50. Спортсменка, а не убийца

1 Темай

Повисла пауза. Ника обдумывала сказанное, что-то высчитывая, взвешивая, приходя к каким-то выводам:

— Что ты ещё можешь сказать по этому поводу?

— Эти ложные воспоминания вложили не очень давно, несколько месяцев назад. Скорее всего, в первые дни, когда он только попал в САП, до продажи. Или непосредственно до прилёта. Он плохо помнит то время. Работали аккуратно, не повреждая мальчику психику. Школа Хинти. Кроме воспоминаний были вложены приказы. Не могу сказать сколько. Обнаружить не активированный приказ, не зная, где искать, практически невозможно. Но пару приказов было активировано. Этот мужчина оставлял записки в условных местах, сообщая информацию о готовящейся операции твоей партии.

Ника обожгла меня разъярённым взглядом. Правда, упрёка в том, что мужчина был в курсе планов драконов, вслух произносить не стала. Она вернулась к Нитенице:

— Ты ведь можешь сказать точнее? Ты можешь назвать мастера, которая это сделала?

Хозяйка Болотного края усмехнулась:

— Тебе не нужен мастер, Ника. Эта мастер не работает на кого попало. Тебе нужно имя того, чей заказ она исполняла. Да, я могу назвать тебе это имя.

Они обе замерли. Ника, испытывающе смотрела на Нитеницу, Нитеница, холодно улыбаясь, молча, смотрела на Первую. В конце концов, Ника не выдержала:

— Сколько?

— Ещё столько же.

— Я заплатила тебе…

— …чтобы выяснить, по какой причине этот мальчик врёт. Кто его нанял. Я выяснила, он вообще не врёт, он ошибается. За то, чтобы выдать того, кто пожелал, чтобы он так достоверно ошибался, я хочу отдельную плату.

Поджав губы, Ника выждала минуту и полезла отсчитывать пачки купюр. Неолетанка кивнула в благодарность, получая деньги:

— Мастер, запрограммировавшая этого мальчика, преданный сторонник твоей старшей дочери и работает только по её приказам. Это верно на двести процентов. Почерк Морены хорошо читается в программах её приближенных, и почерк конкретно этого мастера я встречала не раз.

Она убрала деньги в маленькую сумочку на поясе:

— Добавлю ещё кое-что, в качестве бесплатного бонуса. Мастер, делавшая программу, очень высока в своём искусстве, я бы не нашла этот внедрённый кусок памяти, если бы точно не знала, в каком интервале времени искать. Так что, возможно, в его памяти есть ещё заплатки воспоминаний или пассивные пока приказы, которые можно легко активировать кодовым словом, звуком, запахом. Или которые активируются сами на какие-то события. Снять всё это сможет только Морена. — Она повернулась ко мне: — И лично для тебя, мастер Артемида, тоже совершенно бесплатно. Этот мальчик подобран не случайно. Кто-то приложил немалый талант, чтобы подобрать его для тебя. Такими результатами совместимости гордятся лучшие неолетанские свахи. Он идеально тебе подходит. Создавая его, Боги грезили подарить тебе любовь всей жизни.

Сказав всё это, она холодно кивнула, прощаясь:

— Будете покидать монастырь, пожалуйста, не оставляйте здесь трупов.

И уплыла в одну из многочисленных дверей в галерее. Эми с дикими глазами скрылась вслед за ней.

В течение нескольких минут Первая неподвижно сидела в кресле, размышляя:

— Артемида, дочери Ар как-то заявляли свои права на Рабсу?

— Ну, не то чтобы заявляли… Там есть небольшая колония неолетанок. Неофициальная. Где их нет?! Но мы бы с ними не помешали друг другу. Нам не нужна была вся планета.

— А Великой, которая опекает эту колонию, это объяснили?! Достучались до её маленького мозга, что мы не тронем их вагончики?

— Нет, Первая. Оповестить кого-то из Великих ами заранее об операции, равнозначно тому, чтобы просто объявить во всеуслышание о наших планах на планету. Мы планировали начать с ней переговоры сразу, как возьмём порт. Мы бы сразу успокоили её. Мы не были для них опасностью. Им не зачем было встревать.

— Кто из Великих опекает эти земли?

— Некая Растенья. Об этой Великой мало что известно.

