Глава 3 Рок...

Проснулся я уже днём и едва мой сонный мозг заработал я подскочил словно ошпаренный. И наспех натянув штаны пронёсся через кухню попутно пытаясь затолкать хлеб с маслом, стянутый со стола, себе в рот.

Несколько крепких мужиков, староста и старуха-знахарка были уже в сарае, а перед входом толпились другие селяне. Они расступались в стороны давая мне пройти и молодые девушки, да и постарше тоже, смущённо отводили взгляд при виде меня, красивого такого, идущего в рубахе с грудью на гало.

Войдя в сарай я вытащил из лежащей у входа охапки хвороста прутик и собирая волосы в пучок спросил:

- Заговорил? – Так как изо рта всё ещё торчала часть хлеба мой вопрос прозвучал немного изжёвано, но староста понял меня и ответил:

- Молчит, окаянный, уже как час молчит. – Он посмотрел на меня и отшатнулся от неожиданности, видимо не сразу понял, что это я.

Растолкав стоящих передо мной я вышел вперед и недовольно воззрился на пленника. Его раны были не слишком серьёзными и даже не смертельными. Да я вообще бы не стал вмешиваться в дела селян если бы не вновь возникший шкурный интерес.

- Значит по-хорошему говорить не хочешь. – Начал я и разбойник ответил мне плевком под ноги.

Никто не стал меня останавливать и даже слово не сказали, когда я намотал остатки спутанных волос гада на свой кулак и сильно потянул вверх. Он будучи связанным попытался привстать от боли. Другой рукой я взял половину хлеба, что удерживал зубами и поставил разбойника перед фактом:

- Я даю тебе выбор - либо ты начинаешь говорить до того, как я доем хлеб либо…

Активировав изученное заклинание из книжечки я поджарил хлеб до хрустящей корочки, а масло на нём подтаяло и потекло по пальцам.    Обгорелец понял мой намёк.

Когда я со вкусом облизывал свои помасленные пальцы он заговорил:

- Скажу, всё скажу. Только пощадите…

- Договорились. – Солгал я и тот незамедлительно начал говорить.

- Главарь послал меня на разведку, когда мы нашли в кустах тела наших товарищей. Он решил, что их убили патрульные с северной крепости и…

- Мне это не интересно. – Оборвал поток ненужной сейчас мне информации. – Твой главарь не послал бы разведчика, если б не готовил повторный набег на деревню. Верно?

Тот спешно закивал.

- Когда?

- Через день, может даже завтра или сегодня вечером. Он… - Я не дал ему договорить.

- Сколько человек в твоей шайке и какая подготовка?

- Нас сорок было, а про подготовку не знаю. Клянусь…

- Сорок с тобой и той парочкой? – Уточнил я.

Он снова закивал.

Он явно врёт, если они готовят очередной набег, он точно должен знать хоть какие детали. Хотя… Может я не вполне верно поставил вопрос.

- Маги в отряде есть, кто самый сильный, как экипированы?

- Маг один – Вариком звать, он стихийник, да вот из стихий только огонь. По силам там только главарь и отличается, поговаривают - он раньше гвардейцем был… Одеты и вооружены как я, только у главаря эспадон имеется, ещё есть три лошади.

- И где же ваш лагерь?

- В лесу на границе с «топким».

- Не врёшь? – Я сощурил глаза.

- Не вру… Чем угодно поклянусь…

- Я не верю. – Я занёс над ним сжатую в кулак руки с заклинанием в ней.

- Я правду говорю… Не губите, вы же обещали! – Взмолился разбойник, но я не собирался останавливаться, ведь по-другому никак…

- Я солгал! – Улыбнувшись во весь рот оголяя белоснежные зубы ударил разбойника в грудь освобождая молнию.

Разряд оказался довольно сильным и глаза бедолаги налились кровью. Показалось, ещё чуть-чуть, и они вылезут из орбит. Его тело несколько раз дернулось в конвульсиях и обмякло источая запах палёной плоти.

Женщины, увидавшие сея зрелище взвизгнули от ужаса, одна только знахарка покачала головой, «мол – что ж это творится…»    Многие мужчины посмотрели на меня с укором, но в их лицах было и облегчение. Они понимали, что оставить его или отпустить было нельзя, а у всех их кишка тонка его прикончить.

Я не стану утверждать, что у меня толще и поэтому я незамедлительно вернулся в выделенную мне комнату закрыв за собой дверь. Моё тело сначала пробила мелкая, а затем и крупная дрожь и я от бессилия сполз по двери на пол. Всё же убивать смотря жертвам в лица тяжелее, чем через прицел на большом расстоянии. Не знаю сколько я так просидел трясясь и обливаясь холодным потом прежде, чем в дверь раздался стук.

