17

Марика

Сонная, я вышла из спальни и едва не вскрикнула от неожиданности.

Денис стоял в дверном проёме кухни и смотрел на меня тяжёлым, мрачным взглядом. Остатки сонливости мгновенно исчезли, и я зло зашипела:

— Ты что тут делаешь?! Как ты вообще вошёл в дом?

— Думаешь, у меня ключа нет, — только и сказал он сухо, оглядывая меня так, будто…

Я вдруг поняла, что на мне нет ничего, кроме футболки Макса. Но это не смутило меня, скорее вызвало новую вспышку раздражения. Времени ещё и восьми не было, чувствовала я себя напрочь разбитой, так ещё и его недовольная рожа с самого утра!

Мне и в голову не пришло выглянуть в окно и посмотреть, стоит ли возле дома его машина. Всё, о чём я думала вставая — как выбраться из-под руки Макса и не разбудить его. Несмотря на усталость, спала я тревожно. Несколько раз за ночь просыпалась, прислушивалась к его дыханию и звукам, доносящимся с улицы. Случиться могло всякое, и я это понимала. Макс дышал ровно, только раз негромко застонал во сне, а снаружи было тихо.

— Дай пройти, — не обращая внимания на взгляд Дениса, я протиснулась в кухню.

На столе стояли три картонных стаканчика. Рядом — запечатанный бумажный пакет с незнакомым мне логотипом.

— Будешь кофе? — услышала я позади себя и невольно обернулась.

Денис снова смотрел на меня с тем самым мрачным выражением лица, только во взгляде появилось какое-то пренебрежительное безразличие. Пройдя к табурету, он подтянул его к себе и, присев, взял ближний стакан. Снял крышку и сделал глоток. Говорить со мной он, судя по всему, больше не собирался. Буду я кофе или нет, его не интересовало.

За ночь коса растрепалась, и я, кое-как пригладив волосы пальцами, заново собрала её. Умываться при Денисе было неловко. Стоя к нему спиной, я чувствовала на себе его тяжёлый взгляд, и это нервировало. Плеснув в лицо прохладной водой, я слизнула с губ капли и, не глядя на Дениса, расплела косу. Понимала, что он следит за каждым моим движением, оценивает.

— Не смотри на меня так, — не выдержав, процедила я, искоса глянув на него.

— Как? — совершенно спокойный голос. Отпив кофе, Денис взял стакан обеими руками.

Кухня была маленькая, нас разделяло не больше пары метров, и я чувствовала кофейный аромат. Кофейный аромат и силу, что исходила от брата Макса так же, как и от него самого. Только если возле Макса мне было спокойно, рядом с Денисом я нервничала и от этого злилась только сильнее.

— Так, словно на мне клеймо стоит, — закончив с косой, перехватила кончик лентой. — Прекрати, Дэн! Я тебе уже вчера сказала — хочешь выяснять отношения, выясняй их с Максом.

Ничего не сказав, он поднёс стакан к губам. Сидел, широко расставив ноги и, абсолютно безучастный к моему раздражению, дотянулся до пакета. Распечатал, и к кофейному аромату примешался запах свежей выпечки. Желудок мой тут же свело голодным спазмом. Только сейчас я поняла, что вчера почти ничего не ела. Понял это, видимо, и Денис. Подвинул ко мне стаканчик и приказал:

— Садись.

Как бы ни хотелось мне высказать всё, что я думаю и о его повелительном тоне, и о позе, к столу я подошла. Не спрашивая, взяла пакет и, раскрыв, заглянула внутрь. Ничего необычного я там не нашла: несколько булочек с марципаном, улитка с корицей, слойки. Достала одну, с сыром и ветчиной, и уселась на соседний табурет.

— Спасибо, — всё же сказала я после нескольких минут тишины и отпила кофе. Капучино с плотной, немного сладкой пенкой. К удивлению, довольно сносный и даже горячий.

— Пожалуйста, — отозвался Дэн и, сунув в рот остатки слойки, снова потянулся к пакету.

