10. Клятва дракона

«Если двое людей должны быть вместе, они найдут путь друг к другу.» (Чак Басс)

Полный штиль. Максимум океанического прилива бы уже пройден, к утру океан отступит, обнажив полностью широкий черный пляж.

Полнолуние. Огромная круглая как блин Луна уже взошла и медленно выкатывала свое колесо к зениту. Очень скоро наступит «час икс»: по едва шевелящейся плоскости моря будет разлита серебристо — молочная дорожка пути Маргариты.

А ей еще нужно так многое себе сказать. Себе самой.

Она смотрела на этого странного мужчину, так внезапно вторгшегося в ее жизнь. Как долго косатка ждала его... Именно этого: могущественного, великого древнего и одновременно — такого сейчас уязвимого.

Алмазная нить его жизни лежала в ее руках. А Луна все всходила.

Пора начинать.

Медленно поставила кружку с горячим чаем на влажный песок, потянулась. Предстоящее уже не пугало. Ощущение правильности происходящего давало ей сил. Как там говорил Марк Аврелий?* Будь что будет.

Встала, открыла аптечку, минуту подумав достала небольшой шприц и ампулу. Запрещенное фенамин-содержащее вещество, мощнейший стимулятор. Никакие заклинания сейчас им не помогут, магическая медицина бессильна. Причина, по которой дракон не переходил в свою главную ипостась или хотя бы ее подобие, ей как врачу была совершенно непонятна. Хотя... прямо скажем, не каждый день ей приходилось иметь дело с древними и легендарными.

Расстегнула пуховой спальник, отодвинула датчики, обнажила бедро, невольно залюбовавшись совершенно божественным его телосложением. Хорош дракон был просто сказочно. Безупречен, прекрасен. Каждая клеточка тела — как произведение высочайшего искусства античности. Даже тыкать иголкой в него было прямо-таки святотатством.

Уколола, посматривая на данные с датчиков. Доза наркотика была действительно лошадиной. Медленно, очень медленно пульс учащался, активность мозга существенно возросла, — дракон просыпался.

Секунда — другая, она отвернулась, смотря на Луну. Время у них еще было, немного, но все же.

Шумный выдох заставил ее оглянуться, и тут же споткнуться о взгляд. Искристый, фосфорицирующе-голубой, тяжелый, как небо экватора, взгляд древнейшего из драконов. Близкий. Она упала в него, как в глубочайшую из пучин, безнадежно, стремительно, неизлечимо.

Да, не ошиблась тогда в предсказаниях ведьма. Это он.

Сидевшая рядом прямо на песке Маргарита молча протянула ему так странно связавший их артефакт. Маленькая безделушка, подарок от древнейшей из морских ведьм, снова загадочно замерцавший теперь уже в женской руке.

Дракон медленно сел, накрыв ладонью ее подарок. Еще очень холодной ладонью.

Он молчал, а она будто боялась произнести свое первое слово. Так и сидели: молча глядя в глаза друг другу, на берегу великого Океана. Он и она, мужчина и женщина.

Дракон снова резко выдохнул.

— Марго... Маргарита Вик...

Она быстро прижала его чувственные губы указательным пальцем, покачав головой. Он все понял.

— О произошедшем рассказывать мне не нужно. Я все слышал. Скажи лучше, что ты надумала. И почему... Нет, об этом позже.

Произнося это все он медленно разминал словно застывшие мышцы шеи и рук.

Маргарита задумалась. Врать смысла не было, — дракон явно не глуп.

— Прима аматор**. Есть такой древний ритуал, ты должен знать о нем.

Ладон вздрогнул всем телом, изумительно воззрившись на нее, как на новое чудо света. Она отвернулась, снова пристально разглядывая Луну.

— Все действительно так безнадежно? А где ты собираешься взять...

Тут на него навалилась невероятная мысль. Невозможная даже.

— Не смотрите так на меня. Пожалуйста. Да.

Голос женщины дрогнул, она продолжала смотреть туда, где светило небесное неумолимо поднималось все выше.

Женщине стало вдруг отчего-то мучительно-стыдно. Попыталась отгородится от него переходом на «вы», спрятаться, скрыться. Лучше бы и не будила дракона. Да только не было у нее под рукой никаких веществ, стимулирующих мужское либидо даже в умирающих.

Бесконечно нежные, крепкие руки мужские осторожно обняли ее сзади за плечи. Робко вздрогнула, дернулась отстраниться — не отпустил. Притянул к себе, прижал к драконьей широкой груди, словно закрыв от всех бед этого мира. Стало тепло и уютно, как дома. Тихий вздох прямо в волосы:

— Маленькая ты моя. Как же долго тебя я искал. Неужели мы встретились?

И Марго понимала всем сердцем, каждой частичкой бессмертного тела и женской души: он не лжет ей во имя спасения. Слишком Ладон этот был светлым. Но все равно напряглась. Не могла просто иначе.

