Глава 23

Благодаря работникам, присланным хозяином постоялого двора, дом достаточно быстро привели в порядок, насколько это вообще было возможно.

— Проще разобрать эту лачугу, да построить новый дом, — напутствовал на прощание один из работников, коренастый мужчина с огромными мозолистыми руками. Остальные двое, по всей видимости, его сыновья закивали.

— Думаю, это пока что лишнее, — уклончиво ответила девушка, пряча кошелек, который опустел на несколько серебряных монет.

— Ну, как скажете, мисс, — мужчина явно недоумевал, почему такая хорошо одетая леди оказалась в такой глуши, но спрашивать не стал, испытывая, как и все, робость перед аристократами. — Ежели чего надо — зовите. Я живу в деревне вон за тем холмом… Меня Бринном кличут.

Он махнул рукой куда-то за вересковые пустоши. Девушка кивнула:

— Спасибо.

Она вошла в дом и прислонилась спиной к двери. Мери-Джейн, сурово поджав губы, распаковывала вещи. В убогой обстановке коттеджа самые простые платья леди Артли казались вызывающе роскошными. Почувствовав на себе взгляд хозяйки, горничная подняла голову, морщины на ее лбу разгладились.

— Не стойте в дверях, мисс, ветер такой, что обязательно продует! — строго сказала она.

Элионора послушно прошла в комнату и села за стол. Стульев не было, из заменили наскоро сколоченные Бринном лавки.

— Сейчас вода закипит, и я заварю вам чай, — пообещала Мери-Джейн.

— Я могу попробовать и сама, — робко возразила девушка, но горничная лишь отмахнулась.

Глядя на то, как суетится служанка, Элионора почувствовала угрызения совести. Ведомая своей гордостью, девушка не подумала ни о том, как она будет жить, ни о средствах на эту жизнь.

— Наверное, мне стоит поискать работу, — тихо произнесла девушка, когда чай был заварен, а горничная, вопреки всем приличиям села напротив хозяйки.

— Это не так уж и просто, мисс, — аккуратно заметила Мери-Джейн. — Для гувернантки вы слишком красивы, а для компаньонки одинокой пожилой леди — строптивы…

— При чем тут моя внешность?

— Ну как же? Как правило, в доме, где есть дети, есть и муж… — горничная вздохнула. — Уверяю вас, мисс, в отличие от лорда Уиллморта, он не будет миндальничать, а попросту зажмет в темном углу…

— Не говори мне про лорда Уиллморта! — вспыхнула Элионора. Огонь в печи запылал ярче, а ветер за закрытым ставнями окном отозвался издевательским эхом.

— Вот и я про то же, мисс, — спокойно заметила Мери-Джейн, отпивая чай из огромной глиняной кружки. Эти кружки, как и несколько тарелок были подарком хозяина постоялого двора.

Девушка слегка смутилась.

— А что мне еще остается делать? — с горечью воскликнула она. — Принять предложение, которое мне так щедро сделал Дж… лорд Уиллморт?

Оговорка еще больше разозлила её, Элионора вскочила и закружила по комнате.

— А он что-то предлагал? — словно невзначай поинтересовалась горничная.

— О, он был так щедр, что даже предложил мне Артли! Как будто после всего, что было, я могу спокойно появиться в имении и жить там, как ни в чем не бывало!

— Возможно, милорд просто не знал, как вас удержать? — предположила служанка. — Или хотел знать, что с вами все в порядке.

— Мери-Джейн, мы говорим о начальнике Тайной канцелярии! — отмахнулась Элионора, все еще злясь и на некроманта, и на горничную, затеявшую этот разговор, но больше всего — на саму себя.

— Мы говорим, прежде всего, о мужчине, мисс Элионора, — возразила горничная.

Элионора покачала головой и отвернулась, давая понять, что больше не намерена обсуждать эту тему. Мери-Джейн лишь тяжело вздохнула.

