Глава 2 Крик в лесу

Проснулся я рано на рассвете, ибо с моим тонким слухом спать под звуки просыпающегося леса было просто невозможно, казалось птицы устроили турнир «утренних трелей».

Признаться честно, не сразу сориентировался в происходящем, но вскоре мой сонный мозг начал адекватно работать и восстановил не столь далёкие события прошлого. От чего хорошее утро было безнадёжно потеряно.

Ближайшие пол дня я продирался сквозь лесные заросли в поисках каких-либо следов цивилизации, но к моему огромному разочарованию - старания мои, пока-что, оставались неоправданными. Тем не менее я не останавливался и всякий раз нарываясь на неприятности в виде дикого зверья или растений-убийц и драпал от них со всех ног не разбирая дороги.

В основном я старался идти в одном направлении, дабы случайно не начать нарезать круги. Но лес, как мне казалось, даже не редел, наоборот – становился гуще и темнее. А может просто я устал или солнце проделывает свой последний шаг прежде тем, как скрыться за горизонтом. Окончательно потеряв направление и ход времени я остановился.

Только я собирался присесть передохнуть прежде, чем расчищать место для костра, как издали ветер донёс до мне детский крик. Замерев я прислушался – крик повторился, однако вместе с ним мои уши уловили мужские голоса. Как ошпаренный я рванул в сторону источника звуков.

Наконец я отыскал несколько живых душ, но меня настораживали звуки, что они издавали. Как можно тише я подкрался к пригорку и замер в кустах. Картина, представшая моему взору, была стара как мир.

Двое разбойников терзали маленькую девочку, та же изо всех сил пыталась вырваться, однако её силёнок явно не хватало. Недолгого наблюдения хватило, чтобы понять, что эти сволочи собираются надругаться над ней. К горлу подкатил ком из омерзения и желудочного содержимого, чем бы оно не являлось. Я сглотнул.

Совесть, а точнее её отсутствие, вполне позволяла мне развернуться и уйди. Шансов победить двоих вооружённых бандитов у меня было мало, ведь что может противопоставить безоружный ослабший я двум здоровенным разбойникам. Однако…  В моей памяти случился проблеск, сопровождаемый моментальной болью и схватившись рукой за голову я прослезился.

В моей памяти всплыли несколько обрывков воспоминаний. Они то и повлияли на моё решение.

Ещё миг я понаблюдал за происходящим. И убедившись, что кроме этой троицы поблизости нет никого, а на моей стороне элемент неожиданности, я начал действовать.

Взяв горсть земли и внимательно произнеся в мыслях одну из формул, направил темные струйки магии в неё. Затем бросил землю под ноги разбойников и они провалились в воронку шириной в пол квадратных метров. Однако один из разбойников угадил только одной ногой, но увязли они оба примерно по колено прежде, чем земля вновь стала твёрдой.

Девочка же в это время с криками и плачем поползла прочь, оставив торчать из затвердевшей земли часть подола и без того изорванного платья. Разбойники же утратив какой-либо интерес к ребёнку пытались вытащить свои конечность что-то при этом невнятное крича. Хотя мне не было никакого дела до их воплей.

Вскочив на ноги и хлопнув в ладони я выкрикнул:

- Эй, уроды!

Оба человека сразу же посмотрели в мою сторону, а я не теряя ни секунды сжёг их глаза вместе с лицами магическим огнём. Подготовленным сразу после земляной ловушки. Они истошно завопили, вместе с ними орала навзрыд от ужаса и девочка в кустах.

От вида моих деяний ком стоящий у меня в горле всё же потребовал выхода, и я блеванул, а те двое всё еще были живы, но ослеплены. Как я и рассчитывал моя магия их убить не смогла, а план был хорош - только вот добить их осталось.

