Глава 30

Рой Фриген действительно выполнил свое обещание – во время перерыва ко мне подошел смуглый темноглазый парень в форме королевского охранника. – Вы хотели меня видеть, – тихо сказал он. Оглянувшись, я убедилась, что никто из виксаров на нас сейчас не смотрит. – Вы – Трейс? – Он самый. – Отойдем на несколько минут? – Пожалуй, можно. – Он кивнул в сторону колонн, чтобы я шла за ним. Оказавшись на достаточном расстоянии от присутствующих на переговорах людей и виксаров, мы остановились. И я слегка замялась, раздумывая, как начать разговор. Хотя вчера вроде бы все для себя решила. – Дело ведь не в Гелане Тавир, верно? Мы с ней раньше почти не общались, – опередил эспер мои вопросы, заметив сомнение. – Да, не в ней, – пришлось признаться мне. – Я хотела поговорить про миссию Ондо. Вы же участвовали в операции на Хартоне. – Верно. – Трейс внимательно смотрел на меня. – А вы были знакомы с капитаном К’сондером? – С чего вы вдруг спросили об этом харте? – Он рассказал, что его вынудили слить информацию о грузе, – приврала я. – Сейчас не время это обсуждать. – Трейс нахмурился. – Что вы вообще хотите от меня услышать? – Вы воздействовали на К’сондера? – Я блефовала. – Я лишь выполнял приказ, – уклончиво ответил агент управления. – Чей приказ? – Да какая уже разница? Все в прошлом, да и миссия давно закрыта. – А почему вы потом перешли в другую команду? – продолжила я расспросы. – По личным мотивам. Вам этого достаточно? Простите, мне надо возвращаться… – Он развернулся, чтобы пойти к другим охранникам. – Постойте, это же Максвелл Дейтон отдал вам тот приказ? – неуверенно спросила я вслед. – Потому вы потом с ним и поссорились? – Я сам от него ушел. Не люблю, когда в погоне за должностью подставляют других людей. – Он обернулся и тут же добавил: – Всего хорошего, нерия Фирс. И будьте осторожнее с виксарами, они явно что-то замышляют. Он не стал продолжать разговор. Но мне больше ничего и не требовалось. Я и так услышала все, что хотела, и факты выстроились в логическую цепочку. Я словно прозрела, хотя перед тем уже догадывалась, кто настоящий виновник моего увольнения. Но зачем он вытащил меня потом обратно? Только ли из-за моих отношений с Хаммером, или же существовала и другая причина? – Что ты здесь делаешь, человечка? – раздался за спиной низкий голос. Я повернулась и увидела лорда Дарлиона, который явно был не в настроении. – А я вам докладывать не обязана. Разве перерыв закончился? – Всех уже позвали в зал для совещаний. – Где же сам лорд Шеннер? – Отошел куда-то со Старком. И почему я обязан всех искать? – Я вообще не знаю, что входит в ваши обязанности. – Я пожала плечами. Интересно, где и правда носит Кэссиана? Что за секреты с безопасником? Направляясь за Тейвелом, я думала о наболевшем. Но предстоящее продолжение переговоров путало мысли, голова разрывалась и от других вопросов, помимо затаенной обиды. Встреча правителей длилась с утра, и я порядком устала, хотя сама почти ничего и не делала. Бессонная ночь и постоянное моральное напряжение давали о себе знать. Я так и ожидала некоего подвоха – недаром здесь находились агенты КРАУ. Конечно, я предупредила Кэсса об опасности, но… Усевшись на свое место в боковой лоджии как секретарь Шеннера, я подняла глаза и заметила появившегося в зале Фредерика Айдона в сопровождении нескольких мужчин в темных костюмах и со всевозможными гаджетами. Конечно же, король не контактировал с Кэссианом напрямую. Они разговаривали с левитирующих трибун, снабженных защитным полем, – оба обезопасили себя от покушения. В это время я вместе с Дарлионом лишь наблюдала все со стороны. Услышав гомон, я обернулась и увидела, как в помещение входит Кэссиан. Он ступил на антигравитационную платформу, вокруг которой сразу включилось мерцающее сияние. Трибуна неторопливо «поплыла» в центр зала, а я активировала записывающее устройство, ведя стенограмму публичной