В разговор включилась секретарь:

— Великая ами Растенья была второй из неолетанских правителей, кто одобрил договор с Даккаром.

Ника усмехнулась:

— И это, без сомнений, говорит нам о том, что она работает на Морену! Великим было незачем вмешиваться в ситуацию? Незачем! Если только не использовать её как удобный предлог! Есть небольшая деталь, меняющая всю логику — КТО-ТО ШУСТРЫЙ ТРАХНУЛ ЕЁ МУЖА! Ты ведь не думала, что она тебе это так спустит?! Неолетанки неразумны в вопросах мужчин! У них отшибает все тормоза, когда кто-то прикасается к их мужчинам! …совесть тоже отшибает! Двенадцать трупов!

Ника на некоторое время замолчала. Она не любила свою расу. Но всё сказанное было применимо и к ней самой. Именно за мужчину она свернула голову одной сопернице на ринге и голыми руками придушила двух остальных. Безумие для неолетанки или истинная Мева для женщин САП.

Первая сделала несколько шагов по галерее, рассуждая:

— Что мы имеем в результате? Морена вмешалась в нашу операцию, оберегая так или иначе опекаемые ею земли. Двенадцать трупов! А мы никак не можем даже ответить. Арнелет улей — который разумней не ворошить. А в таком раскладе её действия будут признаны правомерными. — Она обернулась к секретарю. — Пошли этой Растенье официальные извинения. Напиши, что мы не посягали на её территории. Что вышло недоразумение.

Она сделала ещё несколько шагов. Потом повернулась ко мне:

— Договариваться с Мореной тебе бесполезно, поэтому избавься от него. Убей! — она внимательно посмотрела на меня, а потом добавила, уже для секретаря: — На всякий случай, объяви на парня охоту. Вдруг он выживет каким-нибудь случайным образом.

Ника ещё несколько минут смотрела мне в глаза, отслеживая реакцию на только что сказанное. Потом ещё раз кивнула:

— Ты свободна, мастер Артемида. Езжай в Цуе и рожай дочь. Это мой тебе добрый совет, если не приказ.

Тяжёлым шагом опасного зверя Первый меч драконов вышла вон. Послышался звук заводящихся моторов лайнеров. Драконы покинули монастырь.

Я вошла в комнату. На полу, на тонкой тряпочке, всё так же свернувшись калачиком, лежал Маркус. Всё его тело представляло собой один большой синяк. Выглядел он плохо, дышал как-то очень надрывно, с усилием захватывая воздух.

Он не врал мне. Это была хорошо рассчитанная провокация от Морены. Как она узнала, что Рабсу буду вести я? Я начинала вести это дело незадолго до отправки в Цуе, а программировать Маркуса она должна была начать именно тогда. Ей повезло, что я вернулась к проекту снова, что Куоса уговорила меня. Ей повезло… а мне нет! А он мне не врал. Чёрт!

Я присела рядом с ним и легонько коснулась шеи. Пульс был стабильный. У него, наверное, несколько переломов, множество синяков и шок. Судя по хрипам, ещё из внутренних органов что-то задели. У меня в боковом кармане есть аптечка. Если сейчас замедлить процессы, то даже серьёзные повреждения внутренних органов не в счёт. Крупная сумма в хорошую клинику, и через неделю он был бы как новенький. Только… Ника объявила на него охоту! В течение получаса все порты, все банды охотников получат его данные. Он будет объявлен врагом Драконов. Убить его будет спортом! Любой автоматический порт тут же передаст о нём информацию. Это агония! Его смерть — лишь дело времени!

На моё плечо легла рука Хаинь:

— Ты убьёшь его?

Под моими пальцами бился пульс… Нет, я не смогу! Я всё понимаю, Ника не просто так дала столь жестокий приказ. В его голове может быть программа на что угодно. На убийство дорогих мне людей, например. На всё, что сделает мне больно! На всё, на что у Морены хватило фантазии. А у неё большая фантазия! Очень большая и больная! А значит, Маркус опасен. Ника защищает меня… Но я не могу!

— Я спортсменка, а не убийца.

— Тогда, если позволишь, я найду ему доктора.

— А смысл, если Драконы объявили его своим врагом? Его пристрелят в первом же порту, объявят охоту, игру на его голову.

Хаинь обняла меня за плечи и посмотрела в глаза:

— Об этом мы подумаем завтра.

