Глава восьмая

Хирд:

Этот день тянулся бесконечно. Я слонялся по саду и веранде, изнывая от скуки и нетерпения, раза три сходил в столовую, по местному обычаю открытую постоянно, даже ночью.

Оттуда можно было вообще не уходить, и некоторые маги так и делали. Занимали стоящие в уютных нишах диваны, что-то читали или писали, попутно прихлебывая холодный взвар и грызя мелкое фруктовое либо ореховое печенье или сушеных рыбок.

Но мне и там быстро надоедало и потому снова уходил в сад, кляня про себя Бриса, отправившегося куда-то по делам. Вместе было бы проще убить словно уснувшее время. Да и какие у него могут быть дела, если он ехал следить за мной? Наверное, извиняется за тот экзамен… но что-то слишком уж долго.

Вернулся Брис лишь поздно вечером, когда я раздраженно мерил шагами веранду возле наших комнат.

– Извини, – буркнул мимоходом, направляясь в свою комнату, – задержался. Сейчас переоденусь и пойдем в белую башню.

– Зачем нам туда? – справился я, подозревая что верховные магистры придумали какую-нибудь гадость.

Все же их собрат сильно переживал из-за каких-то дров.

– Встречать Яну и учителя. Они прибудут примерно через час. – отозвался из своей комнаты Брис.

– И ты не мог прийти раньше! – сердито крикнул ему, мчась в свою спальню.

Мне тоже не помешает надеть нормальную рубаху взамен того недоразумения, в каких принято гулять здесь.

Белой башней называлось высокое здание, где магистры южного ордена проводили всевозможные заседания, суды и прочие сборища. В его центре разместился круглый зал, напоминающий столичный цирк, только поменьше и кресла поудобнее. Вот туда и привел меня Брис.

– Садись, где удобнее, – предложил он, подойдя к первому ряду кресел, а я остановился, рассматривая собравшихся.

Всего шестеро, но все немолоды, а двое и вовсе седовласы. Для магов это большая редкость. Седину не убирают лишь упрямцы, не желающие использовать удаляющие признаки старения заклинания, либо те, кому они уже не помогают.

А еще они все или почти все имеют звание верховных, об этом свидетельствуют висящие у них на груди особые артефакты. Да это легко определить и по взглядам, прямым, изучающим и невозмутимым. Мой отец всегда так взирает на послов из соседних стран.

Кстати, босой грубиян, который сегодня рычал на меня на полигоне, тоже сидел среди них, хотя и принарядился в туфли и желтую накидку.

– Добрый вечер, – произнес я учтиво, но с холодком, и сел чуть поодаль.

Если кому-то приспичит поговорить – сам подойдет, кланяться я никому не намерен.

Брис, чуть помаявшись, сел примерно посредине между нами, очень разочаровав меня таким выбором. До этого момента он казался намного самостоятельнее и смелее.

Время снова поползло беспечной улиткой, но теперь у меня хотя бы было занятие. Изучать магистров и пытаться угадать, какую способность имеет каждый из них.

Ну бывший босяк – водник и возможно немного воздушник, седой маг с черными глазами и гроздью ярких амулетов – наверняка артефактор. Но вполне возможно, имеет дар в магии минералов. А вот второй старец – либо природник, либо лекарь. Светлоглазый блондин похож на ментала, хотя внятного объяснения, почему мне так кажется – у меня нет.

– Желаете чаю или лимонада? – любезно прожурчал рядом женский голосок, заставив меня оторвать от магистров взгляд.

Девушка, стоявшая рядом с подносом, была очень хорошенькой и до отвращения похожей на Грету. Но не она… и потому я никаких претензий к ней не имел.

Зато начал подозревать, что мой счет к ушлым южным магистрам с этого момента будет только расти.

– Спасибо, но нет, – улыбнулся так ослепительно, что у самого скулы свело как от зеленого крыжовника, и снова перевел взгляд на компанию верховных интриганов.

