15 глава

Карим интересуется, где я, и закончились ли у меня пары на сегодня. Называю адрес кафе, даже не задумываясь особо, потому что нахожусь в некотором шоке — не ожидала, что он позвонит, да еще и так рано. Пяти часов нет.

Разве он не должен встречаться с Мадиной? Или они уже встретились?

Карим сбрасывает звонок до того, как я успеваю сказать, что ехать за мной не имеет смысла, ведь я с водителем. Как это типично для него — задавать вопросы, получать на них ответы, и не интересоваться, хочет ли собеседник сказать что-либо в свою очередь.

Кое-как доедаю грибной суп, который уже начал остывать. Аппетит так и не появился, но нормально есть мне необходимо ради ребенка. Когда тарелка почти опустела, в зал кафе входит Карим. Я вздрагиваю, стоит мне заметить его крупную фигуру у дверей. Быстро приехал. Был недалеко, получается?

Он находит меня взглядом и тут же направляется в мою сторону размашистым шагом. Я замечаю, как внимание девушек в кафе, в том числе и официанток, сосредотачивается на нем. Да, он красивый. И не просто красивый. Карим буквально источает мужественность, опасность, силу. Это невозможно игнорировать. По себе знаю…

— Доела? Поехали, — он достает свой бумажник и подзывает официантку, чтобы та принесла счет.

— Куда? Домой? — хмурю брови, не совсем понимая что происходит. Прибежал, ничего не объяснил, хоть бы по телефону сказал, зачем надо было за мной самому приезжать. Он-то в это время обычно работает. Решил со мной почаще общаться или что?

— Не домой. Очень важный человек пригласил меня сегодня к себе на ужин. Если все срастется, то мы станем партнерами. После разрыва партнерских отношений с Фахратовым, в мои интересах устанавливать новые связи.

— Подожди, как это ужин? — я хватаю сумку и торопливо поднимаюсь из-за стола. — Ты почему заранее не предупредил? И зачем там я, если это деловая встреча? Я вообще-то не одета для подобных мероприятий!

— Это не совсем деловая встреча, так как проходить будет в неофициальной обстановке. Меня пригласили на семейное барбекю. Я хотел поехать один, но… так как у нас скоро тоже будет… семья, я решил познакомить будущего, надеюсь, партнера со свей невестой. И… ты выглядишь нормально, Нимб, — его взгляд медленно скользит по моей кремовой блузке и голубым джинсам. — Для барбекю в самый раз.

Я смущенно передергиваю плечами. Он всегда так многозначительно и осязаемо смотрит в последнее время. Раньше в его глазах читалось раздражение и иногда безразличие. Сейчас там что-то другое, и либо я себе придумываю, либо это "что-то" действительно становится сильнее с каждым днем.

"…добейся его" — бьют по вискам слова Мариссы.

Возможно ли это?

Официантка приносит счет. Я хочу его забрать и оплатить сама, к тому же Марисса оставила деньги за свой заказ, но Карим не позволяет. Забирает счет из рук девушки и вынимает пару крупных купюр из бумажника. Мельком просматривает чек, но неожиданно его взгляд стекленеет, перемещается на стакан с коктейлем на столе, а затем почти злой застывает на моем лице.

Чего это с ним?

— Это что? — рявкает мужчина. — Ты алкоголь пьешь?

— Ч…что? Нет, ты неправильно понял!

Ну, конечно он подумал про меня. Я же не говорила ему, что со мной была подруга.

— Как это еще можно понять, Нимб?! В чеке указан алкогольный коктейль. Он же стоит наполовину пустой на столе. Попытаешься объяснить?!

— Да, попытаюсь, если ты позволишь! — возмущенно вскидываю подбородок, сложив руки на груди. Незачем так орать! На все кафе… боже… — Мы с Мариссой помирились. Я сделала так, как ты говорил вчера, и попросила у нее прощения. Мы пошли в кафе, она заказала себе коктейль и фрукты, затем ее парень позвонил и ей пришлось уехать. Вот и все! Я не пила алкоголь!