Здесь и сейчас она не была больше блистательной Оркой*** Марго, единственной дочерью величайшего Виктора. Рядом с драконом сидела испуганная очень девочка, мучительно вспоминающая азы женской физиологии, исключительно для собственного спокойствия.

Как он понял?

— Посмотри на меня, сердце мое. Я хочу принести тебе клятву.

Марго удивилась. Развернулась к нему, тщетно стараясь смотреть только в глаза. Многоликие не стесняются обнаженности, просто... его совершенство мешало ей думать сейчас.

Дракон же смотрел на нее. С восхищением? Вовсе не с тем, что привыкла ловить она во взглядах всегда бывших рядом мужчин. Нет, так смотрят на чудо природы. Поймать такой взгляд от древнейшего из существ этого мира? Невероятно.

Ладон попробовал было проделать простую магическую манипуляцию, хотя бы одеться, чтобы девочку эту не очень смущать, но сразу понял: он полностью опустошен. Пустой, как стакан после бурной попойки. И физическая его сила сейчас тоже очень слаба.

Самым простым решением было теперь умереть. Не дать ей принести свою жертву. Так ему говорил холодный разум древней рептилии. Но Ладон не всегда был драконом. Кровь титанов, гордая и горячая громко кричала ему: вот она! Тоже мне «жертва» — обычное дело, с каждой женщиной происходит однажды! Ты искал ее столько лет, она сама пришла к тебе, неужели ты станешь отказываться?

Нет, не станет. Сейчас он был только титаном. Но титанова правда — закон его жизни.

— У тебя есть что-то острое?

Он вздохнул. Согласно правилам жанра нужно было сейчас романтично отращивать коготь, пускать себе кровь и все сделать красиво. Но... тут приходилось быть просто Ладоном.

— Не нужно.

— Марусенька, солнышко, не заставляй меня очень жалко кусать свою руку. Я все равно это сделаю, но некрасиво и больно. Ты же врач? Помоги мне.

Вздохнула, провела пальцем по зияющей у плеча ране дракона. Крови было достаточно. — Да, больше не нужно.

Поймал ее руку, задержав тонкие пальцы в своих.

— Смотри на меня, мне очень нужны глаза твои.

Послушно поймала взгляд, голубой и бесконечно-нежный.

Она была потеряна сейчас, а он был мужчиной, ведущим. Пора брать это все в свои руки, Ладон.

Погрузил палец в рану, даже видевшая многое врач и хирург дрогнула. Окровавленными пальцами провел по ладони левой руки, обводя кровью линию жизни.

— Жизнью и смертью дракона клянусь.

Марго гулко сглотнула.

— Зачем? Мне не нужно...

— Служить этой женщине и оберегать ее. Не принуждать никогда и ни в чем. Твое «нет» Маргарита, дочь племени Орка для меня и вовеки теперь нерушимо. Твое «да» — до конца моей жизни — священно.

Он протянул окровавленную ладонь: клятву нужно было принять. С огромным трудом она заставила себя прикоснуться кончиками пальцев к линиям крови на его безупречной руке. Алые капли друг стали сияющими и растворились, оставив лишь небольшое облачко света над их руками. Сама рана вдруг сжалась, полностью не закрывшись, но выглядя уже вовсе не так устрашающе.

Они снова молчали. Легкое прикосновение пальцев на лбу, движение вниз, нежно очерчивающее женские скулы.

— Моя золотая. Прости, но никаких жертв мне не нужно. Я очень давно тут живу, и знаешь... ушел бы спокойно. Если бы.

Спросила его молча взглядом.

— Если бы не нашел здесь тебя. Не смейся, просто почувствуй: — разве я лгу?

Нет. Она не собиралась смеяться и чувствовала его, как себя. Он не лгал и это было невозможно.

— Подумай теперь хорошо. Передо мной сидит женщина, которой я хочу посвятить свою жизнь. Ты готова?

Как он все перевернул!

До этой его странной клятвы все было так ясно и гладко: она — врач, все предстоящее ей сегодня — обычная магическая процедура. Ну хорошо — не обычная, но со вполне предсказуемыми результатами, устраивающими их обоих. Ведь так? А теперь, это древний и вечный, словно бы выворачивал ее душу, забираясь в самые потаенные ее уголки.

Маргарита зажмурилась, снова ощутив трепетные движения мужских пальцев на коже. Как касание крыльев бабочки. Они будили в ней нечто еще незнакомое.

Вздохнула. Дракон осторожно взял ее за руки, притянул к себе, развернул, усадил на колени (прикрытые спальником), осторожно обнял.

Он задал вопрос. И после его этой клятвы великий не будет спорить ни с одним из ее решений. Хорошо, пусть будет так.

— Да.

Очень тихо, почти беззвучно. Тихий смех прозвучал ей в затылок.

— Ты меня еще не проклинаешь?

— Не задавай мне вопросов, пожалуйста. На многие я не готова ответить.

— Последний. Один. Можно?

