Глава 18. Угроза из прошлого

Кажется, я рано радовалась, что токсикоз прошел мимо! Эта зараза, оказывается, как партизан — может нагрянуть в любой момент, даже когда меньше всего ждешь. А ещё этот железодефицит… Ну, здравствуй, бледность и слабость! Надо срочно к врачу, пусть что-нибудь другое выпишет.

Бросаю взгляд на часы — прошло всего ничего, а такое ощущение, что я в центрифуге побывала! И Котов, герой ты мой, сидит рядом, как привязанный, воду в тазике меняет с маниакальным упорством. Ну что за рыцарь печального образа!

И стыдно-то как! Здоровый мужик увидел меня в этом… неглиже. Вся такая никакая, зеленая. Но, честно говоря, всё меркнет, когда к горлу подступает этот предательский ком.

— Тебе не обязательно тут торчать, — шепчу, чувствуя себя экспонатом в кунсткамере. — Иди занимайся своими делами. Я просто полежу немного, и все пройдет.

— Я никуда не уйду, — твердо ответил он, не отрывая взгляда от моего лица. — Пока тебе не станет лучше.

Ну что тут скажешь? Сдаюсь! Сил спорить — ноль. Его присутствие, конечно, немного смущает, но и успокаивает одновременно. Он как стена — невидимая, но надежная.

Не знаю, что на меня нашло, то ли слабость, то ли накопившееся напряжение, но я начала плакать. Тихо, навзрыд, словно маленький ребенок, потерявшийся в огромном лесу. Он не перебивал, не спрашивал, просто сидел рядом, поглаживая по голове, как котенка. И ведь помогает, зараза! Его прикосновения были легкими, почти невесомыми, но они действовали как успокаивающий бальзам.

Минут через пять рыдания сходят на нет, оставляя после себя только ощущение разбитости и вселенской усталости. Шмыгаю носом, не по-девчачьи так, громко, и пытаюсь сесть. А он аккуратненько так обратно на подушку меня укладывает.

— Не нужно, полежи еще, — сказал он мягко. — Я сейчас принесу тебе что-нибудь поесть.

Он вернулся с тарелкой теплого куриного бульона и ложкой. Кормил меня, как маленькую, а я не сопротивлялась. Так хорошо и спокойно рядом с ним, что хочется, чтобы этот момент длился вечно. Эх, Котов, что ж ты делаешь-то со мной?!

Проснулась от легкого озноба. На улице уже стемнело, а в комнате робко мерцал ночник, отбрасывая причудливые тени. На полу сидел Саша, положив голову на кровать, его рука крепко держала мою.

Божечки, ну и вид у него! Видно, что день выпил из него все соки, оставив лишь оболочку. Тихонько, как кошка, крадучись, высвобождаю свою руку, боясь разбудить это спящее чудо. Вроде бы скала, опора, а тут сидит, как потерявшийся котенок на улице. На цыпочках пробираюсь в ванную комнату.

В зеркале меня встретила какая-то бледная пародия на саму себя. Да уж, денек знатно меня пожевал и выплюнул! Быстро нырнув под душ, смывая с себя остатки былого, возвращаюсь в комнату, тихонько присаживаюсь рядом с Сашей. Не удержавшись, легонько касаюсь его волос. Такие мягкие… Он вздрогнул и тут же открыл глаза, словно и не спал вовсе. Виновато улыбнулся:

— Прости, задремал. Как ты себя чувствуешь?

— Гораздо лучше, спасибо тебе, — ответила я искренне. — Ты, наверное, совсем замотался. Иди лучше приляг, я в порядке.

Но он лишь отмахнулся, подсел ближе и взял мою руку в свою.

— Я буду рядом, — прошептал он, глядя прямо в глаза. — Просто скажи, если что-то понадобится.

Невольно сравниваю его с Данилой. Что было бы, останься я с ним? Наверное, как обычно, отвернулся бы и захрапел богатырским сном. И уж тем более не принес бы бульон и не дежурил пол ночи возле кровати.

Первые месяцы он фонтанировал романтикой, а потом, видимо, решил, что я и так никуда не денусь. Эх, надо было тогда с ним поговорить, но я была слепа, глупа и утопала в любви, не видя, как он превращается в… ну, в Данилу.

Нет, я понимаю, ныть о собственном выборе — дело гиблое. Но сейчас эта чертова разница между ними бьёт по голове, как гаечный ключ по «Форду»!

Почувствуй разницу... Ы-ы-ы-ы.

Он — воплощенная мощь, высеченная из камня античного героя, с профилем, от которого у Венеры Милосской пошла бы рябь в глазах! Дорогой костюм идеально сидел на его атлетичной фигуре, подчеркивая каждый мускул, словно дразня: «Ну же, попробуй меня не заметить!»

Мой взгляд скользил по нему, как альпинист по отвесной скале, и с каждым метром подъема внутри разгорался пожар. Нервный комок в горле — жалкая попытка усмирить бушующую в голове вакханалию непристойных фантазий, где мы оба играли главные роли… И, признаться, я не возражала против такого кастинга!

Чёрт возьми, Александр Николаевич, кажется, официально перестал быть просто моим начальником и получил статус «мужчины мечты, от которого плавятся айсберги в Антарктиде»! И это точно не гормональный шторм, как я наивно полагала! Рядом с таким альфа-самцом даже самая хладнокровная Снежная Королева почувствует себя принцессой Леей, томящейся в ожидании своего Хана Соло.

Эта мысль врезалась в мозг, словно метеорит, снося всё на своём пути! Дыхание сбилось, а температура в комнате взлетела до уровня бразильского карнавала в самый разгар!

— Я сейчас приду, — пробормотала я, спасаясь бегством в ванную, пока не ляпнула что-нибудь совсем неприличное. Прохладные брызги воды, словно ледяной душ, вернули меня в реальность.

Отшатнулась от зеркала, будто увидела там не свое отражение, а призрак наглой девчонки, потерявшей голову. Александр Николаевич… Мой босс. Умный, опасный, с этой чертовски притягательной, тихой, ироничной улыбкой, которая так и манит нырнуть в омут его мыслей, чтобы разгадать, что же там, в глубине. Да, он дьявольски привлекателен, это факт, оспорить который может только слепой! Но чтобы вот так… Как обухом по голове? Кажется, Купидон решил поиграть в боулинг моей психикой!

Успокоив разбушевавшиеся гормоны, взглянула на себя в зеркало более критично, я вернулась в комнату, стараясь не выдать волнения. Котов мирно посапывал на кровати. Сначала даже глазам не поверила.

Аккуратно накрываю его пледом, стараясь не разбудить. Он так трогательно выглядит, когда спит, совсем беззащитный. А ведь на работе — кремень!

Завариваю себе ромашковый чай, а позже приступаю к уборке на кухне. Убедившись, что не осталось и пыли, возвращаюсь в комнату.

Интересно, это будет совсем наглостью, если я рядом лягу? Ну в самом деле, не идти же мне к нему в комнату.

Взяв телефон, устраиваюсь на другом конце кровати, она настолько огромная, что при желании на ней можно играть в прятки и ни разу не столкнуться. На телефон приходит уведомление с неизвестного. Открываю сообщение.

«Нам нужно поговорить, Ариш».