13. Ураганное утро

«Умение ставить разумные вопросы — признак зрелости ума и проницательности.» (Иммануил Кант)

— Лель, мне страшно.

От такой фразы оборотень не то что проснулся, он подскочил в кувырке через голову. Сказаны эти слова были очень тихо, и даже спокойно. Но Ди пришедшая посреди ночи к нему под бок за поддержкой? Такое событие было способно пошатнуть этот мир.

Он впервые позволил себе спать не под дверью ее спальни, на коврике в виде зверя, а в постели своей на кровати и даже в трусах. И что же? Стоит в изголовье, как свечка, отсвечивая копной белокурых волос словно бы привидение.

— Ветерок, что случилось? Кто напугал вдруг бесстрашную Венди? Только не говори мне, что темноты испугалась.

Смешно. Авеморф — сова боявшаяся темноты. Но она даже попытки не сделала улыбнуться. Да что происходит?

Тоненькая белая фигурка скользнула к кровати.

— Можно?

— А когда было нельзя, моя радость? Иди сюда.

Вздохнув, откинул одеяло, малодушно надеясь, что девушка не заметит его вполне логичного состояния. Отодвинулся, выстраивая между телами преграду из оставшейся части постели. Он хоть и железный, но Ди явно нуждалась сейчас не в возбужденном оборотне под боком.

Нырнула, мерцая в темноте фиалковыми глазами. Прижалась дрожа. Проклятые Яги, о чем бы подумать таком неприятном...

— Так и будешь трястись и молчать?

Осторожно поцеловал ее в волосы.

— Ты сам не слышишь? Ураган.

— И давно ты пугаешься ветра?

Дом Вуруса стоял на огромной площадке над океаном. Внизу — сотни метров отвесной скалы. Вокруг — настоящий камчатский «танцующий» лес, из огромных и толстых коряжистых берез, будто замерших в ритме безумной джаги-джаги.

Шторм бушевал, ветер все усиливался, но «гнездо» Вурусов знало ветра и сильнее. Гигантские океанские волны бились в камчатские берега своими огромными лбами, сотрясая полуостров. Стихия. Надо заметить, что за всю свою длинную жизнь Лер еще не видел подобного. Хотя, судя по поведению Вурусов, — местным жителям все это было привычно.

— Лель, это не ветер. В Сумерках ураган. Сам послушай.

Да, привычное каждому иному магическое измерение словно взбесилось. Не вытянуть из него даже толику магии. Разве что, оборот им остался доступен сегодня. Но и это не страшно, совсем не впервые.

— Ей, птичка. Зачем ты испугалась? Я же здесь, рядом.

Молча кивнула, вдруг вздрогнув. Обнял ее плечи. Ну что с ней поделать? Не мог Гуло заставить себя видеть в ней только коллегу. Ему давно уже было все очевидно: и то чем закончится эта история, и даже крутые ее повороты. Они с Венди неизбежно окажутся в одной постели и совсем не друзьями. Он не будет ее торопить, в этом просто нет смысла.

— Знаешь, мне снова приснился страшный сон.

Лер напрягся, осторожно провел пальцами по ее правой ладони. Его подарок: помолвочное кольцо-артефакт на защиту было на месте.

— Нет. Мне снился ты, и еще один кто-то. Два страшных зверя сцепившиеся в страшной драке. Жутко, насмерть.

— М? Я, конечно же, стал победителем? Не сомневаюсь.

— Я проснулась. И пришла сюда. Поцелуй меня, Лель.

Маленькая искусительница. Она тянулась к нему как котенок к теплой печке, грела свой продрогший бочок и холодные лапки. А ему как все это вытерпеть, вот скажите, проклятые и похотливые яги?

Неторопливо и нежно прижался губами ко лбу.

— Нам вставать не пора, Ветерок? Там Вурус прислал вчера какое-то невероятное количество информации. Я даже не стал начинать изучать. Все равно мне уже не уснуть. Как считаешь?

— Есть хочу теперь.

Поцеловал свою птицу в висок, отводя прядь белых волос за ухо, смотря прямо в глаза. Они замерли, пристально глядя друг на друга.

— Пойдем. Только ты первая, я в душ. Нужно немного остыть. Разбуди кухню, она среагирует на тебя и попроси два кофе. Остальное я сам.

Молча кивнула, вставая, пошла и уже от двери оглянулась на Лера, скользнув тонкой рукой по ребру косяка.

