Глава 20

Некромант вернулся домой уже поздно вечером. Элионора сидела в гостиной и читала. При виде мужа, входящего в комнату, девушка отложила книгу.

— Милорд, добрый вечер, — она старалась выглядеть спокойной, хотя сердце тревожно билось.

— Добрый, — лорд Уиллморт сел в кресло у камина и внимательно посмотрел на жену. — Вы остались дома?

— Как видите.

— Почему? У вас нет приглашений на этот вечер?

— У меня нет настроения, — она отвернулась к камину. Пламя вспыхнуло ярче, отбрасывая золотистые блики на белоснежную кожу.

Некромант молча любовался ей. Ему безумно хотелось, чтобы не было ни заговора, ни его опаснейшей игры со смертью. Лишь он и она… Он одернул себя.

— На самом деле, я даже рад, что вы никуда не поехали, — лорд Уиллморт постарался произнести это совершенно будничным тоном.

— Вот как?

— Да. Видите ли, единственное, что может заблокировать дар тьмы — это достаточно сложное зелье, известное как «солнечный ветер». Оно запирает дар, который разрушает хозяина изнутри. И подлить его мне мог лишь тот, кто находится в доме.

— Его величество уже проверил меня на благонадежность, — сухо проинформировала Элионора, оскорбленная словами мужа. Некромант фыркнул:

— Генрих не слишком церемониться, если дело касается безопасности.

— Да, я заметила. Это все, что вы хотели мне сказать?

— Не только. Мне кажется, сегодня ночью я проявил преступную небрежность по отношению к вашим снам.

— О, — Элионора слегка покраснела при воспоминаниях о ночи. — Мне и самой теперь кажется, что это — ерунда.

— Отнюдь. Вспомните этот сон.

Элионора слегка нахмурилась.

— Кажется, двое людей говорил что-то о третьем, который должен был выпить… — она широко распахнула глаза. — Вы считаете, что…

— Дом пытался сказать вам, что кто-то из слуг причастен к заговору.

Особняк одобрительно затрещал.

— Но почему мне, а не вам?

— Возможно, говоривший применил магию, запрещающую дому обратиться ко мне напрямую.

Вновь одобрительный скрип. Некромант улыбнулся.

— А женщина? — вдруг спросила Элионора.

— Что?

— Те двое говорили о женщине, что она будет принадлежать одному из них… Когда все закончится…

Тьма возмущенно заклубилась вокруг, зеленые глаза зло сверкнули.

— Это мы еще посмотрим, — сквозь зубы процедил некромант.

— Милорд, вы знаете, кто эта женщина? — ревность вновь ударила в сердце.

— Да.

Элионора закусила губу и отвернулась, пытаясь справиться с внезапно нахлынувшей ревностью.

— И кто же она? — поинтересовалась девушка бесцветным тоном.

— Вы, — лорд Уиллморт криво усмехнулся, видя недоумение на лице у жены.

— Ч-что? — только и спросила она.

— Неужели вы так и не поняли, какую ценность представляете для тех, кто захочет заполучить власть? Последняя из рода Артли! Королевского бастарда, которому безумный король отдал власть.

— Мой предок отказался от нее, — возразила Элионора.

— Вашему брату это не помешало.

— Альберт… он был…

— Он был не одинок в стремлении заполучить власть, — достаточно резко прервал жену некромант. — И, уверяю вас, этот заговор был быстро раскрыт не просто так. Мне поступил анонимный донос. Обычно я весьма скептически отношусь к подобным пасквилям, но дело было достаточно серьезное.

Лорд Уиллморт замолчал, позволяя жене осмыслить услышанное.

— Я не понимаю, — наконец призналась она. — если был донос на Альберта, то…

Некромант вздохнул. Разговор тяготил его, но было необходимо сказать Элионоре хотя бы часть правды.

— Скажите, вы помните, как погибли ваши родители?

Девушка недоуменно моргнула, удивленная такому резкому переходу.

— Мои родители? — переспросила она.

— Да.

— Почему вы спрашиваете?

— Ответьте!

— Они… они возвращались с очередного бала в имение, — голос звучал тихо. — Знаете, сельские ассамблеи, куда отказаться ехать было бы оскорблением для устроителей… Был дождь, вода в реке поднялась очень высоко… Мост, по которому ехала карета, рухнул… вот и все.

Девушка и не заметила, что муж бережно взял ее ладони в свои.

— Простите, что заставил вас вспоминать об этом, — мягко сказал он.