Ночью девушка долго лежала без сна. Стоило только задремать, как в памяти всплывало бледное лицо лорда Уиллморта, его изумрудно-зеленые глаза и шепот: «Я люблю вас!»

Девушка вздрагивала просыпалась, а потом долго лежала, бесцельно смотря в холодную темноту ночи. Ветер все шумел. Дом вздрагивал. Казалось, что еще чуть-чуть и стены просто рассыпятся на маленькие кусочки.

Под утро усталость все-таки взяла свое. Когда Элионора проснулась, темнота ночи сменилось серой мглой сумрачного дня. Девушка не сразу сообразила, что тяжелый рокот, доносящийся снаружи — шум прибоя.

От нечего делать Элионора долго гуляла вдоль побережья, то и дело смахивая с лица соленые брызги. Огромные волны накатывали на камни, рассыпаясь белоснежной пеной.

В какой-то момент, стоя у края обрыва, Элионоре вдруг захотелось упасть в обманчиво-мягкую пену, разбиться о камни и обрести покой.

— Думаешь, он там есть? — голос за спиной заставил девушку подпрыгнуть на месте. Она обернулась. Леди Альмерия стояла за спиной.

— Как? — выдохнула девушка.

Призрак усмехнулся:

— Как я нашла вас? Кольцо Уиллмортов, оно до сих пор у вас, моя дорогая.

Элионора ахнула и невольно перевела взгляд на руку. Черный сапфир в белом золоте. Она настолько привыкла к кольцу, что забыла снять, когда покидала дом некроманта.

— Вы пришли, чтобы забрать его? — девушка попыталась снять кольцо, но сапфир намертво сидел на пальце.

— Нет, — покачала головой Альмерия. — Я пришла, чтобы убедит вас не делать глупостей.

— Я не собираюсь покончить счеты с жизнью.

— По-моему, вы уже сделали это, — призрак многозначительно взглянул в сторону одиноко притулившегося коттеджа на холме.

— А что мне еще остается делать? — с горечью воскликнула Элионора. — Этот дом — единственное, что у меня осталось.

— Разве? — Альмерия улыбнулась.

— Намекаете на то, что я должна была принять предложение вашего племянника?

— Смотря какое, — призрак сделал вид, что размышляет. — Разумеется, вам не следовало соглашаться и возвращаться в Артли, но вы вполне могли бы выйти замуж за Джона и заставить его всю жизнь раскаиваться за его шутки дурного тона!

— Вы говорите так, будто его поступок — действительно всего лишь шутка! — возмутилась Элионора.

— А разве нет? Разве хоть раз мой племянник попытался воспользоваться правами мужа?

— Он… — Элионора вспомнила страстные поцелуи, обжигающие объятия и то, как лорд Уиллморт с явным сожалением прекращал все. «Вы еще возненавидите меня» … «Я люблю вас…» — Он ведь поклялся вам…

— Не причинять вам зла, не более.

— Он заставил меня пойти на королевский бал! — выпалила девушка первое, что пришло на ум.

— Каков негодяй! — возмущение призрака было настолько искренним, что Элионора невольно улыбнулась.

— Вы же знаете, что я обязана была соблюдать траур по брату, — мягко отозвалась она.

— По человеку, которого едва знали и который, пользуясь своим правом опекуна, принес вам огромные неприятности? — зачем-то уточнила Альмерия.

Элионора опустила голову.

— Вы правы. Но ведь это не оправдывает вашего племянника!

— Моя милая, его уже давно ничто не оправдывает! И я даже рада, что он получил по заслугам!

— Тогда зачем вы пришли ко мне?

— Всего лишь попросить не хоронить себя заживо. Жизнь дается лишь раз, помните об этом! — последние слова прозвучали в гулкой пустоте.

Призрак исчез. И тут же ветер швырнул в лицо соленые брызги. Элионора вздрогнула и поняла, что все еще стоит над обрывом.

