Глава 9

С потолка капала вода.

Кап. Кап. Кап. Кап. Звонкий перестук эхом отражался от стен.

Девушка, распятая на полу сырого темного помещения, с трудом разлепила глаза. Незаметное в обычной жизни движение далось с огромным трудом.

Вокруг непроглядная темнота, ни единого блика, ни отблеска.

Девушка какое-то время всматривалась в окружающую тьму, пытаясь понять как оказалась лежащей на чем-то холодном. Дергала за ниточки воспоминаний, относящихся к последним часам, которые помнила. Но натыкалась лишь на полнейшую тьму.

По ощущениям последняя яркая картинка, сохранившаяся в памяти, датировалась несколькими днями назад. Но как такое могло случиться?

У беспомощной жертвы с обостренным чувством восприятия времени на душе заскребли кошки. Куда выпали из жизни не часы, но дни? Что за это время произошло? Как она оказалась в незнакомом месте?

На вопросы у девушки не было ответов.

Она судорожно задергалась. Но так и не сдвинулась с места. Все дело в путах, крепко-накрепко приковавших к полу. Крепкие веревки обхватывали запястья и щиколотки.

Зачем она здесь? Что от нее хотят?

Попыталась закричать. Только ничего не вышло. Рот закрывала повязка. Ей удалось издать лишь невнятное мычание.

Паника удушающей волной накрыла девушку с головой. Еще миг и ужас парализует даже мысли.

На память пришла памятка — «Что делать в безвыходной ситуации?». Пункт первый звучал просто и коротко - не паниковать.

Легко сказать, но нелегко сделать. Но и помощи ждать неоткуда.

Девушка сделала несколько глубоких вдохов, стараясь успокоить дыхание. С огромным трудом, но оно выровнялось. Все реже и реже слышалось эхо судорожных вдохов носом.

Второе правило гласило - «расслабиться». И как это сделать, если вся сущность паниковала и требовала двигаться прочь.

Девушка, превозмогая саму себя, мобилизуя неимоверными усилиями все внутренние силы, постаралась выполнить задуманное. Не сразу, но у нее стало получаться. Сведенные мышцы расслаблялись. Дыхание выравнивалось.

И только она чуточку успокоилась, как в тиши послышались отдаленные сдвоенные шаги.

Элея

- Это таким образом ты мне отказываешь? - Валдис был хорошим дознавателем, смотрел, что называется, в корень.

Внутри все сжалось. Страх липкой паутиной опутал всю мою сущность. Когда бывший муж начинал говорить вкрадчивым голосом, следовало задуматься. За годы совместной жизни хорошо изучила.

- Я, правда, устала, - принялась оправдываться, чтобы смягчить свои слова. - Дорога сложная. Смена поясов. Транспортник переполнен. Отвратительное место, - я перечисляла одну за другой причины из-за которых бывший должен был войти в мое положение.

Валдис прищурил глаза, изучая с ног до головы. От его взгляда не укрылся помятый туалет, скомканные в руке перчатки, перекошенный платок, висящий дохлой змеей на шее.

Молчание затягивалось.

Я старалась сделать как можно более жалобный вид, призывая все свое актерское умение. Хотя внутри рвалось одно желание — бежать от этого мужчины как можно дальше. Чтобы не видеть его и не слышать. С недавнего времени меня стал раздражать его запах. От него мне становилось душно.

- Раньше ты обладала большей выносливостью…, - произнес он, пожевывая губу. - До того как открылся Дар. Ты уверена, что тебе не надо к магологу? - острый взгляд прошелся по мне бритвой.

- Мне надо выспаться, - потянулась рукой ко рту, как будто собиралась зевнуть, но в последний момент передумала.

- А ресторан? - задал животрепещущий вопрос бывший муж.

- Отмени. И деньги целее будут, - сразу же сориентировалась. - А в другой раз обязательно сходим, - «обрадовала» Валдиса. Зная какой он прижимистый, надеялась, что откажется.

- На завтра перенесу, - скрипнув зубами, ответил он. - И больше никаких отговорок. А то я подумаю, что ты нестабильна, - последнее прозвучало угрожающе.

Не просто так он вспомнил о магологе. Пугал. И уже не в первый раз. Вероятность постановки диагноза «нестабильный Дар, требует немедленного выжигания» витало надо мной с самого первого дня, как только случилось чудо. И Валдис этим пользовался. Шантажировал, когда хотел добиться от меня того, чего не хотела. Прежде всего, я не желала спать с ним после расторжения брака, но из-за витающей угрозы выжигания, была вынуждена терпеть. За что втайне ненавидела бывшего. Но ничего не могла поделать. Он прикрывал меня. Помог получить самое первое заключение, разрешающее оставить Дар, развивать его. Жить полной жизнью, в конце концов.