Оторвав потяжелевшую голову от рук спросил:

- Кто?

- Идан. – Тихо отозвался парень с той стороны.

- Входи… - Встав и открыв дверь впуская его, и полез под дощатую кровать ища сапоги.

Лицо парня было мертвенно бледным, и я понял – он тоже был там и всё видел, видимо теперь он боится.

- Боишься?

- Не вас… - Быстро ответил он смотря в пол.

- Не ври. Ты не умеешь скрывать эмоции. – Ответил ему натягивая и затем зашнуровывая сапог.

- Немного… - Всё же признался он. – Но больше всего я боюсь того, что он сказал.

- Теперь вы точно знаете – они нападу. Бежать или защищаться – сами решайте.

Я зашнуровал второй сапог, когда стоящий за стеной мужчина решил всё же показаться и присоединиться к разговору.

- Нам некуда идти. У большинства нет ничего кроме этой деревни, здесь жили поколения наших предков, и мы будем защищаться. Прошу вас -  помогите нам. – Он встал на колени и потянул за рукав Идана вынуждая его тоже встать на колени.

Недовольно поморщившись я закончил с сапогами и приступил к застёгиванию рубахи. А в голове формировался новый хитроумный план, но насколько он будет действенным я узнаю в ближайшее время.

Однако для его исполнения мне понадобится проводник и мальчишка подходит на эту роль. Конечно есть небольшие затруднение, но и оно решаемо. Что ж, ничего не поделаешь.

Я встал на ноги и поправил рубаху – она оказалась чересчур длинной, а заправлять её в штаны я не хотел. Так что я связал два её конца на поясе и довольный результатом надел трофейный жилет.

- Так тому и быть, но с вас причитается.

- Благодарю вас… - Мужчина покинул маю комнату.

В тот момент, когда я согласился, я увидел надежду в его глазах и в глазах Идана тоже. Парень всё ещё сидел на полу, когда я вновь закрыл дверь и стал позади него. Надо действовать сейчас, потом может не быть возможности, да и не факт, что получится.

- Колено болит…

Парень недоумённо посмотрел на меня.

- Сними штаны и приляг на кровать. – Потребовал я.

Идан смутился, но испугался, когда я схватил его за плечо и заставил встать.

- Делай что сказал.

Он не задавал вопросов и не возражал, просто подчинился, а я развернулся и вышел.

С каждым днём в моей памяти восстанавливалось всё больше воспоминаний предыдущего владельца тела и меня это пугало, но и пользы от этого было не мало.

Однако уверенность, что вскоре память восстановится полностью крепла с каждым возращённым образом. Только, что случится, когда она восстановится? Может я исчезну и вернётся он? Хотя это не важно – я буду бороться до последнего.

Одним из таких образов были воспоминаний из очень старой книги попавшей в Подземья с поверхности. И мне не хватало только одной детали, чтобы помочь мальчишке. За ней то я и обратился к местной знахарке.

- Извиняться за нарушенный покой не стану. – Я бесцеремонно вошёл в её дом. – Подорожник виргинский есть?

У старухи было два гостя – муж с женой. Женщина перебинтовывала руку супруга, когда я вошёл и всё трое после моего вопроса замерли. Старуха сморщила лоб.

- На кой чёрт тебе сдался етый сорняк?

- Есть? – Снова спросил я.

- У ручья погляди, милок.

Я стянул с полки маленькую ступку с пестиком, когда уходил и был пронзён недовольным взглядом владелицы.

- Потом верну, небоись…

***

В зарослях у ручья, что впадал в деревенский пруд действительно нашлась нужная мне трава. И когда я возвращался в дом, знахарка села мне на хвост. Я ничего против не имел, авось и поможет в случай чего.

Выбрав в печи уголёк получше и растерев его вместе с листьями подорожника, прокалил над огнём нож, с помощью которого разрежу область над коленкой и вправлю повреждённый сустав. А масса из угля и подорожника нужна, что бы лучше манна на исцелении пошла, да и угольный порошок, пропитанный манной не даст развиться инфекции.

Прикинув, что боль будет адской и Идан скорее всего будет брыкаться я позвал двух мужиков с улицы и был готов ко всему – кроме этого.

Меня словно окотило ледяной водой, когда я вошёл в комнату. Мне понадобилась вся воля, чтобы не измениться в лице, дверь я резко закрыл не дав никому увидеть это… Ведь Идан лежал на кровати абсолютно голый.