части переговоров. Темы выдвигались все те же, что и в первой половине встречи: создание нейтральной зоны космоса между официальной границей Эльтара и туманностью, передача кораблей и сдавшихся в плен экипажей… Я плохо видела со своего места самого Кэсса, лишь слышала его голос, звучавший сейчас немного хрипловато. И немудрено, если учесть, сколько ему пришлось говорить. А может, он простудился вчера на берегу. Шеннер справился бы с переговорами и без моего участия, но зачем-то притащил сюда меня. Наверняка сделал это, чтобы еще больше убедить в своей правоте и гнусных намерениях конфедератов. Но часть беседы проходила в личном порядке и не озвучивалась. Дальше я не слышала, что именно говорил Кэссиан. Но догадывалась – речь идет о тех кораблях, которые сейчас находились на тайной базе кронексиан и добровольную сдачу которых Фредерик не торопился всем афишировать, желая вернуть их без лишней огласки. Ими Шеннер и шантажировал Фредерика, вынуждая пойти на его условия. Наверное, этот козырь он имел в виду, когда сказал, что все под контролем? От возможного ментального вмешательства короля Эльтара защищал личный эспер. Обычно на всех важных переговорах присутствовал подобный человек, изредка на такие встречи даже посылали агентов нашего управления. На сей раз эспером была женщина из свиты самого Айдона. Высокая, лет сорока, с длинными темными волосами и беспристрастным лицом, она сидела неподалеку от главы совета. И на первый взгляд можно было подумать, что она – лишь одна из членов делегации. Но я хорошо чувствовала, как женщина создавала невидимую стену, блокируя любые воздействия виксаров и не позволяя влиять на эмоции своего короля. Перед каждым из нас находились небольшие экраны, но сейчас они ничего не показывали, и я вообще не обращала на них внимания, отвлекшись на Шеннера. Но в какой-то момент с эмоциями окружающих стало твориться неладное, я ощутила усиливающуюся тревогу и удивление. Потом передо мной активировался дисплей. На нем включилось признание капитанов кораблей, которое демонстрировал мне перед тем Кэссиан. Военные рассказывали, что на самом деле происходило во время космического сражения. Такую же картинку видели и остальные. Устройства позволяли каждому из находящихся в зале это слышать, но вот сам Фредерик не подозревал о происходящем за его спиной, продолжая что-то язвительно доказывать своему оппоненту. Я удивленно перевела взгляд на королевского эспера. Она держалась из последних сил. Но неожиданно растерялась, и ее способности дали сбой. Ментальная защита дрожала и периодически исчезала. До меня доносились отголоски личных эмоций. И что-то ее сильно злило. Уж не знаю, кого она увидела, может быть, одного из своих знакомых… Я вдруг почувствовала ее желание заставить Фредерика сказать правду. И напряглась, уже подозревая, что это – часть хитрого плана Кэссиана. Так оно и получилось. Двое виксаров из охраны Шеннера мгновенно подхватили чувство эспера, в разы усиливая стремление надавить на короля. И Фредерика Айдона понесло совсем не туда. Слово за слово он перешел к прямым оскорблениям. Они громко звучали с его трибуны. Айдон говорил, будто специально выставил Шеннера в негативном свете, проклинал день, когда тот пришел к власти. В нем так и полыхали ненависть и злоба, естественно, преувеличенные за счет постороннего давления; и все же это были его чувства… – Тебе отсюда не уйти, космопорт под контролем! – выкрикнул Фредерик, признаваясь в том, что должно было оставаться секретом до последнего. – Ваше величество, остановитесь! Почему-то включилась общегалактическая трансляция! – встревоженно окликнул его один из советников. – Что? О чем ты говоришь? – Король Эльтара повернулся к боковой лоджии. – Какая-то ошибка, сбой в системе… – оправдывался техник-эльтарец. – Это не ошибка! Даже сейчас, когда мы договорились обсудить все мирно, ты нарушил условия соглашения