Эпилог
Мэлоди сладко потянулась. Ну, как могла, конечно. Седьмой месяц, все-таки — стройность давно сделала ручкой вместе с грациозностью.
Под ребра толкнули крепкие пятки.
— Встаю, встаю, — пробурчала с улыбкой, — вот неугомонная…
Дочь подтвердила ее слова еще одним кувырком. Выпутавшись из кремового плена одеял и натянув комбинацию, Мэл окунулась в цветочно-кулинарный рай. В этот раз на прикроватном столике красовался роскошный гиацинт нежно-розового цвета, чашка зеленого чая и коробочка с вагаси. Мэл успела распробовать и полюбить эти японские сладости. А их нежный изысканный вид приводил в восторг.
Все это великолепие украшала записка, написанная размашистым почерком:
«Любимым девочкам. Мы на пробежке, не хотели будить».
— Опять удрали с самого утра, — тихонько вздохнула Мэл.
Ее альфа оказался не только волком, но и жаворонком. Что у них и не совпадало, так это биоритмы. И сыновья такие же…
— Опять дрыхнешь до полудня? О, да тут у нас вкусности… Сейчас оценим.
Бритни оказалась как всегда бесшумна и беспардонна. Ввалилась в комнату, не слушая причитания Диоры — оборотницы, что состояла в особняке Блэйка в качестве домработницы и повара. Эта милая волчица слегка за сорок хоть и напоминала Мэл сексуальную модель Пин Ап, но отличалась несвойственной двуликим мягкостью и сдержанностью. К тому же у нее была пара, и в сторону Блэйка женщина даже не смотрела.
— Доброе утро, — улыбнулась севшей на постель женщине.
— Хм, вагаси. Неплохо.
Бритни по-хозяйски цапнула сразу две штучки. Диора картинно поджала губы, но, бросив дежурное «приятного аппетита», исчезла по своим кулинарным делам. Оборотница действительно любила готовить.
— Как дела на конюшне? — осведомилась Мэл, быстрее забирая хоть немного лакомства. С Бритни станется опустошить коробку подчистую.
Карие глаза сверкнули возмущением и яростью.
— Требую уволить нового конюха. Этот щенок совсем страх потерял!
Мэл хихикнула, глядя, как воинственно Бритни размахивает надкусанным лакомством. Стараниями Блэйка и нескольких психологов равнодушная ко всему статуя превратилась в темпераментную и очень привлекательную женщину, за которой уже увивалось парочка лохматых поклонников.
Правда, их старания были тщетны — Бритни не интересовалось ни противоположным полом, ни своим.
— Тебе не стоит знать, что с ней случилось, маленькая, — однажды обмолвился Блэйк. — Поверь, это гнусная история. Но все причастные получили по заслугам. Я позаботился об этом лично.
Мэл верила. И очень боялась спугнуть первые искры жизни в карих глазах. Их разожгли совсем не деньги, а… лошади. Женщина оказалась без ума от лошадей, и Блэйк этим воспользовался на сто процентов. Теперь Бритни заведовала конюшнями, да так втянулась, что буквально жила там. Сама ухаживала, лечила, объезжала… У нее оказался настоящий дар, ну а Мэл… Что ж, ревность еще немного вострила когти. Между Бритни и Блэйком укрепились хорошие такие дружеские отношения. Это не сильно радовало, но Мэл предпочитала не лезть. Хотя бы потому, что без женщины не было бы этого всего…
Теперь девушка знала, кто нашел и приютил Блэйка, когда он сбежал из того переулка. Признавала, что без помощи не успела бы вовремя, ведь бывшая невеста собиралась ни много ни мало — убить альфу. В общем, надо уметь принять, что между мужчинами и женщинами существуют теплые отношения, но без физического влечения. Тем более у вожака редко бывают друзья среди своих… Статус обязывает.
— Эй, ты меня слышишь?! — в плечо легонечко ткнули.
Мэл вздохнула. А это ведь и хорошо, что рядом тот, кто чихал на статус альфа-самки и жены вожака. Свое окружение, родное.
— Чем он тебе не угодил? Денник* Гранду не так почистил?