— Чем пахнет? — услышала я сквозь шум воды чуть приглушённый голос и поспешила закрыть кран.

В кастрюльке на плите побулькивал почти готовый бульон. Пока Макс спал, я успела приготовить курицу и теперь домывала посуду.

— Зачем ты встал? — вытирая руки повернулась и тут же встретилась с Максом взглядом. Чуть осунувшийся, он казался ещё более опасным, чем прежде. Потемневшие глаза хищно блестели, черты лица заострились. Обнажённый по пояс, он сделал шаг в кухню и мельком глянул на плиту.

— Денис приезжал?

— Да. — Отбросила полотенце на стол. Стоило ему появиться в кухне, воздух мигом закончился, а без того маленькое пространство стало и вовсе крошечным. Вспомнила, как касалась его ночью, уютное тепло его тела, его руку, лежащую поверх моей ладони, стук сердца под пальцами, и отвела взгляд.

— И где он? — чуть кривясь, Макс присел за стол. Взял оставшийся кофе и, открыв, небрежно кинул рядом крышку. Сделал глоток и недовольно поморщился.

— У тебя за спиной, — заметив вернувшегося с улицы Дэна, ответила я. Выключила газ. — Иди в постель, Макс. Я принесу тебе бульон.

— У меня дырка в боку, а не в желудке, — он вытащил из пакета булку и откусил едва ли не половину. Запил остывшим кофе и мрачно глянул на брата. — Новости есть?

— Ребята просмотрели записи с камер заправки, — войдя, Дэн встал возле окна. — Но, как ты и предполагал, толкового там ничего нет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Макс не ответил. Хмурый, достал из заднего кармана джинсов смартфон и, посмотрев на дисплей, кинул на стол. Рывком отклеил пластырь и зашипел.

— Ты что делаешь?! — взорвалась я. Подлетела к нему и схватила за руку. — Не трогай! Хочешь грязь занести или…

— Замолчи, Марика, — процедил он, стряхнув мои пальцы и ощупал рану. Верхняя губа его по-звериному дёрнулась, ноздри затрепетали, глаза потемнели. — Через сколько это заживёт? — выдохнув сквозь стиснутые зубы, Макс небрежно вернул пластырь на прежне место.

— Если будешь вести себя так, — гневно отозвалась я, — то может и вообще не зажить!

— Заживёт, — отрезал он не предполагающим возражений тоном, будто иначе и быть не могло.

Я только выдохнула и качнула головой. Мельком посмотрела на Дэна и открыла было шкафчик, чтобы достать новый пластырь, но тут лежащий на столе телефон завибрировал.

— Да, — ответил Макс. Нахмурился. И без того мрачный, теперь он выглядел действительно угрожающе. — Какого чёрта понадобилось Куратову в моём казино?! — рыкнул он. — Так надо было вытрясти из него! Да… Вот же сукин сын, — процедил сквозь зубы. — Да. — Взгляд его остановился на мне, и внутри всё оборвалось. Знает? Понял? Нет, вряд ли. Пальцы у меня похолодели, ладони стали влажными. — Я скоро приеду. Не знаю, Георг… Мне всё это не нравится. Слишком много совпадений, а в совпадения я не верю. Да.

Чернота его дьявольских глаз гипнотизировала, затягивала. Что сделал мой брат?! Судя по тому, как вздулась вена на шее Макса, звонок его вовсе не обрадовал. Кое-как взяв себя в руки, я снова потянулась было за пластырем, но внезапно прозвучавший в тишине голос Макса заставил меня вздрогнуть:

— Ты ничего не хочешь мне рассказать, Марика?

Дверца полки, что я успела открыть, выскользнула из пальцев и со стуком захлопнулась.

— Что я должна сказать?

Не знаю почему, но именно сейчас меня охватило нечто схожее с паникой. Голова резко заныла, недавно выпитый кофе тошнотой подкатил к горлу. Коснувшись пальцами виска, я сделала глубокий вдох, выдохнула и, наконец, проговорила:

— Если бы мне было, что сказать тебе, я бы уже сказала.