Я кивнула, доверяясь эдзе. Она рывком распаковала аптечку, вгоняя в вены Маркуса иглы замедления процессов. Чётко, отработано. Раньше ей часто приходилось возвращать людей к жизни. Как и Серай, она играла в Меве и в реальные войны. Маркус будет жить. Только надолго ли.

Пока Хаинь оформляла Маркуса в клинику, я сидела в приёмной. Я часто бывала здесь. Эта клиника не спрашивала имён и не выдавала информации о своих пациентах, вообще, никому. Здесь залечивали раны все известные в Меве фигуры, здесь латались преступники, находящиеся в розыске, главари банд и просто очень богатые люди, не желавшие огласки.

Неприметный дом в одном из захолустных городков приграничья, между двумя дешёвыми борделями. Охранница на входе, пароль известный лишь избранным. Окровавленному телу присвоили номер и обещали полностью залатать все физические повреждения через шесть дней.

Что я буду делать, когда этот срок закончится? Что изменится? Я уже как-то стояла перед угрозой объявления охоты драконов… на Роджера. Когда утром он, гордый и сильный, сосредоточенно зашнуровывал высокие ботинки, встав из моей постели, а я точно знала, что днём его убьют, и я ничего не могу сделать — иначе охота! Морена тогда смогла вытащить его. Воспользовалась тем, что вся родня давно пыталась подсунуть ей мужа. У неолетанок это важно. Поэтому после того, как под дулами пускателей своей армии она сыграла с ним свадьбу, Ника была вынуждена отступить. Это была карта «Джокер». У меня такой карты не было ни тогда, ни теперь…

Мне подсунули на подпись счета. Крупные суммы. Я, не задумываясь, ввела идентификатор оплаты. Что я буду делать?! Охота… И зачем Нитеница это сказала: «Он идеально подходит тебе»? Поставить меня совсем в безвыходное положение? Подходит? Да, с ним было хорошо, легко, удобно. Не знаю, как насчет «идеально», но он был мне хорошим мужем. И я привыкла к нему. И я не могу убить человека!

Хаинь за плечи вывела меня из клиники:

— Нам надо выпить.

Мы сели за столик в одном из местных борделей, со стаканами коньяка и острыми жареными креветками. Хаинь накалывала их по три штуки на вилку, параллельно пытаясь подобрать правильные слова:

— Всё нормально. Не думай сейчас обо всем этом. Будем решать проблемы по одной и всё преодолеем. Это хорошая клиника, парня они починят. И что важно, у него гражданство САП, так что забрать его можно будет прямо в Цуе, без риска засветиться на портале. Сейчас нужно думать о твоей карьере. Ника зла, но любит тебя. Она не сняла с тебя звания. Она не собрала трибунал. Она просто отослала тебя рожать. Из этой ситуации ещё можно вывернуться. Сейчас стоит затихнуть. Показываться в обществе с Деминалем, активно его раскручивать. Рожать. А потом, когда дочка немного подрастёт, эту историю уже забудут, и так, как официально на тебе клейма нет, всё можно будет вернуть.

Она закинула в рот пару креветок:

— А пока пьём коньяк, снимаем шлюх и к утру возвращаемся в Цуе с идеальными улыбками.

Я не хотела коньяка и точно не хотела никаких шлюх. Этот мальчик идеально подходил мне? Насколько же надо быть сволочью, чтобы подсунуть мне идеально подходящего парня, парня в которого я должна была влюбиться, а потом заставить меня саму его уничтожить. Как Хаинь собирается его прятать? За нашим домом наблюдают сотни глаз. Да даже без камер: садовник, няня, повар, кто-то из строителей, которые сейчас отделывают апартаменты Деминаля — кто-нибудь заметит Маркуса и сдаст. Мне просто прикажут привезти его в Меву и убить. Прикажут… И я подставлю ещё и всех своих эдз, они окажутся соучастницами, скрывающими человека, на которого их партия объявила охоту! Чем Хаинь думает?!

Коньяк был гадкий. Креветки острые до жути и жирные. Как она их ест?! Шлюхи не вызывали, вообще, никакого желания. Хотелось зарыться в одеяло и просто сдохнуть. На месте!

Заснуть я смогла, только когда прижалась к боку Хаинь. Нужно же быть хоть в ком-то уверенной. А она меня не бросит.

Конец