Бритни так и вспыхнула. Даже кудряшки будто бы стали дыбом. Гранд — чистокровный араб, безраздельно владевший сердцем своей хозяйки. Изящный от кончиков острых ушей до стройных ног и роскошно-густого хвоста. Когда смуглый красавец кокетливо выгибал шею, все лошадки в радиусе трех миль валились с копыт, а стоило жеребцу щелкнуть зубами на конкурента, как тот пускался в бегство. И такое чудо выросло из заморыша-стригунка, которого Бритни с боем отобрала у одного нерадивого заводчика.
— Денник?! — зарычала женщина не хуже волчицы. — Какой мать его… — быстро взглянув на живот, поджала губы и громко выдохнула, — Он Гранда почистил! Моего Гранда!
Оу, ну это дело серьезное. Жеребец давался только в смуглые ручки хозяйки, а остальных награждал укусами и потрепанными нервами. Бритни этим ужасно гордилась, а тут, выходит, нашелся конкурент. Интересно…
— Он его связал? — на всякий случай уточнила Мэл, выискивая сброшенный на пол халатик. Вечно Блэйк норовил зашвырнуть одежду на люстру… С приходом беременности их ночи не потеряли прежний пыл, просто стали нежнее и аккуратнее.
Бритни фыркнула и ловко выудила шелковую красоту откуда-то из-под одеяла.
— Хуже, — протянула ей находку. — Подкупил морковью. И этот предатель спокойно подавал копыта! За кусок овоща! Все мужики одинаковы…
Ох, горе-горе. У Бритни появился конкурент. Мэл быстро спрятала улыбку за чашкой с чаем.
— Странно. Лошади оборотней не любят…
— Этот исключение! Ты бы видела! Совсем еще щенок!
Ясно. Тут не обошлось без Блэйка и его команды психологов. Очень осторожно они выводили Бритни на новые эмоции. Возможно, она сама догадывалась, а может, и нет. Все-таки профессионалы работали, а не дилетанты. От прямых сеансов Бритни отказалась наотрез.
— Я поговорю с Блэйком, — послушно согласилась Мэл. — Он и сыновья на пробежке.
— А-а-а, опять парк ломают, — хмыкнула, оправляя невидимые складки вполне себе пристойного спортивного костюма. — Ну-ну, поговори… А вечером я сама с ним побеседую. Помочь? — это уже про одежду.
Мэл согласилась. Не потому что не могла сама, а просто поболтать. Вчера опять звонил брат — единственный из семьи, с кем Мэл поддерживала отношения. Мать и отчим, узнав, что дочка сорвала «куш» в лице богатенького мужа, пытались было восстановить связи, но сам муж быстро окоротил новоявленных родственников. Он встретился с ними один раз, после которого звонки и душещипательные сообщения прекратились как по волшебству. Мэл искренне благодарила — только последняя дура поверила бы во внезапное раскаянье, а ее розовые очки давно разбились и восстановлению не подлежали.
Брат же — другое дело.
«Хороший парень» — так резюмировал Блэйк, и этого оказалось достаточно. Уж кому Мэл и доверяла всем сердцем — так это мужу.
— Значит, твой братец Вильям решил поступать? Да подальше от маминой юбки? — вопрошала Бритни, помогая подколоть волосы. За одиннадцать лет коса отросла до поясницы, как Мэл и хотела. Блэйк был в восторге и уговаривал на «еще немного», что в его понимании было ниже линии ягодиц.
— Решил. Представляешь, заявил мне, чтобы муженька не приплетала, — хихикнула Мэл. — Такой серьезный и важный. Бабушка бы им гордилась.
Бритни понимающе хмыкнула и похлопала по плечу.
— Готово, красотка. Иди, лови своих песиков за хвосты.
Словишь их, как же. Наверняка весь парк разнесли.
Вместе они вышли из особняка. Дом альфы находился чуть в стороне от городка оборотней около самого леса. Мэл бы никогда не сказала, что этот полусонный городишко, затерявшийся на просторах штата Монтана — прибежище одного из крупнейших кланов оборотней — клана Сильвер. Который разросся за последние годы чуть ли не в два раза. И одна из причин бешеного интереса оборотней именно к этой стае оглашала окрестности громким рыком.
— О, я дальше не пойду, — махнула рукой Бритни. — Сама на своих чудовищ любуйся.
