Глава 1 Погоня

Яркие вспышки света в кромешной тьме подгоняли его вперёд. Враг приближался и стены содрогнулись от удара, эхо пронзило тишину.

Потеряв возможность адекватно ориентироваться в пространстве и будучи сбит с ног ударной волной мужчину отбросило в сторону.

Хоть после взрыва заклинания наступила тишина тёмный эльф

знал – у него мало времени. Превозмогая боль он поднялся и вновь побежал вперёд, то и дело натыкаясь на стены. И наконец, там, в конце тоннеля, появился далёкий лунный свет.

Сзади блеснуло красным и шар огня пролетев мимо врезался в стену. Свод пещеры вновь вздрогнул от взрыва и в очередной раз мимо героя пронёсся огненный шар. Он угодил в потолок – вновь раздался оглушающий взрыв и пещера начала рушиться.

Падающий свод обрушивался закрывая проход из пещеры. И на последних секундах дроу удалось выскочить через узкую щель прохода на поверхность прежде, чем обвал погрёб под собой выход и тех, кто за ним гнался.

Тяжело дыша мужчина обернулся посмотреть назад, когда споткнулся и кубарем покатился по склону ударяясь о камни и не успев затормозить у отвесного утёса свалился вниз, сопровождаемый собственным криком.

***

«Я умер… Да?»

Вокруг было темно и тепло, тело болело, а в горле першило от жажды и набившейся в рот пыли. Что-либо делать мне не хотелось из-за тяжести, что я ощущал. Она мягко придавливала меня к земле. Но продолжать так лежать мне не хотелось, ведь было любопытно узнать, что же со мной случилось.

Рискнул открыть глаза – яркий дневной свет был весьма болезненным, от чего в уголках глаз появились слёзы и скатившись по вискам оставили две мокрые дорожки. Я зажмурился и на этот раз стал открывать газа медленно, стараясь привыкнуть к свету.

Я лежал посреди негустого, на первый взгляд, леса в полном одиночестве под звуки заливистых трелей птиц и стрекотания насекомых. А надо мной, поверх крон деревьев, на голубом небе неспешно проплывали белые облачка. Невероятно, но я никогда в своей жизни не видел такого неба.

Хотя… Минуточку!

Не без усилий я смог присесть и осмотреться. Лес оказался намного гуще чем я думал, окружая меня со всех сторон и вокруг не души. Моё тело всё в мелких ссадинах и царапинах, но как я их получил совсем не помню.

Холодный пот прошиб моё тело.

«А я кто? Что я здесь делаю? И где я вообще?»

Голова резко заболела и схватившись за неё обеими рукам я обнаружил большую шишку.

Хотя это и было первое на что я обратил внимание… Я схватился за уши – длинные и заострённые.

На этом неожиданности не закончились: за одно ухо была заправлена длинная прядь волос, которую я поспешил откинуть и взглянул – белые волосы длинной чуть ниже лопаток явно брали начало с моей головы и дабы в этом убедиться я дернул их. Боль не заставила себя ждать.

Далее было хуже – я заметил, что мои руки не мои вовсе – длинные худые пальцы, увенчанные некогда аккуратным длинным маникюром, заостренным на концах. Несколько ногтей сломаны, на некоторых есть сколы и несколько целых. В довершение всему - кожа обсидианового цвета.

Это вызвало немало беспокойства, но я постарался не впадать в панику и прикрыв глаза начал восстанавливать в память последние события:

«Я был с братом на приисках… Затем мы вечером шли домой… А дальше…»

Память услужливо подкидывала мне всё новые и новые картинки прошлого, от чего кровь начала закипать. Мне хотелось рвать и метать, только вот, что я могу теперь сделать? Ровным счётом ничего.

Я вспомнил самое главное…

Ужас сковал моё тело, к горлу подступил ком - кажется я мёртв…

Просидев на месте ещё немного я всё же взял себя в руки. Толку от паники и крокодильих слёз не было, однако очень хотелось посетовать на свою неудачную кончину. Но я сдержался.

Что бы со мной не случилось – я здесь. А раз я здесь – значит всё ещё жив, как бы странно это ни было, но так и есть.

Проверяя единственный имеющийся карман на штанах я обнаружил обрывок листа. На нём ровным подчерком было написано «Виктариону Карнелиусу».

Развернув его я обнаружил только одно слово «беги», остальная часть послания была оторвана.

«Зачем бежать? Куда бежать?»

Я тяжело вздохнул и потерев лицо руками вновь лёг и перевернулся на бок. Соблазн полежать ещё немного был огромен, сказывалось моё «неважное» состояние. Однако вероятность, что меня могут найти те, от кого он, предыдущий владелец этого тела, так стремительно бежал, заставила меня подняться.

Вопросов у меня было много, но ответов на них дать мне было некому, так что оставалось только одно – просто плыть по течению жизни, а там - что будет.