Наблюдают. Как я и думал. И даже скрывать этого не пытаются… а вот это уже интересно. Они меня ничуть не боятся – вот что значат эти взгляды. Вызов… но не на бой, а на схватку характеров… и чего еще?

Эх, Ян, ну где ты там, мне так не хватает твоей ехидной и всегда неожиданной подсказки… или подначки.

– У нас есть мороженое и фрукты, холодные закуски и персиковое вино, – снова сладенько пропела горничная.

Или она не просто служанка, вспыхнуло внезапное прозрение. Я внимательнее вгляделся в прелестное личико, изучил сжимавшие поднос холеные белые пальчики, и порадовался собственной осторожности. Хотя справедливее было бы поблагодарить Грету за наглядный урок, но как-то не хотелось.

Зато теперь мне было ясно, что служанкой эта девчонка никогда не была. Скорее всего, она ученица кого-то из этих индюков.

– Спасибо, милая. – На этот раз в моей улыбке не было бездушного сиянья, теперь я смотрел на девицу сочувственно, как на ядовитую гадину, которую держу за горло крепкой рукой спрятанной в перчатку из буйволовой кожи.

Её глаза изумленно распахнулись, губы обиженно задрожали и чья-то подопечная ринулась к проходу между секторами, расплескивая напитки и роняя печенье.

– Осторожнее, – укоризненно окликнул знакомый голос, побуждая меня вскочить с кресла и ринуться навстречу.

Однако я сумел удержаться, и не только никуда не бежать, но и смолчать. Даже улыбался не особенно широко. Но следил очень внимательно, как немолодая женщина в деревенском наряде и с намотанным на голову платком придерживает за плечо мнимую горничную и проходит дальше.

Всего на секунду замирает, оглядывая присутствующих, затем спокойно поворачивается и идет прямиком ко мне. От понимания, что именно чего-то подобного от нее и ждали, и от волнения у меня перехватило дыхание. И пока она шла эти десять проклятых шагов, я лихорадочно пытался взять себя в руки и придумать, как подать ей сигнал.

Наконец просто сложил руки на коленях и стиснул кулаки особым способом, как делал лишь в тех случаях, когда удерживал рвущийся на волю огонь.

Тетушка Ари удивленно приподняла одну бровь и я ответил ей огорченным взглядом, словно извиняясь за нечаянно пролитый чай.

Ее взор стал задумчивым, потом она покосилась в сторону сидевших позади нее магистров. Теперь я ответил утвердительным взмахом на миг опущенных ресниц.

– Привет, – с усмешкой сказала она, и остановилась прямо передо мной загораживая своей юбкой от верховных интриганов.

– Прости… – произнёс я слова, которые мечтал сказать еще декаду назад. – за глупости, что наговорил сгоряча… И спасибо за ту записку.

– А, – знакомо отмахнулся Ян, – я уже забыла. Как вы тут?

– Живем… а где твой брат?

Продолжить мне не дали, рядом с тетушкой возник седовласый магистр.

– Приветствую, Альяна. Потом поговорите. Мы ждем тебя, чтобы посмотреть на твои умения. Хигверд, тебе лучше уйти.

– Мне лучше знать, где мне лучше, – скаламбурил я, – поэтому никуда не пойду.

– Тогда я сам тебя уведу, чтобы не мешал, – он смотрел невозмутимо, но во властном взгляде читался вызов.

– Пусть сидит, – заступилась тетушка, – мне он не мешает.

– Зато мешает нам. Но если не хочешь – можете идти отдыхать, орден примет только добровольную помощь.

– Я тоже хочу помочь, – Заявил я, решительно поднимаясь из кресла, – и вам и Яне. Почему бы заодно не проверить и мои умения?

– Но… – начал было спорить магистр и тут же смолк, остановленный повелительным жестом Яна.

– Лучше, если поможет, это даст мне возможность более полно представить вам свои умения.

Я воспринял этот знак как приглашение и мгновенно встал по правую руку от него, разминая пальцы и готовясь показать все отрепетированные вместе трюки.

