Глава 15

Громкая музыка долбит по ушам, а мерцающие неоновые лампы, бьющие в глаза, с непривычки заставляют зажмуриться.

— Какой отвратительный свет, — бурчу себе под нос, вызывая у Бестужева улыбку на лице. Видимо, он думает о том же.

Никита переплетает наши пальцы, чем вызывает у меня изумление, и, не отпуская моей руки, пробирается сквозь толпу вперёд. Вопрос остаётся открытым — в качестве кого мы пришли сюда? Кто мы друг для друга? Оказавшись в просторной гостиной среди большого количества незнакомых людей, я оглядываюсь по сторонам, глазами пытаясь отыскать Алису. Подруги нигде нет, а Ник растворяется в шумной толпе, оставляя меня одну. Одно мгновение — и я теряю парня из вида. Становится неуютно. На ум приходит фраза Бестужева про белую ворону — именно это я чувствую, находясь здесь.

— Большой ошибкой было приехать сюда, — вслух произношу я, но мои слова теряются в громкой музыке.

Я делаю шаг в сторону выхода, но чья-то ладонь останавливает меня, опускаясь на мое плечо, чуть сжимая его. Уверенная в том, что это Никита, я резко скидываю руку и оборачиваюсь. Алиса Елагина широко улыбается, сияя словно новенький чайник, я же не разделяю ее веселья.

— Ну наконец-то, Евик, — подруга обнимает меня за плечи. — Ты такое пропустила.

— Привет, Лиса, — мрачно здороваюсь я, понимая, что мое испорченное настроение дело рук Бестужева. — И что же?

— Багир сцепился с Довлатовым, — выпаливает она. — А знаешь из-за кого?

— Откуда мне знать? — пожимаю плечами.

— Из-за Дианы Бестужевой. Можешь себе представить? — на лице Алисы отражается полное изумление, и я понимаю, почему.

— Как она оказалась здесь? — с сомнением спрашиваю я.

— В том-то и вопрос, — щелкает пальцами у меня перед носом. — Ева, да что с тобой сегодня? Ты как неживая.

— Лиса, а ты сама как оказалась на вечеринке у Багирова? — удивлённо таращусь на подругу, которая в этой тусовке, кстати говоря, выглядит вполне сносно.

— Ленский, — вздыхает она, закатывая глаза. — Взял меня «на слабо», представь?

— Это вполне в его духе — делать что-то на спор, — киваю я. — Алис, а Диана уже ушла?

— Я не видела, но, думаю, нет, — оборачивается подруга.

— Я попробую найти ее, ладно? Она должна узнать, что ее брат здесь, — с уверенностью говорю я.

— Боюсь, что она уже может быть в курсе. Ладно, я пойду, поздороваюсь с Таней с нашего потока. Встретимся позже, — громко произносит она, пытаясь перекричать музыку.

Спустя несколько секунд я покидаю ставшую тесной гостиную и иду прямо по коридору в надежде отыскать Диану. Сколько здесь комнат? Точно не меньше четырех. В одной из них толпа ребят играет в приставку, а оттуда раздаются громкие возгласы то ли от проигрыша, то ли от победы. В другой — приглашённые играют в настольные игры. Я медленно подхожу к следующей двери и, опустив ручку вниз, попадаю в пустую мастер-спальню. Странно, что здесь никого нет, хотя… Думаю, это и есть комната Багирова, и входить сюда запрещено. Я собираюсь уже выйти, но тихие голоса, доносящиеся из ванной комнаты, заставляют меня остановиться. Никогда не имела привычки подслушивать, но разговор оказывается слишком интересным, и, очевидно, не предназначенным для посторонних ушей.

— Я прошу тебя не говорить ничего. Ты же знаешь его, он с меня три шкуры спустит, — голос девушки звучит очень тихо.

— Бес здесь, малявка, — хрипло отвечает Демьян.

— Сюда никто не войдет. Можно я побуду здесь? — с надеждой в голосе спрашивает Диана.

— Зачем ты мне здесь? Я проблем не огребу, если твой брат узнает, — твердо отвечает Багиров.

— Он никогда не остаётся на тусовках до последнего, а, тем более, сегодня он не один, — настаивает девушка. — Демьян, у нас с тобой не самые хорошие отношения, но мне просто хочется быть здесь сегодня. Мама отпустила, потому что знала — здесь будешь ты. А в твоём присутствии ничего плохого со мной не случится.