У одного из разбойников, помимо меча, на поясе висел охотничий нож. Не думая ни секунды я выхватил оружие и нанёс его хозяину удар в область печени, затем ещё раз в то же место. Другого же, на чей кожаный жилет я позарился, схватив за редкие волосы быстро наклонил вперёд перерезая горло и держал его так, пока он не перестал дёргаться.

Наконец всё было кончено и я облокотившись о ствол дерева сполз на землю вытирая окровавленные руки о траву. Слабость вновь дала о себе знать и в голове начало звенеть, в какой-то момент я решил, что потеряю сознание, но всё обошлось.

Отдохнув ещё немного я решил взглянуть на девчонку и раздвинув ветки кустов обнаружил причину по которой она не сбежала при первой же возможности – она была связана. Ран на ней не было и громко выдохнув я протянул руку к девочке - она вновь истошно заверещала. От столь неприятного звука я даже отпрянул от неё и поморщился.

Добрым самаритянином меня, конечно, считать не стоит, ведь порешил эту парочку я из личных соображений выгоды, но ребенка бросать в лесу связанным - это вообще свинство. Только вот чего она орёт то так, может из-за того, что видела, как я их убивал?

Вновь наклонившись вперед, но на этот раз не трогая кусты, я спросил:

- Ты чё орёшь? Я тебя обижать не буду. Честное слово.

После я вновь попытался достать её из кустов, но она всё ровно встретила мою попытку визгом в захлёб.

- Ну и чёрт с тобой! – Бросил я в сердцах. – Сиди там пока тебя зайцы не съедят.

После этих слов девочка выскочила из кустов, как ошпаренная и свернулась калачикам у моих ног. Из этого я сделал вывод – она меня понимает и этих ушастых монстров боится больше чем меня.

Сняв с трупа вожделенный жилет и забрав всё ценное я убрал тела с дороги заметая следы. Девочка всё это время сидела неподалёку и вроде как даже успокоилась.

- Где твоя мама? Я тебя к ней отведу.

В ответ мне последовала только тишина. Я вновь вздохнул и продолжил:

- Малая, давай проясним несколько важных для тебя вещей. Первое – я тебя трогать не собираюсь. Второе – я знаю, что ты меня понимаешь и умеешь говорить. Третье – в твоих же интересах отвечать на мои вопросы, в противном случае я просто уйду, а ты останешься здесь, одна и ночь скоро наступит… И не мне рассказывать тебе, как опасно маленькой девочке одной в тёмном лесу.

Она закивала не сводя с меня испуганных карих глас.

- Вот и замечательно, теперь пойдем отсюда пока окончательно не стемнело.

***

Вечером у костра она слёзно поведала мне, как подлые разбойники напали на их деревню. Убили нескольких мужчин, в том числе и её папеньку, забрали все ценности и еду, коей в деревне и так не хватает.

На вопрос - как она попала к тем двоим она прижала коленки к груди и буркнула, что испугалась и спряталась в бочку, стаявшую на телеге. Да вот только на телегу ту налётчики скидали всё награбленное и вместе с конём старосты деревни угнали. Её же потом поймали, когда пыталась убежать. И главарь банды велел тем двоим убить её. Вот весь рассказик маленькой девочки, а вскоре она заснула, я же ещё немного посидел у костра подбрасывая хворост и тоже отправился на боковую.

На рассвете мы выдвинулись в путь, и девочка, окончательно перестав меня бояться, всю дорогу не умолкая рассказывала о своей деревне и как там хорошо живётся. Мне, естественно, и дела не было до её россказней, однако уж пусть лучше трещит без умолку - чем трясётся от страху.

Лес постепенно становился реже, да и деревья по большей части были по моложе, я предположил, что уже рядом. Верным признаком оказались многочисленные пни деревьев, оставленные при заготовке дров на зиму, некоторые из пней были свежими.

Наконец мы вышли на небольшую опушку, и девочка радостно воскликнула указав пальцем вперёд – в том направлении виднелась укутанные в ещё не сошедший туман дома. После, с таким же восторженным пискам и ураканьем, малышка вцепилась в маю руку и побежала вперед увлекая меня за собой.

