Глава 14

Сжала рукой края халата на груди, и щелкнув замком, открыла двери.

Сердце пропустило удар.

– Привет, ― произнес Ильяс, смотря мне в глаза.

Я пожала плечами.

– Чаем угостишь? ― он протянул руку, в которой держал коробку с пирожными.

Специально покупал? Сам? Или привезли?

Я отошла в сторону совсем немного, чтобы Ильясу было где пройти. Но он все равно задел меня плечом, не нарочно, но ощутимо. Я прикусила губу, и дождавшись, когда он пройдет, закрыла двери.

– Я уже спать собиралась. Мне завтра на учебу.

– Хочешь, чтобы я ушел?

Я едва заметно качнула головой рукой коснувшись шеи, и пройдя к столу, включила чайник.

– Или кофе?

– Чай. Ты права, время позднее, что‐то я не подумал, что тебе завтра на учебу.

– Ничего. Мне ко второй паре. Присаживайся.

Он поставил коробку с пирожными на стол, и присел на место, с которого удобнее наблюдать за мной. Я достала чашки и тарелку для пирожных. Поставила на стол, и Ильяс сам переложил сладости на тарелку.

– Черный?

– Черный с лимоном и медом. Подожди, забыл, что…

– У меня все есть. Игнат позаботился об этом.

Я принялась нарезать лимон на дольки, когда заметила строгий взгляд Ильяса. Рука дрогнула, нож соскочил и лезвие прошлось по пальцу. Я зашипела от боли.

– Больно? Есть аптечка, не знаешь?

Я пожала плечами, тут же сунув палец в рот.

– Не видела. Поищи по шкафам.

– Нашел. Давай палец.

Он сам вытащил мои палец изо рта, потянув руку к себе. Смочил вату в перекиси и сразу же приложил к ране. Вроде бы небольшой и неглубокий порез, а крови много.

– Не печет?

– Нет, просто немного неприятно.

– Сейчас остановим кровь и заклеим пластырем.

Я подняла голову и посмотрела на лицо Ильяса. Он беспокоился обо мне и это было очень приятно. Он так внимательно обрабатывал палец, что я невольно залюбовалась эмоциями на его лице.

По телу побежали мурашки.

– Садись за стол, я сам чай приготовлю, ― произнес он, когда все же удалось остановить кровь, и Ильяс заклеил палец.

– Мне не трудно…

– Я сам.

Ильяс отыскал чай, разлил по чашкам кипяток, дорезал лимон и даже нашел банку с медом. А когда открыл холодильник, негромко выругался.

– Смотрю, Игнат хорошо позаботился о тебе.

– Кажется, я ему нравлюсь. Это приятно. Мне не пришлось поздно вечером идти в магазин.

– Я мог отправить Николая за покупками.

Я улыбнулась и подвинула чашку к себе.

– Мог, в том и дело, что мог отправить Николая, а Игнат сам купил.

Ильяс прищурился и отставив чайник, присел напротив меня.

– Мы разные с ним.

– Я вижу. Давай не будем об этом, ладно? Пирожные очень вкусные, ― произнесла я, откусывая второй кусочек.

– Я хотел извиниться за свое поведение. Я не должен злиться на тебя и кричать. Прости меня.

– Я просто хочу, чтобы ты понимал, что я имею право гулять с парнями и ходить в кафе. В этом нет ничего страшного.

– Хорошо, я тебя услышал. Но хочу, чтобы ты знала, никаких интимных отношений, пока тебе не исполнится восемнадцать.

– Я знаю, ― кивнула я, и отпила горячего чая, пряча свое смущение.

Можно подумать, я хочу с кем‐то, кроме Ильяса. Я его люблю, а прыгать к кому‐то в постель ради удовольствия точно не стану.

– Извинения приняты? ― Ильяс протянул руку, а я в ответ покачала головой.

– Поцелуй в щеку. И никаких отговорок.