— Лель, а скажи ты... ты меня все еще — замялась не пару секунд словно бы размышляя над формулировками — любишь?

Явно не это хотела спросить. Лер едва удержался от смеха. Вот скажи как, Создатель, эта женщина умудряется быть одновременно и властной бессмертной великой, следователем, инквизитором, просто крупным специалистом и девочкой лет шестнадцати? Вот уж не повезло ему с его вечной любовью. Хотя... Других таких точно нет больше во всей нашей Вселенной. Сорвал Гуло джек-пот.

— Тебе продемонстрировать, Ветерок? Ты уверена?

И стал медленно отодвигать от себя одеяло.

Ее хватило ровно на пять секунд. Глаза округлила свои фиолетовые, лицо закрыла руками и рванула на кухню под его тихий смех. Невозможная.

Маленькое и забавное утреннее происшествие его немного расслабило. Пять утра, самое время вставать и трудиться.

Вчера он умышленно отговорил Клавдия хвататься за аналитику ситуации в регионе. Они очень устали: произошедшее с Ладом совершенно выбило из колеи даже таких закаленных бойцов, как их группа.

Только сейчас отчего-то Гуло вдруг стало спокойно. Друг жив и у них там все хорошо быть просто обязано, как это ни странно звучит. А значит — настало время работать, терять драгоценные часы больше нельзя.

Душ ледяной он конечно же принял. Но рабочие мысли выколачивали любовную дрожь ничуть не хуже этой нехитрой процедуры. Бриться не стал: этот процесс настраивал его всегда на лад благодушный и расслабленный.

Быстро вытерся, чувствуя всей своей кожей: там Венди наверняка уже насмерть сражается с кухней.

Не угадал: к моменту его тихого выхода на территорию эту волшебную и заповедную, (владения Ольги) узкая барная стойка уже украшалась источавшими божественный запах настоящего арабского кофе двумя тонкими фарфоровыми чашками на ювелирно — изящных блюдцах.

Гуло был кофеманом, именно Ди его и вовлекла в круг этого порока. Они умудрялись пить кофе где угодно и в любое время земных суток. Это стало давно ритуалом, во время которого, казалось, наступал резонанс двух умов и сознаний этих великих иных.

Многие годы эта странная пара общалась мысленно, зная друг в друге практически каждую клеточку. Они не раздражали друг друга, умудряясь даже теперь, когда их отношения так осложнились, обходиться без ссор.

— Что прислал Вурус?

Ди прервала тишину. Чужих ушей вокруг не было, и она ощущала физически: к ментальному разговору Гуло сейчас не готов.

— Уже у тебя на планшете. Гора информации, самой разношерстной. Сводки происшествий по Камчатскому краю за последние три года. Криминал, ЧС, эпидемии, пропажи людей, сейсмическая активность и погодные аномалии. Плюс данные от зоологов — атипичные миграции морской фауны, эпизоотии. Техногенные катастрофы, аварии и происшествия. Огромный стог сена, в котором нам предстоит найти невесть что, может даже соломинку.

— Да, кстати. Что мы в этом ищем? Я до сих пор не поняла, если честно, зачем мы здесь. Принести в жертву дракона? Разрушить парочку зданий, аэропорт, и свалить? Ничего внятного мы ведь так и не услышали.

Или Вурус рассчитывает, что мы одним лишь авторитетом московских гостей разрулим все проблемы Камчатки?

— Не считает.

Со стороны гостевых спален показалась блестящая гладким затылком фундаментальная фигура сиятельного Клавдия. Он не был в восторге от неоправданно — раннего пробуждения. Кла в принципе — не был в восторге.

В одних форменных лишь штанах, с толстовкой в руке, стоял у входа на кухню и щурился близоруко.

Он был самым старшим участников группы, их шеф. Многомудрый и древний, как весь этот мир. Говорят, Кла был титаном. Поговаривали даже — женат на богине. Но одно члены небольшой его группы знали безусловно и точно: Клавший не подводил их ни разу.

Если супруга его была общеизвестным оракулом, то сам титан давно стал ведущим и всеми признанным и непревзойденным аналитиком. Он делал безошибочные предсказания опираясь на логику, житейскую мудрость и ум, глубокий и гибкий.

— Аве, сиятельные. Детки, я хочу кофе и немножечко умереть. Вы зачем подскочили так рано?

— Ди испугалась бури.

Клавдий даже не удивился. Натянул на безупречный гладкий и мускулистый торс толстовку, потер ладонью сверкающий блик на лысине и шагнул мягко вперед.

