Глава 10. Эксклюзив

Тяжело сглатываю и не могу отвести взгляда от его темных глаз. Затягивают как в омут. Порочный омут, из которого не выбраться. Страх подернутым ветром пламенем бьется в груди, ищет выход. Я сильнее сжимаю ручки спортивной сумки и вжимаюсь лопатками в стену. Ехать всего три этажа, какие-то секунды. Ну что может случиться? Артем держится вальяжно и уверенно, словно хищник, загнавший в безвыходную ловушку свою жертву. Маленькой зайке уже не сбежать, и большому волку нет смысла тратить силы, чтобы ее поймать. Только я не готова добровольно становиться закуской. – Я думаю, что лучшему адвокату города не стоит зажимать своих клиенток ни в кабинетах, ни в фитнес-клубах, если они хотят оставаться лучшими, – выдержав его взгляд, лениво отвожу свой. На самом же деле дрожу как осиновый лист, черт знает, как вообще на ногах до сих пор стою. – А ты уже моя… клиентка? – спрашивает с ухмылкой, выдержав многозначительную паузу. От царапающих интонаций мое сердце пропускает пару ударов. – По телефону мне обещали, что Баринов Артем Викторович лично возьмет под контроль мое дело, – я не обращаюсь к нему, держу дистанцию, намеренно переводя диалог в третье лицо. Красным маркером провожу границу, но она, наоборот, притягивает Баринова сильнее. – Возьмусь, но сначала мне нужно знать все тонкости, – его телефон звонит. Артем смотрит на смарт часы, проверяя входящий, и сбрасывает звонок. – Давай обсудим их за обедом. Лифт останавливается. Створки открываются. Артем выходит первым. Я следом, мечтая затеряться в толпе. Но толпы, как назло, нет. Словно вымерли все. И мне не остается ничего, кроме как идти к выходу в компании Баринова и стараться не бросать на него заинтересованные взгляды. – Нет, – мой ответ слишком резкий и короткий. Артем останавливается передо мной, преграждая путь. Смотрит, ожидая разъяснений. – Я не хочу с тобой никуда идти, – поясняю коротко. Мне за этот наш разговор уже страшно. Что если нас кто-то увидит? Знакомые Гриши или жены его бизнес-партнеров? С них станется спросить прямо при муже, что это за приятный молодой мужчина со мной беседовал. А зная, какой Гриша собственник… мне страшно даже предполагать, как он будет заявлять свои права на меня. – Почему? Боишься, что снова начну приставать? – спрашивает с легкой насмешкой в голосе взгляд бесстыдно скользит по моему телу. Широкая ладонь опускается на плечо, а большой палец ведет по шее, прямо там, где красуется засос. Шлепаю его по руке. Артем усмехается и качает головой. Он сейчас теплый и ленивый, какой-то разомлевший. Смотрит еще так странно, как ценитель на величайшее произведение искусства, будто перед ним не Маша Калугина, а, как минимум, Венера Милосская или Джоконда. У меня от этого взгляда бабочки в животе летают. И в трусах потоп. Сбрасываю с себя его ладонь, но Баринов ловит мои пальцы, переплетая со своими. В месте контакта кожу ударяет легким разрядом тока, и невидимые искорки разбегаются вверх по руке, к плечу и тают в груди, оседая там странным теплом. Прикусываю нижнюю губу, чтобы не улыбаться. Отходим в сторону от лифтов, Артем загораживает меня от входа, так что видно только его спину. – Не в этом дело, – бормочу, вяло сопротивляясь. Хочу разорвать наш контакт, но Баринов только крепче сжимает. Невыносимый! – А в чем? Хочешь, чтобы я сказал, что сожалею о том, что сделал? – Ты сожалеешь? – спрашиваю, резко вскинув голову. Не знаю, какой ответ хочу услышать – мне от обоих станет плохо. – Ни капли. Я бы это все повторял на ежедневной основе. Только вот… доводил бы начатое до конца, – он делает шаг ко мне. Почти вжимается своим торсом в мою грудь. Мой взгляд замирает в районе его солнечного сплетения. Артем высокий и большой, за его спиной и правда можно спрятаться. И почему-то я уверена, что там надежно. Вот только я не готова расплачиваться так, как нужно Баринову. – Маш, поехали со мной, – просит искуситель, пальцами свободной руки поглаживая мою щеку. Артем отводит волосы с лица, заправляет их за уши. – Всего один час и вкусная еда. Будет ложью, если я скажу, что даже на секундочку не представила, как уезжаю с ним. Конечно, представила. В моей ситуации глупо не тешить себя хотя бы фантазиями. – Я… – Соглашайся, Маша, – вроде и давит интонациями, но остается предельно спокоен. – Хватит думать о том, какой я подлец. За свои приставания я уже получил: сначала по яйцам, потом по лицу. – Пристрастился? – К твоим ручкам? О, да! – перехватывает мое запястье и целует в раскрытую ладонь. Тут же сжимаю кулак. Со стороны выглядит, будто ловлю его поцелуй, чтобы сохранить, но это ни капельки не так! – Артем! – вырываю руку из крепкой хватки и легонько толкаю Баринова в грудь. Возмущение закипает в груди. Ладонь горит от поцелуя. От полярности чувств у меня голова идет кругом. – Я твой клиент. – Намекаешь на субординацию? – снова прижимается ко мне всем телом. Боже, он когда-нибудь успокаивается? Что за мания где-нибудь меня зажать? – Именно. Или ты со всеми такой… ммм… обходительный? – Это эксклюзив для тебя, Машенька. В твоем распоряжении не только мои мозги, но и член, – улыбается он и толкается бедрами вперед, давая мне наощупь изучить все, чем я теперь распоряжаюсь. Хотя я бы с большим удовольствием влезла в его голову и перенастроила его похотливые намерения на другой объект. Вместо этого изумленно ахаю. Краснею. Закрываю глаза. Щеки горят. Я за последние месяцы с мужем не была так близка, как за сутки с Бариновым. И уж точно никогда ничего подобного к Грише не испытывала. – Как-то неосмотрительно ты доверяешь его первой встречной, – задыхаясь от нехватки воздуха, потому что вдохнуть полной грудью не получается, я начинаю ерзать, пытаясь выбраться. – Уверен, ты найдешь к нему подход. Так что, обед? – снова напирает неугомонный Баринов. Как там говорится, не можешь победить революцию – возглавь? Сейчас самое время. – Ага, – киваю, делая вид, что сдаюсь. Вынимаю ладонь и хватаю Артема под локоть, разворачивая к выходу. – Ты же на машине? Имей в виду, я пешком не пойду, – вместе идем к крутящимся дверям. Заходим в один отсек. Баринов немного в шоке от моей инициативности и в целом того, что я согласилась. – И если ты хочешь выбрать какое-то пафосное место, то туда я тоже не войду. У меня вид неподобающий. И нет, предлагать не обращать на это внимания не нужно. А еще я терпеть не могу рестораны правильного питания, так что если у тебя в планах посетить один из таких, то лучше изменить его сейчас, – на улице холодно, изо рта вылетает пар. Мы с Артемом останавливаемся в паре метров от входа. – Где говоришь, твоя машина? – вытягиваю шею, осматривая парковку. – Вон там, – указывает Баринов рукой влево, и я больше не медлю. Толкаю его в сторону машины, а сама резко бегу в другую. – Приятного аппетита! – кричу, взмахивая сумкой, которая едва не слетает с плеча, и бегу так быстро, как только могу, слыша вслед раскатистый мужской смех.