Закутавшись плотнее в плащ, девушка поспешила вернуться в коттедж. Мери-Джейн суетилась у дымящей плиты.

— Я помогу тебе? — Элионора подошла, но горничная лишь махнула руками.

— Еще чего не хватало, сидите, мисс! Уж я-то знаю, как вы способны спалить любое блюдо!

Девушка послушно вернулась на свое место, чувствуя угрызения совести. Выросшая в огромном имении, она умела лишь отдать распоряжения слугам и следить за их исполнением. И вот теперь ее горничной приходилось полностью вести хозяйство.

Девушка взглянула на кольцо, которое так и не решилась снять с пальца. Показалось, или в глубине сапфира плясали огненные искры. Слова призрака не шли у нее из головы. Альмерия была права, и Элионоре не стоило хоронить себя заживо.

Это придало решимости, и после бурных препирательств со служанкой, девушка все-таки отправилась в Нортхэм купить газеты.

Необходимо было найти работу. Что будет потом, Элионора предпочитала не думать.

Нортхэм встретил их проливным дождем. Небеса словно разверзлись, и Элионоре с Мери-Джейн пришлось вновь укрыться на единственном в городе постоялом дворе.

Новые обитатели коттеджа на холме вызвали любопытство завсегдатаем, и девушке стоило огромного труда избежать зачастую бестактных вопросов. Как только дождь стих, она выскочила с постоялого двора, предпочитая мелкую морось запаху пива и лука.

Ночь вновь принесла лишь тревожное забытье, перемежаемое яркими вспышками снов-воспоминаний. Допросы следователей Тайной канцелярии, балы и изумрудно-зеленые глаза, которое, казалось, следили только за Элионорой. В них плескалась Тьма. Сейчас она вызывала не страх, но отчаяние, что все кончено.

Уснула Элионора лишь под утро, все еще вздрагивая от завываний ветра, раздававшихся за окнами.

Её разбудил шум дождя. Капли мерно стучали по крыше. Мери-Джейн в доме не было. По всей видимости, служанка опять ушла в Нортхэм за газетами, чтобы хоть как-то отвлечь госпожу от тягостных дум. Будто газеты могли помочь!

Угли в камине все еще тлели, Элионора подошла ближе, протянула озябшие руки. «Они просто ледяные…»

Девушка зло потерла глаза, смахивая мгновенно появившиеся слезы. Да что ж это такое! Почему вместо того, чтобы жить дальше, подчиняясь прихотям судьбы, она все время вспоминает лорда Уиллморта, его слова, его такие желанные прикосновения, его поцелуи… на какой-то момент показалось, что из угла к Элионоре потянулась такая знакомая Тьма. Кинулась под ноги, ластясь, точно кошка. Угли радостно вспыхнули, оранжевое пламя пробежалось по ним, развеивая иллюзии.

Сердце опять сжалось от боли и отчаяния. За спиной скрипнула дверь. Мери-Джейн вернулась.

— Положи газеты на стол, — попросила Элионора, все еще не решаясь обернуться, чтобы верная служанка по лицу не прочитала, что творится на душе у её госпожи.

Ответа не последовало. Горничная словно застыла у дверей. Чуть нахмурившись, Элионора обернулась и замерла, боясь даже вздохнуть.

У дверей стоял лорд Уиллморт. Его дорожный костюм промок, волосы растрепались, а зеленые глаза лихорадочно горели на бледном лице. Не мигая, некромант смотрел на Элионору, словно потрясенный тем, что видел перед собой.

«Он приехал за кольцом», — пронеслось в голове. Уцепившись за эту мысль, девушка сняла перстень, на этот раз сапфир легко соскользнул с пальца, и протянула некроманту.

Побледнев еще больше, он взглянул на фамильную драгоценность, затем перевел взгляд на девушку и вдруг опустился на колени. Склонил голову, точно преступник, ожидающий палача.