— Слушай, мелкая, я не стану, — он резко замолкает. — Кто здесь?

Случайный скрип полов выдаёт меня с головой — деваться некуда, придется признаться в том, что я позорно подслушивала их разговор. Вот чёрт.

— Привет! Я прошу прощения, я искала тебя, Диана, чтобы предупредить о брате, — выдавливаю из себя мягкую улыбку. — Отличная вечеринка, Демьян.

— Приветствую, спасибо, — тон голоса Багирова меняется со скоростью света. Он определенно не рад, что кто-то слышал их с Дианой разговор. — Оставайся, малявка, но если Ник увидит тебя, отдуваться будешь сама.

Багиров окидывает меня безразличным взглядом и выходит из спальни, оставляя нас с Бестужевой наедине. Девушка отводит от меня ярко накрашенные глаза, видимо, стесняясь или считая, что я обязательно доложу ее брату. Она опускает голову, сидя на краю огромной ванной и обнимает себя за плечи. Хочется показать ей, что я не враг, поэтому устраиваюсь рядом, чуть задевая Диану своим плечом.

— Хочешь поговорить об этом? — осторожно спрашиваю я.

— Нет, — отрицательно качает головой, но через секунду говорит следующее: — Ты знаешь что такое, когда тебя никто и никогда не отпускает? Когда следят за каждым твоим шагом? Не разрешают вернуться домой даже в двенадцать часов.

— Да, — с улыбкой вздыхаю я.

— Что? — девушка резко поворачивается в мою сторону, удивлённо хлопая своими красивыми глазами. — Тогда как ты сегодня оказалась здесь?

— Папа уехал в командировку, — усмехаюсь я, чем вызываю на ее лице нечто, похожее на снисходительную улыбку. — А как ты оказалась сегодня здесь?

— Папа уехал, а мама впервые в жизни отпустила меня. Она сказала, что Никита почти всю ночь не спал, работал, поэтому на вечеринку точно не заявится, — выпаливает на одном дыхании. — Да и Багирова она хорошо знает, сказала, что он присмотрит. Он же все равно, что Никита. Старший брат.

Она невпопад прыскает от смеха, но это, скорее, нервное, потому что глаза Бестужевой остаются грустными. Я, конечно, не сильна в оценке чужих чувств, но с уверенностью могу сказать, что Диана воспринимает Демьяна совсем не как брата. В воздухе витает безответная любовь или что-то в этом роде.

— Ева, ты можешь мне помочь? — неожиданно спрашивает Диана.

— Я? Как?

— Очень просто, — улыбается она. — Мой брат на тебя запал. Думаю, для тебя это не новость.

— Ты меня, конечно, извини, но я в это не верю, — говорю я. — Твой брат не из тех, кто способен на высокие чувства. Вообще на какие-либо чувства.

— Поверь мне, Ева, я знаю, о чем говорю, — спокойно продолжает девушка. — В конце концов, я выросла с ним. Так ты сможешь мне помочь?

— Я не думаю, что у меня получится… — замолкаю, но глядя на грустные глаза, молящие о помощи, сдаюсь. — Хорошо, я попробую. Что ты хочешь, чтобы я сделала?

Я выхожу из спальни, и слышу характерный щелчок — Диана закрывает дверь на ключ. Сейчас моя главная задача состоит в том, чтобы найти Бестужева и уговорить его покинуть вечеринку вместе со мной. Но я ума не приложу, как это сделать. С какой стати он станет меня слушать?

Возвращаюсь в битком набитую приглашенными гостиную и глазами выискиваю Никиту. Парня нигде нет. Странно. Обхожу снова все комнаты, кухню — ничего. Бес словно сквозь землю провалился. Кстати говоря, и сам хозяин вечеринки тоже куда-то бесследно исчез.

Замечаю на себе заинтересованные взгляды парней и ещё сильнее мечтаю покинуть это место, хотя бы на время. Я и без того ощущаю себя чужой. Решаю выйти на лестничную клетку и позвонить Бестужеву — в конце концов, приехала я сюда вместе с ним, поэтому имею право выяснить, куда он делся. Громкая музыка до того сводит меня с ума, что я в считанные секунды оказываюсь около входной двери. Поворачиваю ручку и, игнорируя похотливые фразочки в свой адрес, выхожу из квартиры.

