Глава 59

Игнат

Она спала, измотанная эмоциями и нашей близостью. А я не мог уснуть, смотрел на нее, снова и снова запоминая каждую черту, которую успел полюбить. Мне не верилось, что она все-такие вернулась ко мне. Хотя я не оставил ей выбора. А как иначе? Если бы я дал Амалии возможность самой определиться с тем, что ей нужно, то больше никогда бы ее не увидел.

Вчера мы выяснили все недомолвки, проговорили ― насколько у меня хватило внутренней выдержки ― все ее страхи и опасения. Я надеялся, что мне удалось убедить ее в том, что больше не будет никаких измен, что она ― единственная, кто мне нужен.

Сон все никак не шел, а на улице уже рассвело. Я решил, что лучшим вариантом будет отправиться на пробежку, поплавать в бассейне, а потом разбудить Амалию и снова наброситься на нее. После этого можно было спокойно уснуть.

Выскользнув тихонько из комнаты, я направился вниз, где прислуга уже вовсю колдовала над домом.

– Доброе утро, Игнат Константинович, ― обратилась ко мне экономка.

– Доброе.

– Вчера приезжала бригада. Они начали грунтовать стены в правом крыле. Говорят, что им нужен окончательный проект комнат.

– Амалия займется этим.

– Но дизайнер…

Я посмотрел на экономку, слегка прищурившись.

– Марина Степановна, чем вам так не угодила моя жена?

– Ой, что вы, Игнат Константинович! ― испуганно воскликнула она. ― У вас замечательная жена. У нас с Амалией…

– Я слишком долго вас знаю. Ну?!

Она отшатнулась от моего резкого тона.

– Я не…

– Вы уволены.

– Что? ― безжизненным голосом прошептала она, резко побледнев.

– Уволены. И своих приспешниц прихватите за собой. У вас час на сборы. Сергей Ильич!

– Доброе утро, Игнат Константинович, ― дворецкий появился через минуту. Как всегда, невозмутимый и готовый принять любые жизненные повороты.

– Марина Степановна и все горничные уволены. У них час на то, чтобы покинуть мой дом. Пускай их отвезут в город. ― повернулся к теперь уже бывшей экономке. ― Расчет получите на днях, я передам помощнику, чтобы занялся этим вопросом. Свободны.

– Хорошо, ― прошептала она, опустив голову.

– Сергей Ильич, как только они уедут, все остальные свободны. Оплачиваемый выходной.

– Простите, и Ланье?

– Все. Ланье пусть сделает заготовки для ужина, дальше мы сами.

Я видел, как на лицо швейцара рвалась улыбка, но он изо всех сил ее сдерживал. Мне и самому хотелось улыбаться. И я делал это практически все время, пока несся по дорожке, отбивая стройный ритм кроссовками. Я разогнал всех, потому что… не знаю, хотел трахнуть Амалию на каждой поверхности дома. Хотел, чтобы она бродила по нему только в моей рубашке. Растрепанная, довольная. Чтобы у нее между ног было липко от моей спермы, а сама она пахла сексом и моей женой.

Ама проснулась спустя два часа. Я сидел в столовой и пил кофе, просматривая новостную ленту. Я услышал шаги на лестнице, которые были сначала довольно быстрыми, потом замедлились, а у подножия она и вовсе остановилась. Я улыбнулся, представляя себе, какое недоумение сейчас было написано на ее лице. Амалия протопала в гостиную, цокая каблуками домашних туфель, потом прошла к кухне и наконец встала на входе в гостиную. Ее невероятно красивое лицо портила только хмурая морщинка между бровями и поджатые губы.

– А где все?

– Доброе утро, жена. А меня тебе мало?

– Вчера ночью тебя мне было много, ― ответила Амалия и задорно усмехнулась.

Я окинул ее взглядом с головы до ног. Элегантное платье, туфли на низком каблуке, прическа макияж. Внезапно мне захотелось увидеть ее растрепанной, без макияжа, сонной и теплой.

– Отныне ты можешь ходить по дому, в чем хочешь. И не нужно краситься, если мы никуда не собираемся. И туфли можешь не носить. И вообще с утра я хочу видеть тебя в своей рубашке. ― Я поднялся и двинулся к Амалии. Она замерла и смотрела на меня с восхищением. Я подошел вплотную и навис над ней, продолжая говорить у самых ее губ: ― Только лишь в своей рубашке.

– А прислуга? ― прошептала она.

– Их не будет по утрам. И по вечерам тоже.

– Только днем?

– Да.

– А кто же нам будет готовить завтрак?

– Мы сами справимся, да? Ты же говорила, что научишься.

– А ты мне будешь готовить?

– Я тебя буду готовить.

Амалия хихикнула и, обняв меня за шею, быстро чмокнула в губы. Уже хотела отстраниться, но я не дал. Притянул к себе за затылок и углубил поцелуй, ныряя языком в ее теплый рот. Она не сопротивлялась, отдавалась поцелую с той жаждой, что и я. Подхватив Аму за талию, я понес ее к столу. Отодвинул чашку с кофе и усадил на край, а сам расположился на стуле между ее бедер.

– Что ты делаешь? ― спросила она, хихикая, когда я начал медленно поднимать подол ее платья и шире разводить ее ноги.

– Собираюсь позавтракать, ― спокойно ответил я. ― Поскольку повара я на сегодня отпустил, кто-то должен меня накормить. Я решил, что ты ― лучшая кандидатура.

Глаза Амалии округлились, когда я поднял платье выше и обнаружил, что на ней не было трусиков. Я удивленно посмотрел на нее, а эта проказница улыбалась, закусив губу. Я притворно нахмурился, кивая на ее бедра.

– Это еще что такое? Ты почему без белья?

– Потому что там до сих пор жарко. Мне нужно было проветрить, ― ответила она, едва удерживаясь от смеха, а потом внезапно все же сорвалась. Я слушал ее заливистый хохот, и внутри меня растекалось тепло. Наконец настал момент, когда этот смех был подарен мне.

– Я могу подуть туда, где жарко, ― ответил я, подмигнув Амалии.

– Ну нет, ты сделаешь так, что будет еще хуже.

– Хуже? Уверена?

Она кивнула, закусив губу, но я уже видел, что Амалия замерла в предвкушении. Она ждала, пока я подамся вперед и мои губы встретятся с ее нижними. Уже, черт возьми, влажными. И пахнущими как самое изысканное удовольствие.