Глава 10

Аделина Когда мы сели в машину, Соколовский уже ждал нас на переднем сиденье. Повернулся. На лице его играла усмешка. – Я думал, вы сбежали. – Вы бы все равно нас нашли, – ответила я холодно. А в его глазах прочла: молодец, понятливая девочка. Резко отвернулась и уставилась в окно. Машина тронулась с места, и я с сожалением проводила взглядом двери торгового центра. Клетка вновь захлопнулась, а я даже не попыталась выскользнуть из неё. – О чем задумалась? Мы встретились с Соколовским глазами. Я ничего не ответила. Ощущение было, что он видит меня насквозь. Будто просчитывает мои шаги на несколько вперед. – Аделина. Я снова посмотрела на него. – Что? Я не обязана отчитываться перед вами, о чем я думаю! – вспылила я. – Я ваша горничная, Ян, а не… – Аделина, ты не закрыла дверь, – как ни в чем не бывало сказал он. Готовая к очередному раунду нашей с ним войны, я опешила. Повернулась к сыну, тот молча смотрел в окно и не обращал внимания на нашу перепалку. Машина притормозила, я потянулась и захлопнула дверь. Громко, вложив в хлопок весь свой гнев. *** На протяжении трёх следующих дней Соколовского я не видела. Даже завтрак в постель он больше не требовал, по крайней мере, грымза Дарина мне об этом не говорила. Приезжал Ян за полночь. Пару раз я слышала, как на территорию дома въезжает его внедорожник, но и не подумала встать и выйти ему навстречу. Нам не о чем разговаривать. Я всего лишь горничная в его доме, да и то на птичьих правах… Как изменить это, я пока не знала, поэтому выполняла свои новые обязанности и старалась как можно больше времени проводить с сыном. *** – Мама! – окликнул меня сын, когда я чистила ванну Соколовского. – Артём, что ты здесь делаешь? – Сняв перчатки, я бросила их на край раковины и выглянула в спальню. Сын стоял в дверях и переминался с ноги на ногу. – Мне скучно, – надул он губы. – Можно я посижу с тобой? – Он прошел к постели и забрался на покрывало. Я хотела его остановить, не дай бог помнется царское ложе его величества, но остановила себя. Если кто-то будет недоволен – это его дело. – Хорошо, – улыбнулась и, подойдя, потрепала сына по голове. – Только ничего тут не трогай, ладно? – Ладно, – кивнул Артём с самым серьезным видом. – Тихонечко посиди и поиграй, – вручив ему свой телефон, сказала я. – Хорошо, – снова кивнул сын. *** С ванной я закончила не так быстро, как хотелось бы. Не потому что было много грязи, а потому что по размеру она больше походила на отдельную комнату. Роскошный минимализм, так бы я сказала. Чёрная, с практически незаметным узором плитка на полу и стенах, чёрная с хромированным краном раковина у зеркальной стены. Красок добавляли аксессуары серебристого цвета и личные вещи Яна. Заканчивая уборку, я расставила на черной блестящей поверхности джакузи шампунь, бальзам и гель для душа. Все надписи на иностранном – на русском ни слова. Не удержавшись, открыла одну бутылочку и вдохнула. Аромат оказался очень приятным: терпкость мускатного ореха и лаванды. Дорогим, как и всё в доме Яна. Как ни крути, а у Соколовского отменный вкус. Запах, который он для себя выбирает, цвет одежды, в которой ходит – все это будто создано для него. Присев на краешек ванны, я поставила бутыле́к с гелем для душа на место и посмотрела на свое отражение в огромном, во всю стену, зеркале. Вдруг подумалось, что, наверное, у Яна есть женщина. И, вероятно, не одна. И она бы могла родить ему наследника. Какая женщина откажется быть матерью сына миллиардера Яна Соколовского?! Но он прицепился к Артёму. Почему? Как ни пыталась понять Яна, у меня не выходило. Вдруг из комнаты раздался звон. – Ой, – последовал за ним возглас сына. Я выскочила из ванной и увидела его, стоящего возле раскрытого стеклянного шкафа, где Соколовский хранил книги, несколько фотографий в рамках и миниатюры ретро-машин… Одна из которых, красная, валялась на полу разбитая. – Мам, я только посмотреть хотел, – виновато произнес Артём. – Я не хотел её разбивать, честно-честно. Я подошла к сыну и, присев, подняла осколки. Склеить тут не получится. Машинка была из фарфора или чего-то вроде этого. Хрупкая. И дорогая, возможно, выпущенная всего в нескольких экземплярах. – Что здесь происходит? – В комнату влетела Дарина. Тут же оценив произошедшее, гневно посмотрела на Артема. – Разве тебе не говорили, что трогать вещи хозяина – запрещено?! – накинулась она на него. В глазах сына появились слезы. Он опустил голову и всхлипнул. – Не смей поднимать голос на моего ребенка! – Я тут же встала между горничной и Артемом. Заслонила его собой. – А тебе вообще слово не давали, – мерзко скривилась она. – Это я разбила машину, – заявила, не спуская с напыщенной гадюки решительного взгляда. – Убиралась в шкафу и случайно задела. Думаю, хозяин переживет. – Это не тебе решать, – фыркнула она. – Я сообщу Яну Владимировичу о случившемся. – Да пожалуйста, хоть сейчас. – Я махнула рукой на дверь. Дарина сжала и без того тонкие губы и вышла из комнаты. – Мам, я не хотел. Повернулась и присела перед сыном на корточки. Обхватила его личико ладонями и прошептала: – Ничего страшного не случилось. Дядя Ян не обеднеет, лишившись одной машинки. У него в гараже видел сколько ещё стоит? Попытка пошутить сыном оценена не была, он заплакал еще сильнее. – Теперь тебя будут ругать. Я скажу ему, что это я её разбил. – Ты мой маленький мужчина. – Обняла сына, погладила по спинке. – Не плачь. Я сама поговорю с дядей Яном. Вся эта ситуация вызывала у меня одно чувство – возмущение. То есть своему сыну этот индюк с миллиардами на счетах не считает возможным подарить игрушку на праздник, а сам расставил в своей спальне машинки. Машинки, блин! В детстве точно не наигрался. В спальню снова приперлась Дарина. – Ян Владимирович приехал домой и желает видеть вас в кабинете. Я обернулась на нее. Ухмыляется, нажаловаться уже успела. Ну, день прошел не зря. У таких, как она, девиз по жизни один: «у меня сегодня радость – я кому-то сделал гадость». – Иди в свою комнату, Тём, – попросила я сына, поднимаясь с корточек. – Я с тобой пойду, – заупрямился сын. – Нет, малыш, иди в комнату. Я быстро поговорю с дядей Яном и вернусь. – Он будет тебя ругать? – Пусть только попробует! – Я щелкнула сына по носу и подмигнула. Пусть только попробует.