– Ладно, ― хмыкнул он и потянувшись ко мне, оставил теплый поцелуй на моей щеке.

Я даже немного смутилась.

– Но ромашки стоило выбросить.

– Обойдешься. Это мне подарили.

– Любишь цветы?

– Думаю, любой девушке приятно внимание мужчины. Мне приятно, что Игнат подарил мне цветы. И завтра, возможно, мы тоже пойдем с ним гулять. Предупреждаю сразу, чтобы потом не говорил, что я не вовремя пришла домой. Кстати, как ты будешь меня контролировать теперь?

– Я не буду тебя контролировать. Просто хочу, чтобы ты сама понимала, что я за тебя ответственный. Задерживаешься, напиши мне.

– Договорились, так и буду делать, ― улыбнулась я, и встав со стула, подошла к Ильясу обниматься.

Еще немного поболтав, Ильяс пошел к себе в квартиру, а я убралась на кухне и ушла спать. Правда сон долго не шел. Лежала в теплой кроватке на совершенно новом постельном белье и улыбалась. Перед глазами, как и в мыслях постоянно был Ильяс. Он пришел. Сам. Потому что не мог найти себе места. Пришел извиниться за свое поведение. Разве меня, как влюбленную девочку это не может не радовать?

А что, если я нравлюсь Ильясу, а он боится мне об этом рассказать? Такой вариант тоже нельзя исключать. Ильяс взрослый самодостаточный человек, а я… я вообще по его представлению маленькая. Хотелось бы мне думать, что он ждет моего совершеннолетия, но я не глупая и не стану себя обнадеживать. Ильясу нужна взрослая девушка. И опытная.

– Почему ты такой, Ильяс? ― прошептала я и схватив с тумбочки телефон, отправила ему сообщение.

«Спасибо за пирожные. Очень вкусные. Я съела еще одно, пока мыла чашки.»

Ответ пришел практически сразу.

«Могу приносит каждый день.»

«Каждый день не надо, а то стану толстой и некрасивой. А ты меня и так не любишь.»

«Люблю. Спи давай.»

Его последнее сообщение всколыхнуло внутри меня волну восторга. Я знала, что любит он меня, как сестру или подругу, но иногда так хочется помечтать. Немного. А еще распечатать сообщение и в рамочку на стену.

Что я там говорила про то, что я не глупая? Глупая. Но ведь влюбленным это иногда свойственно?

«Доброе утро. Не против, если я заеду за тобой?»

Такое сообщение мне пришло рано утром, когда я еще планировала поспать около часа.

Игнат.

Улыбнулась и покачав головой, отправила ему ответ.

«Зачем? Мне ведь на учебу.»

«Хочу подвезти тебя. Можем позавтракать в кафе.»

Я снова улыбнулась. Он влюбился, или мне кажется? Как это у парней происходит?

«Ладно. Но мне ко второй паре сегодня. Так что, можешь заехать часов в восемь.»

Отложив телефон, я довольно потянулась в кровати и пошла умываться. Скептическим взглядом окинула душ, и открыв на умывальнике кран посмотрела в зеркало.

Надо привести себя в порядок.

Ровно в восемь я была готова. Быстро покидала нужные тетради в сумку и закрыв квартиру, едва не наткнулась на каменную грудь.

– Прости. Доброе утро, Ильяс.

– Доброе утро. Не рановато?

Я пожала плечами, убирая ключ в сумку.

– Игнат пригласил позавтракать. Ты не против? ― взметнула брови кверху и заметила, как Ильяс напрягся.

– Не против. Беги.

– А ты?

– Я тоже сейчас пойду. Куда мне до молодежи?

Я улыбнулась и быстро чмокнув его в щеку, чтобы он ничего не успел понять, прошла к лифту, нажимая кнопку вызова.

Я видела, что Ильяс стоит смотрит на меня. А я смотрю на дверь, прикусив губу и стараясь не улыбнуться.

Ну вот, увидела его с утра и настроение поднялось. Разве это нормально?

