44. Свадьба Темай

1 Темай:

Торжественность этого дня нельзя было измерить никакими прежними событиями моей жизни. Ни одна из моих побед на рингах в Цуе и Меве не была столь громкой. Ни одна не обсуждалась с такой тщательностью. Ни одна не собирала столько людей.

Мой ангел очень грациозно преклонил одно колено, вытянув ладонь так, как если бы положил передо мной своё оружие:

«Я буду следовать за тобой, куда бы ты ни направила свои знамёна…»

Я снова залюбовалась. Именно эту клятву приносили своим жёнам его предки, великие полководцы древности. И он гармонично смотрелся здесь и сейчас в платье, в цветах драконов, какие носили те генералы, с непоколебимой уверенностью во взгляде и с этими словами на устах.

Весь зал замер в момент, когда его колено коснулось пола, и, казалось, не дышал, когда он выпускал под купола храма Цуе эти слова, слова клятвы принадлежать мне.

Я подала ему руку, неспешно выдерживая паузы, подчёркивая неизмеримую торжественность момента:

«Я принимаю тебя в свою семью и свой дом. И клянусь беречь тебя, уважать, прислушиваться к твоим советам и дать древу твоего рода новые ветви».

Он на секунду поднял на меня глаза. В его взгляде было восхищение и, казалось, благодарность. Ангел! Зал вокруг нас выдохнул и ожил.

Дальше следовали поздравления. По одному или семьями к нам подходили гости. Мои эдзы, в кои-то веки собравшиеся полным составом. Маркус, сделавший всё именно так, как я просила. Моя мать с эдзами и рейтинговыми мужьями. Мой отец со своей женой, моей родной тёткой. Семиньяка с мужем и отцом Деминаля.

Множество красивых поздравлений, символических подарков, пожеланий. Множество внимания.

Традиционный для таких больших приёмов глашатай объявляла очередного поздравителя:

— Промышленник ами Армариакка с супругом.

Я застыла от неожиданности. Нет, то, что Морена явилась меня поздравлять, было, конечно, удивительно, но не так уж неожиданно. В конце концов, она бизнесмен, появляться на таких больших приёмах полезно для имиджа. Замереть меня заставила именно добавка «с супругом». Она вернула Роджера? Нашла, чем ещё раз купить его благосклонность на месяц — два? Нашла способ связать вольный дух даккарца обязательствами?

В следовавшей к нам паре, Роджера не было. Рядом с Мореной шёл благородного вида блондин. Я заставила себя изобразить вежливую улыбку, только в этот момент понимая, что сильно сжала пальцы Деминаля в своей руке и до сих пор держу. Я украдкой перевела на него взгляд. Он был абсолютно спокоен, безмятежен и даже слегка улыбнулся мне одними уголками губ.

Я потом, дома, объясню ему, что Морена, в некотором смысле, мой близкий недруг. Уверена, он поймёт. Вижу уже, поймёт. Он должен понимать, что такое враги, у него это в крови.

Я вернулась взглядом к приблизившейся Морене и её спутнику. Мой враг улыбнулась на грани вежливости: «Поздравляю, генерал, очень разумный брак». Её муж, представившийся как си Элни, был значительно вежливей. Выслушав его, я даже пожалела Морену. Она, наконец, поняла, что проиграла, что эта затея, связать браком свободного даккарца, была глупостью с самого начала, и взяла себе достойного мужа. Скорее всего, ей выбрала его какая-нибудь авторитетная родственница. Сама Морена никогда бы не связалась со столь хорошо воспитанным мужчиной. Она бунтарка по натуре, вечно доказывающая всем, что всё, что было до неё, глупость, невежество, и только она одна, ясно солнышко, знает, как надо жить.

Поздравления длились почти пять часов. Под конец я уже не могла дождаться момента, когда можно будет проститься с последними гостями и умчаться в Меву, напиваться. А вот мой ангел никаких признаков усталости не подавал. Как и в самом начале, он был вежлив, красноречив и сдержан в проявлении эмоций. Он искренне благодарил каждого поздравителя, вслушивался в их слова, отвечал.

— Фале Деминаль, наш институт занимает одно из ведущих мест среди центров изучения истории Фриды. Признаться, мы давно следим за Вашей учёбой и научной деятельностью и были бы рады предложить Вам стажировку у нас с перспективой дальнейшего сотрудничества.

Мой ангел очень доброжелательно улыбнулся, выражая заинтересованность:

— О, вы занимаетесь Варзайскими войнами?

— Да, конечно. Эта тема сейчас очень популярна, и мы тоже ею интересуемся. Вам понравится у нас работать.