- Вот дурень…. Всё же не выдержал я и скривился. – Прикройся… А то ещё застудишь что-нибудь.

Я швырнул в него ночной сорочкой его отца, которую дала вчера мне его мать.

- Ну что смотришь, одевай и ложись на спину. – Гаркать на этого мальчишку в такой ситуации было для меня логичнее всего, и он послушался.

Вновь открыл дверь впуская знахарку и мужчин.

- Держите крепко. – Велел я им и начал резать.

На крики сына прибежала Ойля, но старуха успела её остановить прежде, чем она помешала мне.

Отбросив нож в сторону, я выгреб из ступки содержимое, смазал ладони и приложил к колену. Ощущение уходящей манны было ужасным, но компенсировалось успехом процедуры и выжав всё до капли я потерял сознание.

***

Проснулся уже вечером и сладко потянувшись лениво встал с кровати. В животе заурчало, и я двинулся на разведку кухни. В доме никого не было, а на столе покоились накрытые миски с едой и кувшин молока. «Ах… Славная хозяюшка, знает путь к сердцу мужчины» подумал я и подавился.

Мне стало казаться, что я забываю сам себя, а ведь прошло всего несколько дней. Накатил ужас, но потом я мысленно положил на это полено – терять то совершенно нечего. Наверно…

Селяне во всю орудовали топорами и лопатами возводя забор из кольев и пряча в земле ловушки. Женщины и дети спешно собирали самое необходимое, что бы в случае поражения бежать. А вот у меня за время трапезы возникло множество планов по борьбе с «вредителями».

- Как твоё ничего бабуся? – Я, слишком уж довольный, вновь наведался к знахарке.

Она не обратила на меня ни малейшего внимания и даже не подняла головы карябая трясущейся рукой что-то в своей книжонке – тетрадке. Идан и Аля сидели на против старухи. При виде меня парень залился румянцем и стыдливо опустил глаза. Я сделал вид, что ничего не видел.

- Мать… Мне нужна самая сильная настойка сон-травы, чистотел и белая осока, и емкости для эликсиров – штуки три…

- А больше ничего не нужно… Касатик. – Недовольно буркнула та.

- Касатику пока только это нужно, так что оторвись от своего очень важного занятия и выдай, что прошу. У тебя это есть – я знаю!

Старая не стала отпираться и вскоре я получил всё необходимое. Сделав три целебных зелья из чистотела и осоки, наполнил получившиеся целебные зелья манной, благо для них много не понадобилось, я щелкнул пальцами.

- Колено больше не болит, так что покажешь путь к лагерю разбойников, а то я дорогу сам не найду.

Идан кивнул и вышел, следом ушла и его сестра, но перед этим попрыгав вокруг меня. Она была такая радостная и так звонко щебетала – какой я хороший, что мне стало стыдно. Я тоже собрался уже уходить, когда старуха меня остановила.

- Ты на мальчика не злись. Ему так Георг велел, что б он все твои требования выполнял беспрекословно, даже эти.

- Значит он тебе рассказал. – Мне стало не по себе.

- Да. Но ты сам пойми, ну что должен был подумать мальчик, когда ты велел ему штаны скинуть, стоило сначала сказать зачем. А так…

- Мда… У этого вашего Георга мозгов нет, раз внушил малому такую гадость.

- Он за это у меня уже отхватил сполна. – Хихикнула старая.

Я тоже улыбнулся и вышел.

***

К лагерю мы крались как можно незаметней и едва он оказался в поле нашего зрения я пересчитал людей. Идан щурился, но в темноте ему было не видно, костров в лагере не хватало, а вот мне было нормально. Всё-таки дроу дети тьмы и ночное зрение одна из наших врождённых способностей.

В лагере было тридцать восемь человек, один сидел в клетке под охраной и меня это заинтересовало. Я подробно описал пленника Идану, и он предположил, что это солдат с северной крепости.

Его клеть охранял часовой. Охранял было бы слишком сказано, он просто спал сидя неподалёку. По кругу лагеря стояли такие же дозорные - их было пятеро, двое спали на посту, один отрешённо натачивал нож, а ещё двое вели наблюдение, как и полагается. Но мне повезло, я смог подкрасться со стороны клети к спящему.

Постовому проткнул трофейным ножом горло и тот лишь смог едва побулькать захлёбываясь собственной кровью. Я не дал телу упасть и привалил его к стволу дерева создавая видимость - «как бы сидит», двинулся дальше и зарезал часового у самой клети, благо она была на окраине лагеря. Забрал ключи и повернул труп так, чтоб не было видно залитой кровью одежды.

