22. Живые и мертвые.

— Ди, ты заканчивай с этой манерой: чуть что, — падать в обморок. Не кисейная барышня, — инквизитор из группы оперативного реагирования. Поднимайся, давай.

Венди открыла глаза, еще не понимая, где она и что с ней.

Голова дико кружилась. Госпиталь снова? Больница? В ногах сидел грустный гном Леонид. Он же — Кот. Очень грустный.

— Как там наши, все живы? Не молчи, Лень, я могу ведь и хвост оторвать.

— Ну, это как посмотреть…

Он вдруг ощутимо поежился, и пересел на стул рядом.

— Говори все, как есть.

— Живы — да. Все. Но вот насчет их здоровья… Там как какая-то гадость повылезала, с этим “инферно”. Я только подслушал. Сиятельная сьерра Арина рыдает сейчас в кабинете Антона, Лад запретил нам тебя беспокоить. Все мрачные ходят и злые. Аманс⁴⁶ сам прилетел аж с Гаити сегодня. Ходит злющий, шипит и плюется.

Что же случилось? Что с Филом? Арина рыдает? Стальная Арина? Где Лер? Лавина вопросов и все — без ответа.

— Они все в Москве уже?

— Да. И мы… тоже. Корвус всех перенес, он вчера чуть не выгорел. Там же лежит, в отделении, Деус — Дивин его усыпил.

Снова этот Илья. Странный темный, родом из древнего племени светлых воронов, желающий стать теперь серым. Парадокс, оксюморон.

— Сейчас-то мы где?

— У Антона. В их с Ладоном холостяцком гнезде. Дракон тебя забрал ночью из госпиталя, меня тут посадил и велел сторожить. Вот я и страдаю.

— Да ты исстрадался. Я есть хочу. И переодеться.

— Все ждет давно. Давай быстренько сделаем из тебя человека и побежали. Я места себе не нахожу, ведьме больно, а ее фамильяр тут сидит — прохлаждается.

Ну да. У ее бренного тела остался несчастненькой гном.

Полчаса на решительный сбор: десять минут дыхательной гимнастики, два энергетика, завтрак — уже на ходу. Пять минут душ, зубы чистила прямо под струями теплой воды. Джинсы, футболка, волосы быстро — в косу.

Мысли прыгали в голове, словно белки в колесе.

Координаты личного стацпортала в кабинете Деус-Дивина она распрекрасненько помнила. Быстро рассчитала вектор, (в уме), начертила на полу круг быстрого ритуала, построив портал — “самозванец”. Ее личная разработка, самоуничтожающийся контур, одноразовый. Как только она с Леней выйдут — не останется даже следа. Хлоп, — и как не было переходивших. Магия.

Уже через минуту они выходили у сейфа Антона, прямо в его кабинете. Сидевшая на маленьком диване Арина, уже не рыдала. Но опухшие нос и глаза лишь подтверждали все, Леней сказанное.

— Аве, прекрасные. Что мне расскажете?

Антон, возвышавшийся над рабочим столом, представительной грудой мускулов, обтянутой светло-голубым костюмом хирурга, повернулся к ним, вместе с креслом.

— Аве, Венанди. Все отвратительно. Особенно — женщины. Вы сегодня меня все расстраиваете.

— Так, даже. Арина, братец-то твой, шовинист. — Та в ответ молча пожала плечами. — Изверги, вы так и будете в прятки играть? Что все плохо — я знаю. Может, уже просветите?

Ди была зла, сосредоточена, полна решимости. Проблемы? Это всего лишь задачи. Кроме непоправимого — смерти, она определенно со всем может справиться. Да и со смертью, с некоторых пор, она весьма на короткой ноге. Нет, ей не было страшно.

— В общем… Парней наших сильно помяло.

— Я успела заметить, представьте.

— Нет. Физически они уже почти здоровы. Но есть нюансы…

— Я пожалуй, пойду и сама все узнаю у них, без посредников.

Ди подчеркнуто медленно развернулась к двери.

— Стой. Я понял. Присядь. Лень, не вибрируй у меня за спиной, тоже сядь, ты меня раздражаешь.

Она не села, лишь развернувшись обратно к Антону лицом.

— Быстрее. Я жду.

— В общем… Инферно. Эта гадская штука выжигает и тело и душу. Эмоции, чувства. Тело мы им подлатали. А все остальное… Аманс клянется, что все это лечится. Он ждет вас… обеих к себе, на консультацию. Но перспективы пока… очень — очень туманные.

— Они в сознании? Разум здоров? Память? Способности?

Ди запретила себе сейчас плакать. Нет, слабой быть больше нельзя — ни минуты.

— Да, они потеряли лишь только эмоции. Он так говорит, я сам с ними еще не общался.

Ди развернулась, положила руку на ручку двери.

— Арина, ты со мной? Что ты ревешь, ничего я не услышала тут непоправимого. Жив и отлично. Мы все побывали не раз под воздействиями проклятий, заклятий, ритуалов. Бывает. Идешь?