Честно, сейчас я готова была ударить за такое. Тема, которой занимается Деминаль, это иррианская культура, даже я это знаю. А они врут в глаза, что изучили сферу его интересов. Хотят получить себе высокорейтингового ангела, чтобы привлечь дополнительное внимание к институту. На что рассчитывают?

Деминаль кивнул, как бы подтверждая свои мысли:

— Я подумаю о Вашем предложении, историк Рамбас. Мне, действительно, было бы интересно пройти стажировку под руководством сильных наставников, занимающихся той же темой, что интересна мне.

Я чуть сильней сжала пальчики моего ангела в своей ладони. Он не выразил ни раздражения, ни агрессии. Остался и вежлив и верен своей точке зрения. Качество, которое меня восхитило в нём с самого начала — способность грациозно выходить из самых скользких ситуаций, не запачкав репутации ни под каким углом зрения.

Походкой победителя через весь зал к нам подошла Семиньяка:

— Генерал, по-моему, Цуе уже утомлена нашим празднеством, пора отдать честь и второму духу.

Кроме обычной самоуверенности, в ней тоже читалась лёгкая усталость и нетерпение, глаза выражали, что трубы горят, желудок требует еды, а тело релаксации.

— Конечно, сенатор.

У выхода из храма Цуе нас догнали мои эдзы. Свадьба двигалась от общественного к частному, от высоких речей к пиву и тостам.

Как только мы переступили порог дома, Лорайн отобрал у меня руку Деминаля:

— Всё, дорогая, тебя ждёт хаос. На оставшийся вечер он мой.

Для них в гостиной уже был накрыт стол. Замиль вдохновленно расставлял на нём салфетки, изысканно складывая их в цветы. Праздник Цуе переходил в чисто мужское торжество.

Нам же вручили ключи от крытого лайнера и Артурчика с Маркусом, практически выставив их из этой идиллии за порог.

Ресторан в Меве, арендованный по этому поводу, уже был полон гостей.

На меня прыгнула Серай:

— Любимая, дай мне поздравить тебя как воина, а не штабную крысу. — Её кулак легонько врезался мне в плечо.

Самая молодая из моих эдз и самая обращённая к Меве. Компанию ей составляла пара мужчин-даккарцев, могу спорить, они из того отряда, что я послала служить к ней на базу.

Вальсируя, довольная сама собой, к нам подплыла Семиньяка. За ней мальчик официант тащил целый поднос бокалов вина и большую тарелку разнообразной закуски к нему:

— Генерал Темай, — она протянула мне бокал. — Политик Хаинь, — Хаинь получила своё вино, — общественник Миланирь, журналист Ваянья, капитан Серай, я торжественно поздравляю ваш дом с ценным приобретением в лице моего сына и надеюсь в ближайшие годы увидеть вас всех матерями моих внучек. Во славу силы Драконов!

Потом моя мать, попивая вино, долго жаловалась мне, что Ника страшно распустила её сына всего за месяц: «Ты видела? Он смотрел всем гостям в глаза, как абсолютно доступный. Меньше, чем за месяц! А ведь я воспитывала его культурным мальчиком!» Слава богам, у неё хватило ума не высказать эти претензии самой Нике. Та уже тихонько выпивала в компании пары мужчин-шлюх.

Маме я ничего не стала отвечать. Убедившая себя, что даккарца можно воспитать, она свято верила, что из её сына может вырасти приличный САПовский мужчина. Приличный даккарец?! Оксюморон! Мальчик просто взрослеет, и свободный даккарский дух прорывается в нём наружу. Вот он уже появился в глазах. И не у Ники, не у самой Амильятти нет никакой возможности это остановить. Три — четыре года, и он достигнет половозрелости, не знавший мечей, но всё равно пронизанный даккарской свободой. У них нет шансов это остановить.

Пьянка началась. Мои эдзы шумели, свекровь произносила тост за тостом. Ника, набравшись амосы, быстро поехала крышей и, закинув обоих мужчин себе на плечи, удалилась в номера. Амильятти тоже быстро опьянела, и они с эдзой долго целовались в акациях на краю веранды. Мои подруги по партии тянули меня то играть в шары, то бороться на лужайке.

Взгляд остановился на даккарцах, приехавших с Серай:

— Если хочешь, забирай одного. Ты сегодня невеста, тебе надо хорошенько напоить Меву в себе.

Парни были молодые, с обычной даккарской наглостью в глазах, шлюхи, поедающие женщин в хаутах глазами. Мне вспомнилась сегодняшняя встреча с Мореной. Нужно быть идиоткой, чтобы пытаться вмять вот такого переполненного Мевой парня в рамки брака. Но приятно, что она признала поражение.