- Я просто очень устала, - не выгляди это слишком подозрительно в глазах Валдиса, расплылась бы безвольной лужицей прямо перед ногами бывшего, лишь бы доказать, что не обманываю.

- Я все равно тебя провожу, - с нажимом сказал он. - До дома.

Возникла мысль, что Валдис чего-то боялся. Отпустить меня от себя? Да ну, глупости. С чего бы это?

Может быть правда опасается что со мной может что-то случиться.

Тейт

- Как это я не могу уехать? - Кайрон был не рад, что принес неприятные новости. Он застыл посреди номера, не зная что делать. То ли бежать не глядя по сторонам, пока я еще не разозлился. Или же присесть в удобное кресло, да выпить стопку другую чего-нибудь покрепче.

- Приказ Императора, - друг прятал глаза. Ему как и мне не нравилось, что вынужден исполнять роль гонца, приносящего отвратительные новости. Только ничего другого не оставалось. Указание самого Императора.

Я то с родителем не общаюсь. От слова совсем. Была бы моя воля вовсе отказался зваться его сыном. Но только мне не дают забыть о том. Ни он сам, ни приближенные. В свободе ограничили. Теперь и вовсе запретили покидать Рандевью до великого разрешения.

- Чтоб ему пусто было, - кулак с силой обрушился на стол. Тот крякнул и накренился.

Лишь по испуганному взгляду Кайрона обратил внимание на произошедший казус.

- Не смотри так. Это мелочи. Стол и до этого шатался.

Я совершенно некстати вспомнил что мы вытворяли с Элеей именно на этом столе. Отчего он стал чуточку испорченным.

- А если мы сделаем так… Ты скажешь, что не успел мне ничего сказать. Я не предупредил и смотался с Рандевьи. Мне не хочется тебя подводить, но мне вот так надо на материк, - провел ребром ладони по шее.

Избавиться от опеки Кайрона мог в любой момент. Не ему мериться со мной силой. Только не хотелось обижать парня, все же рядом за партой сидели. Вместе набивали шишки. Да и понимали друг друга с полуслова. Жаль, что судьба, в лице дорогого родителя, вмешалась в наши отношения. И теперь друг был вынужден доносить на меня. Как бы ему этого не хотелось.

- Тейт, ты же знаешь, что я за тебя и в огонь, и в воду. Но уж слишком сильно схватили меня за яйца. Пригрозили вспомнить папаше прошлые грехи и упечь за растрату на заводе. Ты же помнишь ту тухлую историю? - Кайрон, не зная куда девать руки, провел ими по голове, собирая волосы в пучок. Он, в отличие от меня, носил длинную прическу, очень подходящую к лицу овальной формы и миндалевидным глазам яркого бутылочного цвета. Из нас двоих он всегда был красавчиком. И девочки в девяносто девяти процентах из ста обращали внимание на друга, а не на меня.

Впрочем, я на него не обижался. Именно он играл роль богатого наследника императора, когда требовалось пустить пыль в глазам. Ему безоговорочно верили, хотя он совершенно ничем не походил на него. Подозреваю, что идея выдать друга за меня исходила именно от папаши, боявшегося за свой трон. Бессмертным он не был, но расставаться раньше времени с престолом, в случае переворота, не желал. А так я вроде бы и существовал, но где-то на периферии. При необходимости можно использовать, а когда не нужен, то задвинуть. И если вдруг вовсе припечет, то уничтожить. Тихо и без возмущений со стороны народа. Меня в лицо знали не так уж и много людей. Для бунта недостаточно. А за окружением все время следили, не допуская к общению с неблагонадежными личностями.

- И что будем делать? - спросил у друга, сдерживая злость с каждой минутой все сильнее и сильнее разрастающуюся в груди.

Элея сбежала, а меня насильно держат здесь, словно я дикое животное, вынужденное сидеть в клетке. Мне надо ее догнать, а догнав не отпускать от себя далее чем на шаг.

- Что-что? Драться, - Кайрон опустил руки.

- Ты в своем уме? Я же тебя прибью, - практиковать спарринги до первой крови мы перестали уже давно. Слишком неравные силы.