— Я тоже. Представьте себе. Такое ощущение...

Тут дом ощутимо качнуло, свет на кухне погас, техника тоже вдруг перестала мигать всеми своими загадочными огоньками.

Еще толчок. Венди целеустремленно и молча добралась до самой надежной (на ее взгляд) части этого мира, оказавшись у Лера едва ли не на голове.

Посуда звенела, дом ходил ходуном. Что-то падало в комнатах, открылось окно, ветром жалюзи вышвырнуло из оконного проема прямо на Клавдия. Он едва увернулся.

Минута, другая. Все затихло. Дом медленно оживал. Техника громко попискивая подключалась, загорелась светодиодная полоса аварийного освещения. Клавдий запер окно, потирая поцарапанный лоб.

— Все на месте? Я в спальнях вас не нашла. Не пострадали?

Хозяйка дома, совершенно спокойная и сосредоточенная заглянула на кухню.

— Аве, Ольга. Чем это вытереть? Все еще обнимая Ди, Гуло стряхивал с нее остатки и чашек и кофе.

— Аве, потерпите немного я запущу помощника. Только переключу его на основное питание.

Она исчезла.

— И как они здесь живут? Это же не просто край света, это край света с крутыми препятствиями.

Свет погас окончательно, лишь из окна падал какой-то совершенного апокалипсический отствет ураганного утра.

Они успели сосчитать только лишь до пяти, и дом ожил. Воцарились порядок, тепло, запах кофе и горячей выпечки. Технически оснащенная по последнему слову чудо — кухня радостно попискивала устройствами.

Вернувшаяся хозяйка дома все внимательно осмотрела, нахмурившись.

— Я просила накрыть плотный завтрак на троих.

Дом виновато мигнул освещением, но ничегошеньки не изменилось.

— Мне кажется, там какая-то неисправность, Хель. Не стоит настаивать, мы разберемся.

Клавдий как-то очень тепло смотрел на эту ухоженную женщину. Даже по-родственному.

Она кивнула, вздохнув и занялась завтраком. В духовке уже допекались какие-то пирожки, оставалось всего лишь разлить кофе снова по чашкам, ничего сложного.

— А кстати, я все никак не пойму этой логики. — Ди удобно устроилась у невозмутимого Лера на могучих коленях и рассматривала кухню Вурусов. — Вообще этого дома. Откуда берутся продукты? Как выпечка оказалась сейчас в духовке? Это ведь какая-то уж совсем примитивная магия, верно? Если цикл прерывается неисправностью.

— Помните, виртуозно исполненные механизмы в духе стимпанк? Простое знание законов физики, ювелирное исполнение и как результат — шедевры техники на пружинном или паровом ходу. Здесь нечто подобное. У нас есть... была гениальная изобретательница, это ее произведение.

— Неужели никаких высших материй?

— Набор артефактов, простейшие заклинания, выстроенные в сложный цикл. Сломать это почти невозможно лишь небольшие поломки, которые дом скоро исправит самостоятельно, а самое главное: не нужно быть магом, чтобы все это использовать. Система как бы живет своей жизнью, подчиняясь хозяевам. Заказывает сам продукты, пополняет запасы, контролируя их качество и сроки годности, следит за порядком, сама готовит, я лишь формирую меню, сама следит за гардеробом и чистотой в доме.

— Изумительно. Это же... я видела только отдельные магические устройства, но не целые законченные системы, существующие автономно. Это же... просто Клондайк. Изобретение ведунов?

У Венди даже глаза загорелись.

— Нет, представьте себе, автор этого чуда морф. Была. Это единственный образец.

И Ольга отвернулась, доставая из духовки их завтрак и выкладывая его на большое круглое блюдо. Так она явно дала им понять: разговор, для нее неприятный, продолжать с ними она не намерена. Ди притихла.

Неловкую паузу оживлял лишь грохот налетевшего вдруг проливного дождя по ребрам крыши.

— Пойду проверю системные неисправности, это там, наверху. Приятного завтрака. Если еще что-то понадобится, просто позовите систему, его зовут ЛУ.

Лер поперхнулся.

— Он азиат?

— Это аббревиатура имени его создательницы. Хорошего утра.

Хозяйка быстро развернулась и удалилась.

Ди вопросительно взглянула на Клавдия. Тот пожал лишь плечами, вгрызаясь в изумительно пахнущий мясной пирог.

Что же, пришло время дела.