Когда мы с Никитой вышли из лифта, я обратила внимание на наличие просторного балкона на этаже, дверь которого была приоткрыта. Надеясь на то, что до этого укромного уголка ещё никто не добрался, я быстро иду туда. Но услышав знакомый голос, останавливаюсь как вкопанная, и уже второй раз за вечер слушаю не предназначенный для моих ушей разговор.

— Я тебя не понимаю, Ники, — до меня доносится слащавый женский голос, который может принадлежать только одному человеку. — Ты говорил, что между нами нечто большее, чем просто…

— Вита, чего ты хочешь? — глухо спрашивает Бес.

— Тебя, мой хороший. Ты же сам это отлично знаешь, — все с той же интонацией говорит Снегова.

На некоторое время воцаряется молчание, а мое воображение рисует картинки их страстного поцелуя. В груди щемит, а к горлу подступает ком, который я с трудом проглатываю. Слезы — это последнее, что мне сейчас нужно. Не знаю, что именно я хочу услышать или увидеть, но продолжаю стоять на месте в каком-то томительном ожидании дальнейших событий.

— Почему ты так холоден со мной? — взрывается она. — Я не понимаю.

— Вита, если у тебя всё, то я пойду, — холодно отрезает Бестужев. — Меня ждут.

— Эта зазнайка? — злобно усмехается Вита. — Не смеши, Ники, она тебе не подходит.

— А кто подходит? Может, ты? — после его неоднозначной фразы мое сердце начинает бешено стучать.

— Конечно, — соглашается девушка. — Зазнайки должны встречаться с зазнайками, а не с королями универа.

— Кто это сказал? — в голосе Беса слышится удивление.

— Она тебе нравится, что ли? — серьезным тоном спрашивает Снегова.

— Вита, у тебя все? — раздражается Никита.

— Ники… — жеманно начинает она, но неожиданно дверь, ведущая на балкон, издает характерный скрип, обнаруживая меня. — Какого черта?

Вита застывает с протянутыми к плечам парня руками, а ее взгляд, направленный прямо на меня, источает не что иное как злость или даже ненависть. На лице Никиты застывает едва заметная усмешка. Парень делает шаг ко мне навстречу и, взяв за руку, разворачивается, чтобы уйти.

— Вернёмся на вечеринку? — как ни в чем не бывало спрашивает Ник.

— Я бы предпочла другое место для проведения вечера, — нервно отвечаю я.

— Я тебя понял.

— Думаешь, ты станешь для него единственной? — насмешливо произносит Снегова. — Как бы не так.

Бестужев нажимает на кнопку, и двери лифта моментально распахиваются. Игнорируя брошенные на прощание слова Виты, я вхожу в кабину, искренне радуясь, что остаток вечера будет более или менее спокойным. Хотя можно ли его будет назвать таковым в компании Никиты Бестужева?

— Ревнуешь? — неожиданный вопрос застаёт меня врасплох.

— Что, прости? — переспрашиваю, как только обретаю дар речи.

— У тебя все было на лице написано, Леди, — он снова переплетает наши пальцы, когда мы выходим из подъезда.

— Не льсти себе, Бестужев, — мягко усмехаюсь я. — Не все падают тебе в ноги.

— А мне и не нужны все, — он резко останавливается.

Парень осторожно тянет меня на себя, и через мгновение я оказываюсь в кольце его крепких рук. Его ладонь скользит по моей талии, вырисовывая замысловатые фигуры, а непроницаемый взгляд открыто изучает каждую чёрточку лица. Сердце ухает вниз, дыхание становится рваным — я почти забываю, как вдыхать кислород, которого в объятиях Беса становится в разы меньше. Ноги превращаются в вату, застывая на месте, а меня спасают только цепкие руки парня. В нос бьёт аромат его стойкого парфюма, которым, как мне кажется, в конце вечера я пропитаюсь насквозь.

— Хочу тебя поцеловать, — Бестужев шепчет мне в губы, но не касается их.

— И что тебя останавливает? — мой голос кажется осипшим.

— Глаза, — неожиданно произносит Ник.

— А что не так с моими глазами? — растягивают губы в улыбке.

— Завораживают, — отвечает парень и впивается в мои губы своими.