— Вы думаете, их смерть не была случайной? — Элионора затаила дыхание, ожидая ответа на вопрос. Некромант покачала головой:

— Я почти уверен, что нет.

— Триединый, — выдохнула девушка.

— Более того, именно их смерть задержала ваше представление ко двору на год, верно?

— Да, — она вскочила и в волнении зашагала по комнате, затем повернулась к мужу. — Вы предполагаете, кто это может быть?

— Тот, кому выгодна богатая невеста.

— Тогда под подозрением откажется весь Уолтерфолл, или даже вся страна!

— Почему же? — протянул лорд Уиллморт. — Например, мне богатая жена не нужна. Его величеству — тоже.

— Но именно вы женились на мне!

— А разве вы были богатой невестой? — отпарировал некромант.

— Вы правы, в вашем случае это была чистая благотворительность, — съязвила Элионора.

Лорд Уиллморт криво усмехнулся и покачал головой:

— Поверьте, у меня на вас были свои планы.

— Вы сказали были, — больше всего Элионоре хотелось встать и хлопнуть дверью, но здравый смысл подсказывал, что лучше остаться и выслушать все до конца.

— Верно, — некромант задумчиво посмотрел на жену, точно размышляя, стоит ли ей доверять. — Они изменились.

— Могу я полюбопытствовать, что послужило причиной этих изменений?

Некромант улыбнулся и подошел к жене вплотную, нежно заправил за ухо выбившуюся из прически прядь.

— Вы.

— Я? Вы, верно, шутите!

— Я хотел бы, но нет. Элли… я… — вновь кривая усмешка. — Знали бы вы, что я собственными руками построил себе западню, из которой нет выхода…

Девушка не могла отвести взгляда от изумрудно-зеленых глаз.

— Почему вы так говорите? — прошептала она.

— Потому что это правда, — почудилось, что некромант вздохнул. Впрочем, он тут же отвернулся и закружил по комнате. — Вы даже поверить себе не можете, как бы я желал, чтобы все было по-другому…

— Вам так противен союз со мной?

— Что? — он остановился. — Нет, конечно же нет!

— Тогда… — девушка выдохнула, решаясь. — О чем вы сожалеете?

— Что втянул вас в эту игру. Опасную игру, ставки в которой слишком высоки.

— И какова же моя ставка?

— Рождение ребенка. Наследника, при котором можно стать регентом, — видя, что она не понимает, лорд Уиллморт пояснил. — Отец и брат Генриха умерли, а детей пока нет. Вы же знаете, что магам необходимо время, чтобы дар каждого принял другого. А в случае с королем все осложняется еще и тем, что он — менталист. Принять разумом иногда самое сложное.

— Хотите сказать, если я… — Элионора вновь запнулась, она не привыкла обсуждать с мужчинами столь деликатные темы.

— В случае гибели Генриха, ваш ребенок останется единственным претендентом на трон.

— Это и были ваши планы? — ужаснулась девушка. — Вы хотите свергнуть короля?

— Что? — некромант недоуменно моргнул, потом рассмеялся. — Хотя, в ваших словах есть смысл, но нет, я не желаю нести полное бремя власти, мне достаточно моего ведомства.

— Но тогда почему… что вы от меня хотели?

— Став вашим мужем я помешал планам заговорщиков. Теперь, чтобы заполучить вас, им необходимо убить меня, — некромант сказал это весьма будничным тоном.

— Убить вас?.. — прошептала девушка, смотря на мужа широко распахнутыми глазами.

— Конечно. Именно в этом и заключается мой план, — он ободряюще улыбнулся испугу жены.

— Все эти события: мертвецы, грим — все не случайность?

— Конечно. Я не учел лишь то, что чувства заслонят разум, и один из моих слуг может предать меня.

— Один из слуг? Вы знаете, кто это?

— У меня есть кое-какие предположения, — уклончиво ответил лорд Уиллморт. — Но пока еще рано утверждать что-то. Мне необходимо, чтобы этот человек совершил оплошность.

— И что вы будете делать?

— Поужинаю дома. Составите мне компанию?

— Что? — Элионоре показалось, что она ослышалась. Только что этот невыносимый человек говорил о заговорах, убийстве и предательстве и вот теперь он собирается ужинать, как ни в чем не бывало.

— Вас что-то смущает?

— И вы еще спрашиваете! Еще с утра вы действительно были при смерти. А только что вы совершенно спокойно рассуждали, что вас собираются убить!

