Глава 21

Тинде

Я спешил к дому Тэрри сквозь ночной лес и мимо спящих домов. Тревожные новости заставляли беспокоиться за неё. Она наверняка ещё в своей мастерской, но была надежда перехватить её по дороге домой. Свернул на тропу, где совсем недавно мы шли вместе и Тэрри звонко и искренне смеялась над моими шутками.

Сегодня весь лес шумел, что готов артефакт для тёмных и на днях будет встреча с ними. Но не это меня волновало. Семья Айлеха ищет его, пытаясь не поднимать волнения. Говорят, после заката его никто и нигде не видел. Но просто так искать бы не стали, а значит он что-то сделал или готовится сотворить.

Плохое предчувствие становилось всё сильнее. Неожиданная вспышка магического света привлекла внимание и заставила ускориться. Это как раз возле мастерской.

Ещё вспышка и ещё. Не успеваю, словно я в кошмаре и само время движется против меня. Я был почти рядом, когда увидел Тэрри, но недостаточно близко, чтобы помочь. Мощное заклинание сминает защиту, а проклятие вонзается в её тело. Тэрри падает на землю и кричит.

Тот, кто напал идёт к ней, и я не дам ему уйти. Спеленав противника заклятием, ударил того рукоятью кинжала в висок. Упал на колени перед человечкой, пытаясь понять, чем могу помочь. Просканировал проклятие и понял, что сам не справлюсь, я о таком только читал. Нужна помощь, а ближе всего лаборатория. Надеюсь, тот живучий тёмный поможет.

Поднялся с ней на руках и только тогда заметил, что нападавшим был Айлех. Но с ним потом, он и до утра подождёт.

— Тёмный, помоги! — ворвался в лабораторию и зажмурился от вспыхнувшего освещения, — На ней проклятие, я не смогу снять.

Он бесшумно возник передо мной, полупрозрачный, как и на острове.

— Положи её на стол.

Несколько диагностирующих заклинаний сорвалось с его призрачных пальцев.

— Я могу только немного уменьшить эффект и погрузить её в стазис. Но это не даст нам много времени, — пока говорил, он уже принялся за дело, — Снять это заклятие может не каждый проклинающий. Нужно долго изучать его составляющие, а у нас нет времени. К тому же эффект проклятия не отменить, оно медленно убивает её.

— Тот, кто её проклял точно не захочет помогать, — отчаяние накатывало волнами вместе с мыслью, что нужно что-то делать. Она же так любит жить, так любит магию, — А может… А что, если сохранить её душу как твою? Прикрепить к артефакту?

Мысль почти кощунственная, но…

— Уже думал, но здесь нет подходящей основы, — оборвал зарождающуюся надежду.

— Почему? Здесь же полно заготовок и готовых артефактов.

— Вот именно, что готовых или вовсе пустых. Объясню по дороге, только скажи, ты готов на святотатство, чтобы сохранить её душу в этом мире?

— Да.

— Отлично, тогда бери вон тот кристалл и Тэрри и бегом на остров. Если Богиня позволит, то мы спасём её.

Я мчался к пристани со всей возможной скоростью, а призрак словно плыл рядом, рассказывая спокойным тоном.

— Эта девчонка потратила несколько дней, чтобы разобраться в заклятиях на Артефакте Богини. Потом ещё несколько дней, чтобы высчитать и сбалансировать заклинания для моего нового вместилища. А найти этот кристалл помог сам Владыка. К слову, обычный артефактор потратил бы на это недели, а то и месяцы.

Её меч не подойдёт, заклинания в него вложены ещё при ковке, если ты думал об этом. К несчастью, больших и дорогих предметов она здесь не хранила. Чаще создавая несложные артефакты, вкладывала несколько заклинаний в небольшие вещи, что логично. Массивные артефакты создавала лишь на заказ. Возможно, через несколько лет, она бы наигралась с этой мелочёвкой и принялась бы за что-то более стоящее. К тому же, я сомневаюсь, что без сопутствующих заклинаний душа будет прочно держаться в пустом артефакте.

При этом, когда я привязывал свою душу к клинкам, это вышло по воле Богини. Да, они были незаконченным артефактом, да, у меня были какие-то наработки по этому заклинанию, но, если бы не желание Богини задержать меня в этом мире на пару тройку тысяч лет, я был бы абсолютно мёртв.

Так что все мы части Её плана, и ты тоже. Но наша роль до конца не известна, как и роль Тэрри. Вот и причал, садись в лодку. А я прикрою магией, чтобы нас не заметили.

