Глава 11. "Бизнес превыше всего"
Первый день рождения Сарочки праздновали от всей души. Приглашенных было совсем немного - Берта, Элеонора с мужем и маленьким сыночком, да Сотниковы-старшие полным составом.
В разгар торжества гости во главе с маленькой именинницей собрались в бежевой гостиной, рассматривать подарки и пить кофе с великолепным трехъярусным тортом, слепленном в форме сказочного замка для фей. Торт переливался всеми цветами радуги и вызывал дикий восторг у Сары, перепачкавшейся в цветной глазури с головы до ног.
Андрей и Лев Константинович закрылись в рабочем кабинете на втором этаже.
Виски на дне бокалов из чешского хрусталя с позолотой еще не успел остыть. Повисшее напряжение ощущалось даже в просторном холле.
— Мы должны вложить оставшиеся средства как можно более выгодно, — восседая в кожаном кресле сына и крепко сцепив пальцы, говорил Лев Константинович. — Их не так много, но хватит, чтобы открыть еще одну гостиницу.
— Я даже знаю, где мы купим землю. Уже полгода у меня в голове крутится очень четкий план. В будущем я собирался вложить средства с прибыли от «Преображения», но если ты предлагаешь деньги раньше, можно заняться этим прямо сейчас, — Андрей подхватил бокал с крепким напитком и залпом опрокинул его в себя.
— О чем ты говоришь? — Лев Константинович придвинул к себе второй бокал, но пить виски не спешил.
— О Розе Хутор. — Андрей даже не поморщился. — Круглогодичном горнолыжном курорте. Мы провисаем зимой. Не все поедут в «Преображение» встречать новый год, а в январе-феврале нам и вовсе нечем похвастаться. Гостиница в привлекательном для инвестиций горном районе рядом с Сочи - это именно то, что нам сейчас нужно.
— Там дорогая земля, — нахмурился отец. — И как ты себе это представляешь? Чтобы основать там гостиницу, нужны связи. А Лера? Ей и дочери сейчас ты очень нужен рядом, а не за тридевять земель, по колено в грязи на стройплощадке!
— Связи у меня есть, — Андрей откупорил бутылку с виски и плеснул себе еще порцию. — А стоять по колено в грязи я буду исключительно ради своих жены и дочери. Дело того стоит, поверь! Я проводил мониторинг. С новой гостиницы мы сможем получать в два раза больше прибыли.
— Ну, хорошо, предположим. Ты бросишься в омут с головой, и в кратчайшие сроки мы возведем еще один отель. А как же твоя жена? Как она останется здесь, в поселке, где и летом не так много людей? Если Сара заболеет? Или дом приглянется банде рецедивистов?
Андрей вздохнул и поднялся из-за стола. Открыл встроенный в стену сейф и достал оттуда связку ключей.
— Узнаешь? — весело хмыкнул он.
— О, Боже… Софья была здесь?
— Была, накануне. Ее сердце, наконец, дрогнуло, и она вернула мне ключи от квартиры. А свою долю на днях отпишет на Сарочку. Ловко, да?
— Надо же… я думал, эту старую стерву ничто не проймет, — задумчиво потер щетинистый подбородок Лев Константинович.
— Если у тебя есть средства, чтобы вложить в новый проект, я перевезу Леру и Сарочку в город. Рядом с вами мои девочки будут в полной безопасности.
— Андрей, не руби сгоряча! Лера любит этот дом! Она вложила в него свою душу! Переезд очень огорчит ее.
— Папа, когда дело касается денег, нет места сентиментальности! — вскинул руки сын. — С каких пор ты стал таким чувствительным? Да, она расстроится. Да, поживет с Сарочкой несколько месяцев без меня. Но дело того стоит, поверь мне! Иначе из этой ямы не выбраться.
— Я все же посоветую тебе приобрести недвижимость в нашем городе. Мы тоже встречаем туристов круглый год. И ты не разобьешь Лере сердце.
— Не смеши меня! — начал раздражаться Андрей. — По-сравнению с горнолыжным курортом мы - полные профаны! Хочешь, для отчетности я покажу тебе бумаги из бухгалтерии?
— Мне все равно это не по нраву… — развел руками Лев Константинович, но больше спорить не стал.
Уже почти перевалило за полночь, а Лера и Андрей еще не ложились спать.
— Как ты себе это представляешь? Как? — мельтешила по просторной кухне в длинном кружевном пеньюаре она, и ее зеленые глаза метали тревожные молнии.
— Лера, отставь в сторону свои сердечные переживания! Сейчас не до них! Мы едва держимся на плаву! Если погода не подведет, «Преображение» даст прибыль. А если польют дожди, ничего хорошего не жди!
— Не бросай меня, умоляю! Вся моя жизнь, весь мой смысл - в тебе и нашей малышке! Если ты уедешь в неизвестном направлении на неопределенное количество времени, мое сердце будет разбито! — все еще не веря в происходящее, она подскочила к нему. — Хочешь, я встану перед тобой на колени? Только не уезжай…
— Лера, Лера, успокойся! Посмотри на меня, Лера! — крепко схватил ее, находящуюся на грани истерики, за плечи муж и поднял с пола. — Если не создавать новые проекты, деньги отца обесценятся! А так есть шанс зацепиться еще за одну гостиницу! Не ты ли у нас больше всего на свете боишься нищеты? Так вот, отныне никаких правил не существует, Лера. Нищета реальна.
Она несколько мгновений с отчаянием смотрела в его карие глаза, и вдруг всхлипнула. Опустившись на стул, она прикрыла красивое лицо руками и горько заплакала.
— Не плачь, умоляю. Так ты делаешь только хуже и мне и себе. Просто соберись с силами и поверь в меня. Если я буду знать, что ты в меня веришь, я смогу принести тебе столько денег, сколько и не снилось…
Он сел напротив нее и попытался оторвать ее изящные кисти от лица.