Бродил я по лесу чуть больше двух часов, как мне показалось. И столь диковинным мне всё казалось, что я напрочь забыл об осторожности, когда наткнулся на маленького зайчика.

Мне стало любопытно, почему такая кроха не бежит прочь и присев на корточки я стал его разглядывать. Ждать беды от такого милого создания мне и в голову не пришло, но как я ошибался.

Зверёк заметил меня и оторвавшись от своих дел, принюхался. Его носик забавно дернулся, когда он зафыркал и вокруг нас из травы появилось с дюжину таких же зайчиков. Почуяв неладное я хотел потихоньку убраться подальше, но в сведущий миг, едва я дёрнулся, вся эта орава набросилась на меня.

Они вонзали в меня свои маленькие, но острые зубки, намереваясь вырвать кусок плоти. Закричав от боли я одного за другим стал скидывал их с себя, топтал их и бежал прочь. Через некоторое время мне удалось отбиться от настырных гадов, но к этому времени ран на теле стало вдвое больше. Царапины и укусы болели… Болели и кровоточили, это не на шутку тревожила. Хоть бы заразы никакой не было.

Продвигаясь всё дальше по лесу я пытался сообразить - что делать дальше, прежде чем вышел к небольшой речушке. Я упал на колени склонившись над поверхностью воды и посмотрел себе в глаза. Говорят - глаза отражение души, мои были печальны. В них отражалось отчаяние и безнадёжность.

Опустив веки и коснувшись губами водной глади я сделал глоток прохладной, невероятно вкусной воды и это придало мне сил. Но беспокойные мысли по-прежнему роились в моей голове назойливой мошкарой. Они то и сподвигли меня искупаться.

Вдоволь накупавшись я решил простирнуть свою одежду и для начала вытряхнул её. Когда вытряхивал сапоги из одного выпал маленький мешочек, а из другого размером с ладонь книжонка. И как это я раньше не почувствовал, что в сапогах что-то есть.

Когда я, после стирки, вновь присел, чтобы рассмотреть найденные вещицы, раны вновь открылись и начали кровоточить. Но делать было нечего. Они не были серьезными, по крайне мере не сильно, а чем обработать я не знал. От кровопотери мне не грозит смерть, так что я ждал пока они сами перестанут кровоточить.

В мешочке оказалось несколько красных камешков и какой-то странный медальон с пауком, у которого на месте головы было красивое женское лицо. Рассмотрев всё внимательно я вернул вещи обратно в мешочек и крепко завязал его.

Теперь настал черёд книжонки – маленькая, изрядно потрёпанная, в чёрной обложке. Сначала казалось это его дневник и каким-то странным образом я понимал, что язык другой, однако с лёгкостью смог прочесть и понять его содержимое.

В ней было несколько формул. Формул заклинаний?!

Бред какой-то! Кажется, у него не все дома били – этот парень что? Магом что ли был или просто из ума выжил? Я бросил взгляд на отражение в воде.

Оттуда на меня смотрел беловолосый эльф с красными глазами и кожей обсидианового цвета.

Если существо, смотрящее на меня из отражения - это я, то, полагаю, можно допустить, что всё написанное в книжонке правда. И как мне это выяснить?

Я снова посмотрел на строки в ней и глаз зацепился за одну формулу, которую я решил испробовать. Нет, я вовсе не рассчитывал на успех, просто хотел убедиться в собственной правоте.

Приложив пальцы к самой большой царапине я прикрыл глаза и напрягся. Далее следовал инструкции, хотя больше инстинктивно - чем осознанно, направил в неё тёмные нити. Я не помнил, что это, но знал, что могу это контролировать больше на подсознательном уровне. Однако мне этого хватило пока, я остановился.

Посмотрев на место, где пару секунд назад была царапина я сильно удивился её отсутствию. Хотя удивился слабо сказано, но на тот момент это единственное описание своих эмоций до которого я додумался исключая все «волшебные» выражения моей необъятной родины.

Я решил попробовать снова, ведь результат моих действий был положительный, да и как я понял у этого тела была неплохая мышечная, если это можно так назвать, память.

Заживив почти всё, кроме нескольких мелких царапинок я ощутил слабость, а в животе предательски заурчало – надо что-то поискать съестного.

Вокруг было полно ягод и грибов, но есть я их не стал – вдруг ядовитые. Вместо этого я вновь полез в воду и с помощью рваной рубашки поймал водившуюся там рыбу. Сложил небольшой костерок, выпотрошил улов острим камнем и насадив на прутья пристроил над огнём.

Эта рыба была самым вкусным из всего, что я ел. Хотя с учётом того, что я не помню, пожалуй, сравнивать не с чем. Тем не менее мне этого хватило, чтоб насытиться, следом накатила волна сонливости и в этом удовольствии я себе не отказал. Добавил в костёр хвороста я устроился поудобней и уснул.