Как по мне, зрелище бегущей по лугу девчонки, держащейся за руку взрослого мужчины довольно странное, тем более что, он не особо то и радуется ситуации.

Конечно можно было бы принять бегущую парочку за дочь и отца, если б я, конечно, был человеком, а так картинка сомнительная вырисовывалась.

Мои мысли разделяли и первые увидевшие нас селянки, стиравшие белье у пруда. Судя по гвалту, что они подняли, мне показалось, будто они увидели не нас, а как минимум две дивизии монстров из ночных кошмаров.

На крики из домов и небольшой, как выяснилось потом, кузницы выбежали несколько мужчин и юнцов с топорами и вилами, у одного даже был меч. Они преградили нам путь и, по их лицам, было видно, что они в замешательстве.

Я было уже начал сбавлять ход и тормозить девчонку, когда этот неровный строй недозащитников распихал молодой парень и при виде его малышка не расслабляя хватки вновь ринулась вперед. Я же не стал вырываться и побежал дальше увлекаемый ребёнком.

Конечно такое поведение было неоправданным риском, но делать было нечего. В крайнем случае брошу в них пару тех земляных заклинаний, которыми сковал разбойников. Это им не навредит, но даст мне фору, да и они за мной не погонятся.

Парень побежал нам на встречу хоть селяне и пытались его остановить. Он скакал вперед сильно хромая на левую ногу. Не добежав до нас совсем чуть-чуть споткнулся и упал на одно колено. Девочка сразу выпустила мою руку и повисла на шее парня, обнимаясь они вместе плакали.

- Аля, Алячка я так рад, что с тобой все в порядке, милая моя, я места найти себе не мог, когда ты пропала…

- Бра-а-а-а-тик… - Затянула она.

Я же стоял рядом, как дурак и переводил дыхание. Нет, от пробежки я не устал. Однако бегать согнутым то ещё удовольствие, которым я обязан как раз Але, а точнее её росту в метр с кепкой.

Наконец брат девочки обратил своё внимание на мою персону, но не стану обманывать -  посмотрел он на меня с ужасом в глазах и покрепче прижал сестрёнку к себе. Я смотрел на него хмурясь от света - он на меня не шевелясь от ужаса. Нашу безмолвную игру в гляделки прервала девочка.

Она не без усилий отстранила брата и указав на меня своим тонким пальчиком сказала:

- Этот страшный дяденька спас меня от разбойников.

Её слова достигли и ушей толпы защитников деревни, они начали перешёптываться. И пока парень поднимался с колен селяне расступились, давая пройти женщине ведущей под руку старика.

А пока эта черепашья парочка доковыляла до нас, я внимательно рассмотрел и их, и юнца держащего за руку Алю. Из-под его распахнутой рубахи виднелись бинты - видимо он был ранен во время налета.

- Здравствуйте. – Поприветствовал меня старик, пока женщина обнимая девочку рыдала. – Это вы спасли Ойлину дочь от разбойников?

«Нет блин, это стая зубастых кралей во главе с курицей-наседкой!» Хотелось мне ответить так на его глупый вопрос, но боюсь моего ржавого юмора им не понять, так что я просто кивнул.

- Позвольте вас поблагодарить господин. – Склонилась в поклоне женщина и в этот миг в моём животе предательски заурчало, а следом за моим заурчал живот и Али.

Девочка положила руку на источник звука и пожаловалась:

- Кушать сильно хочется…

Женщина всплеснула руками, а я непроизвольно дернулся.

- Да что ж это я… Идемте, я вас накормлю, да отдохнёте, а то поди устали по лесу ночь шастать, да от разбойников отбиваться.

Селяне впустили меня с неохотой, но преграждать путь мне никто не спешил. Хотя я кожей чувствовал их взгляды, но отказываться от предложения не стал.