и позвал сюда агентов конфедерации. Пусть теперь вся Эрея послушает, какой ты на самом деле искусный оратор, а я улетаю, мне здесь больше делать нечего, – с насмешкой бросил Шеннер королю Фредерику. Скраг, да это все театральная постановка! Заранее продуманный спектакль, в котором каждому отведена своя роль. Вот только какая роль у меня? Почему Кэсс не предупредил о готовящейся провокации?! Я хотела бы задать ему этот вопрос напрямую. Но не успела даже опомниться, как в зале совещаний начался небывалый переполох. Замаскированные агенты КРАУ достали оружие, запрещенное правилами проведения переговоров; охранники короля блокировали выходы. Но виксары заготовили свои сюрпризы и палили в ответ из скрытых в костюмах страйков. Кто-то бросил дымовые шашки – и огромное помещение окутали густые клубы дыма, в котором мелькали лазерные лучи и чьи-то лонкеры. Самого короля быстро увели с места конфликта… Я тщетно металась по залу и искала в создавшейся кутерьме Кэссиана, не понимая, что делать дальше. Старалась его почувствовать. Но в такой суматохе не могла нормально сосредоточиться, да и он сам не выходил на контакт. Когда кто-то схватил меня за руку, я даже заорала от неожиданности. – Бежим отсюда, если жить еще хочешь! – увлекая меня в боковой проход дворца, на ходу бросил мужчина. И я поняла, что меня силком тащит куда-то Фриген. – Отпусти, я вообще не с вами! У меня совсем другой приказ! – Я резко дернулась, пытаясь вырваться из его захвата. – Нет у тебя никакого приказа. Я выяснил – тебя сюда не отправляли. Проклятье! Успел, зараза, связаться с нашими! Так и думала – долго мой обман не продержится. – Я никуда не пойду! – закричала я, осознав, что уговаривать его бессмысленно. Сейчас мне хотелось лишь знать, где находится Кэссиан, больше абсолютно ничего не волновало. – Зачем ты это делаешь?! – Жизнь твою спасаю. Скоро ты будешь в безопасности… Применив прием ден-тау, я все-таки вырвалась из его хватки. Но не учла, что у профессионального агента есть и другие способы воздействия. Я едва успела заметить руку, в которой находился серебристый стержень. Мое плечо пронзило болезненным разрядом. Тело больше меня не слушалось, обмякло и замерло. Лишь в голове еще проносились рваные мысли, сопровождаемые смутным предчувствием неприятностей. В глазах резко потемнело, и я почти ничего не ощущала. Затем и вовсе вырубилась, потерявшись в потоке собственного отчаяния. ⁂Сознание возвращалось постепенно. Я пока не могла двигать конечностями, но уже все понимала и слышала окружающие меня звуки. – Я доставил твоего похищенного эспера в целости и сохранности. С тебя теперь причитается, – говорил кому-то Рой Фриген с явным облегчением. Нет, он и впрямь предполагал, что спас меня от Шеннера?! – Благодарю за помощь, коллега. Позже сочтемся, – раздался довольный голос, который я сразу узнала. Макс Дейтон, чтоб его скраги рогатые драли! Меня усадили в какое-то кресло. Мужчины продолжали говорить, но голоса постепенно отдалялись. Темнота перед глазами медленно рассеивалась. После удара парализатором спину немного ломило. Икры ног сводило спазмами, голова противно кружилась, и виски надоедливо пульсировали. Первое, что я увидела, приходя в себя, – ярко-голубые глаза киборга. – Джил, ты в порядке? – Рико склонился надо мной. – Ты тоже здесь! – выдохнула я то ли с облегчением, то ли с сожалением. Конечно, я была рада, что его забрали с исследовательской станции. Но при этом мне отчаянно хотелось вернуться обратно или хотя бы узнать, чем закончилась потасовка, спровоцированная виксарами на переговорах. – Я уже несколько дней с командой. Нас срочно перебросили из системы Джеона. А потом Максвелл узнал, что ты тоже, оказывается, на Страссере вместе с переговорной группой из Кронекса, – пояснил он. – Помоги мне подняться, – сипло произнесла я и закашлялась. Мы находились в общей кают-компании. Кто-то из команды пытался