Нормально, если любишь, ― хмыкнула про себя и вошла в лифт. И как же я обалдела, когда в кабину неожиданно ворвался Ильяс и пригвоздил меня рукой к стене.

Я даже вздох не успела сделать, как он вдруг потянул мои волосы на затылке, заставляя посмотреть в его глаза.

– Если гуляешь с ним, будь добра, не нервируй меня. Одевайся поприличнее и не позволяй ему прикасаться к тебе.

Мои губы приоткрылись в удивлении, я смотрела на Ильяса округлившимися глазами и не понимала, что происходит. Он ревнует? Правда, ревнует?

– Когда мне исполнится восемнадцать, я смогу позволить…

– Нет, ― прорычал он, и наконец‐то нажал кнопку первого этажа.

– Тебе прикасаться ко мне, ― выдохнула я, ощущая дрожь в теле.

Ильяс сглотнул. Пальцем мазнул по моим губам и отошел, отворачиваясь к дверям лифта.

– Таня… какого черта ты со мной творишь?

Я неуверенно сделала шаг вперед и дрожащей рукой коснулась плеча Ильяса, но сказать ничего не успела, лифт пришел на первый этаж.

– Хорошего дня, ― произнес он и первый вышел из кабины.

– И тебе хорошего дня, ― тихо прошептала я, ступая следом.

Подождала пока Ильяс пройдет дальше и только потом вышла на улицу.

Игнат ждал меня около своей машины, а мне уже никуда не хотелось.

Что значат слова Ильяса? Что я с ним делаю? Или он не так уж и спокоен по отношению ко мне? Я мысленно вздохнула. Ну, конечно, он неравнодушен, иначе зачем он врывался в лифт и показывал свои эмоции? Да и разве будет человек показывать эмоции, если ничего не испытывает.

Я широко улыбнулась, а Игнат подумал, что это я так рада его видеть. Хотя зачем скрывать, я рада видеть его. Но улыбка была из‐за Ильяса.

– Доброе утро, красавица. Как спалось?

– Как младенцу. Доброе утро. Спасибо еще раз за продукты. Скажешь, сколько я тебе должна.

– Ты же не думаешь, что я буду брать с тебя деньги? ― хмыкнул он, открывая для меня дверь.

Я только хотела сесть в салон, как боковым зрением увидела машину Ильяса. Он не уехал. Сидит наблюдает?

Прикусив губу, скользнула в салон, довольная его вниманием.

И что этим мужчинам надо?

– Твой дядя не в духе? Кстати, как вчера прошел разговор?

– Продуктивно. Мы прояснили некоторые моменты и пришли к понимаю.

– Я рад. Сначала даже испугался за тебя.

– Он бы меня не тронул. Просто переживает, что вполне нормально. Я же еще не совершеннолетняя. И он четко дает понять, чтобы я думала мозгами.

– Правильно делает. Ну что, кафе?

– Да, а то проголодалась, а перед учебой надо подкрепиться.

На одном из перерывов мне пришло сообщение от Ильяса. Мы как раз стояли с одногруппниками на улице, когда я услышала сигнал телефона.

«Нужно к Ниночке съездить, она пришла в себя. Ты во сколько заканчиваешь?»

Я улыбнулась и тут же набрала ответное сообщение.

«У меня последняя пара. Через полтора часа я свободна.»

«Заеду. Никуда не уходи.»

Настроение поднялось еще больше. Почему у влюбленных все так? Он просто смотрит на тебя, а ты готова визжать от счастья. Он пишет, что приедет, а ты уже прыгаешь до потолка от радости.

Но мне прыгать нельзя, иначе все поймут мое состояние. А я не люблю афишировать подобное.

После пары я увидела машину Ильяса за воротами. Улыбнулась и облизнув губы, пошла к нему, когда заметила на переднем сидении Катьку. Настроения, как не бывало.