Обеденное меню представляло собой щавелевый суп, а на второе овощное рагу с грибами, хотя грибов там всего ничего, напиток – компот из яблок и каких-то чёрных ягод.

Мда… Видимо они свей деревней на стол накрывали, если у них и вправду проблемы с провизией.

С расспросами ко мне никто не лез, а вот Аля трещала пуще прежнего – видимо это её обычное поведение. Она рассказывала о том, как забралась в бочку и как я потом её спас.

Однако её описание сильно отличалось от реальных событий. По её рассказу я там чуть ли не могучим и великим воином был, и все это время она меня страшным дядей называла. И чего это я страшный – красавчик ведь, а тут вдруг спросила:

- Дядя, а как тебя зовут? – Она поковырялась ложкой в супе. – Я тогда боялась спросить, а теперь… Меня вот Алей звать - в честь бабушки.

Я отодвинул пустую миску от супа и придвинул вторую, посмотрел на её содержимое и засёк там варенный лук. Никогда её не любил, хотя откуда мне знать… Но голодному всё пойдёт.

- Виктарион. – Наконец ответил я.

- Вик… Викрион… Викт… - Пыталась собрать воедино сложное новое имя девочка.

Я вздохнул.

- Зови меня просто Арион, это же тебе не сложно будет выговорить.

- Да! - Насупившись ответила она и набрав полную ложку супа сунула её в рот.

В тот день были похороны погибших и после еды мне предстояло лицезрение рыдающих перед погребальными кострами селян. Семьи прощались со своими мужьями, братьями, сыновьями и отцами.

Аля держась за подол юбки своей матери, из её глаз текли слёзы. Ойля тоже не могла скрыть горести утраты и как все собравшиеся женщины оплакивала погибших. Даже не все мужчины, независимо от возраста, не могли скрыть слёз.

Однако Идан, брат Али, не проронил ни слезинки, но его лицо тоже было полно печали. Нет, не о погибших, ему было жаль мать с сестрой.

Вечером мне постелили в хозяйской комнате, сама же Ойля легла с детьми в соседней комнате. К слову дом семьи Ойли состоял из четырёх небольших помещений, две комнатушки – в одной спали родители, в другой дети, кухня с печкой и обеденным столом, и своего рода летняя кухонька, объединяющая маленькую кладовку и сени.

Я не мог заснуть и просто лежал укрывшись по шею. Где-то ближе к полуночи моё внимание привлёк звук шаркающих шагов. Идан пытался идти как можно тише, но мой чуткий слух всё ровно его засек. И я, оторвавшись от изучения вспышек в памяти, тихо лежал около получаса, а парень всё не возвращался. Решив проверить куда он запропастился, я лениво оделся, а обуваться так и вовсе не хотелось, вот и пошёл босиком.

Парень сидел на крыльце и его взгляд был устремлён вперёд, но вряд ли он что-то там видел. Он был поглощён своими мыслями. Я прервал его размышления тычком пальца ноги в спину, он пошатнулся и подняв голову посмотрел на меня.

- Простите, я вас разбудил?

- Я и так не спал, а вот ты чего не спишь? Ночь на дворе…

- Да так… - Понурился он.

- Как - так? По отцу скорбишь?

- Нет... – Парень отрицательно покачал головой. – Не скорблю, да и не был он мне отцом. Он Алин - не мой.

- Отчим значит… - Я присел рядом.

- Мамку с сестричкой жалко. Лишились они кормильца…

- Ну а ты?

- А что я… Я вон… - Указал на ногу. – Бабка наша, знахарка, сказала, что хромым да гроба буду. А из калеки никакой помощи.

- Ну тут ты не прав. Руки, ноги на месте, да и умом – не дурак, а хромата – это нечего, так, чуть-чуть мешать будет, но ты привыкнешь. – Попытался его приободрить.