Дыхание перехватило, мир почему-то задрожал. Элионора готова была ко всему, кроме этого. Не стоило лукавить, в глубине души Элионора надеялась на чудо, что лорд Уиллморт все-таки приедет. В своих грезах она то снисходительно прощала его, то отвергала, указывая, что не желает больше слушать столь бесчестного человека, но даже в своих снах Элионора не могла представить, что этот гордец упадет перед ней на колени. Сквозь слезы, девушка всматривалась в темную фигуру, пытаясь понять, что же ей теперь делать.

Оглушающую тишину нарушало лишь мерное капанье воды, стекавшей с темных волос некроманта.

Кап.

Кап.

Кап.

Девушка знала, что, если сейчас она прогонит некроманта, он уйдет, на этот раз навсегда. Элионора молчала. Молчал и лорд Уиллморт. Тьма испуганно сжалась в углу, даже огонь притих, ожидая решения девушки.

Кап.

Кап.

Наконец некромант медленно поднял голову. Зеленые глаза были почти черными, губы исказила горькая усмешка.

— Вы правы, — очень тихо сказал он. — Такое нельзя простить…

Элионора поняла, что он сейчас встанет и уйдет, оставит ее одну. В его взгляде она прочла приговор самому себе.

— Джон… — уже не понимая, что делает, просто шагнула к некроманту, протянула руку, касаясь плеча.

— Элли… — лорд Уиллморт вскочил и прижал девушку к груди так крепко, словно боялся, что она вновь уйдет. — Моя Элли…

— Джон, — повторила Элионора. Кольцо упало на пол, но этого никто и не заметил. Некромант осыпал лицо девушки поцелуями.

— Пожалуйста, не плачь, не надо, — бормотал лорд Уиллморт. Только сейчас Элионора заметила, что по щекам все еще текут слезы.

— Я не думала, что ты приедешь сюда. Я решила, что ты оставишь меня одну, — всхлипнула она, прижимаясь щекой к такому надежному плечу. Одежда некроманта была насквозь мокрой. — Ты что, скакал под дождем?

— Наверное, — он пожал плечами. — Сказать по правде, я даже не помню этого.

— Одежда вымокла. Тебе надо снять все!

— Ты уверена? — хмыкнул он, зарываясь лицом в пушистые золотисто-рыжие пряди. — Это звучит очень заманчиво, миледи, но тогда, боюсь, викарий нас не дождется…

— В-в-викарий? — Элионора подняла голову.

— Я не намерен больше отпускать тебя, — лорд Уиллморт вздохнул и еще крепче сжал девушку в своих объятиях. — Никогда больше.

— Почему же ты вообще меня отпустил? — воскликнула Элионора в женской непоследовательности. — Уходя из твоего дома, я ведь ждала, что ты бросишься за мной и остановишь!

— Я растерялся. Услышав правду, ты буквально заледенела, и я… — он покачал головой. — Я был так виноват и действительно не знал, что делать.

— Я же сказала тогда, что ты ничем не отличаешься от Альберта! — с укором воскликнула Элионора.

— Да, Изабелла уже просветила меня по поводу этого, — хмыкнул начальник Тайной канцелярии. — Признаться, именно она сподвигла меня попытаться еще раз.

— Изабелла? Королева? Ты хочешь сказать, что…

— Она ворвалась в мой дом, словно фурия, обрушила на меня в буквальном смысле водопад и заявила, что я — идиот. Мне оставалось лишь согласиться с этим.

— А… король?

— Мок рядом со мной и терпеливо сносил упреки жены.

Элионора представила себе эту картину и, не выдержав, рассмеялась.

Некромант вдруг подхватил ее за талию, высоко поднял и закружил.

— Смейтесь, смейтесь, моя дорогая! Мне так не хватало этого смеха.

Элионоре действительно не оставалось делать ничего другого, как смеяться.

— Отпустите меня! — потребовала наконец девушка, чувствуя, что голова просто идет кругом.

