэтому не ожидала, что она прижмётся к моим губам странным мокрым поцелуем. Он длился пару секунд, прежде чем я ошарашенно отпрянула, чувствуя во рту вкус миндаля. Горячая волна прокатилась по моему телу от макушки до кончиков пальцев на руках и ногах, выбивая воздух из груди.

С громким шипением я выругалась, чувствуя, как внутри всё начинает пульсировать от желания. Ноздри втянули воздух, улавливая несколько молекул аромата дракона, зацепившегося за одежду, когда Ран удерживал меня за куртку. Грудь сразу же налилась томным жаром от этого воспоминания, и я протяжно застонала, закрывая рот рукой и вытирая губы. Свод пещеры отразил мой голос, и эхо пронеслось по пещере, отголоском стремясь к входу, где Огненный дракон уже извёлся в ожидании.

Ашшера через прикосновение впрыснула свой афродизиак!

Я ещё пыталась подумать о чём-то пристойном, но перед глазами встала обнажённая фигура Рана, вызывая острую жажду заняться с ним любовью. Как исполнение желания, сзади ко мне прижалось горячее тело дракона, и требовательные губы жадно прикоснулись к шее, целуя, засасывая нежную кожу, кусая и вылизывая её и загривок.

В голове мутилось от охватившего тело пульсирующего ощущения. Кровь прилила ко всем чувствительным местам.

Я глубоко задышала, внюхиваясь в чистый запах Огненного дракона. Рыча, развернулась и несдержанно поцеловала сама. Грубо. Напористо. Руками цепляясь за плечи, царапая кожу на спине и боках мужчины. Меня прижимали крепко, притягивали, хотели. Запах возбуждения вплетался в наши личные ароматы, смешивая их воедино. Меня целовали в ответ. Властно. Глубоко. Разжигая белое пламя в моей крови. Оно растекалось тягуче и неотвратимо. Как лава сбегает от вершины вниз, к подножию, так и во мне этот огонь бежал от сердца вниз в пах, концентрируясь внизу живота пульсирующим цветком.

Из одежды меня вытряхнули быстро, и я сама тоже полезла в штаны к дракону, сдергивая их с бёдер. Горячий твёрдый член упёрся мне в низ живота. Я обхватила его рукой и с удовольствием провела вдоль всего ствола, оттягивая крайнюю плоть и обнажая нежную головку с приоткрывшейся дырочкой на вершине. Член пульсировал в руке, приятной тяжестью ложился в руку. Бархатную кожу хотелось гладить и ласкать. Вызывать ответные мужские стоны.

Сглотнула громко, чувствуя, как вязкая слюна наполняет рот, и наклонилась, обхватывая губами мужской сосок. Вылизала его заинтересованно и опустилась на колени, чувствуя, как от возбуждения дрожат ноги. Головка призывно качнулась перед моими глазами, вызывая у меня прилив желания доставить удовольствие дракону. Распухшие от поцелуев губы коснулись нежной плоти, и член плавно скользнул в горячий тесный рот. Ран нетерпеливо толкнулся, вызвав некоторый дискомфорт, из-за чего я крепко впилась когтями в узкие мужские бёдра, сдерживая напор. Перевела дыхание и сама насадилась на член, заглатывая только бархатное навершие, поднимая снизу вверх взгляд на Рана. Дракон смотрел, не отрываясь. Вожделенно. Его зрачок пульсировал ярко-оранжевой вертикальной щелью, черты лица хищно заострились. Частое дыхание вырывалось вперемешку с рычанием. Эти звуки возбуждали, ласкали слух. В них я слышала ещё одно подтверждение страстного желания обладания мной. Это усиливало возбуждение.

Я его хотела. Всего. От макушки до пят. Это было что-то дикое и животное. Непривычное.

Достаточно насладившись вкусом, с громким чмоком я выпустила изо рта добычу, и тут же была подхвачена сильными руками дракона и повалена на спину. Ран резко развёл мои колени в стороны, открывая меня для себя. Склонился к лону, целуя нежно, лаская длинным гибким языком влажные складочки. Немного шершавый язык с силой потёрся о набухшую горошину. Эта ласка оказалось острой, почти болезненной и в то же время необходимой. Я часто задышала, выгибаясь в спине и крепче прижимаясь к терзающим меня губам и языку, путаясь руками в его рассыпавшихся медных волосах. Захныкала. Жалобно. Просяще. Я хотела большего. Хотела почувствовать, как Ран наполнит мое жаждущее нутро. И он понял. Подтянулся на руках. Обхватил мою голову руками, фиксируя и заставляя открыть глаза и посмотреть на него.

— Скажи это, — прохрипел он.

Я заметалась, как в бреду, не понимая, что ему нужно. Плывущим взглядом остановилась на его лице и с силой потянулась к его губам, выдыхая в них:

— Возьми меня, Аранагон.

Эти слова были для дракона тем спусковым крючком, который позволил ему сделать то, о чём он мечтал с первой встречи.

Мужчина напористо толкнулся, выбивая протяжный довольный стон из моих губ, желанных ему. Я горела так же, как и он.

Ран двигался, заполняя пустоту в душе и сердце, чувствуя, как её огонь ласкает его дракона внутри, плавит его неуверенность в том, что он может быть счастлив с ней, выжигает каленым железом одиночество.

— Айрина… Айрина… моя… моя…

Драконья речь эхом разносилась под сводом пещеры.

— Не отпускай меня, — в каком-то полубредовом состоянии шептала на каждое его слово. — Только не отпускай…

Движения дракона ускорились. Возбуждение всё больше нарастало, множилось. Готовое вот-вот взорваться ярким фейерверком. Ран двинулся резче и глубже, вырывая крик удовольствия из моего приоткрытого рта. Огненный цветок внутри распустился неумолимо. Оргазм накрыл. Глаза подкатились от удовольствия, и дракон тягуче излился, выплескиваясь в жаркое нутро и успевая продлить моё удовольствие.