Ильяс открыл окно с ее стороны, и я увидела неприятную рожицу, скорчившуюся от радости, что сидит рядом с Ильясом.

– Привет, Танюша. Садись, сейчас Катю подвезем и поедем к Ниночке.

– Ты знаешь, Ильяс, я совсем забыла, сейчас Игнат приедет. Мы с ним договаривались. Он меня отвезет к Ниночке. А ты езжай, ― я бросила мимолетный взгляд на эту шлюху и посмотрела на мужчину.

– Уверена?

– Да. И потом пожалуйста не забудь салон проветрить. После вашего секса.

Катька улыбнулась во все тридцать два, а Ильяс поменялся в лице. Дошло наконец‐то?

– Таня.

– Езжай, ― отмахнулась я и прошла в сквер, собираясь дождаться, когда он уедет и пойти на остановку.

С Игнатом я не договаривалась, но и сидеть с этой шлюхой в одной машине я не собиралась. Боялась испачкаться. Нравится ему такие, как она, пусть пользуется. Я в этом участвовать не буду.

В больницу я приехала через полчаса. На крыльце встретила Ильяса и одарив его недовольным взглядом, поднялась по ступеням. Не хочу с ним разговаривать. Меня волнует Ниночка и именно для этого я приехала сюда. А выяснять отношения не было никакого желания.

Сколько можно? Я же не железный человек каждый день терпеть одно и тоже.

– Таня…

– Я к Нине. Ты идешь?

Ильяс шел за мной, а когда я свернула не туда, он догнал меня, перехватил за руку и развернул к себе.

– Хочешь я уеду? ― неожиданно произнес он, глядя мне в глаза каким‐то загадочным взглядом. ― Как только Нину выпишут, я оставлю ее в своей квартире и уеду.

Я одернула руку и улыбнувшись, пошла обратно.

Он уедет. Уедет.

Почему так больно от этой новости? Внутри кнутом полосонуло, и я попыталась сделать глубокий вдох, чтобы хоть немного уменьшить боль.

Да пусть катится подальше, только бы не видеть, как он тут с девками развлекается.

– Какая палата? ― резко развернулась к нему и стукнулась носом о твердую грудь.

– Двести семнадцатая. Ты плачешь.

– Не трогай меня.

Я не заметила, как по щеке скатилась одинокая слеза. Пальцами смахнула непрошенные капли и пройдя еще пару метров по коридору, вошла в палату.

– Ниночка, ― выдохнула я и поторопилась к ней в объятия, ― как же я переживала за тебя. Я так соскучилась.

– Привет, моя девочка. Привет.

– Как ты себя чувствуешь? Очень болит голова?

– Уже легче, милая. Все хорошо.

– Привет, Нина. Ну ты и напугала нас всех.

– Прости, Ильяс Захарович, я сама не ожидала. Здравствуй.

Ильяс обнял Ниночку, а мне в нос ударил аромат его кожи.

Черт, почему так вкусно?

– Нина, ты помнишь, что произошло?

Я присела рядом с Ниночкой, а Ильяс занял стул около кровати.

Нина немного побледнела и сжала мою руку, я в ответ накрыла ее руку.

Почему она нервничает?

– Это была женщина. Она сказала, что ненавидит меня и я не должна жить.

– Ты знаешь, кто она?

Нина покачала головой и прикрыла глаза. Я бросила короткий взгляд на Ильяса. Кажется, он тоже взволнован.

– Впервые ее видела. Как жаль, что у нас нет во дворе камер. Возможно, это как‐то помогло бы.

– Ниночка, ― я склонилась, лбом уткнулась в ее руку и всхлипнула, ― тебе очень больно, да?

– Не переживай, Танюша, на твоей свадьбе еще погуляю.

– Обещаешь? ― снова всхлипнула я, подняв на нее свой взгляд.

– Обещаю. Если, конечно, эта мадам меня не добьет.