И женщина завернула в сторону конюшен. Кудряшки задорно подпрыгивали в такт уверенным и легким шагам.
— Приходи на ужин! — крикнула вдогонку Мэл, но ее слова перекрыл очередной громогласный рев и треск дерева.
Так, пора спасать деревья от полного истребления.
Сломанные ветки и рык вывели ее прямо к разгоревшемуся на лужайке бою. Неискушенного зрителя он бы привел в ужас, но Мэл лишь улыбнулась, наблюдая, как гоняются друг за другом два альфы.
Да, именно два и точно альфы. Ее старший сын — Нейтан — три месяца назад решил преподнести сюрприз. Весь клан стоял на ушах, когда в полнолуние одиннадцатилетний мальчик вдруг вместо волчонка превратился в, кхм, полуволчонка. Мэл и сама не поверила своим глазам, но под полной луной расправлял плечи новый альфа клана Сильвер, а мгновения спустя лес наполнился таким радостным воем, что она чуть не оглохла.
— Р-р-ра! — первым заметил ее Нейтан. С силой оттолкнувшись от земли, так что дерн полетел вверх, бросился вперед гигантскими прыжками. Выглядело это, как будто огромная фура летела на маленькую машинку, но Мэл не отступила и шага в сторону.
— Мама! — крепкие ручонки схватили за шею. — Я первый выследил белку! Сам! А папа не смог!
Она и рот открыть не успела, а за штанину уже настойчиво трясла вторая пара ручек.
— Непр-р-равда, — вторил младший — шестилетний Эдриан, — я тоже помогал!
Золотые газа волчонка сверкали от несправедливой обиды — едва только старший брат обрел третью форму, младший задался той же целью и в маленьком семейном гнездышке иногда происходили нешуточные стычки.
К счастью, к ним приближался авторитет в лице мужа. Ее любимого оборотня, оставшегося для близких просто Блэйком. Мэл улыбнулась, глядя на огромную фигуру. Он не был для нее чудовищем. Однажды привыкнув к шрамам на лице, она приняла и полузвериную ипостась, как неотъемлемую часть человека, с которым хотелось провести остаток жизни. Блэйк стал для нее не только любимым, но и поддержкой, и семьей, в которой Мэл отчаянно нуждалась.
Да, пусть она не сделала головокружительной карьеры, зато нашла себя рядом с детьми и мужем. И нахлебницей тоже не была. С ворчливого благословения все-таки отучилась несколько лет на заочном и вполне хорошо освоилась с документооборотом одной из фирм стаи. Конечно, ее помощь была не ахти какой, но Мэл хорошо справилась со своими обязанностями. И все же главной осталась ее семья — та еще работенка. Особенно с двумя шустрыми и галдящими на все лады волчатами, которых муж сделал не иначе как под копирку!
По щеке прошелся шершавый язык. Когтистая лапа легла на живот, и Мэл с нежностью погладила короткую черную шерсть, покрывающую мускулистое предплечье. Чудовища она не боялась, а волка очень даже любила. Третья — звериная форма — могла покорить кого угодно. Огромный черный красавец с широкой грудью и мягким хвостом. И да, он действительно умел делать щенячьи глазки. А еще позволял тискать себя, как угодно.
— Твои девочки соскучились, любимый. Может, хватит портить зеленые насаждения?
Над ухом раздалось легкое ворчание. Зверь потерся о нее мордой и опять лизнул. Мэл тихонько засмеялась. Да, она любила своего альфу. И пусть их подтолкнул друг к другу запах, но разве это важно — из чего рождается настоящее чувство?
Зверь сделал свой выбор, человек одобрил, а Мэл была этому очень рада.
Коротко зарычав, муж попросил сыновей принять волчье обличье, и оба исполнили приказ альфы без промедления.
Господи, только бы дочка хотя бы годик побыла обычным ребенком… Мэл так не хватало детского лепета и простых радостей материнства: оба сына обернулись волчатами с рождения, и за воспитание взялся их папа.
Под руку аккуратно сунулось мохнатое плечо. Совсем как волк однажды, Блэйк медленно повел ее обратно в логово, в котором теперь было по-настоящему безопасно и уютно. А впереди мелькали два пушистых хвоста маленьких оборотней.
Конец!