Глава 16. Обмен подарками

Глава 16. Обмен подарками

Приятная мелодия обволакивает, заставляя погрузиться в этот момент. Кладу голову на грудь Вадима и, тихонько покачиваясь с ним в такт, отпускаю себя ненадолго. Дышу этим мужчиной, наслаждаюсь его прикосновениями, жаром его тела. Это ужасно, но я сильно завидую сестре — встретить такого, как Вадим… И дело не в его заработке, а в отношении. Он заботлив, любит дочь, внимателен, а еще безумно сексуален и прекрасно двигается. От его поцелуев ноги подкашиваются, а от взглядов сердце сжимается. Как бы много я отдала, чтобы встретить похожего на него!

На нас налетает Амелия и обнимает за ноги — ей тоже хочется танцевать. Вадим подхватывает дочку на руки, и мы танцуем вместе. В глазах Амелии светятся обожание и счастье. Когда музыка заканчивается, забираю ее к себе и целую пухлые щечки.

— Хочешь кушать? — Активируется во мне режим мамы-наседки.

—Нет! Я гуять! Пути! Пути! — Она освобождается и убегает снова играть.

Рядом с ней появляется маленький мальчик, в руках у которого конфеты. Он предлагает их Амельке, та не отказывается.

— Кажется, у нашей дочери кавалер, — Вадим обнимает меня за талию, голос недовольный. — Надо бы его пробить.

— Господи, — закатываю глаза. — Вадим, ему два… ну может быть три… это просто мальчик на празднике.

— Да, конечно. Но пробить все равно нужно, — кивает он и направляет меня в сторону нашего столика.

Блюда с устрицами уже нет, и это меня радует. Когда сажусь за стол, замечаю, что вместо обещанного вагю мною передо мной блюдо со стейком из семги и овощами на гриле.

— Кажется, тут что-то перепутали, — Вадим качает головой. — Я сейчас позову официанта …

— Не надо, — хватаю его за руку. Не хватало только лишиться ужина. — Все хорошо. Ну зачем беспокоить персонал. Я съём!

— Ну раз так… — Вадим пожимает плечами.

У него на тарелке снова стейк, и, я подозреваю, что с кровью. Ну и пусть, смотреть, как он будет его есть, я не собираюсь.

Без особого стеснения подкладываю себе рулетики с баклажанами, пару бутербродов с красной икрой, и мне сразу становится веселее. Ну вот, уже голодной не уйду.

Все вместе ужинаем и обсуждаем покатушки с горы. Демьян с Серафимой планируют выехать куда-то еще, покататься на больших горках. Вадим тоже раздумывает над тем, чтобы к ним присоединиться.

Я сразу отказываюсь. Наш с Амелькой максимум — это небольшая детская горка с «плюшкой».

Амелия периодически подбегает к столу, хватает приготовленные для нее детские закуски. Один раз мне с боем удается усадить ее и накормить котлеткой, а потом она снова уносится в детский уголок и опять к тому мальчику, который угощал ее конфетой.

Взгляд Вадима наполняется свинцовой тяжестью.

— Все хорошо, — глажу его по плечу, чтобы немного успокоить, и тащу снова на танцпол. Серафима с Демьяном присоединяются к нам.

До десяти время пролетает незаметно. Серафима делает множество общих фотографий, а также снимает нас с Амелией и Вадимом. Прошу ее перекинуть мне фотографии на почту, даю свой настоящий адрес, чтобы эти снимки навсегда остались у меня.

— Уже хочу увидеть тебя с ребенком на руках, — Демьян прижимает к себе невесту. — Как только женюсь, сразу заделаю ребенка.

— Заделай, — со счастливыми глазами соглашается с ним Серафима. — Побыстрее уже женись и заделай!

Ребята смеются, а я смотрю на них с умилением. Вот так и должно быть — встретились, полюбили друг друга, создали семью, родили деток, счастливы. А не так, как сделала Наташа. Она и сама несчастлива, и людей вокруг делает такими же.

— Нам пора, — объявляю Вадиму. Я следила за Амелькой и заметила, что она уже вовсю трет глазки. Держится, конечно, но очень устала. Пока еще малышка слишком маленькая, чтобы так долго не спать.