Мне казалось, что этот скрип перебудит весь лагерь, однако замок был снят, и я потихоньку открывал дверцу одной рукой, а палец другой руки приложил к губам веля солдату не шуметь.

Оттащив его к Идану, приказал ему проваливать отсюда вместе с солдатом. Состояние которого было настолько плачевным, что в одиночку ему отсюда и за сотню лет не уползти. Но Идан вполне справится – они выберутся, а я ещё везения своё испытаю.

Когда мальчишка с пленным скрылись из виду, я вновь обратил свой взор на лагерь и разочарованно погладил бутылочку со снадобьем сон-травы. Всё же я погорячился, нет здесь возможности им воспользоваться.

Зато Варик - маг-стихийник, стоял перед костром и что-то бубнил себе под нос играясь с пламенем костра. И я решил попробовать. Убрав ближайшего часового «ледяным захватом» в голову я тихо подошёл к нему со спины.

Расчёт был таков - в открытой схватке мне не выстоять, а вот вогнать меч в спину идея не плохая, да и меч есть - подобрал у клетки. Скорее всего он того разбойника, которого я зарезал первым. Интересно – как далеко Идан с пленным ушли, надеюсь достаточно далеко.

Я рассчитывал снести ему голову одним ударом, но мне всё же не хватило мастерства и рубанув поперёк его шеи - вогнал клинок только наполовину. Этого оказалось достаточно, чтобы он умер, но не для того, чтобы он умер тихо.

Эта сволочь, перед тем как упасть, скинула в предсмертной конвульсии какой-то флакон с жидкостью. Тот разбился и прогремел взрыв – лагерь переполошился. Если б я промедлил хоть миг меня бы зажали в кольца, но среди криков я услышал ржание лошадей, прихватил с собой меч и сумку, что стояла рядом с трупом мага и побежал.

Моя догадка оказалась верной. Там было три лошади – одна низкая, не очень ухоженная и худоватая – скорее всего из деревни. Следующим оказался настоящим тяжеловесом – большой, красивым, гордый.

Третья походила больше на беговую – средних размеров с насыщенной каштановой гривой, заплетённой в косу. В отличие от двух предыдущих она стояла спокойно – словно взрывы и шум не пугали её, и она была единственной не пятившейся от меня.

Скинув перекладину и выпустив их на все четыре стороны я вскочил на её спину. И она понесла меня в известном только ей направлении. Несясь прочь я видел, как бушевало пламя костра, как их лучники выпускали в меня стрелы, и как люто смотрел на меня их предводитель. Они бы бросились в погоню ни будь у меня лошади или будь они у них.

Моя спасительница мчалась сквозь ночной лес пока я вытаскивал стрелу из её зада. Удивляться, как она терпит эту боль не было времени и едва стрела была извлечена я вылил на рану целебное зелье. Оно не сильно ускоряло исцеление и мне вновь пришлось влить свою манну.

На этот раз, без катализатора, она утекала из меня медленно и плавно словно тихая река, а у меня всё сильнее начинала кружиться голова.

Всё же такой метод лечения был вовсе не для меня, закончив я обернулся вперёд и не успев среагировать ударился о толстую ветку. Удивительно, как я не свалился с лошади… А может и свалился, один черт – пришёл в себя прикованным к каменной стене.

Было холодно и не только потому, что я был в одних штанах, но и потому, что с меня стекала вода. Которую на меня выплеснули приводя в чувства. Встрепенувшись я нащупал пол и попытался встать – мне не дали этого сделать ударом в бок.

Их было трое и свет факела хорошо освещал их лица. Судя по выражению на их лицах, они были не рады лицезреть мою скромную персону. Но мне было плевать, манна восстановилась, а голова кружилась и болела.

- Где я? -  Начал диалог первым.

Ну, по крайней мере я считал, что получится диалог, и напрасно.

Еще один удар, но на этот раз под дых.

- Ударь еще раз и тебе конец… - Пригрозил я стоящему сбоку мужчине, он был абсолютно лыс, с густой щетиной на лице.

- Где гонец? – Обратился ко мне стоящий в центре камеры темноволосый воин.

Скорее всего он тут и командует.

- Не знаю про какого гонца ты говоришь. – Честно признался я.

Мой ответ их не устроил и уже в третий раз я получил от лысого удар.

- Ты лжёшь, тебя привезла его лошадь. Говори правду и может тогда я сохраню тебе жизнь.