Некромант моментально повиновался. Убедившись, что Элионора удержится на ногах, он разжал руки, опустился на этот раз на одно колено и подхватил с пола кольцо с сапфиром.

— Леди Элионора Артли, согласны ли вы стать моей женой?

Именно в этот момент стук дождя по крыше прекратился. Даже ветер стих, точно боялся пропустить ответ. Лишь море рокотало по-прежнему, стремясь поглотить высокие берега. Девушка смотрела в зеленые глаза некроманта и видела в них лишь любовь и обещание. Обещание быть с ней всегда.

— Да…

Лорд Уиллморт на секунду прикрыл глаза, выдыхая, и вновь надел кольцо на палец Элионоры.

Эта часовня мало была похожа на часовню шииров Артли. Сложенное из дикого камня небольшое здание поражало своей простотой. Элионора выбрала его сама, лорд Уиллморт категорически отказался участвовать в выборе церкви для венчания, мотивируя тем, что на этот раз его невеста должна быть уверена, что все делается правильно.

Викарий, высокий седовласый мужчина поначалу отказывался и лишь когда лорд Уиллморт назвал себя, священнослужитель испугался и поспешил приступить к венчанию. Так Элионора в присутствии нескольких зевак, случайно забредших в часовню, вновь стала леди Уиллморт. Только теперь, идя по проходу между пустыми скамейками, держа в руках букет из белого вереска и запоздало расцветших на дворе викария астр, она была действительно счастлива.

— Элионора Артли, желаешь ли ты…

— Да…

— Джон Уиллморт, желаешь ли ты…

— Да, — некромант сказал это настолько уверено, что викарий невольно улыбнулся, понимая, что этот брак действительно благословил сам Триединый.

— … Властью, данной мне Богом нашим, объявляю вас мужем и женой.

Единственный колокол возвестил, что церемония бракосочетания состоялась.

Рука об руку они вернулись в коттедж.

— Мисс Элионора, где вы пропадаете! Я тут с ума схожу! — воскликнула Мери-Джейн, как только дверь скрипнула, и замолчала, увидев за спиной хозяйки высокую фигуру лорда Уиллморта. — Вон оно что…

— Мери-Джейн, я не ошибаюсь? — милорд спокойно закрыл дверь. — Вы можете поздравить нас первой.

— Поздравляю, милорд, миледи… — улыбнулась горничная, на ее щеках появились ямочки, так украсившие женщину.

— Ты не сердишься на меня, Мери-Джейн? — тихо спросила Элионора.

— Нет, мисс, я лишь желаю вам двоим счастья.

— Как и я вам с Гарри, — лорд Уиллморт обменялся с горничной многозначительным взглядом. — И — спасибо…

— Рада служить вам, милорд, и вам, миледи, — Мери-Джейн старательно избегала вопросительного взгляда своей госпожи.

Ужинали они втроем. Лорд Уиллморт настоял, чтобы горничная сидела вместе с ними за одним столом, а не прислуживала, как намеревалась.

— Надеюсь, в дальнейшем вы не оставите нас? — лениво поинтересовался некромант у Мери-Джейн, когда ужин был закончен. — В моем доме освободилось место экономки.

— Сочту за честь, милорд, — ответила та и встала, чтобы уйти в свою комнатушку.

Оставшись наедине, Джон и Элионора еще долго сидели у огня, переплетя пальцы и просто наслаждаясь присутствием друг друга.

— У тебя все еще холодные руки, — тихо сказал он, поднося ее пальцы к губам.

— Тогда согрей меня, — прошептала девушка, смело заглядывая в зеленые глаза. Теперь она не боялась, но желала того, что должно было свершиться. Некромант усмехнулся и подхватил жену на руки, по древнему обычаю перенося через порог спальни.

Уже когда дверь за ними захлопнулась, в комнате появилась леди Альмерия.

— Слава Триединому, — пробормотала она, осеняя дверь святым знамением, после чего растаяла. На этот раз навсегда.