Вадим не возражает. Наоборот с большим облегчением забирает дочь из детского уголка. Мальчик, который весь вечер ухаживал за Амелией, выглядит расстроенным, но Вадим на это не обращает никакого внимания.

— Ей же только два, — хмурится он. — Какие вообще могут быть мальчики? У меня сердце не выдержит видеть такое.

— Мне страшно, что будет, когда ей стукнет четырнадцать.

— Да я ее запру в женском закрытом колледже и ключи выброшу! Может быть, где-то к восемнадцати разрешу общаться с мальчишками. И то под вопросом! — он прижимает Амельку к себе, как самое драгоценное.

— Ну-ну, — усмехаюсь я. Характер у нашей Амельки, как и у Державина, непростой. Никуда ее папа не запрет, она еще веревки из него вить будет. Он будешь сидеть дома и переживать, ждать дочку со свиданий. Как бы мне хотелось переживать за Амелию вместе с ним!

Попрощавшись с Демьяном и Серафимой, желаем им хорошо встретить Новый год и повеселиться. А у нас сегодня более спокойная программа. Пока едем в лифте, Амелия прикрывает глаза, а стоит зайти в номер — так и вовсе вырубается у Вадима на руках.

— Я сам ее уложу, — предлагает он и скрывается в детской.

У меня сердце трепыхается от радости — их сближение хорошо идет. Пока Вадима нет, вынимаю свои подарки и кладу под елку. Замечаю там же еще несколько коробок в шелестящих обертках.

Вадим выходит из детской и потягивается, снимает с плеч пиджак.

— Если ты хочешь еще повеселиться… — начинаю я.

— Нет, не хочу. Мне нравится быть там, где я есть, — мягко прерывает меня. — Я хочу встретить Новый год с тобой. Вдвоем.

— Ладно, — неловко пожимаю плечами. — Если хочешь, можем обменяться подарками.

— Давай. — Он садится на диван. — Твой в красной обертке.

— А это твой, — забираю две коробочки из-под елочки и сажусь на диван недалеко от Вадима, отдаю ему свой.

Пальцы подрагивают, пока распаковываю подарок Вадима. Внутри нахожу очень красивый флакон духов из толстого стекла.

— Я заметил, что ты перестала пользоваться своими духами, и взял на себя смелость купить для тебя что-то на свой вкус.

— Спасибо, — осторожно открываю флакон и брызгаю на запястье, делаю пару взмахов кистью. Прикрываю глаза и втягиваю аромат. На моих губах появляется довольная улыбка — аромат очень тонкий, свежий, с нотами цветов и как будто бы морозной свежести.

— Как тебе?

— Очень нравится, — наношу духи за ушком и на шею.

Вадим двигается ближе, его ладони опускаются на мою талию и застывают. Нос скользит по шее, втягивая аромат.

— Идеально, — удовлетворенно выдыхает. — Твой запах и этот аромат вместе это что-то потрясающее.

Его голос наполняется грубой хрипотцой. Губы обжигают мою кожу поцелуем. Наши взгляды встречаются, и Вадим облизывается, переводя взгляд на мои губы.

— А мой подарок откроешь? — тороплюсь разбить этот интимный момент. Резко отсаживаюсь немного в сторону и пытаюсь перевести дыхание.

— Конечно, — он хрипло выдыхает, быстро срывает бант на большой шелестящей коробке, раскрывает ее. Внутри обнаруживает кучу пенопластовых шариков, запускает в них руку и пытается что-то нащупать.

— А там точно есть подарок?

— Точно-точно, просто нужно поискать.

— Кажется, нашел, — Вадим вынимает из коробки кулак и разжимает его. — Оу...

— Я подумала, что тебе подойдет идеально, — прикусываю губу.

— Это утка?

Он касается ее пальцами другой руки, со всех сторон рассматривает.

— Она дизайнерская, сделана в одном экземпляре. Такой больше ни у кого нет, — уверяю его, набивая своему подарку цену.

— Надо же, я польщен, — Вадим отставляет коробку в сторону, протягивает мне зажим для галстука.

— Наденешь?