Глава 28

Илья

Смотрю, как она танцует. Не отрываясь.

Руки над головой переплетает, бедрами плавно двигает. Пздц.

Мы в модном ночном клубе, сегодня вечер пятницы, впереди два выходных. Я женат всего четыре месяца и чувствую себя самым везучим человеком на свете.

Полина танцует. Мы отмечаем день рождения подружки моего приятеля, но в действительности именинницу знаем плохо. Я уже успел забыть, как ее зовут, да и вряд ли узнаю в лицо завтра. Мы с женой, скорее, воспользовались законным поводом вырваться из дома и повеселиться. Три шота подряд, и она отправилась покорять танцпол.

Вообще никого не замечаю вокруг. Сижу у барной стойки так, чтобы видеть именно Полину. Девушка красиво двигается под музыку, на ней короткое платье. Волосы распущены. Она безумно хороша. Настолько, что я начинаю поглядывать на часы, в ожидании, когда уже поедем домой.

- Илья, это Макс, - слышу голос Игоря, моего приятеля и по совместительству парня именинницы. Игорь кивает на человека, стоящего рядом. - Макс тоже учился в Питере, сейчас работает в частной клинике. Вы с ним не пересекались? - ударяет меня по плечу, дескать, общайтесь. - Макс, это Илья, я тебе о нем рассказывал. Будущее нашей травматологии.

Я протягиваю руку, с трудом отрывая глаза от Полины. Знакомлюсь.

В ходе короткой беседы выясняется, что мы и правда проходили ординатуру в одной и той же больнице, только в разное время. Он старше на шесть лет. Его тоже после окончания учебы направили хе* пойми куда почти на пять лет. В общем, находится много общих тем.

Минут пятнадцать мы болтаем, вспоминая годы учебы.

- О, а ты проходил у Берестнева тест на долбае*а? - спохватывается Макс. - Или он отменил его к тому времени?

Я моментально понимаю, о чем речь, и смеюсь в голос.

- Не отменил! Это ж его главная фишка. Проходил, конечно.

За это мы выпиваем по стопке текилы.

- Прошёл? - задает вопрос Макс, прищурившись.

- Да. А ты?

Так, тест на долбае*а по Берестневу. Рассказываю. Это когда ты после меда приходишь учиться уже на хирурга. Ошалевший от счастья и всего вокруг происходящего. Первая операция. Стоишь и смотришь, сжигаемый изнутри восторгом от атмосферы и осознания собственной крутости. За плечами шесть лет учебы, диплом, знания... В какой-то момент Берестнев поднимает глаза и говорит:

- Продолжай.

Ни с того ни с сего тебе вдруг вручают два конца нитки, торчащих из раны живого человека и требуют завязать узел. И ты понимаешь, что реальная работа в больнице — это нифига не сессия. Здесь нужно в любой момент времени быть готовым ко всему. Никто не будет предупреждать заранее. Объяснять очевидное. Хвалить за то, что должно быть само собой.

Первый узел — это еще пол беды. Самое сложное — второй. Если он получился хорошим, дальше расслабляешься.

Если вяжешь качественно и быстро, то сможешь делать это и дальше. А если начнешь тупить и медлить — мои поздравления, то долбое*. В следующий раз тебе предложат попробовать месяцев через шесть-восемь.

- Да, разумеется, - отвечает Макс, слегка помедлив.

Мы опрокидываем стопки. Я снова смотрю на Полину. Начинается новая песня.

Узлы мы со Славиком начинали вязать еще в школе по книжке. Сейчас с этим проще — куча обучающих роликов на ютубе. Половина из которых, правда, полная хе*ня, но есть и в общей массе и пара десятков вполне приличных. В студенчестве я тренировался шить чуть ли не ежедневно, и к ординатуре делал это отлично. Как же я болел хирургией! Много-много-много часов на нее потратил без сожаления. Большую часть своей жизни.

К Полине подходит какой-то мудак и начинает пытаться флиртовать. Она отворачивается, я напрягаюсь.

- Красивая девица, - говорит Макс, прослеживая мой взгляд. - Заметил, как ты пялишься. Мой тебе совет, лучше поспеши, а то уведут.

- Это моя жена, - говорю я, приподнимая руку и показывая кольцо на пальце.