— Да. И я не хочу облегчать врагам задачу, ослабев от голода! — лорд Уиллморт негромко рассмеялся. — Ну же, Элионора, вы составите мне компанию?

Она пожала плечами:

— Почему бы и нет? У меня ведь не было планов на сегодняшний вечер.

— Touch󠄃e²! — некромант поднял руки, давая понять, что сдается. — Могу еще подсказать вам мысль, что если вы будете есть, то же, что и я, то меня не отравят.

— Яд можно помешать в бренди, — отозвалась девушка.

— Уже нет. После сегодняшнего покушения я лично опечатал погреб.

— Вы думаете…

— Мои люди проверили, зелье было подлито в графин.

— Вы так спокойно об этом говорите, — девушка невольно поёжилась и обхватила себя руками.

— Я слишком часто встречал смерть, чтобы бояться её… — лорд Уиллморт протянул руку. — Так что, Элионора, вы спасете мою жизнь еще раз?

Во тьме зеленых глаз девушка увидела золотистые искры и поняла, что это — отражение пламени, полыхающего в её взгляде.

— Да, — только и прошептала она, понимая, что речь идет не только об ужине.

Сильные пальцы сомкнулись на ладони. Лорд Уиллморт поднес руку жены к губам, еле ощутимо поцеловал запястье, где билась тонкая жилка. От этого прикосновения по телу побежали мурашки. Губы пересохли и Элионора невольно облизала их.

Зеленые глаза вспыхнули еще ярче. Рывком некромант притянул жену к себе, обхватил ладонями её лицо, словно боясь, что Элионора будет вырываться, склонился к манящим губам.

Она и не думала сопротивляться, напротив, сама потянулась к мужу, уже привычно обнимая его. Голова кружилась, хотелось прижаться к этому сильному телу, подчиниться, отдаться призыву страсти. Огонь внутри просто полыхал, Тьма окружала его, заставляя гореть все ярче и ярче.

— Милорд, ужин готов… — лакей ойкнул и поспешил выскочить из комнаты. Дверь хлопнула.

— Мне кажется, или в этом особняке слишком много слуг? — прошептал лорд Уиллморт, прислоняясь лбом ко лбу Элионоры.

— Наверное, — так же тихо ответила она, чувствуя разочарование от столь несвоевременного вмешательства.

Некромант понял это, улыбнулся и провел пальцем по губам девушки.

— Немного терпения, моя дорогая. Скоро я закончу эту игру.

— И что тогда?

— Тогда вы решите мою участь… — он вздохнул и отстранился. — Пойдемте ужинать. Мой повар и так недолюбливает женщин, и если он узнает причину, по которой ему пришлось подогревать все блюда, то уйдет к Генриху, и тогда мне придется обедать с королем гораздо чаще.

— Кто бы мог подумать, что всемогущий лорд Уиллморт трепещет перед гневом повара, — поддразнила Элионора, скрывая свою досаду.

— Увы, у всех нас есть свои слабости, — некромант галантно подхватил жену под руку и направился в столовую.

— Но ведь я даже не переоделась к ужину, — спохватилась Элионора. — Да и вы тоже…

Она взглянула на помятый костюм мужа.

— Тогда мы с вами будем на равных.

— Вы невыносимы! — рассмеялась Элионора. — По-моему, у вас в кармане всегда есть ответы на все вопросы!

— В конкретный момент там лежит до безобразия смятый галстук!

— Вот видите! Об этом я и говорю.

— Вам это не нравится?

— Я просто не знаю, чего от вас ожидать! — решилась Элионора.

— В этом я легко могу помочь. Ожидайте от меня всегда самого плохого, — некромант улыбался, но глаза были серьезными. — Тогда вы не будете разочарованы.

Элионора хотела возразить, но в этот момент они уже вошли в столовую, и она не стала спорить с мужем в присутствии слуг.

Усадив жену за стол, лорд Уиллморт занял свое место и, как ни в чем не бывало, начал рассказывать, как побледнели члены королевского совета при виде живого и невредимого начальника Тайной канцелярии, появившегося в дверях.

— Представляете, граф Джекил даже успел сотворить знак, защищающий от сглаза! — усмехнулся некромант.

— Бедняга, — посочувствовала Элионора, послушно подхватывая беспечный тон собеседника. — О вас будут слагать легенды, милорд.

— Это мне на руку. Больше будут бояться.

— Вам это нравится? Когда вас боятся?

