Глава 23. Паранойя?

— Ты уверена, что всё в порядке? Говоришь как-то странно.

— Да, Полин, это просто… знаешь, эта беременная тревожность, накрывает волнами, — ответила я, стараясь говорить ровно, хотя внутри бушевал настоящий шторм. Каждая клеточка тела вибрировала от необъяснимого напряжения.

Знакомо, да? Всё вроде шоколадно-зефирно, птички поют, бабочки в животе (то ли от счастья, то ли от токсикоза), а ощущение, будто у тебя вместо кресла — диван из иголок! И день вроде ничего, но этот внутренний «шухер» готов поглотить вообще всё!

— Хорошо, я заскочу после обеда, привезу вещи. Не переживай, всё будет хорошо, — голос Полины звучал ободряюще, но тревога не отступала.

После разговора я заставила себя сесть за ноутбук. Как же хотелось просто рухнуть на диван, утонуть в объятиях вредной еды и газировки, но… врача для родов никто не выберет за меня. Работу, конечно, облегчили, перевели на домашний режим.

Теперь мои задачи больше напоминали детские поручения: позвонить узнать, готов ли костюм, записать машину на техосмотр. Саша, будь его воля, и вовсе приковал бы меня к постели, оберегая от каждого дуновения ветра. Но мы с ним оба упрямые, каждый гнёт свою линию. Правда, беременная бараниха я, так что иногда мне уступают.

Из сотен лучших клиник страны я отобрала десять вариантов, теперь нужно объехать их лично, убедиться, что всё идеально. А пока меня уже тошнит от одних мыслей о выборе роддома.

От этих приторно-сладких плакатов, кричащих о радостях материнства, начинает рябить в глазах. «Мама — это звучит гордо! Мы лучшие! Вы сделали правильный выбор!» — давит со всех сторон.

Первые двадцать клиник я изучала скрупулёзно, в следующие десять меня уже начинало потряхивать, а после ещё десяти — дёргался глаз, словно у загнанного зверька. Как же мне нужно выдохнуть и успокоиться, но материнский инстинкт гонит вперёд, не давая права на ошибку.

Стрелки часов предательски отползли далеко за пять вечера, а Полины всё нет! Я уже нарезаю круги по гостиной, кажется, установила личный рекорд по ходьбе на месте. В сердцах набираю её номер, в сотый раз, наверное. И — о чудо! — вместо привычного ледяного «абонент вне зоны действия сети» в ухо врываются долгожданные гудки.

— Прости, милая, тут… ДТП. Задержусь, наверное, еще на часик, — голос Полины хрипит от усталости и напряжения. В трубке прорываются сочные ругательства, адресованные, видимо, виновнику переполоха. — Ждем этих… гаишников. Потом сразу к тебе.

— Ты хоть цела?! — волнение во мне разрастается, как дрожжевое тесто. Полина, конечно, сумеет постоять за себя и за словом в карман не полезет, но все же… девочка!

— Жива, не волнуйся. Скоро буду.

Кладу телефон, словно он обжигает руку. Тут же приходит сообщение от Котова: «Задержусь. Срочные дела. Ложись спать».

Чтоб как-то убить время и усмирить нервы, принимаюсь за приготовление легких закусок. И тут этот жуткий скрип…

Первая мысль — Саша примчался раньше времени. Но нет, он бы вошел без церемоний, своим ключом. Да и вообще, он всегда со мной, как с драгоценной хрустальной вазой, боится лишний раз дотронуться.

— Полин, если это твоя гениальная шутка, то признайся — она отвратительна.

— Ариш, ты чего? Мы только протокол подписали… Что у тебя т...

Долбанный телефон сбрасывает вызов.

Сердце колотится, как у колибри на энергетиках! Этот скрип… Он пробирает до костей. Как в дешевом ужастике, блин! Медленно поворачиваюсь в сторону двери, а в голове дикий микс из мыслей: «Полина решила пощекотать нервишки? Саша передумал?»

Замерла, как олень перед фарами, прислушиваюсь. Скрип повторился, теперь живее и наглее. Сердце решило совершить побег через горло, оставив меня без кислорода. Инстинктивно хватаю со стола нож для овощей — единственное, что попалось под руку. Да, я беременна и, возможно, истерична, но защищать себя и ребенка обязана.

Но нет, в дверях маячит силуэт, совсем не похожий на моих спасителей.

Перепрыгиваю сразу через три ступеньки, забыв про свой круглый живот и проклятую гравитацию! Мозг отключился, оставив меня на автопилоте. Первая попавшаяся дверь — кабинет Саши. Оглядываюсь в поисках, куда можно спрятаться, но, кроме стола, мест больше нет.

Сердце бешено колотится, пальцы дрожат, набирая номер Саши. Гудок… и тишина. Он не отвечает.

— Чёрт! — вырывается у меня отчаянный крик души. Вторая попытка… — Ну же, Поля, ответь!

— Я в пробке, почти у поселка. Какой-то идиот перегородил все три полосы, — доносится из трубки её усталый голос.

— Полина… Там кто-то есть… В доме… И это не охрана, — перехожу на шёпот, потому что слышу шаги за дверью.

— Где эта тварь? — раздается по ту сторону незнакомый грубый голос.

— Не переживай, далеко не уйдёт, — отвечает собеседник, а у меня сердце падает куда-то вниз, потому что узнала бы этот голос из тысячи.

Данил.