Слезаю с высокого барного стула, потому что этот придурок на танцполе не понимает «нет» и снова пытается приобнять Полину. Та останавливается, что-то говорит ему резкое и надменное. Показывает свое кольцо на пальце. Быстро разворачивается и идет в мою сторону. Я уже сделал несколько шагов навстречу. Раскрываю объятия.

Придурок следует за ней, но осекается, напоровшись на мой взгляд. Проваливай, иначе пздц тебе.

Он мешкает, сомневается. Тем временем Поля обнимает меня, а я прижимаю ее к себе. Она целует меня в шею, потом приподнимается на цыпочки и тянется к губам. У ее помады какой-то ягодный приторный вкус, но мне нравится. Всё в ней нравится.

- Всё хорошо? - спрашиваю я, обеспокоенно.

- Да, привязался вот. Я ничего не делала плохого, просто танцевала.

- Я знаю. Не бойся, я присматриваю.

- Больше не хочу танцевать.

- Предлагаю еще выпить и отправиться домой.

Она кивает. Продолжает обнимать меня, когда мы возвращается к барной стойке. Я забираюсь обратно на стул, и она устраивается у меня на коленях. Все время обнимает, ластится. Мы с Максом травим байки с учебы, и она смеется с голос.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Она так естественно и органично вписывается вот в эту среду — красивая, яркая. Вокруг толпа расслабленных молодых людей. Веселье, смех. Я здесь, конечно, чужой. Да и не не пью обычно, это сегодня у меня выходной. Зимний сезон травматологов в этом году особенно насыщенный. К концу я января я тупо устал и позволил нам отрыв. С трезвой же головой в подобных заведениях находиться дольше получаса невыносимо.

- Я хочу тебя, - шепчет Полина мне на ухо.

Музыка звучит громко, и Полю не слышит никто, кроме меня. Но мой пульс все равно разгоняется — мы говорим о сексе, когда вокруг толпа людей.

Прижимаю ее к себе крепче, незаметно провожу ладонью по груди. Она это чувствует и устраивается поудобнее на моих коленях, слегка при этом поерзав. Внутри меня столько любви к ней и обожания, что я готов убить любого, кто ее обидит.

- Я хочу тебя, - шепчет Полина. - Поехали домой. Трахнешь меня? Я хочу сзади и сильно. Илюш, я хочу сильно, - она касается языком мочки моего уха. Влажно ее облизывает.

Знаю, что за нами наблюдают. Тот же Макс сидит в полуметре. А я не люблю открытой демонстрации чувств. На мой вкус — это пошло. Но моя жена — девятнадцатилетняя девочка, импульсивная и к тому же пьяненькая.

 Мы едва сдерживаемся, пока едем в такси. Всю дорогу обнимаемся и целуемся. Когда заваливаемся в квартиру, пульс не просто ускоренный — он бешеный.

На ходу скидываем верхнюю одежду, спешим в спальню. Я толкаю девицу на кровать, стягиваю с нее колготки вместе с трусами. Она хохочет в голос, раздвигая ножки. И я кидаюсь на нее. Задираю платье и зацеловываю ее живот. Обвожу языком пупок. Жадно ласкаю ниже. Припадаю к клитору, облизываю и посасываю нежную кожу. Она уже такая влажная, что хоть прям щас бери и трахай. Но я обожаю ее целовать везде. Полина ерошит мои короткие волосы, прижимает мое лицо к себе. Жарко стонет.

- Да, да, боже, Илья. Вот так еще! О нет, я сейчас просто умру. Я просто умру сейчас!

От вкуса и запаха — дурею. От ее стонов и вовсе голову сносит. Мы вместе живем чуть больше года, а я все поверить не могу, что эта девушка моя. Что она меня выбрала. Полина крутится, я знаю, что она хочет жестко, но я просто не могу остановиться. И лишь когда понимаю, что она кончает, отрываются от ее промежности.

Полина сворачивается клубочком и постанывает. Я быстро тянусь за презервативом. Пальцы покалывает от нетерпения. Она там такая мокрая, горячая, жаждущая. Я безумно хочу ее наживую. Сейчас мне кажется, что трахнув ее вот так, без резины, — можно и умереть со спокойной душой. Но это как в операционной. Мало ли чего хочется. Есть правила. Ей только девятнадцать.

- Как ты хочешь? Поленька? - спрашиваю.