— Стоило тебе появиться, началась какая-то чертовщина, — бросил Макс и, опираясь о край стола, встал.

— Ну знаешь! — с негодованием бросила я. Голова гудела, но дурнота отступила. В чём он пытается меня обвинить?! Смятение, злость, непонимание происходящего смешались в один клубок.

Денис молчал, только смотрел на меня, не скрывая ни прежнего презрения, ни недоверия. Оба они буквально давили меня своей силой. Если вчера я была готова сказать Максу про брата, сегодня, в присутствии Дениса, у меня не хватало решимости. А что если… если они решат не встревать и просто отдадут меня Ивану?! Кто я для Макса? Сколько у него было таких, как я? Мысль об этом окатила меня горечью и новой волной страха и неуверенности.

В попытке скрыть собственные чувства, я отвернулась и принялась доставать средства для перевязки. Тяжёлое, гнетущее чувство снова подкатило тошнотворным комком, но на этот раз дело было вовсе не в том, что я ударилась головой. Действительно, значу ли я для Макса хоть что-нибудь? То, что он оттолкнул меня, подставился под пулю, могло быть чистой случайностью. Инстинктивным порывом и ничем более. Секс? Это вообще тут ни при чём.

— Нам пора, — я услышала, как скрипнули ножки табурета об пол. — Вся эта ересь начинает действовать мне на нервы.

— Давай я хотя бы сделаю тебе перевязку, — сдавленно сказала я, закрыв полку.

Сделала шаг к Максу, но остановилась, наткнувшись на его взгляд. Медленно он осмотрел меня с головы до ног и остановился на голых щиколотках. Вновь посмотрел в лицо. Сощурился, и я ощутила, как тело обдало жаром. Татуировка на руке, на крепком, словно каменном плече… Узор на груди… Внезапно меня пронзило понимание, что я не хочу быть для него «одной из». Не хочу быть разовым развлечением. Кем хочу? Этого я пока не знала, знала лишь, кем не хочу точно — девкой на пару ночей.

— Хорошо, — он выдвинул табурет и снова уселся на него. — Делай свою перевязку. И что там у тебя в кастрюле? Курица? — в голосе так и сквозило пренебрежение. Судя по всему, он бы предпочёл отбивную или что-то типа того.

— Курица и бульон, — подтвердила я, подойдя ближе.

— Ладно, сойдёт.

Внедорожник Дэна был не самым габаритным, но всё равно казался мне этаким лайнером на колёсах. Машину Макса мы оставили возле дома. На мои слова о том, что я могу сесть за руль, никто внимания не обратил.

— Садись сзади, — только и бросил Дэн, когда мы подошли к автомобилю.

Ничего не ответив, я открыла дверцу и уселась на заднее сиденье. Машина была не из дешёвых: светло-бежевый кожаный салон, навороченная панель управления. Даже пахло тут дорого: деньгами, властью и чем-то чисто мужским, как будто сам воздух пропитался животной энергетикой, исходящей что от Макса, что от Дэна.

Передняя дверца со стороны пассажира открылась, и Макс тоже уселся в салон. Ждала ли я, что он сядет рядом со мной? Нет. Но всё равно неожиданно для себя почувствовала смутное разочарование.

Нервно одёрнула подол платья и, заметив на подоле кровавый развод, попыталась стереть его. Конечно же, сделать этого у меня не получилось. Засохшая кровь попала под ногти, и я против воли вспомнила, какой тёплой и липкой она была совсем недавно.



— Нормально? — сев за руль, Дэн захлопнул дверцу со своей стороны и посмотрел на брата.

— Да, — коротко отозвался тот, и Денис завёл двигатель.

Спустя несколько минут мы выехали за пределы деревни. Позади остался указатель с названием, по бокам от дороги замелькал смутно знакомый пейзаж. По пути сюда я мало обращала внимание на местные красоты, сейчас же могла насладиться ими в полной мере.