– Ну попробуйте, – высокомерно фыркнул бывший босяк, и в любой другой ситуации я мог бы огрызнуться или ответить небольшим безвредным заклинанием, вроде знойного смерча.

Обычно им сушат одежду после внезапного ливня. Но не теперь… в душе уже прорезалось крамольное подозрение и знакомая снисходительная усмешка очень кстати скользнувшая по губам тетушки Ари, подтвердила верность моих выводов.

Так вот значит, как… ну что ж, это многое объясняет. И одновременно развязывает мне руки.

Нам.

– Кольцо три и вверх. – коротко шепнул Ян, едва мы спустились по ступеням на арену.

Привычным взмахом кисти я поднял кольцо пламени на расстоянии трех шагов от нас. Языки пламени поднималось примерно на ту же высоту, но удержаться могли недолго. На мраморном полу зала гореть было нечему.

Ну это я так считал. А у Яна, как обычно, был и план и какие-то снадобья. Значит не зря он заявился сюда в наряде травницы.

Ее рука, ставшая вдруг ужасающе длинной, одним махом сыпнула чего-то в огонь, а вторая крепко обхватила меня за талию.

В следующее мгновение получивший подпитку огонь полыхнул во все стороны и выбросил под высокий купол зала густые клубы дыма. А вместе с ними взвились ввысь и мы, увлекаемые непонятной силой. Пролетели под самым потолком, скользнули в ту сторону, где стояли магистры и очень осторожно опустились позади них в кресла третьего ряда.

Все происходящее на сцене отсюда было видно просто превосходно, несмотря на скрывавший нас мутноватый защитный купол.

Разделившись на группы по двое, маги окружили кольцо огня и уверенно уничтожали, забрасывая с разных сторон водными смерчами, порциями мокрого снега и языками тумана.

Однако подкормленный Яном огонь сдаваться не спешил. Неохотно отступал к центру, подбирая по пути крошки неведомого порошка и вспыхивая с новой силой.

А там, куда он неумолимо надвигался, спина к спине стояли с восхищающей самоотверженностью два до боли знакомых молодых мага, торопливо, но безуспешно махая руками.

Да и что они могли сделать, если были всего лишь пустыми коконами? Хотя до сих пор я еще не видел, чтобы Ян создал сразу двух, зато знал, как упорно он изобретает новые фокусы.

Пламя полыхнуло в очередной раз и вдруг метнулось на наши копии. Они враз вспыхнули пропитанными смолой факелами, но не побежали и не сдались.

– Идиоты упрямые, уходите же оттуда… – расстроенно орал бегавший по кругу Брис, а магистры остервенело лупили по несчастным коконам порывами снега и ливня.

Но те горели все яростнее и вдруг, после особо мощного водного шквала осыпались на пол кучкой мокрых, дымящихся угольков.

– Уф… – выдохнул я, отирая со лба холодный пот, – жуткое зрелище.

– Тсс, – с усмешкой шепнул Ян, – не шуми.

Но я и сам понимал, что провести верховных магов не так-то просто. Это они сгоряча стоят онемевшими статуями, потрясенно рассматривая догорающие иллюзорные лохмотья. Но вскоре поймут, что никакой огонь не способен так быстро сжечь дотла человеческое тело, тем более – мага, защищенного не одним амулетом.

И самое главное – мага огня, которого прикрывает мощный щитовик.

– Прохвосты… – с досадой махнул рукой седой магистр, и оглянулся на скорбно кривившего губы Бриса, – ну, и где твои дружки, мастер?

– Не знаю. – сразу перестал изображать безутешное горе тот. – Это же вы их обидели. Хирда специально целый день выводили из себя…

– Но он же не вывелся? – устало вздохнул босяк, повернулся к пожарищу спиной и шагнул к своему месту.

Чтобы снова застыть соляным столбом, только теперь смотревшим прямо на нас. Я покосился на Яна и невольная счастливая улыбка сама выползла на губы. Он снова был именно Яном, до мелочей знакомым и родным.