— Я к этому привык, — некромант отложил приборы и задумчиво взглянул на жену. Несмотря ни на что, она уже дважды спасла ему жизнь, и заслуживала доверия. — Тогда, после эпидемии, у нас было слишком много потерь… добавьте сюда три года неурожаев и недовольный народ, ведь им даже не давали похоронить своих близких: чтобы эпидемия не распространилась, тела надо было сжечь… Генрих, едва оправившийся от болезни, унесшей жизни его отца и брата… и я… Альмерия рассказала вам, что она пожертвовала жизнью, чтобы остановить безумца, спровоцировавшего все это?

Он замолчал. Элионора нерешительно кивнула, и лорд Уиллморт продолжил:

— Достаточно было единственной спички, чтобы вся эта гремучая смесь вспыхнула пожаром революции… и тогда… сложно сказать, что было бы тогда, во всяком случае, мы бы с вами точно не сидели в этой комнате.

— Но вы справились.

— У нас не было выбора, — некромант пристально посмотрел на жену. — Я хочу, чтобы вы понимали, Элионора, я — отнюдь не мягкотелый придворный, обласканный монархом. Я пытал и убивал, оправдывая себя лишь тем, что действую в интересах государства и моего короля.

— Я понимаю, — она ответила ему таким же серьезным взглядом. — Я не забыла, кто удерживал меня, пока на площади Чести казнили моего брата.

Лорд Уиллморт невольно опустил взгляд, делая вид, что рассматривает содержимое тарелки.

— Вы ненавидите меня за это?

— Нет. Вы лишь исполняли свой долг, как и я свой, — она тоже отложила приборы.

— Ваш долг?

— Да. Я никогда не любила Альберта. Да и практически не знала его. Когда я родилась, он уехал в одну из закрытых школ и возвращался только на каникулы. Когда же он закончил обучение, меня отправили в пансион. Так что, для меня он был абсолютно чужим человеком, как, впрочем, и я для него.

— Тем не менее, после гибели ваших родителей именно он распоряжался вашей судьбой! — многозначительно произнес лорд Уиллморт.

Его жена грустно улыбнулась:

— Да, я помню, что вы говорили о маркизе де Риволе, но в моих силах было отказать, если бы маркиз сделал мне предложение.

— Он не собирался его делать, — проинформировал жену некромант. — Одна ночь, проведенная вместе с маркизом легко изменила бы ваше мнение. После этого позора брак с ним вы сочли бы за счастье.

— Альбер не мог так поступить! — воскликнула Элионора, чувствуя, что холодеет от ужаса. — Он просто не посмел бы так опозорить меня!

Широко распахнутыми глазами она смотрела на мужа, словно умоляя его сказать, что все это — дурная шутка. Уиллморт покачал головой.

— Увы, именно это ваш брат и собирался сделать — ему нужны были деньги и поддержка маркиза, и ради них он был готов жертвовать репутацией сестры. Полагаю, именно это и явилось причиной, по которой на шиира Артли был оправлен донос в Канцелярию.

— Хотите сказать, что кто-то из… приспешников Альберта возмутился подобной низостью?

— Хочу сказать, что кто-то рассчитывал получить вас, Элионора. И его не устраивал план вашего брата.

— Но… — ошеломленная тем, что узнала, девушка окончательно растерялась. — И вы знаете, кто это?

— Скажем так, я подозреваю, но у меня пока что нет доказательств.

— Вы арестуете этого человека?

— Это — мой долг, — некромант грустно улыбнулся. — Не переживайте так, Элли, даже если со мной что-нибудь случиться, Генрих позаботится о вас. Главное помните: никому, кроме него и Изабеллы нельзя доверять!

Девушка почувствовала, как сильнее забилось ее сердце. Элли…

— Почему вы говорите это? — едва слышно произнесла она.

— Потому что я втянул вас в эту игру. И я уже не в силах ничего изменить.

Элионора покачала головой:

— Вы лишь спасли меня. Не думаю, что в монастыре я бы была в бо́льшей безопасности.

Кривая усмешка была ей ответом.

— Прошу, не приписывайте мне благородные поступки! Любой скажет, что они мне не свойственны! — отмахнулся некромант.

— Как пожелаете, милорд, — сухо ответила девушка, вновь беря приборы.

Остаток ужина прошел в молчании. После того, как лакей внес запечатанную бутылку портвейна, Элионора встала и, пожелав лорду Уиллморту спокойной ночи, вышла из комнаты. Вопреки надеждам, некромант не стал просить, чтобы она осталась.