- Примерно тоже я сказал недавно одному разбойнику, а после отправил его к праотцам… - Намекнул ему на свой скептицизм.

Он нахмурился, но я не дал ему ничего ответить и сплюнув кровь из прокушенной губы быстро встал на одну ногу и использовав цепь как якорь, описал дугу от противоположной части стены к роже лысого.

Манёвр оказался успешен и солдат не успев увернуться встретился виском со второй моей нагой, затем от силы моего удара отлетел в стену ударивший о неё головой и вырубился.

- Я тебя предупреждал…

Третий, тот что факел держал, начал вытаскивать меч. Я сделал вид, что мне всё равно, но на всякий случай подготовил огненную стрелу удерживая её в пальцах.

- Значит тот солдат ваш гонец… - Наконец дошло до меня. – Ничего я с ним не сделал, разве что жизнь ему спас.

И тут меня перекосило.

- Как давно я здесь?

Они не собирались мне отвечать, пришлось раскрыть чуть больше сведений.

- На ту деревню, где сейчас находится ваш гонец, вскоре должны напасть разбойники. Если он вам очень нужен, то поспешите…

- Какая деревня?

- Я точно не знаю названия. – Описал деревню в подробностях.

Кажется, он понял меня и кивнув своему помощнику, они подхватили под руки лысого и поволокли прочь.

- А как же я? – Только и успел крикнуть перед тем, как дверь темницы захлопнулась, и я оказался в кромешной темноте прорезаемой только тонким лучиком лунного света, попадавшим через узкую бойницу.

Снаружи ещё темно, значит я тут несколько чесов и у меня мало времени – надо выбираться. Перебрав массу возможных вариантов освобождения от цепей, нашёл один единственный более-менее реальный.

Звенья были не слишком толстыми и довольно ржавыми. Наложив на них «ледяную хватку» я начал их скручивать вращаясь словно штопор, руками к стене. Цепи скрипели и не желали рваться сильнее закручиваясь, я был в кандалах и никакого урона не получал. Поднажав ещё раз из последних сил мне всё же удалось их разорвать.

Несколько слабых звеньев поддались и цепи лопнули – я больше не был прикован к стене. На шум прибежали стражники, их было двое и оба вооружены.

Убивать мне их не хотелось, хотя убить их было намного легче, чем вырубить, но я не животное, которое кромсает всех подряд. Так что ограничился «шаром молнии», этого хватило чтобы вывести их из строя и убежать.

Много времени мне выиграть не удалось, за мной быстро была организована погоня. Я также быстро нёсся вверх по лестнице в поисках выхода, но свернул где-то не там и выскочил через люк на смотровую площадку одной из сторожевых башен крепости. В лицо ударил морозный ветер и яркий свет ослепил меня.

Однако, хоть я и не видел, зато слышал крик часового на этой же площадке. Видимо, когда я с разбегу открыл крышку люка, то столкнул его и теперь он висел удерживаясь руками за край.

Глаза быстро привыкли к лунному свету и схватив так не вовремя оказавшегося здесь солдата за руки, потянул его на себя. Толи он был так тяжёл толи его браня, но мне едва удалось помочь ему забраться обратно. Однако благодарить он меня не спешил, а вскоре на площадке стало ещё теснее из-за нахлынувших сюда солдат с мечами на перевес.

Ситуация складывалась не в мою пользу, их было больше, и моя слабенькая магия не могла мне помочь против такой оравы. Я попятился и споткнувшись перевалился через край.

Крик отчаянья застрял в моём горле, когда я видел солдат на смотровой площадке тянущих ко мне руки. Но было поздно – до этой спасительной соломинки мне не дотянуться. А до земли доли секунд и времени оставалось лишь на «воздушный вихрь», я не рассчитывал на успех, но утопающий и за соломинку схватится.

Моя же оказалась целым бревном и сильным потоком воздуха меня отбросило на телегу с сеном, которая как раз стояла у конюшен. Пинком я скинул с неё мужика с вилами и вцепившись в поводья тронулся с места.

От испуга лошадь сразу пустилась в галоп, и я чуть не свалился. У ворот был отряд в три десятка всадников и едва миновав их я вылетел за стену. Точнее за руины бывшие когда-то этой стеной окружённой оврагом, они бросились за мной в погоню. Долго я бы не смог от них убегать и пришлось думать быстро.

Единственный план был прост – я поджог и с помощью вихря смёл горячее сено с телеги. Всадники бросились в рассыпную, а я перебрался на спину лошади и на ходу распряг её. Правда мне это стоило двух сломанных пальцев, но я сразу начал их исцеление.