заглянуть в дверь, чтобы убедиться в моем «чудесном» возвращении. Но Рико никого не пускал внутрь, пока я окончательно не отошла от неприятного воздействия. Все это время киборг проявлял рвение, чтобы поскорее привести меня в чувство. Сжав пальцами запястье, измерил с помощью собственных датчиков мои давление и пульс. Принес мне воды и проверил рефлексы. Но я не чувствовала никакой благодарности. Было как-то все равно. Хотелось поскорее сбежать со спейсера, чтобы найти Кэссиана. Я была готова мчаться сквозь тьму, наплевав на сомнения, только бы убедиться, что он жив. Лететь в любой край галактики, чтобы снова услышать его голос, который все эти годы я пыталась игнорировать – и не получалось, как ни старалась. Каждый раз я невольно возвращалась к мыслям о нем, хотя и гнала их прочь. Прав он был в своих делах или нет, я всегда испытывала к нему сильные чувства. Абсолютно разные. От слепой ненависти за убийство, которого он не совершал, до щемящей тоски по недолгой совместной жизни, где он являлся самой яркой звездой – моим единственным мужчиной и любовью. На протяжении нашей разлуки я мечтала вновь оказаться рядом с ним, как раньше. Пусть и понимала – это невозможно. И сейчас, когда все вдруг изменилось, неожиданно до меня дошло, что я так и не сказала ему самого главного. Не сказала о своем происхождении и способностях, из-за которых меня, скорее всего, и пытались ликвидировать, как когда-то маму. Умолчала о настоящих чувствах, родившихся давно и вспыхнувших с новой силой вчера, когда я испугалась, что могу потерять его навсегда. Наша связь с ним возникла не просто так. Он определенно любил меня тогда. И лишь потому мы смогли выстроить невидимый мост, связывавший нас сквозь космическое пространство. Надо было и раньше слушать зов сердца, а не глупый разум, иногда выбрасывающий свои фокусы. Еще на Терминусе стоило признаться, кто я такая! Мне очень хотелось это сделать, но я поступила наоборот. – Не отпускай меня, – шептала я Кэссу накануне прилета Эндера. И думала вовсе не о том, что он собирался менять шпионку на флот. Просто желала остаться вместе с ним под любым предлогом. Он так и не признался мне в любви. Но запись, показанная им, говорила лучше всяких слов. Иногда слова ничего не означают – только поступки. Блуждая столько времени во мраке, я вдруг снова обрела смысл жизни. Стал бы Кэсс так рисковать, если бы я вчера сказала то, что думаю? Никогда не поймешь, когда тот самый подходящий момент. А ведь порой своевременное признание может изменить линию судьбы… Но бежать со «Звездного ветра» я, к сожалению, сейчас не могла. Судя по нарастающему гулу двигателей, спейсер уже находится в космосе. Несмотря на уговоры Рико еще немного отдохнуть, я собралась выйти. Но неожиданно в каюту вошел Макс, остановился напротив и устремил на меня самодовольный взгляд своих красивых антрацитовых глаз. – Как же я рад, что ты жива и здорова, Джил! – театрально воскликнул он. – А уж я как рада, не могу передать словами, Макс. – Я скривила лицо. Рука так и чесалась влепить ему затрещину, которую он давно заслуживал. Я едва сдерживалась, чтобы не озвучить свои мысли вслух. Но старалась не подавать вида, что мне уже известно о старой подставе. – И как это Шеннер оставил тебя в живых после нашего прошлого побега? – Как видишь, он мне ничего пока не сделал. – Я развела руками. До меня смутно доходило, что Кэссиан предвидел такую вероятность событий. Поэтому и говорил, чтобы я держалась от него подальше, не выдавая нашу связь. Этим он хотел лишь меня защитить, а я не понимала его расчета. – Хорошо, что мы вовремя тебя вытащили! – Лучше и не бывает, – процедила я и спросила: – Куда мы сейчас летим? – Догоняем один корабль. – Дейтон ухмыльнулся. Я нервно сглотнула, пытаясь разгадать истинные намерения коммандера. В них явно заключалось коварство. Дейтон ничего не делал просто так, а имел на все свой план, причем