Он тронул рукой заколку на которой держалась вся ее замысловатая прическа: жгут — восьмерка, тугой, строгий и гладкий.

— Со мной сегодня ты волен делать все, что желаешь.

Усмехнулся.

— Только то, что мы оба желаем. Я слышу тебя и бессловно.

— Эмпат?

Женское любопытство способно проснуться и в самый разгар апокалипсиса.

— Это одна из самых страшных моих тайн. Менталист и эмпат. Но твоих мыслей я не читаю. Только чувства.

Он щелкнул заколкой, выпустив на свободу гладкий водопад темных волос. Марго стало вдруг легче. Дракон выдохнул восхищенно и резко.

— Ты, наверное, просто роскошный любовник. Очень красив и ...

— Да. По другому быть просто не может, подумай сама — он развел руками волну женских волос на две половины, обнажая девичью шею.

Мягкий поцелуй, заставивший косатку резко вздохнуть. Ей вдруг стало жарко.

Расстегнула застежку на куртке, сняла ее и была поймана на попытке раздвинуть молнию форменной блузки.

— Знаешь, за всю свою долгую жизнь я впервые сейчас ощущаю себя не любовником. Возлюбленным? Женихом? Даже не знаю. С тобой мне просто необходимо отдавать себя, ничего не получая взамен. Не лишай меня этого счастья. Пожалуйста.

Он произносил эти слова своим потрясающим голосом. Таким змей — искуситель соблазнял Еву на заре всех времен. Какая женщина может устоять перед драконом?

Марго и не собиралась.

Короткие касания губами шеи, горячее дыхание рядом и эти руки, медленно размыкающие молнию блузки. Будто случайно каменными запястьями накрывающие грудь. Она закрыла глаза вслушиваясь в себя, ловя эти новые ощущения.

Запрещенные и позабытые, словно закопанные.

Как давно она запретила себе быть просто женщиной слабой, желанной? С самого детства, наверное. Отец усиленно вводил ее «в курс политических дел» и она быстро усвоила: у нее не было прав на ошибку.

Первый мужчина «принцессы косаток» обязательно станет отцом наследника. Анатомия, физиология вида, судьба. Дракон об этом не знал. Вопросы задавать она запретила, пусть будет так. Марго же сама все решила.

Он раздевал ее очень медленно, чувственно и невообразимо нежно.

Кто бы мог подумать, что простое избавление от одежды может стать такой волнующей их обоих прелюдией.

Волна возбуждения скатывалась от затылка к хвосту. Марго улыбнулась: у нее не было сейчас хвоста, как удобно.

Дракон ласкал ее плечи, поглаживая, целуя, спускался все ниже, тихо щелкнул застежкой белья. Секундная пауза. Да, она напряглась, а он тут же почувствовал и незамедлительно остановился. Не лгал. Он вообще ей не лгал.

Расслабилась, сбросила тонкие лямки, закинула руки за голову, прислонившись к могучей фигуре дракона. Рваный вздох и горячие руки накрыли тяжелую грудь.

Надо же... они подошли безупречно друг другу. Огромные ладони дракона вместили в себя увесистые полушария идеальной формы и белизны.

— Какая ты. Восхитительная, совершенная. — Усмехнулся, медленной лаской вызвав целый шторм ее чувств. — Я дракон, дорогая. И вот-вот овладею сокровищем. Знаешь ли, что это значит?

Удивленно открыла глаза, обернулась, посмотрела в лицо, коснувшись скулой его груди.

Поцелуй в гладкий лоб, в переносицу, ниже.

— Я тебя никому никогда не отдам теперь. И свое «да» ты сказала.

Поцелуем ворвался ей в рот, не позволив ответить словами.

В жизни Марго предостаточно было других поцелуев. Разных: робких и опытных, деловых и вполне сексуальных. Но этот... перечеркивал все то, прошлое первым же соприкосновением губ.

Пожар? Шторм? Точно — стихийное бедствие. Он смыл разом ее все сомнения и жалкие страхи. Поднял с самого дна сознания женщину. Настоящую, сильную и прекрасную. Это было похоже на взрыв, она за мгновение потеряла себя во времени и в пространстве.

Мир медленно крутился вокруг, как в воронке. В нем остались лишь только они, вдвоем. Дыхание в унисон, сердцебиение в одном ритме.

___________________________________________________________

Марк Аврелий?* «Делай что должно и будь что будет.» Первым эту фразу произнес древнеримский император Марк Аврелий. Точнее его фраза звучала так: «Делай, что должен, и свершится, чему суждено»

Прима аматор** (пер. с лат. «первый (лучший) любовник» древний ритуал с участием девственницы, дарующей своему первому мужчине жизнь.

Оркой*** — (лат. Orcinus orca) — или косатки вид китообразных из семейства дельфиновых (дельфинов) парвотряда зубатых китов. Единственный современный представитель рода косаток. Признан самым крупным представителем своего семейства и единственный среди современных китообразных настоящий хищник, преследующий теплокровных животных.