– Вот они, – с укоризной возвестил пришедший в себя босяк, – сидят, любуются, как верховные магистры их спасают.

– Всегда приятно посмотреть на работу опытных магистров, – елейно сообщил Ян, – и поучиться у старших мастерству… плетения интриг. Узнаешь много нового, полезного. Мне только непонятно, а Хирда вы зачем злили?

– Испытывали его выдержку и умение держать себя в руках при любых обстоятельствах, – пояснил Брис, направляясь к нам.

– Я спросила, – холодно оборвала его Яна, – не почему – а зачем? Зачем вам именно сейчас потребовалось знать, умеет ли он рассуждать хладнокровно?

– Если тебя сочтут подходящей для их тайного дела, то я пойду с тобой, – заявил я спокойно. – Для того сюда и плыл.

– Я против. – в ее голосе добавилось льда, – Гарл меня и одну отпускать не хотел… а если мы пойдем вдвоем…

– Туда можно проникнуть только одному, – мрачно пояснил седой магистр, и представился, – я Имольт, верховный магистр южного ордена.

– Нет южного и северного орденов, – жестко перебила его Яна, – он един. Только цитадели в разных местах.

– Это лишь деталь, – отмахнулся Имольт, – а в вылазку нужна именно женщина… или девушка. Обычные маги там пройти не могут… их ловят почти сразу. Мужчины-адапты не проходят проверку артефактом. А сильных адаптов-женщин у нас нет… и мы попытались отправить мага-адапта в женском коконе. Дальше всех прошел Фаргес…

– Где он? – перебила Яна.

– В своих комнатах… и велел привести тебя, как только приедешь.

– Так почему же вы не привели? – ее взглядом можно было ворон на лету замораживать.

– Хотели сначала посмотреть… на твои умения. Чтобы зря не надеться.

– Ну и как, подойду я?

– Если дня три потренируешься… адапты как раз для этого случая приготовили несколько новых трюков.

– Сначала проведаю Фаргеса, – встала она с кресла и оглянулась на меня, но я уже стоял рядом.

Отступать от задуманного и прежде не терпел, а теперь и подавно не собирался.

– Я провожу, – вызвался Брис, и мы дружно двинулись следом за ним.

– А если на нее нападут внезапно? – задумчиво поинтересовался кто-то из оставшихся позади магистров, но ему никто не ответил.

Да и вообще на сцене стало подозрительно тихо. Оттуда доносился лишь какой-то странный шорох и шелест, и я невольно оглянулся, заинтригованный этим шумом.

Магистры сбились в центре тесной кучкой, и яростно сопя, пытались освободиться от чего-то невидимого.

– Твоя работа? – заинтересованно справился у Яны остановившийся рядом Брис.

– Они же хотели узнать, чем я отвечаю, если нападают внезапно, – сухо пояснила та. – вот и получили ответ. А ты не стой, показывай дорогу. Я между прочим, сюда прямиком бежала… думала, у них действительно где-то горит.

– Оно и горит… – шагнув вперед, подтвердил Брис, – но без подготовки идти нельзя. Фаргес не слабее тебя был…

Друг детства резко смолк и упорно молчал весь остальной путь до небольшого домика, спрятанного в густых зарослях высокого крондаля. В эту часть сада мы до сих пор никогда не заходили, и сейчас, в темноте, освещаемый лишь плывущим над нами огромным диском луны, домик по казался давно заброшенным.

– А он еще не спит? – засомневался я.

– Нет, – отозвалась от тёмного проема входа невидимая женщина, – ждет.

Вспыхнул бледный свет колбы с ведьминым мхом, с которой сняли темный колпак, и мы увидели сидящую на веранде немолодую магиню.

– Фаргес ждет Яну, – окинув нас строгим взором, подчеркнула она, и Ян торопливо шагнул на ступеньки.

Мы с Брисом остались на дорожке, не воевать же с хозяйкой дома?

