Глава 7

Со мной такого еще никогда не было. Не врали, не врали подружки про альф! Разряды тока все еще бродили в тающем от неги теле. Меня словно качало на теплых волнах, ласковые всполохи щекотали каждый сантиметр кожи, а в ушах шумело. Я была на грани сознания, оторванная от реальности, расслабленная и до пугающего счастливая.

В себя я начала приходить потихоньку, от тяжести, которая непонятно откуда взялась на мне и от того, что мой желудок именно в этот момент решил издать протяжную голодную трель. Не считая мандаринов, которые я сегодня массово поглощала, нормально я ела, пожалуй, только утром. Если наскоро проглоченную яичницу и кружку кофе можно считать нормальной едой.

Потянувшись, я потревожила груз, что уютно устроился у меня на животе. Это был Артур. Его голова лежала на мне, глаза были прикрыты, а руки все еще по-хозяйски сжимали мои бедра. Контраст его загорелых пальцев на моей бледной, почти белой коже, завораживал и пугал.

Такие разные.

Легкий сквозняк, что пробежал по полу забрался мне прямо в сердце. Вспомнив все, что только что произошло я тут же окаменела. Сердце судорожно сжалось, а затем ударилось в ребра, заходясь в безумном ритме.

Такой грохот, что сейчас стоял у меня в груди было трудно не услышать, тем более со слухом альфы. А еще песни китов из моего живота.

Но не за это мне было стыдно.

А за то, что мои инстинкты взяли надо мной верх, отключили разум и бросили в пучину гормонов. Я была противна и отвратительна сама себе. Не привычно и ужасающе не быть хозяйкой собственному телу до такой степени, чтобы отдаться первому встречному альфе.

Попытка сдвинуть Артура с себя у меня провалилась. Его голова весила будто целую тонну. Я отталкивала ее ослабевшими дрожащими руками и злилась. Злилась. Злилась.

— Да, слезь же ты с меня!

Отвращение к самой себе было таким сильным, что глаза защипало от поступающих слез. Атласов наконец-то пошевелился, приподнялся на руках и посмотрел прямо мне в глаза, своим темным, с еще тлеющими угольками возбуждения взглядом. И хоть он все еще был голодным, диким и заставляющим жар снова растекаться между ног, он не был пугающим. Наоборот, он словно потеплел, уверял, что теперь все будет хорошо.

Что о тебе позаботятся, омега.

Я была безмерно благодарна Артуру за его самоконтроль, за то, что смог сдержаться. Не воспользовался моим безумием. Если бы он сорвался...

Прогнать картинки о том, как альфа с рычанием возьмет свое, проникнет глубоко и резко и изольется внутри меня своим семенем, оказалось просто невозможно. Только начавшая успокаиваться омега внутри, снова оживилась.

Вокруг пахло сексом, мускусом, и еще чем-то, что грозилось снова вырубить мой мозг. Мужским телом. Пахло Артуром.

Альфой.

Я мотнула головой и сжала зубы.

— Не смотри на меня так! — Рыкнула я, собирая все свое самообладание.

Я оттолкнула Атласова от себя, неуклюже выползла из-под него. Где-то там валялось мое нижнее белье и джинсы, но из-за пелены злых слез я не могла их найти. Хотелось уползти в самый темный угол, свернуться там клубком и исчезнуть.

Скорее всего со стороны я выглядела очень жалко, ползущая прочь на четвереньках, при этом пытающаяся натянуть на голую задницы свитер, чтобы прикрыться. По бедрам текли мои же соки. Из глаз текли слезы.

Кто бы знал, как я себя ненавижу. За слабость, за то, что не справилась!

Я ненавидела омегу внутри себя.

— Ну и куда ты ползешь? — Послышалось откуда-то сверху.

Действительно, куда я ползу? Прочь, подальше от тебя, чертов альфа, что свел меня с ума! Тебя я тоже ненавижу. За то, кто ты и что снова ворвался в мою жизнь!

Свою жизнь я тоже ненавижу.

Только дайте мне выбраться отсюда, и я сбегу. Куда-нибудь подальше. В горы, в лес, в глухую деревню, где живет десять человек и то, одни старики. Будем чаи гонять, печку топить, носки вязать, пледы.

На меня опустилось что-то большое и мягкое, накрыло теплым облаком и подняло вверх. Сопротивляться не было ни сил, ни желания. Хуже уже не будет, не могло быть! Поэтому я позволила укутать себя поглубже. Обнять. И понести куда-то, мне было все равно куда.

Артур сгрузил меня на диван, подоткнул плед мне под голые ноги и ушел. И я поймала себя на ощущении, что мне не хотелось, чтобы он меня покидал. Хотелось снова оказаться близко-близко, утонуть в его запахе и почувствовать, что обо мне позаботятся.

Если бы Артур был моим альфой...

Всхлип вышел чересчур громким и жалким. Будто котенку наступили на хвост.

Я завалилась на бок и подтянув к себе колени, уставилась в окно. С такой высоты было видно только небо и несколько других высоток. Очутиться на "седьмом небе", так назывался этот жилой комплекс, и не испытать ни капли восторга и счастья. Так могу только я.

— Валь, привет. Выручай, — я невольно встрепенулась от голоса Артура, который бродил где-то на кухне. Но чтобы увидеть альфу, мне нужно было привстать, что сделать я была не в состоянии. Удовлетворение и жалость к себе размазали меня по мягкой обивке дивана.

Я всего на мгновение закрыла глаза, краем сознания прислушиваясь к голосу Атласова, не вникая в суть, просто позволила его бархатистому тембру убаюкать меня. Плед, которым Артур меня накрыл пах им, диван пах им. Я сама пахла им.

Альфой.