- А ты сделай так, чтобы не пришиб. Ты же не хочешь ни моей смерти, ни бесчестья моего отца? - по мне так ответ был вполне очевиден. Но помня, что люди не всегда понимают то, на что им намекают, пояснил.

- У тебя будет маленькая шишечка вот здесь, - показал место куда буду бить.

- Надеюсь она того стоит, - многозначительно заявил Кайрон, разворачиваясь ко мне спиной, чтобы удобнее было бить.

Вот оно какое — абсолютное доверие. Ведь знает же, что если не рассчитаю силу воздействия, то его жизнь оборвется в одночасье. Но все равно верит. Не хотелось бы мне предать это доверие. Никогда.

Удар пришелся точно в намеченную цель. Я никогда еще не промахивался.

Кайрон мешком осел на пол. Чтобы не сильно ударился, поддержал магически. Способность к левитированию предметов проявилась еще во младенческом возрасте. Как вспоминала моя кормилица, она с огромным трудом успевала поймать бутылочку из под молока, после того как я ее опустошал.

Быстро оглядел номер, есть ли в нем что-нибудь важное, что жалко оставить. Никогда не отличался излишней любовью к роскоши, но сюда меня отправили по высокому распоряжению самого Императора, вот и приходилось жить там, куда поселили. Хотя я и сам в состоянии оплатить апартаменты не хуже, но почему бы не воспользоваться тем, что предлагают.

Осталось избавиться от негласных соглядатаев, бредущих за мной по пятам. Впрочем, с ними гораздо проще. К серым мышам у меня нет никаких теплых чувств и сбегать от них гораздо проще. И даже совесть не будет мучить.

Я взглянул на зеркало, в котором отразился во всей красе. Потом посмотрел на лежащего на полу Кайрона.

А это мысль.

Быстро раздел друга. Но не для того, чтобы подшутить. Я собирался ею воспользоваться, чтобы сбить с толку серых мышей в первый час после побега. Больше мне не надо. Лишь бы сразу не забили тревогу.

Одежда Кайрона пришлась мне впору. Что значит обладать самым большим потенциалом в Империи? В любой момент можно изменить структуру ткани на молекулярном уровне, стоит только захотеть.

Свою же одежду решил на друга не одевать. Но чтобы во время отключки он не замерз, укрыл одеялом. Забота о ближнем прежде всего. Кайрон так смешно выпячивал губу, что хотелось нарисовать ему усы. Но, думаю, он мне ни за что не простит подобную вольность. Шутки они тоже бывают злыми и не всегда уместными.

Когда все приготовления оказались закончены, я выскользнул на балкон, предварительно оглядев окрестности. Мой путь лежал через крышу. Я не хотел, чтобы меня начали искать раньше времени.

Рядом с балконом, будто специально рос плетущийся декоративный куст. Он и послужил мне вместо лестницы. Бесшумно, быстро, без свидетелей я оказался на крыше отеля, откуда открывался великолепный вид на окрестности. Элею бы сюда, мелькнула мысль. Можно было бы устроить пикник.

В следующий раз пообещал себе, ища как спуститься с крыши с другой стороны от моего номера.

Изломанность крыши, ее разноуровневость оказалась мне только на руку. Я ни кем незамеченным преодолел весь намеченный путь и влился в толпу отдыхающих, покидающих отель.

Элея

Какое счастье оказаться дома. Бросив вещи около порога, я прямиком направилась в кухню. Зеленый чай заварился буквально через несколько минут после закипания воды. Я плеснула молока, чудом оказавшегося в охлаждающем шкафу. И заняла свое излюбленное место на подоконнике. Прихлебывала чай и размышляла, глядя на город.

Отпуск не удался, как и все остальное в моей жизни. Только обрадовалась, что можно отдохнуть, расслабиться, почувствовать себя свободной от обязательств. Как тут же он прекратился толком не начавшись.

Стоило встретить на своем пути мужчину, от которого захватывало дух и бабочки летали в подреберье, как срочно вызвали на работу.

Как там Тейт? Думает обо мне? Я вот о нем думаю. А у меня даже нет номера его магофона. А так бы я с ним связалась.

И что бы сказала? Задала себе сложный вопрос.

Попросила прощения.

Кружка оказалась отставленной в сторону. Утыкаться лицом в колени лучше не имея фарфорового препятствия.

Чувствовала, что между пальцами сочиться влага, но ничего не могла с собой поделать. Слезы сами текли по щекам.

Жалеть себя легко, особенно в одиночестве.

В памяти до сих пор стоял неповторимый запах Тейта, которой скоро начнет терять свою остроту, а в скором времени и вовсе забудется.