Арина сползла с дивана, плетясь за подругой. Кот осторожно закрыл дверь за ними, кивнув на прощание главврачу Деус-Дивину.

Тот тяжко вздохнул, с громким хрустом сломав в пальцах простой карандаш. Прошептал: “Ну девчонки, удачи!”, — встал и вышел в свой стационарный портал.

Ему она тоже понадобится.

Аманса в кабинете под номером восемь, куда их привел рыжий гном, — не было. Дверь была отперта, Ди туда заглянула, стремительно теряя всю свою решительность. Что дальше делать? Идти в отделение? Сразу в палату? А вдруг их визит навредит?

Они молча стояли у двери, думая, каждый о своем. Арина опять очень выразительно всхлипнула. Леонид подал ей очередной успокоительный платок.

Ди отвернулась. Нет, она плакать не будет, достаточно пролито слез. Что там сказал им Антон? Выгорание чувств и эмоций? Она это все проходила, большую часть жизни так и живя — под проклятием клейма Минервы. И никто ведь не умер. Да, Леру было тогда нелегко. Ей сейчас — решительно проще. У нее есть надежды. Он ведь был рядом с ней столько лет и не сдался. Даже теперь Гуло успел получить от нее лишь призрачное обещание да парочку поцелуев. Они справятся. Надо лишь только понять, насколько серьезно он ранен.

— Я смотрю, ты успела подумать, да Венди? Аве, дражайшие, рад вас здесь видеть, не скрою. Вы пришли, а ведь это внушает надежду. Пойдемте.

Ипполит Аманс. Величайший демон — инкуб, изменяющий Тьме со Светом. Светлый демон… Каких только коллизий не готовит нам нынешнее время. Красавец, и гений. Ди так и не знала — умеет ли он читать их мысли. Говорил ей — что только эмоции. Но кто знает… демонов этих.

Он появился прямо из стен, и следов портала даже Ди не заметила. Кивнул, приглашая.

Они молча пошли за ним по длинным коридорам госпиталя.

Отдельная палата для тяжелых больных. Новомодная прозрачная стена, голубые стены, три кровати.

В центре — Фил, отчего-то он был побрит наголо, в кислородной маске, как и Лер, лежавший на кровати справа. Слева — Корвус, выглядевший хуже всех, буквально почерневший, с торчащим над маской длинным носом, скукожившийся, он дышал очень тяжело.

— Полюбуйтесь. Они сейчас спят, через двадцать минут двоих ваших разбудим. Вы должны быть готовы.

— К чему? — Ди спросила почти ровным голосом.

— Все не так просто, как тебе кажется. Инферно… Представьте себе, что не тела их, а души покрыты глубокими ранами. Каждое чувство, каждый порыв отзывается болью. Все равно, как после ранения тела железным клинком попытаться вставать и идти.

— Это… потом заживет?

Арина снова вдруг всхлипнула. Ее счастье было так коротко. И воронье кольцо, как оно отзовется на рану инферно?

— Думаю — да. Шрамы вот только, — останутся. А вот насколько они будут глубоки… Думаю — зависит именно от вас.

— Почему вы так думаете?

— Венанди. То, что они оба выжили — это чудо. Как и все воины подразделения, те кто остался в живых. Их объединила единственная вещь, способная противостоять силе пламени преисподней.

Он вдруг замолчал, внимательно Венди рассматривая. Копался опять в её мыслях? Она ничего не ощущала, ни один контур защиты не дрогнул.

— И что же? — Все словно вокруг сговорились. Тянут, словно жвачку, не договаривают, мнутся, мямлят. Впору требовать списком: отчет и доклад. Варианты решения. Или Ди так понравилась военная четкость и лаконичность ?

— Любовь. Очень просто. Они все — он выразительно кивнул в сторону спавших — сами любят и любимы. Кстати, ворон этот ваш… Хоть и собрался принести себя в жертву, героически всех их спасая, но что-то его удержало… Забавно.

— Это все познавательно, сьерр Ипполит. И что нам делать? Чего ожидать? Повязки на ранах души? Массаж и зарядка эмоций? Мне хотелось бы больше конкретики.

Доктор Амус снова взглянул на нее очень внимательно.

— Ладно. Пойдемте.

И шагнул к ведущей в палату двери. Ди вдруг оробела. Сейчас он проснется. А если куда все страшнее? Если …

— Самые страшные страхи — наши фантазии. Оставь их за дверью, Венанди Ноктва⁴⁷. А ты…

Он оглянулся на Арину, прищурился. Леонид, стоявший рядом, шагнул вперед, осторожно задвигая заплаканную ведьму за свою гномью спину.

— Ты зачем плакала? Все же отлично. Он жив и вам… — он улыбнулся, как то светло и совсем по-родственному — всем, ничего страшного не грозит. У тебя получилось решить эту головоломку, Арина.

Ди удивленно воззрилась на подругу. О чем это демон? Та лишь пожала плечами.