с самого начала. Иначе не стал бы возвращать в управление уволенную агентку. Дело-то было вовсе и не в моих способностях эспера… Оттолкнув Максвелла, я выбежала из кают-компании в коридор. Промчалась мимо недоумевающих оперативников, Геланы Тавир и, ворвавшись в рубку управления, словно разъяренная самка эрмау, остановилась напротив главного экрана, занимающего половину стены. – Где Шеннер? – крикнула я, обращаясь к Тео Саффорду, находившемуся сейчас в кресле навигатора. – Скажи, он улетел с планеты? – Да, стартовал несколько минут назад. – Тео кивнул на окошко в углу дисплея, не отвлекаясь от управления спейсером. – А ты что же, за него волнуешься? – сыронизировал догнавший меня Макс. Я решила промолчать, никак не отреагировав на его колкий тон. Быстро усевшись в другое кресло, активировала сделанную недавно запись, на ней был знакомый космопорт. Съемка велась на большом расстоянии, поэтому лица бегущих к кораблям были совсем неразличимы. Но плащ Шеннера и редкую модель звездолета, на котором мы прилетели с «Нулевого затмения» на встречу, все равно узнала. Аппарат поднялся с посадочной площадки. Почти сразу улетел и корабль лорда Дарлиона. А за ними, отстреливаясь от преследования, рванули в воздух истребители. Промчавшись над морем, точно белые форсии, они прикрывали звездолет своего правителя. Ушел… Он жив… Пусть мы и оказались в отдельности… Знал ли Кэсс, что меня забрал с собой агент КРАУ? Искал ли? Или просто спасал свою жизнь, не в силах изменить ситуацию? Я не могла знать наверняка. Думаю, кто-то из виксаров точно видел меня и сказал ему, что мы улетели. Так, спокойствие, Эрджи… Конечно, все получилось неожиданно, но пока ситуация вполне терпимая. – Ты останешься здесь, Джил? Разве не желаешь отдохнуть в своей каюте? – нахально отвлек меня от наблюдения за космосом коммандер. – Я совсем не устала, – сказала я, повернувшись к Дейтону и смерив его холодным взглядом. – Что-то не вижу счастья от моего возвращения. – Как же, я безумно счастлив. – Он нацепил насквозь фальшивую улыбку. Но в рубку вдруг пришел Рико, перебив все мои вопросы. По приказу Дейтона киборг уселся в кресло наводчика, надев на себя виртуальный шлем. – Мы ведь еще в секторе Страссеры. Кого ты хочешь догнать? – Догадайся сама, Джил! Такой шикарной возможности заработать высшую награду нам больше не представится. – Глаза предателя сияли от восторга. – Ты же и раньше знал, что Шеннер не упустит возможности меня захватить?! – спросила я, решив прояснить для себя еще один факт. – Его послания на твой линк были весьма красноречивы. Конечно, я знал… – И передал ему сообщение с координатами исследовательской станции, где мы с Рико заправляли баллоны? – продолжала я. Максвелл склонил голову, пытаясь понять, к чему я веду. – Потому в тот день и опоздал, не забрав нас с Рико вовремя?! – Мы опоздали вовсе не поэтому, – ответил за Дейтона Саффорд. – И почему же? – Я нахмурилась. – Неужели думаешь, что пока вы с Рико устраивали идиотский спектакль со старухой Лирэнс, мы все сидели на рудниках без дела? – заявил Дейтон. Он важно уселся на край панели, скрестив руки на груди и вздернув нос. – Чем же вы там занимались? – со злостью отозвалась я. – Я отправил в исследовательский центр корпорации своего человека… Максвелл хотел было продолжить свой рассказ, но в это мгновение компьютер сообщил, что искомый объект уже в зоне досягаемости. – Он нашелся! – услышала я взволнованный голос Тео. – Чудесно! Вот и наша главная цель, – обрадованно выдал Макс, поднявшись и выжидающе уставившись в монитор, где радары высветили корабль. Корабль Кэссиана Шеннера… Что?! Почему Кэсс до сих пор не в гипере или не на своем неприступном дредноуте? Наверняка в момент взлета ему что-то подбили… И где весь его боевой эскорт?! Мое сердце больно зашлось тревогой. – Ты специально использовал мое похищение как основание, чтобы Хаммер отправил тебя к