Карим сжимает челюсти и еще какое-то время пристально на меня смотрит.

— Что, не веришь? Думаешь, я на такое способна? Травить ребенка, которого хочу всем сердцем?!

Наконец его взгляд отпускает меня. Положив купюры в рассчетницу, мужчина разворачивается и идет к выходу.

— Пошли, — приказывает он мне. — На ужин опоздаем.

Да уж, ничего хорошего у нас не получится, если он каждый раз чуть что будет меня во всем на свете подозревать. А говорил, что доверяет. Какое-то выборочное у него доверие и шаткое…

Несмотря на раздражение, напоминаю себе, что нет ничего удивительного в том, что Карим так нелестно думает обо мне. Я ведь плохо поступала, безответственно и глупо. Так быстро его мнение о моей персоне не изменится.

— А где живет этот твой… возможный партнер? — спрашиваю, когда мы выезжаем на оживленную дорогу, немного мокрую от недавно прошедшего легкого дождя.

— Почти рядом с отцом.

— Гаяс… тебе не звонил сегодня?

— Нет. Им нужно время, чтобы свыкнуться.

Я поджимаю губы. Мама мне тоже не звонила. Представляю, в каком они сейчас шоке. Надеюсь со временем у нас все наладится. Не хочу ее потерять. Да и Гаяса тоже. Он так много для меня сделал. А еще не хочу, чтобы у отца и сына начался разлад. Гаяс слишком любит Карима, даже если с чем-то не согласен, и осуждает его за какие-то поступки, я понимаю, что он дорог ему. Нельзя чтобы они перестали общаться…

— Ты сегодня… только работой занимался?

Разумеется, мысли о вчерашнем разговоре Карима с Мадиной и их предполагаемой встрече меня не покидают. Не знаю, правильно ли делаю, затрагивая сейчас эту тему, ведь еще вчера я считала это бессмысленным. Просто надоело весь день гадать, что да как.

— Да, — отвечает сухо, словно ему и неинтересно, чего я вдруг спрашиваю, чем он в течение дня занимался.

Ну, в самом деле, хоть бы сказал что-нибудь вроде "да, а что?", "да, Нимб, а почему ты спрашиваешь?" Как с ним беседу-то поддерживать?

— А как же Мадина?

— А что Мадина? Снова о ней хочешь поговорить? — Карим бросает на меня хмурый взгляд из серии "опять начинаешь?"

Именно так я и делаю!

— Она звонила тебе вчера. Я видела. А потом… случайно услышала, что вы договаривались о встрече. Встреча состоялась или… еще нет?

***

Карим тяжело вздыхает и сжимает челюсти. Руки на руле напрягаются, и он некоторое время молчит, не торопясь отвечать на мой вопрос. Затем я все-таки удостаиваюсь ответа. К этому моменту колени начинают дрожать.

— Любишь подслушивать телефонные разговоры? Так хоть делай это правильно и до конца. Во-первых, я говорил вчера не только с Мадиной. Сразу после нее я разговаривал как раз с тем человеком, к которому мы сейчас едем. Во-вторых, ни о какой встрече в разговоре с Мадиной речь не шла. Думаю, теперь тебе не трудно догадаться, с кем именно я договаривался встрече, Нимб?

Я буквально чувствую, как щеки и шея покрываются красными пятнами — эти места начинают неприятно гореть. Об этом, на самом деле, я и не подумала как-то — что Карим может принять звонок со второй линии или позвонить кому-то сам. Мне ведь практически ничего не было слышно кроме тех слов, которые он сказал перед тем, как зайти в ванную.

— Ну так что? Еще вопросы будут? — выгибает темную бровь мужчина. — Может, тебе пересказать, о чем мы с Мадиной говорили?

Щеки горят все сильнее и сильнее. Да, вообще-то было бы неплохо, если бы он рассказал мне, зачем ему звонила невеста. Поправочка — бывшая невеста.

— А тебе есть что скрывать от меня? — спрашиваю, вздернув подбородок.

Ничего плохого в моем любопытстве нет. Мы же собираемся стать семьей, так он сказал?