Решительно слезла с подоконника. Хватит рыдать. Пора ложиться спать. Необходимо выбросить Тейта из головы. Завтра рабочий день. И очередная встреча с Валдисом. Он просто так не отстанет. Его сексуальный инстинкт, подогреваемый задержкой, распалился со страшной силой. Даже в браке он никогда не был столь настойчив. Еле смогла отвязаться и убежать домой.

После размышлений над собственной судьбой поняла одно — так дальше продолжаться не может. Надо что-то менять. Кардинально.

***

- Ты зачем мне звонишь среди ночи? Я тебе сколько раз говорил - меня не беспокоить, - раздраженно произнес Валдис.

- Но я так соскучилась, - Лилья чуть не плакала. Не такого разговора она ждала. - И еще не очень поздно.

- Глупая курица, - выругался мужчина. - Это у тебя не поздно, а на этом континенте уже глубокая ночь.

- Ты сейчас с ней? Да? - Лилья пьяно икнула. Алкоголь убрал все внутренние запреты. Девушка не думала что и кому говорит.

- С кем с ней? - Валдис сделал виде что ничего не понимает. Ему не нравился разговор. Но и отшивать Лилью, без возможности ею управлять, он не хотел.

- Ну, с ней. С твоей… бывшей женой, - последнее слово она буквально выплюнула. Столько негодования и ненависти слышалось в ее голосе.

- Ее зовут Элея, если ты забыла, - вкрадчиво произнес Валдис окончательно проснувшись.

- И как она? Лучше меня?- пьяный смешок смазал удовольствие от пренебрежительного сравнения.

- Я не знаю о чем ты говоришь. Ты пьяна. Тебе надо проспаться, - принялся объяснять мужчина. Он кривился, но продолжал разговаривать. Лилью требовалось держать на коротком поводке.

- А вот она нашла лучше тебя, - довольно рассмеялась девушка.

- Что ты сказала? - зарычал мужчина.

- Что слышал, - огрызнулась Лилья, довольная произведенным эффектом. - Да. Да. Гораздо лучше тебя. Богаче. Одареннее. И во всех отношениях круче. А еще он крутой маг.

- Кто он? - взревел Валдис. - Ты же только намекнула на кого-то, а теперь говоришь совершенно противоположное.

- А вот не скажу. Ничего тебе не скажу. Пока не попросишь. Нет. Лучше на коленях приползешь, а я подумаю говорить тебе или нет, - Лилья, обиженная пренебрежением, высказанным Валдисом в открытую, не собиралась спускать любовнику оскорбления. Она намеревалась по полной программе отыграться. Чтобы компенсировать свои душевные страдания.

- Немедленно говори, - прикрикнул Валдис.

- А вот и фиг тебе. Мучайся. Не захотел чтобы я приехала. Жди теперь до конца отпуска. Я тут тоже найду себе какого-нибудь мулата. Покрасивее и получше, чем некоторые. Не будем говорить кто, - Лилью несло. Наконец-то она могла говорить все, что угодно.

Валдис рвал и метал, но на расстоянии не мог свернуть шею одной не в меру зарвавшейся девице. Наступившей на самое больное место. А та все говорила и говорила. С каждым словом заставляя мужчину желать выскочить из своего отремонтированного дома и отправиться к бывшей жене, чтобы вытрясти из нее правду.

Нет. Валдис не верил Лилье на сто процентов. Знал, что она соврет и не покраснеет. Для нее ложь это что-то обыденное, обыкновенное, что-то типа попить водички, когда пересохло в горле. Но в ее словах было что-то такое, что настораживало. Заставляло думать. Валдис не желал выпускать поводок управления бывшей женой из своих рук из-за кого бы то ни было. И уж точно не из-за какого-то там курортного ловеласа, встретившегося на пути Эльи.

Что он мог ей дать? Прогулки под луной? Пару-тройку комплиментов? Бесплатный коктейль за счет отеля? Больше ничего.

А у Валдиса имелся рычаг управления. Куда он его дернет, туда Элья и пойдет как миленькая. Возможность контролировать каждый шаг жены, пусть и бывшей, вызывал в сердце приятные ощущения.

Это не было влюбленностью, а тем более любовью, это было чувство владельца потерявшего вещь, но в последний момент нашедшего ее вновь.

- Приедешь — поговорим, - с угрозой в голосе произнес Валдис и разорвал связь. Он не желал выслушивать всякие глупости. Лилья еще ответит за свои слова. Всему свое время.