Взгляд скользнул по фигурам, мечам за спиной. Нет, этих парней я сейчас не хотела. Хотела того, с вызовом во взгляде, который умел чувствовать себя совершенно свободным, будучи пристёгнутым за ошейник в моей спальне, и с драконовой стражей под дверью. Который с ловкостью фокусника заставил и меня, и бунтарку Морену плясать под свою дудку, а потом просто смылся завоёвывать свой новый Даккар.

— Пока нет. У меня есть хороший парень, я начну с него.

Отвернувшись от даккарцев, я вернулась к столу и обняла сзади Маркуса. Мне грезилось другое лицо и другая улыбка. Чёрные глаза, бледная даккарская кожа. Невозможный, недостижимый, чья улыбка поставила на колени не меня одну, бросила наземь и заставила принимать вещи реальными:

— Я сегодня невеста, меня полагается оттрахать так, чтобы на месяц хватило.

Маркус покосился на меня вопросительно:

— И это полагается сделать мне? Не молодожёну?

— Тебе, или, если откажешься, любой шлюхе в этом борделе. К молодому мужу я могу приблизиться, только накормив Меву сполна.

2 Джессика:

В Меве, как всегда, начался обычный разврат. Подруги Темай то боролись на траве, то ускоренно напивались. Сенатор как-то неудачно взяла меня в оборот и заставила выпить с ней несколько бокалов. Пила она, правда, хорошее вино и тосты произносила красиво и очень пафосно, так что в местной Гоморре была далеко не самым худшим обществом.

Понимая, что довольно скоро все расползутся трахаться, я спросила у хозяйки мальчика-шлюху и выбрала из представленных довольно сексапильный экземпляр, умеющий пошло улыбаться, пожирать меня глазами и обладающий телом, которое хочется трогать.

Сенатор оценила мой выбор одобряющей улыбкой и тоже выбрала себе крепкого мужчину, снисходительно осведомившись у него:

— Как у тебя с болевым порогом, Зайка?

Не знаю, как там зайка, а меня мой выбор расстроил. Красивое тело, крепкая эрекция, но я ведь не куклу с моторчиком хочу. Возможно, это после встречи с Крисом, или я просто слишком сытая в плане секса, но любое действие этого парня казалось мне фальшивой актёрской игрой.

В конце концов, я прогнала его и завалилась на веранде, попивая вино прямо из горла и разглядывая звёзды. Здесь, в Меве, они были совсем другими. Ярче, выразительнее, сочнее. Вспомнилось, как когда-то на Вебеке, на побережье, Крис рассказывал мне про созвездия. Бесполезные мифы! Муть о каких-то старых богах и чудовищах! Но в его исполнении даже эта муть звучала соблазняюще вкусно. Чёрт!

Я вдруг вспомнила, что где-то в почте должны уже лежать отчёты о его новом бизнесе. Не пытаясь анализировать почему, просто притащила ноутбук и принялась изучать цифры и пояснения прямо тут, под звёздами Мевы, с бутылкой вина, лёжа на деревянном настиле веранды. К утру картина сложилась полностью: в фирме был полный бардак, кто-то и, возможно, не один, нахально крал крупные суммы, висели долги клиентам, не закрытые обязательства, мутные договоры. Папаша Кэдели, явно, решил подкинуть сыну самое дерьмо, которое только нашлось в его корпорации. И Крис не сможет его разгрести даже с моими подсказками.

Я набрала номер моего управляющего на Вебеке. Там сейчас был поздний вечер, но под звёздами Мевы это казалось мелочью.

— Алекс, прости, что поздно. Ты мне как-то показывал парнишку управляющего. Ян, кажется. Он ещё не нашёл применение своим талантам? Хорошо. Пусть наберёт меня часов через семь, у меня есть для него отдельный проект в сфере туристического консалтинга, требующий глобального вмешательства и конкретной правки скальпелем по всем бизнес-процессам.

Крису я отослала сообщение:

«Фирме твоей требуется срочная реанимация, так что план «б». Завтра пришлю тебе человека. Назначь его своим замом, поставь оклад в двенадцать тысяч и дай полную свободу действий. Да, и постарайся к нему не приставать».

Ответ от Криса пришёл очень быстро:

«Детка, я абсолютно не склонен к насилию, только взаимное желание. Утром я буду у Даймуана, он швартуется у старого порта, в клубе Сайла, пусть твой человек подъезжает туда. А, и спасибо. Мне приятно, что ты заботишься обо мне».