– Этого я не допущу, ― произнес Ильяс, поднимаясь со стула и проходя к окну, ― я пока не знаю как, но я найду эту дрянь, и она ответит за то, что сделала.

– Сынок, ты только себя не подставляй.

– Я приставлю к тебе охрану. Тебя больше никто не побеспокоит.

– Ильяс не обманывает, Ниночка, он защитит тебя, ― снова сжала ее руку, а Нина в ответ едва заметно кивнула, соглашаясь с моими словами.

– Прости, Нина, что не доглядел. Я с самого начала должен был поставить охрану дома. Не знаю почему не сделал этого. Возможно, мне мстит кто‐то из бывших.

– Тут даже я согласна. Вечно тебя тянет на всяких шлюх. Не удивлюсь, если это окажется одна из них.

– Таня, пожалуйста… и так дурно.

– Ну не я же виновата, что у тебя такой вкус.

– Не ссорьтесь, дети.

– Прости, Ниночка, просто Ильяс совсем ничего не понимает в женщинах, и я боюсь, что одна дура сменится на другую.

– Нин, набирайся сил. Тебе нужен отдых, ты совсем еще слаба.

– Спасибо, Ильяс. Я и вправду сейчас отключусь, совсем устала.

– Мы тебя ждем дома, ― прошептала я, сжала руку Ниночки и поцеловав в щеку, встала с кровати.

Ильяс тоже поцеловал Нину, и мы вместе вышли из палаты. Молча, ничего друг другу не говоря прошли по коридору и оказавшись на улице, остановились на крыльце. Я сделала глубокий вдох, понимая, какая же удушливая атмосфера в стенах больницы. Даже если она с хорошим ремонтом и совсем не похожа на медицинское учреждение. Скорее пансионат.

– Таня…

– Я вызову такси себе. Не волнуйся обо мне.

– Как ты сюда приехала?

Я слегка обернулась, но в глаза его не заглянула:

– С Игнатом, ― обманула я, не желая говорить правду.

– На автобусе? Или метро.

– Хорошего вечера тебе, Ильяс, ― бросила я, и сделала шаг к ступеням, как вдруг он перехватил меня за руку, заставляя остановиться.

Я прикрыла глаза на секунду и услышала слова, которые вовсе не ожидала услышать от Ильяса:

– Я не спал с Катькой. Не сегодня, не ранее, когда мы с ней виделись.

Я открыла глаза и посмотрела на мужчину. Выражение его лица говорило о том, что он не обманывает меня.

– И встречи наши были совершенно случайные. Как и сегодня. Она запрыгнула в машину перед тем, как ты подошла.

– А вчера? Где вы поехали с ней вчера?

– Я подвез ее в больницу и уехал.

– К гинекологу возил? Там же, наверное, целый букет насобирала. Прыгает на всех, у кого денег много. Даже с мажором развлекается, который младше нее лет на семь.

– Не сердись на меня.

– Ты ее водитель? Зачем ты это делаешь? Чтобы мне больнее было?

– Подвезти, не означает переспать.

Я вырвала свою руку из захвата и медленно покачала головой.

– Ее интересуют твои деньги, и она специально демонстрирует себя рядом с тобой, чтобы меня задеть, да побольнее. А ты этого не понимаешь. Ты просто не умеешь разбираться в девушках, в их чувствах, и потому ведешь себя как дурак.

Я сбежала вниз по лестнице, когда Ильяс перехватил меня и прижал к своей груди.

– Отпусти меня.

– Успокойся, Таня, я прошу тебя.

Я медленно покачала головой, и всхлипнув, щекой прижалась к его груди.

– Я устала, Ильяс. Я не знала, что любить будет так больно. Я превратилась в тряпку. У меня больше нет сил, я не могу каждый день смотреть, как ты уезжаешь с новой девушкой. У меня сердце разрывается на части.

Ильяс пальцами приподнял мое лицо за подбородок и прищурившись, внимательно смотря в глаза, произнес:

– Больше не будет никаких девушек.