Аманс подошел сначала к кровати Фила, взглянул на его показатели, что-то переключил и снял маску.

Тот тяжко вздохнул и медленно открыл глаза.

— Привет. Как зовут тебя, помнишь? — Доктор достал из кармана молоточек невролога, проверил реакции, постучав по всем рефлекторным точкам, поводил перед носом. — Да. Рафаил Вериум... Восхитительная у вас подобралась компания. Как интересно. Это кто тут стоит, узнаешь?

Фил, удивленно поднявший было брови, в ответ на странное к нему обращение, перевел взгляд на Арину, и содрогнулся всем телом, как от удара. Застонал, отвернулся.

Аманс нахмурился.

— Двариг⁴⁸, быстро ее уведи. Ко мне в кабинет, и меня там дождитесь.

Арина закрыла руками лицо, Кот быстро подхватил ее под локоть и вывел. Дверь закрылась. Что теперь будет? Зачем демон сюда их привел? Сделать больно мужчинам?

— Ди, поверь, к сожалению, степень тяжести этих ранений не очевидна. Можно узнать только так. И назначить лечение.

Он еще раз вздохнул, бросив взгляд на приборы у изголовья кровати больного. — Рафаил, еще больно?

— Что это было? Почему она плачет?

Фил вздрогнул опять, как от приступа боли.

— Все потом. Постарайся расслабиться. Выпей вот это. Очень тяжелое ранение, К тому же… Расскажи мне, а ты вообще знаешь, откуда взялся?

— Нет. Не помню детства. Остальное — стер из своей памяти.

— Ну вот что, коллега. Нужно, чтобы ты знал. Насколько я вижу, ты рожден демоном. Потому и принял тебя сразу этот древний артефакт, — он кивнул на воронье кольцо — демон в роду светлых титанов. Загадка природы, плод запретной любви. И видимо, это и есть — источник этого твоего, странного дара. Даже меня очень тянет на правду в своем присутствии, Верум.

Демонический доктор положил свой молоточек в карман, разворачиваясь в сторону кровати Лера и разглядывая того. Помолчав немного совсем, он продолжил:

— Я когда-то сделал свой выбор Света осознанно. А ты вот — таким уродился.

— Что с Ариной?

— Ей больно. А будет еще и больнее. Демон в тебе почти мертв. Он дарил свою страсть вам обоим. Ничего не осталось. Если захочешь — тебе будет нужно учиться снова с ней быть. Но это будет больно. Как только что. Лучше, наверное, вам покамест друг друга не видеть. Хотя бы — на время. Я еще над всем этим подумаю.

Ди стояла рядом, не жива ни мертва. Ей вдруг захотелось молиться всем разом богам, чтобы их с Лером не разлучили. Быть с ним рядом в роли кого угодно: любовницы, друга, коллеги, прислуги или няньки. Только рядом.

— Ипполит?

— Да. Венди, наберись терпения, тебе оно очень еще пригодится.

— Ди. Ты можешь отправить меня в дом прямо к Арине? Сейчас. Очень срочно.

Фил все еще был очень бледен, но с кровати сполз вполне уверенно, заворачиваясь в простыню.

— Ты уверен? Могу, "самозванцем", — надежно и быстро. Точно отправить?

— Да. Быстрее. — Он уже твердо вполне подошел, положив руку Венди на плечи. — Пожалуйста, сестричка. Мне это нужно и важно.

— Минуту. — Быстрый круг, заклинание, и Фил шагнул прямо вперед.

— Братец, удачи! — Успела шепнуть ему след.

Демон стоял уже рядом и быстро повторял манипуляции по выведению Гуло из медикаментозного сна. Лер задышал явно глубже, но глаза не открывал.

— Попробуй его разбудить.

— И сделать этим больно? Зачем?

— Не спорь, Ди. Просто делай.

Что же, он прав. И хватит уже разговоров. Подошла, взяла за руку и позвала, очень тихо:

— Лель. Я пришла. Ты мне нужен.

Вздохнул, открыл глаза и улыбнулся, смотря на нее.

— Привет, Ветерок. Я уж было решил, что ты про меня и забыла.

Ни стонов, ни корчи от боли. Ди изумленно взглянула на Аманса. Тот пожал плечами, но вид у доктора был весьма и весьма удивленный.

__________________________________

⁴⁶Аманс Ипполит Анусович — Светлый, инкуб, Инкарнатор , Инфинити. Имморталис. Заведующий кафедрой психиатрии Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова, доктор медицинских наук, профессор.

⁴⁷Ноктва (в пер. с лат. “Сова”) древнейший и величайший магический род, существенно пострадавший во время легендарной титаномахии, а затем полностью истребленный в легендарном сражении на Чертовом мосту. Единственный наследник рода — последний представитель и наследница — Венанди, Ди, Диана Яновна Дивина Venandi Iustitiae

⁴⁸Двариг Леонид (в пер. с норвежск: гном) котогном, териантроп, личный фамильяр Арины Деус-Деевой, бывший помощник П. Канина.