Добрались до острова быстро, но всё равно казалось, что мы упускаем время. Дыхание Терри и так было прерывистым, а ещё стали появляться и хрипы, это пугало. Пока плыли я накладывал целительские заклинания, но они не помогали, а сканирование показывало, что проклятье быстро распространяется. У самого берега Азарет сам ещё раз просканировал Терри.

— Придётся поторопиться, у неё открылось сразу несколько внутренних кровотечений. А обезболивание и стазис, что я накладывал, проклятье постепенно уничтожает. Сейчас наложу новые.

Стоило немного отойти от берега в глубь острова, как стало видно, что всё вокруг выглядит совершенно по-другому. Не было лабиринтов и непроходимых чащ, не было мрачного тумана, что вился над головой, закрывая небо. Просто обычные деревья и широкая тропа, что стелилась под ноги. Значит вот как выглядит Остров без иллюзий.

Быстро добежал до входа в пещеры. Единственное, что было так же, как на испытаниях. Но внутри снова всё поменялось, остался лишь короткий каменный коридор, из которого мы сразу попали в зал с Сердцем Богини. Кроваво-красный артефакт слабо светился в темноте, бросая блики на драгоценные камни в стенах пещеры и золотую жилу.

Тёмный прислушался к дыханию Терри и помрачнел. А я решил попросить Богиню о помощи. Опустился на колени перед артефактом и положил перед собой Терри. Она была совсем бледной, а вены, наоборот, стали темнее и заметнее.

— Наша Богиня, Создательница и Покровительница. Прошу, услышь и помоги нам. Не отпускай душу этой девушки, позволь задержать её в этом мире во имя твоего возрождения.

Сердце Богини засветилось чуть ярче, а тёмный странно на меня посмотрел, не прекращая составлять заклинание. В магическом зрении я видел, как он сплетает то ли кружево, то ли паутину из магии. Затем заклинание опустилось в тело Тэрии и сосредоточилось в груди. В момент очередного хриплого вздоха она замерла, а над телом стала появляться светящаяся сфера, оплетённая магией. Словно жемчужина в золотом кружеве. Я замер и не дышал, это было удивительно. Но ещё больше поразило то, как от Сердца Богини потянулась нить и оплела заклинание с душой. А затем артефакт впитал в себя сферу, засветился ещё ярче, а через мгновение выглядел словно ничего и не было.

А Терри не дышала. Такая бледная и спокойная. Так непривычно видеть её такой, что стало страшно, вдруг мы что-то упустили? Вдруг, её можно было спасти и исцелить?

— У нас получилось? Отвечай тёмный! Душа привязана к артефакту Богини или она просто поглотила её⁈

— Я не знаю, — спокойный и ровный голос хоть и разозлил, но помог взять себя в руки, — Мы сделали всё как нужно. Даже заклинание привязки удалось закончить. Но вот получилось ли так как мы хотели, покажет только время. Это божественный артефакт со своей волей, как видишь. К тому же, новому заклинанию нужно прижиться, а душе освоиться. Как ты понимаешь, я всегда был по ту сторону заклинания, потому мне сложно судить. Да и ей потребуется время, чтобы принять и осознать новое существование. На всё воля Богини. А нам пора уходить. Нужно передать тело её отцу.

— И что мы ему скажем? — почему-то именно сейчас это показалось проблемой.

— Ему — всю правду. А вот старейшинам ни про остров, ни про душу знать не нужно. Ты её нашёл, принёс в лабораторию, а потом мы боролись за её жизнь. Когда осознали, что проклятье сильнее, просто старались облегчить боль. Если тебе претит ложь, то без упоминания острова, всё так и было.

Я покачал головой. Если бы дело было только в этом. Обратный путь сейчас казался одним из испытаний этого острова.

— Может просто захоронить её здесь? — хотя сам понимал, что это плохая идея.

— Неужели светлый эльф такой трус? — тёмный сейчас был очень злым, — Имей каплю мужества довести дело до конца. Родственники того эльфа будут змеёй извиваться, чтобы выставить убийцу невинным ребёнком. И без тела им это удастся. Сомневаюсь, что, когда она узнает, как ему всё сошло с рук, сильно обрадуется.

— Но она ведь будет жива здесь.