Она поднимается на четвереньки и прогибается в спине, демонстрируя мне свою идеальную попку. Осыпаю ее поцелуями и поднимаюсь на коленях. Направляю член и замираю.

Она заманчиво крутит бедрами, которые я ощутимо поглаживаю. Шлепаю. Полина сама насаживается на мой член и начинается осторожно двигаться, постанывая. Я не шевелюсь.

Она насаживается на меня глубже и замирает. Тогда я, на кураже и тоже под алкоголем, совершаю резкий толчок. Она ахает. Утыкается лицом в подушку.

- Нравится?

- Да...

Я совершаю еще один толчок. Она стискивает пальцами простынь. Я обхватываю ее крепче и начинаю двигаться. И она стонет. Так страстно и искренне, что внутри меня все полыхает.

Я трахаю ее пока она снова не кончает — на этот раз ярко и долго. Чувствую ее бесконечные спазмы.

- Пздц, какая ты горячая. Просто пздц.

Вытаскиваю член, сдергиваю хренов презерватив. Полина поворачиватся ко мне и я кончаю на ее грудь, живот. Она вся розовая, возбужденная. Меня от удовольствия на части разрывает. Какое-то первобытное и дикое в голове: моя-моя-моя. Полина кидается на меня, обнимает руками и ногами. Мы снова жадно целуемся, заваливаясь на кровать и катаемся, пропитываясь друг другом.

- Боже, как я тебя люблю. Как я люблю тебя, Илюш. Мой единственный, мой навсегда, - шепчет она словно в дурмане. Всё еще дрожит от оргазмов и трется об меня клитором, продляя наслаждения. Это безумно приятно.

- Я тебя люблю, Поленька. Моя девочка. Моя жена, - шепчу ей в губы, а потом снова ласкаю ее язык, облизываю. Как можно быть такой вкусной везде? Прижимаю ее к самому сердцу.

- У нас вся жизнь впереди, правда? - шепчет она.

- Да. Я люблю тебя больше жизни. Больше всего на свете.

- После своей работы, - шутит она, расслабленно улыбаясь. - Но меня устраивает почетное второе место. Даже не сомневайся.

Я смеюсь. Опоздание на свадьбу она мне никогда не забудет.

_____

Открываю глаза и смотрю в потолок. Утренний стояк болезненный после таких снов. Снова провалился в воспоминания. Просыпаться в общем-то и не хочется, но будильник сигналит под ухом. Нащупываю и выключаю его. Целую минуту позволяю себе полежать, чтобы выровнять дыхание и привыкнуть к мысли, что прое*ал вот это вот все, что у меня было с Полиной.

Реальность окутывает тупой серой безнадежностью. Мне тридцать пять. У меня есть работа. Надо вставать и ее работать.

Иду в душ, потом поспешно одеваюсь. Вот-вот должна прийти Аня, я обычно ее встречаю при полном параде. Несмотря на то, что наши родители дружат всю жизнь, и мы общались даже когда жили в разных странах — проводили вместе отпуска, созванивались - некоторая неловкость между нами существует. Мы разнополые. Работать у мужчины дома для девушки, особенно незамужней, всегда немного неудобно. Я не допускаю малейших поводов. Смущение — последнее, что мне нужно в отношениях с няней моего сына.

На минуту заглядываю в детскую — спит Жека. Улыбаюсь, рассматривая его довольное личико. Его появление стало мне большим уроком и... я раньше думал, что наказанием. В то время я не подозревал, что так сильно полюблю его. Заботиться о сыне оказалось не так тяжело, как я представлял себе изначально.

Быстро осторожно целую сына в лоб и выхожу из комнаты, плотно закрываю дверь. Он проспит еще минимум час.

Встречаю Аню на пороге. Тут же начинаю поспешно обуваться. Она о чем-то хочет поговорить, но я очень спешу.

- Если не срочно, может, вечером? Не хочу опаздывать.

- Да, конечно. Ничего срочного, - говорит она. - Ты просто... ты следи за ним лучше, когда вы гуляете с Полиной и ее собакой. Вдруг покусает.

- Не беспокойся, Газировка никогда не укусит, тем более ребенка. Я ручаюсь за эту собаку.

- Я бы не была так уверена.

Через минуту я уже забываю о страхах Ани. Прощаюсь с ней и выхожу из квартиры. Прогреваю машину и жму на газ.

Полина меня уже ждет.