Наслаждаться, впрочем, никакого желания не было. Погружённая в невесёлые мысли, я, как и прежде толком ничего не видела: поля, деревья… Посмотрела на свои ладони и сжала руки в кулаки. Захотелось позвонить маме, просто услышать её голос. Жалела ли я о том, что сделала? Что сбежала с, как оказалось, совсем незнакомым мне мужчиной в чужую страну? Думать об этом я была не готова. Не сделай я этого, вряд ли бы наши с Максом пути когда-либо пересеклись. Хорошо это или плохо — ещё один вопрос, ответа на который у меня не было.

Задумавшись, я не сразу заметила, что Дэн сбросил скорость. Поняла это лишь когда мы почти остановились. Посмотрела сквозь окно на окрестности, однако ничего нового не заметила: деревья, кусты и ничего кроме. Только вдали маячил какой-то указатель.

Отстегнувшись, Денис, ничего не говоря, вышел на улицу. Я посмотрела сквозь зеркало заднего вида на Макса. Глаза того были закрыты, чуть склонённая на бок голова откинута на подголовник. Спит.

— Выходи, — одновременно с тем, как распахнулась дверца, резко сказал Дэн. — Метров через двести будет шоссе. Дальше сама разберёшься.

До меня не сразу дошло, что он имеет в виду, только когда он, смерив меня взглядом, повторил, чтобы я вылезала из салона, стало ясно, чего он хочет.

— Никуда я не собираюсь идти, — отодвинулась я к другому краю сиденья.

— Я тебя не спрашиваю, собираешься ты или нет, — он сделал стремительный выпад и схватил меня за руку. Потянул на себя.

Я упёрлась ладонью в сиденье, попыталась ухватиться, но пальцы только бестолково прошлись по кожаной обивке.

— Пусти, — подалась назад, выкручивая запястье. Ухватилась за подголовник водительского сиденья. — Никуда я не пойду, Дэн!

— Пойдёшь! — он дёрнул меня сильнее, сминая попытки сопротивляться. — От вас, баб, одни проблемы! Так что пойдёшь, как миленькая.

— Пусти, — упёрлась сильнее. Кожу под его пальцами жгло, но уступать я не собиралась и идти куда-то — тем более. Сжала зубы. — М-м-м… Пусти, — процедила и впилась пальцами в подголовник. — Пусти меня, скотина!

Как я бы я ни сопротивлялась, сил у Дениса было куда больше. Схватив за вторую кисть, он заставил меня разжать пальцы. Рывком дёрнул на себя, и я, вскрикнув, едва ли не вывалилась на улицу.

— Ты что творишь?! — услышала я грозный рык Макса.

Дэн и не подумал отпустить меня. Напуганная и разгорячённая борьбой, я тяжело дышала и продолжала упираться.

— Ты не видишь, что от неё одни проблемы? — в ответ рявкнул Денис. — Пусть валит на все четыре стороны! Нехрен…

— Отпусти девчонку. — Лица Макса я не видела, но чувствовала, что он зол. — Отпусти её, Дэн. Она — моя проблема, не твоя.

— На кой она тебе сдалась?

— Не твоё дело, — огрызнулся Макс.

Я заметила, как Денис сощурился. Что-то в его взгляде изменилось. Губы сжались в линию, на скулах выступили желваки. Несколько секунд он смотрел на брата, а после толкнул меня обратно в салон.

— Твой брат псих! — вскрикнула я, потирая запястья. — Двинутый псих!

Ничего не сказав, Дэн вернулся за руль и, с громким хлопком закрыв дверь, дал по газам. Машину тряхнуло так, что я едва не слетела с сиденья.

— Псих! — выкрикнула я снова, но никто из братьев на меня даже не посмотрел.

— Она — моя проблема, — повторил Макс, цедя каждое слово сквозь зубы. — Не трогай её. Для начала со своей разберись.