— Не сравнивай существование с жизнью. Когда нельзя ничего коснуться или ощутить. Лишь магия позволяет почувствовать, что ты не спишь, не сошёл с ума, а всё ещё находишься в этом мире и всё ещё существуешь. Знаешь, как я коротал эти годы? Создавал и развеивал заклинания. Раз за разом, вновь и вновь. Иногда получалось освоить что-то новое, как те иллюзии на испытаниях. Но я не так одарён, как Терри, поэтому снова возвращался к повторению, — мне показалось, что призрак вздохнул, — Да, мне хватает сил признать, что эта девочка лучше меня как маг. А ещё я рад что всё ещё среди живых. Но это не значит, что я не хотел бы быть полностью живым.

Обратный путь тоже проделали в спешке. В какой-то момент мне показалось, что Терри дышит, просто спит, но прислушавшись, понял, что ошибся. Вернувшись в лабораторию, аккуратно положил её на стол. Артефакт тёмного вернул на полку и вышел прочь. Ещё не рассвело и у меня есть важное дело. Для начала проведал Айлеха. Он по-прежнему был связан магией и безуспешно пытался выбраться. А увидев меня окончательно рассвирепел. Ругался, проклинал, грозил карами. Во мне же было разочарование и презрение к этому эльфу, а ещё огромное сожаление, что не смог ей помочь. Вина, что недооценил ненависть Айлеха. Наложив поверх пут заклинание немоты, отправился к Эненвэлу. Мне предстоит сложный разговор.

Мне повезло, что он не спал и быстро вышел. Эненвэл был немного взволнован, а увидев меня удивился.

— У меня скорбные вести. Айлех напал на Тэрри, когда она шла из мастерской и применил смертельное проклятье.

Я не успел договорить, как эльф поменялся в лице и бросился к лаборатории. Я поспешил за ним.

Он ворвался в лабораторию и замер посреди комнаты. Я видел лишь напряжённую спину и как сжимаются кулаки. А затем он подошёл ближе к её телу и упал на колени.

Тёмный был здесь всё это время и принялся подробно рассказывать, что случилось. И когда озвучил нашу безумную идею, Эненвэл поднялся.

— У вас получилось? — голос был сух, но в нём слышалась надежда.

— Думаю да. Но сейчас к ней нельзя. Ей нужно время, чтобы осознать себя и научиться жить новой жизнью.

— Но она там будет совсем одна, — с горечью сказал он, — И безумно долго.

— Эльфы по-прежнему будут призываться для испытания и ей будет с кем поговорить, — улыбка у тёмного получилась натянутой, — Магия при ней, вот освоит иллюзии и будет им являться в образе Богини.

— Да, Тэрри может такое провернуть, — мне показалось, что эльф немного приободрился.

— Кому как не мне знать, что живым быть лучше. Но в данном случае это единственный вариант.

— Спасибо, надеюсь, у меня ещё получится с ней увидеться.

Он погладил её по голове, взял за руку и снял с запястья частично оплавленный артефакт, внимательно его осмотрел и надел на свою руку серебряный браслет.

— Мне все твердили, что люди не только быстро растут, но и быстро стареют. Мне казалось, что с испытанием закончилось самое страшное, — он поднял голову и смотрел куда-то вверх, — Неужели, из меня такой плохой родитель, что я снова теряю ребёнка.

— Вы отличный отец, — тихо сказал Азарет, увидев, что ему собираются возразить, продолжил, — Тэрри говорила, что вы прекрасный отец.

— Но… — Эненвэл был ошарашен и стало видно, насколько велико его горе, — Она очень давно не назвала меня так. Только какое-то время в детстве, когда привыкла и освоилась. Но года не прошло, как вновь стала звать по имени.

Я тоже удивился, но быстро вспомнил что говорили другие эльфы про девочку четырнадцать лет назад. Было стыдно смотреть в лицо Эненвэлу, вина ощущалась просто за то, что когда-то стал невольным свидетелем.

— Люди растут быстрее эльфов и спустя год те дети, с кем она начинала общаться стали заметно отставать от неё. Это было заметно им и их родителям. Тогда стали поговаривать, что человеческий ребёнок не может называть отцом светлого эльфа. Что услышать такое от человека противно. Тем более ребёнок не понимает какую честь ему оказали и вообще легко променял одного родителя на другого. Я тогда не был с ней знаком, может видел пару раз и не вслушивался особо… в такие… разговоры.

Я всё же решился посмотреть Эненвэлу в лицо в конце своей речи и был удивлён как быстро растерянность и боль сменяются на сильнейший гнев. Казалось, что мудрый эльф, которому полторы тысячи лет пойдёт убивать своих сородичей. Я бы не рискнул становиться на его пути.

— Где этот выродок эльфийского народа? Бери его и тащи ко дворцу Владыки. Иначе убью его. Случайно, но с большим удовольствием. И будет плевать, что тогда меня изгонят.