- Привыкну! – В голосе моего собеседника слышались раздражение и злость. – У вас же калек, да немощных сразу убивают и неважно насколько сильное увечье, а вы мне тут говорите - ерунда.

- У нас? – Недоумённо переспросил я.

Идан как-то странно посмотрел на меня.

- Вы же тёмный эльф…

Будто это должно всё объяснить. Я призадумался и до меня дошло, и причина того почему меня испугалась Аля тогда в лесу. От части из-за того, что я убил при ней, но и моя расовая принадлежность сыграла свою роль. Это и селян напугало.

И это значит, что уповать на лояльность жителей этого мира не следует, иначе долго жить не придётся. А показывать свою неосведомлённость по отношению не только расовой принадлежности, но и о самом мире тоже не стоит.

- Ну да…

- Вот… - Он вновь посмотрел в темноту перед собой. – А можно спросить?

- Спросить можно, а вот ответить не обещаю. – Я вытянул ноги и подковырнул травинку.

- Почему вы здесь? Я имею ввиду почему вы ушли из Подземья?

- Не знаю. – Оторвал бедное растение. – Видишь ли, дело в том, что я ничего не помню.

- Как так? – Всполошился юноша.

- А вот так… Только имя, а что было до того дня – пустота.

- Какого дня? – Вновь спросил мальчишка.

- Пришёл в себя несколько дней назад посреди леса, да и блуждал там, пока сестру твою не услышал, а потом…

- Неужто всё было как она говорит? – Перебил меня юнец.

- А ты что ж, не веришь ей?

- Она большая мастерица приукрасить. – Смущённо ответил он.

- Это я заметил, разрисовала она картинку геройскую – ничего не сказать. Только вот не так всё было.

Даже в темноте я видел его лицо жаждущего повествования из уст деятеля, ну не лишать же его такого удовольствия.

- Крики её были слышны из далека, и я пошёл на них, а там двое этих. Обо мне они естественно не знали, вот и застиг я их в врасплох. Сначала вмуровал их ноги в землю, а потом глаза выжег и глотки перерезал – вот и всё. Ну что? Понравился рассказ.

Я ухмыльнулся, но Идан этого не видел, зато видел я его вытянувшееся лицо.

Он было хотел что-то сказать, но я резко зажал ему рот ладонью и повалив на бревенчатое крыльцо обездвижил.

- Молчи и не вставай, впереди кто-то чужой. – Предупредил я его, а сам присмотрелся.

Впереди, примерно в метрах тридцати от нас крался человек, но это был не кто-то из селян.

«Разбойник.» Мелькнуло у меня в голове. Скорее всего после того, как те двое не вернулись, они послали разведчика и возможно он не один.

Я осмотрелся по сторонам и прислушался – кроме быстрого сердцебиения Идана и копошения чужака, ничего не было. Враг был один и первый шаг решил сделать я.

Разведчик не успел ничего предпринять, когда я выпустил в него огненную стрелу, заклинание угадило прямо в цель, и он вспыхнул словно спичка пронзительно вопя.

Быстро добежав до него я вцепился в его и поволок брыкающуюся тушу к колодцу, окатил его водой. Огонь потух мгновенно, а на крики прибежали мужики из соседних домов, в след за ними, и другие жители с факелами, вскоре показалась и Ойля с дочкой.

Сразу стало светло, а мои глаза не сразу привыкли к свету, однако я успел заметить, что на опушке леса кто-то был.

- Что вы задумали? – Поднял над землёй и сильно тряхнул разведчика.

Обмякшее тело вяло выскользнула из моих рук едва я понял, что он без сознания. Видимо от боли он отрубился, и я решил его обыскать. Мой огонь нанёс сильнейший урон в месте попадания, а всё остальное тело и одежда только слегка обгорели.

Я не нашёл у него ничего полезного, прежде чем его у меня отобрали селяне. Они были в ужасе от вида обгоревшего человека, и бабка-знахарка чем-то замазав обожжённые участки велела запереть его в сарае до утра.