– А можно мои друзья пойдут со мной? – внезапно остановился Ян. – Они оба маги.

– Я не против, – пояснила женщина, испытующе нас оглядев, – но им придется дать клятву… на артефакте.

– Где этот артефакт? – я немедленно шагнул к ступеням.

– А я уже давал, – тихо признался Брис, – вот знак.

– Подтверждаю, – вышел из дома мастер Чендис, – и ручаюсь за Хирда. Знак ему поставим позже. Кстати, поздравляю вас обоих с получением звания мастера.

– Кого, обоих? – оглянулась на нас Яна.

– Твоих друзей, – со смешком просветил ее придворный маг, – они сегодня заставили комиссию понервничать.

– Сами виноваты, – не согласился я, и, припомнив слова босяка, добавил, – пусть еще радуются, что сразу почувствовал какой-то подвох. Иначе никаких бревен там бы не осталось.

– Уже слышал, – усмехнулся Чендис, отступая с дороги, – проходите.

В доме властвовали тишина и полумрак. Светильники были открыты лишь через один и те только наполовину.

– Сюда – указал мастер на прикрытую дверь, и остановился, пропуская гостей вперед.

Ян почти вбежал в комнату и я невольно прибавил шагу, но тотчас остановился, налетев на застывшего посреди дороги мелкого. Через его голову поспешно оглядел комнату и сам замер, потрясенный увиденным.

Справа, изголовьем к стене, стояло высокое ложе и на нем лежало масляно зеленевшее мужское тело, лишь ниже пояса целомудренно прикрытое куском легкой ткани. В полумраке трудно было рассмотреть подробности, но рассматривать и не хотелось. Всем известно, в каких случаях лекари с головы до ног покрывают пациентов заживляющими слизнями. Если в огне или кипятке пострадало более половины кожи.

Только мягкие, упругие тела слизней, питающихся мертвой тканью, приносят пострадавшим истинное облегчение, так как их слизь не только ускоряет регенерацию, но и снимает боль.

– Учитель… – горестно выдохнул замерший рядом с неподвижным телом Ян, – это они так?

– Это я так оттуда убегал… – хрипло шепнули почерневшие губы, – они не прощают чужаков. – Фаргес помолчал, явно собираясь с силами и шепнул, – ничего не вижу… но глаза уцелели. Скоро посмотрю на тебя.

– Я пока хожу в образе Яна, – понял его мелкий, – тут это удобнее. Но уже привыкаю жить Альяной. А ты давно сбежал?

– Почти две декады… но обо мне потом. Я очень прошу тебя, девочка… подумай сто раз, прежде чем туда идти. Я ведь не первый еле вырвался… и то лишь благодаря команде спасателей.

– А я уже не такая слабая… как была раньше. И могу выстоять в огне шестой ступени.

– Да? – заинтересовался магистр, но даже рукой не пошевелил, – и как?

– Слюдяная пыль.

– Много?

– Три унции. Но еще три держу в запасе, прикрыть напарника.

– Хирда?

– Да.

– Он здесь?

– Да, – шагнул я вперед и крепче сжал кулаки, рассмотрев под еле заметно шевелившейся полупрозрачной зеленой массой ломаные линии розовых шрамов.

– Зачем ты сюда плыл?

– Помочь. Но если не пустят, пойду в команду спасателей.

И пусть только попытаются неизвестные мне твари напасть на мелкого. Сожгу все, что горит и не горит.

– Я тоже иду в команду, – сообщил оставшийся у дверей Брис, – мне сегодня мастера дали… имею право.

Как удачно я с ним сходил посмотреть тренировки! И даже если старые интриганы подстроили все специально, теперь искренне готов сказать им спасибо.

– Подумайте сто раз… – еле слышно пробормотал Фаргес и в спальне тотчас появилась его сиделка.

– Магистр устал… – шепнула она, – приходите завтра вечером.

И мы дружно, на цыпочках покинули этот дом.