месту переговоров? – Ко мне пришла очередная догадка. – И координаты Шеннеру перед этим слил! Хотел использовать меня в качестве наживки, Макс? – Не преувеличивай, Джил. – А я и не преувеличиваю! Не с твоей ли подачи конфедерация разрешила убийство лорда Шеннера?! Кто мог подкинуть им такую дурацкую мысль? – Считаешь, он не заслуживает смерти? Я хотела было крикнуть, что Дейтон сам заслуживает худшей кары за свои поступки. Но в этот момент компьютер вдруг доложил о неполадках. – Кому-то надо сходить в технический отсек и подправить настройки, – сказал Саффорд, продолжая преследовать корабль Кэсса. – А давай ты сходишь, я тебя заменю, – предложил Максвелл, и в его голосе я услышала предвкушение предстоящей схватки. – Думаю, время пока есть. – Тео покосился на экран. Он поменялся местами с Дейтоном и покинул рубку управления. И у меня в голове что-то щелкнуло. – Разве у нас нет механика? – раздраженно спросила я. – Наш механик временно отсутствует, – пояснил Рико. «Думаешь, мы сидели на рудниках без дела? Я отправил в исследовательский центр своего человека…»– всплыли в памяти последние слова Дейтона. Вслед за ними перед глазами возникли картинки из нашей совместной разведки, когда мы находились на «Нулевом затмении». А к ним добавился до боли знакомый голос нашего рыжика Кита: «Я отсижусь на складе, найдите меня потом…» Мысли продолжали атаку, но уже строгим тоном Шеннера: «Симбису известен код дверей на складе? Он знал его сразу…» – Ты отправил Кита в качестве добровольца?! – Я подскочила к Дейтону. – Он сам был не прочь поучаствовать в эксперименте… Но потом мы потеряли его след… – Дейтон даже не смотрел на меня. – Сволочь! Кит просто не умеет отказывать, а ты подставил его, подвергнул сумасшедшей опасности! – заорала я. – Знал ведь – он останется без тела и может вообще не вернуться. Ты хоть представляешь, что с ним?! Я постаралась отдышаться и продолжила: – Ты и меня подставил с легкостью! Неужели ради проклятой должности главы управления готов жертвовать людьми, отправляя кого-то на верную смерть?! – Просто заткнись, ты мне мешаешь! – раздраженно прошипел Дейтон. – Что?! Я тебе уже мешаю?! Я подскочила к коммандеру, молотя его руками по спине и плечам. Когда я поняла, кто такой Уголек на самом деле, нервы не выдержали. Мне хотелось убить Дейтона – в прямом смысле этого слова. Разум застилали ненависть и отчаяние. Максвелл и Кэссиана преследовал не просто так, а намеревался уничтожить, чтобы исполнить главную в своей жизни миссию. И делал это исключительно из личных амбиций. В каком-то смысле он был намного хуже злобного тирана Шеннера, которого боялась звездная конфедерация, но который и впрямь защищал свой народ. Как же я сразу не рассмотрела эту подлую натуру, с моим-то чутьем?! – Успокойся, идиотка! Потом пообщаемся! Сейчас мне не до тебя! Дейтон прекратил мою истерику очень просто: ударом в плечо, а затем и в лицо, отбросив меня на пол и едва не нокаутировав. Схватившись за место, куда попал скрагов кулак, я смотрела на него снизу вверх, полыхая лютой ненавистью, на какую только была способна. Во рту появился металлический привкус, голова гудела, как неисправный двигатель. Все мои чувства сконцентрировались на подонке Дейтоне. Слишком уж сильным оказалось неприятие новых фактов. Когда-то, умирая в капсуле, я чувствовала лишь непонимание, почему все так обернулось и Шеннер вдруг изменился. Сейчас же понимала все прекрасно. Дейтон с самого начала был продуманным до мозга костей типом, не гнушавшимся никакими ужасающими поступками, чтобы добиться своей цели. Он бы и меня убил без зазрения совести, если бы увидел в этом выгоду. – Объект в зоне поражения, – безразличным тоном сообщил Рико. – Отлично! Сейчас мы его и подобьем! Включи режим невидимки! – Выполняю, – отозвался киборг. – Нет, Рико! Нельзя это делать! – Я попыталась встать. Я должна была предотвратить худшее. Но голова