Карим лишь неопределенно пожимает плечами и выворачивает руль влево.

— Возможно.

Возможно?!

Не вел бы он сейчас машину, я бы его стукнула. Только о себе думает. Должно быть все, как он хочет. А я должна принимать любой ответ молча и с достоинством, проглатывать любую фразу и любое его условие. Нормально было бы, если бы я сейчас стала общаться с кем-то из бывших парней? Ах, ну нет, конечно же, ведь поступки женщины сильнее ударяют по репутации семьи!

— Очевидно, у нас обоих есть свои секреты, — буркаю я, отвернувшись от Карима и вперив взгляд в окно.

Он ничего не отвечает. Дальше мы едем молча, и я больше не пытаюсь с ним заговорить, потому что он меня изрядно бесит своими дурацкими ответами.

Мужчину, с которым Карим хочет установить партнерские отношения, зовут Илья Стерн. Он встречает нас вместе с женой у ворот, за которыми возвышается их шикарный дом в стиле шале треугольной формы. Этот Илья красивый мужчина, хоть и не в моем вкусе. На Карима абсолютно не похож. Высокий, но чуть ниже Карима, волосы светло-русые, короткостриженные. Глаза цвета мокрого асфальта — я бы оценила их красоту и глубину, если бы не темные глаза Карима, с которым я невольно сравниваю глаза всех остальных на свете мужчин…

Жена Ильи — Лена, маленькая хрупкая блондинка. Вполне обычная с виду, но муж так на нее смотрит, словно никого красивее и дороже для него в мире не существует. А когда мы входим в дом и к нам побегают двое мальчиков-близнецов лет шести, я не могу сдержать улыбки — настолько они чудесные и похожи на отца как две капли воды.

— Дядя Илья, кто это такие? — неожиданно спрашивают они у Ильи, что меня, откровенно говоря, поражает. Дядя?

Он подхватывает детей на руки и крепко прижимает к себе.

— Знакомьтесь, парни, это наши гости. Дядя Карим и тетя Нимб.

Они важно и по-взрослому протягивают ладони Кариму, и тот по очереди пожимает их. Выглядит впечатляюще. Хоть обращение "тетя Нимб" мне пока чуждо, но зато Карим здорово смотрится рядом с мальчиками. Почти так же, как с нашим сыном во сне… Глаз не оторвать, как ему идет отцовство.

— А это наши парни, — представляет Илья мальчиков. — Егор и Матвей.

— Приятно познакомиться, — улыбаются они мне и утыкаются носами в плечо дяди, засмущавшись.

— Идемте на заднюю террасу. Барбекю почти готово, — зовет Лена и тут же направляется вглубь дома. За ней следует Илья, повернув детей в горизонтальное положение и изображая звуки самолета. Мальчики довольно визжат и хохочут, наслаждаясь игрой.

Лена и Илья не производят впечатление высокомерных и заносчивых людей, и, кажется, либо не в курсе ситуации с Мадиной, либо услужливо делают вид, что их это не интересует и не касается. Благодаря их простоте и добродушию я немного расслабляюсь. Но это пока рука Карима не ложится на мою талию, обжигая своим теплом, и не подталкивает вперед.

— Что застыла? — спрашивает, наклонившись к моему уху. Горячее дыхание мужчины расползается по шее и затылку, стекает к груди и лопаткам, а потом соединяется с жаром от его ладони на пояснице. Проклятье, мне кажется, или он действительно вдыхает мой запах?

***

— Я… просто… — пытаюсь отстраниться и сбежать из плена рук и запаха Карима, пока не свихнулась. Он не удерживает меня, словно ему все равно, но при этом я прекрасно слышу, что дыхание мужчины сбилось, стало тяжелым и шумным. — Я… я не поняла насчет детей Ильи и Лены… Это, получается, не его дети? — быстро перевожу тему, ковыряя ногтем кутикулу, чтобы избежать прямого визуального контакта.

— Не его, — отвечает Карим.

— Но Лены?

— Но Лены.