— Отвяжись! — пнула его коленом она. — Я не перееду в эту жуткую квартиру, где от передозировки погибла твоя мать! Временами мне кажется, что ее призрак до сих пор бродит там по лестнице!
— Квартира матери - мой родной дом, Лера, — потирая ушибленную ногу, нахмурился Андрей. — Как мое родное гнездо, где я вырос и где мое сердце находит успокоение, может казаться тебе жутким? Вам с Сарой будет там удобно. Магазины в шаговой доступности, врачи в случае чего приедут в течение десяти минут, и отец с Кариной тоже будут рядом.
— А почему бы твоему отцу самому не поехать в Сочи?! — обозленно вскрикнула она. — Не построить отель на горнолыжном курорте?! Почему?!
— Потому что это моя идея. Мой новый проект. И только я могу полностью воплотить его в реальность. Так что, с завтрашнего дня начинай готовиться к переезду в город. Если все сложится, как я запланировал, к выходным я уже уеду в Розу Хутор.
— Этого просто не может быть…— сквозь всхлипывания прошептала Лера. Любимая ею реальность рушилась на глазах. А муж решил оставить ее одну и отправиться навстречу призрачной надежде за имеющиеся в наличии средства отстроить еще один отель.
Валерия растерянно бродила по почти пустому помещению, пытаясь представить, как она будет здесь жить. Квартира, в которой они с Андреем начинали совместную жизнь, пустовала больше года. Отовсюду веяло заброшенностью. Обои кое-где отклеились и требовали замены. Паркет померк. А в кухне-столовой на потолке образовалось некрасивое коричневое пятно.
— Не переживай! — сочувственно похлопывала Леру по плечу тетя Софья, согласившаяся поехать вместе с ней на квартиру в первый раз. — Завтра же позовем мастеров и все починим. Отопление пока есть, значит, вы с Сарочкой не замерзнете. Ну, а что касается интерьера, то здесь можешь творить все, что душа пожелает. Мебельные магазины в твоем распоряжении.
— Спасибо, — тяжело вздохнула Лера и вышла в холл. — Я подумаю об этом сегодня вечером.
Сердце больно ныло при мысли о том, что через несколько дней Андрей покинет ее на неопределенное количество времени. Она так сильно переживала, что почти не спала последние двое суток. «Я не перееду сюда. Нет, ни за что не переду. Я хочу домой! В свой уютный особнячок с бежевой гостиной и шикарными пионами во дворе! И мне плевать, что об этом думает Андрей. Я останусь в поселке», — решительно сжимала руль своей новой машинки Лера.
Вечером из-за этого в доме разгорелся настоящий скандал. Андрей, не привыкший к отсутствию подчинения и переживающий из-за предстоящей поездки не меньше супруги, едва сдерживался. А Лера, у которой в один миг отняли самое дорогое, и вовсе не видела берегов.
— Я туда не поеду! Ни за что не променяю наш милый домик на старую квартиру, которой требуется ремонт! — кричала она.
— Поедешь! Это не обсуждается! — хватая ее за руки, орал в ответ он. — Или я отвезу тебя туда силой!
Сара, чувствуя ужас сложившейся ситуации, цеплялась матери в волосы и ревела во весь голос.
Лера понимала, что воевать дальше нет никакого смысла. Они доведут до истерики напуганного ребенка и расстанутся врагами.
— Ладно, поступай, как знаешь, — беспомощно взмахнула свободной рукой она. — Если для тебя наш союз значит так мало, то и у меня нет желания продолжать борьбу.
— Наш союз - самое главное в моей жизни! — закричал Андрей на нее так громко, что Сара всхлипнула и начала трястись. — Но насколько нужен будет тебе этот союз, если мы разоримся?!
— Перестань пугать ребенка! — оттолкнула его от себя и Сарочки Лера и шагнула в сторону лестницы. — И помоги мне собрать вещи! Я больше не собираюсь обсуждать с тобой эти безумные проекты! Лично мне они несут одни страдания!
— Отлично! Это как раз та поддержка, которую может оказать любящая женщина! — последовал за ней Андрей.
Он уехал в хмурое субботнее утро. Они так и не помирились до конца перед отъездом. Боль в сердце Леры была такой сильной, что она не нашла мужества простить Андрея за отъезд. Когда он выходил из квартиры, в которой они провели столько упоительных вечеров, ее лицо было мокрым от слез. Но муж принял решение и не собирался менять курс в угоду капризам супруги.
— Бизнес не терпит сентиментальностей, Лера, — с сожалением произнес он на пороге. — Мне жаль, что ты так и не научилась этому. Я люблю тебя и сделаю все, чтобы вы с Сарочкой никогда не нуждались. Возможно, тогда ты сможешь принять меня обратно с пониманием.
— Ты отнял у меня мой дом. Место, где я была самой счастливой женщиной на свете, — сквозь слезы прошептала она в ответ. — Ты лишил меня себя. Стоит ли процветание таких жертв?
— Поверь мне, стоит. — Он резко привлек ее к себе и крепко поцеловал в губы. — Береги Сарочку. А я позвоню вечером, когда устроюсь в гостинице и встречусь с Валентином, ее крестным. Пожелай мне удачи.
— Удачи, — как неживая, закивала она, и дверь захлопнулась.
Лера прильнула к холодному железу и всхлипнула. Вскоре ее тело сотрясалось от рыданий. Она опустилась на пол в холле, и плакала до тех пор, пока Сарочка не проснулась на втором этаже. Утерев опухшее от слез лицо рукавом шелкового халата, Лера кое-как поднялась с пола и побрела наверх. Отныне ее жизнь потеряла всякий смысл.