предательски кружилась, и тело после парализатора, а теперь и удара Дейтона меня почти не слушалось. Перед глазами стояла густая пелена, закрывая весь обзор… «Ты же знал, что тебя хотят уничтожить! Неужели так просто поддался?!» – взывала я к Кэссиану, надеясь, хоть он сможет меня сейчас услышать. – Готовлю вортекс-пушки к бою, – прорывался сквозь мои мысли голос Рико. – Обходи его с уклоном десять градусов. И запись не забудь включить… – командовал Дейтон, который закрыл рубку и сам выполнял роль пилота. «Улетай срочно! Сейчас в твой корабль выстрелят! Пожалуйста, скажи, что ты меня понял! – мысленно просила я Кэсса. – Дай им отпор, скраг тебя побери! Я умру без тебя, ты это понимаешь?» «Ты ведь обещала не волноваться за меня», – раздался немного насмешливый, но напряженный голос Кэссиана в моей голове. «Ты сейчас на звездолете или уже на дредноуте?» «Я сейчас с тобой, Эрджи… Я всегда буду с тобой…» Пространство каюты зазвенело напряжением. – Стреляй же! Не медли! Иначе будет слишком поздно! – крикнул Дейтон. – Рико, не смей его убивать! – Цепляясь слабыми руками за кресло наводчика, я поднялась. – Не слушай Дейтона, он совсем спятил от жажды власти! Не стреляй в Шеннера! Ты ведь мне сейчас подчиняешься, а не какому-то придурку! Ты работаешь со мной! А я приказываю остановиться! – Шеннер представляет для тебя угрозу, Джил. Я должен защитить тебя от него – это мое личное решение, а не приказ коммандера. Моя система требует избавиться от Шеннера сейчас, когда тебе плохо. – Рико будто и не слышал меня. – Нет! Скрагов код! – завопила я, отчаянно цепляясь за кисти киборга, чтобы оторвать их от панели. Но действие было равносильно тому, что гнуть руками закаленное железо. В голове затикал пульс, будто пошел последний отсчет, – я вспомнила ужасное видение, которое возникло в момент взлома системы Рико. Из активированных пушек спейсера в пространство ушли силовые заряды, преследуя корабль. Впереди мелькнула яркая вспышка взрыва – и меня охватила безудержная боль. Словно я только что достигла горизонта событий и теперь летела на максимальной скорости в черную дыру, разрываясь на мелкие кусочки. В раскладе ничего нельзя было изменить. Я сама нарисовала эту линию судьбы, вмешавшись в систему Рико… Ненавидеть машину за то, что она действовала согласно программе, я не могла. Зато отвращение к Максу Дейтону вспыхнуло яркой сверхновой. Чтобы не видеть медленно летящих по космосу обломков, вид которых вызвал лавину безысходности и ощущение грандиозной потери, я закрыла глаза. Будто хотела таким образом укрыться от новой ужасающей реальности. «Кэсс, ответь мне, пожалуйста, скажи, что ты жив», – умоляла я отчаянно. Но от связи не осталось даже отголосков – лишь мертвая тишина в голове. Наш ментальный мостик разорвался окончательно. Я больше не чувствовала Кэсса совсем, и это было вполне объяснимо. «Я всегда буду с тобой», – вторилось в голове глухим набатом. Вот только этим словам уже не суждено сбыться… Поднявшись, я выпрямилась и сжала пальцы в кулаки. Я не могла оставить ужасный поступок Дейтона безнаказанным. Он еще горько пожалеет, что однажды со мной связался. Впрочем, как и неизвестный убийца отца. – Ты больше не со мной, Кэсс, – хрипло прошептала я в тот роковой момент. – Нам уже никогда не суждено все исправить и начать сначала. Клянусь, если бы я только могла, то обратила бы время вспять, чтобы переиграть все события иначе и не позволить мужу погибнуть! Написала бы нашу историю заново, с чистого листа. Потому как любила Кэссиана Шеннера больше жизни, как бы ни противилась чувству. Но даже с моими способностями эленга это непосильная задача. Наверное, время – самая обманчивая вещь на свете. И все, что у нас обычно есть, – это настоящий момент, когда можно сделать нечто поистине важное, не надеясь, что в будущем представится еще один шанс. Иногда этих шансов попросту не бывает… Конец второй книги