Мне что из него каждое слово вытягивать?!

— И как так получилось?

— У всех есть свои секреты, — усмехается мужчина, пожав плечами.

Вот же… Почему так трудно просто нормально отвечать на вопросы?!

— Но, кстати, Нимб, от меня у тебя не должно быть секретов. Я на это не соглашался, — бросает иронично Карим и проходит мимо, будто специально задев меня плечом. На соприкосновение с его телом мое, конечно, тут же реагирует дрожью. Так всегда, как бы я не уговаривала его игнорировать близость этого невыносимого человека.

Он на это не соглашался? Ну, это его проблемы. Я тоже на многое не соглашалась, а приходится мириться!

Обед-барбекю проходит в дружественной атмосфере. Илья, оказывается, раньше был пилотом, но потом оставил полеты. Как он сам выразился "обрезал себе крылья". Мне почему-то кажется, что это связано с его женой и… их детьми, но я не уверена, а задавать настолько личные вопросы малознакомым людям я считаю неуместным и грубым.

Илья хочет, чтобы компания Гаяса, полностью ушедшая под руководство Карима, отстроила ангары и заправки для нового хелипорта, работу которого Стерн планирует запускать уже в этом году. Он и сейчас имеет несколько вертолетных площадок. Часто сдает вертолеты богатеньким персонам, на чем и зарабатывает хорошие деньги.

— А вы никогда не летали на вертолете, Нимб? — обращается ко мне Илья, передав тарелку с ароматным стейком и соусом.

Мы сидим на террасе, которая расположилась в задней части дома. Она полностью закрыта, если можно так сказать, ведь задней стены у дома практически нет. Одно сплошное окно высотой в два этажа. Вид отсюда открывается на дождливый сад, желтеющие деревья и кустарники. Красиво, атмосферно и просторно. Я бы хотела жить в похожем доме. Сразу представляю, как мой сын или дочка, будет подбегать к окну и говорить "Смотрим, мама, капельки на окне!"

— Нет. На вертолете не летала. На самолете, да.

— Карим, а почему ты невесту никогда на вертолет не сажал? Вы в курсе, что ваш жених — мой постоянный клиент? Он-то частенько на вертолете рассекает небеса.

Я мельком бросаю взгляд на Карима. Тот не выглядит разозленным или напряженным, а продолжает невозмутимо есть свой стейк. Этот Илья, видимо, вообще ни о чем не знает. Но как же? Если Карим с ним давно знаком и является его постоянным клиентом, почему Мадину никогда на вертолете не "катал"?

— Будет еще время, — отвечает он наконец Илье, в мою сторону даже не посмотрев.

Можно подумать, я упрашивать стану…

— Уж будь добр найди, — усмехается в ответ Стерн и шутливо подмигивает мне, на что Лена громко фыркает.

— А вы у Нимб спросили вообще, чего она хочет или не хочет? Может, она вообще не любит эти ваши самолеты, вертолеты.

— Как можно небо не любить? — абсолютно серьезно вскидывает брови Илья и разводит руки в стороны, помахав ими, словно крыльями. Это выглядит настолько комично, что я невольно улыбаюсь. Милая у них семья.

— На самом деле, мне бы хотелось полетать, но Карим ведь присутствовать не обязан, так? Я надеюсь, ээээм женщины у вас имеют право летать без сопровождающих, мужа, охраны и письменного разрешения от родителей?

Это вроде легкой ироничной шутки, но срабатывает она мощно, потому что все трое вылупляются на меня, приоткрыв рты. Карим смотрит недовольно, а вот Илья с Леной спустя несколько секунд начинают хохотать в голос.

— Расскажите, Нимб, как такой веселый ангел умудрился влюбиться в этого сухаря-зануду с замашками диктатора? Он, случайно, вас не силком замуж за себя выйти заставляет? — по-доброму шутит Илья, даже не представляя, сколько в его шутке истины. Буквально зрит в корень.

Тут уже я смотрю на Карима, вздернув бровь.

— Определенно силком… потому что я на это не сог-ла-ша-лась…