Глава 15. Пламенная речь и первый тест!
Весь следующий день «Соловей» держали на станции, а персонал стоял на ушах — не могли понять, откуда взялась кровавая лужа в тамбуре. Лора перехватывала телефонные сообщения проводников, когда они отчитывались начальству. Меня это позабавило, когда выяснилось, что даже повторная проверка ничего не дала — виновник как в воду канул.
Проводники недоумевали: все ученики на своих местах, никто не ранен. Сперва решили, что аристократ повздорил с простолюдином и его заколол. Такое вполне могло быть, но доказательств не было, как и тела. Подумали на персонал, но тоже мимо. У всех было стопроцентное алиби.
Должен отдать должное проводникам: они продолжали выполнять свои обязанности с таким видом, как будто ничего не случилось. А студентам объявили, что задержка состава вызвана серьезной поломкой. Из поезда нам выходить запретили.
Пока мы ждали от моря погоды, Света успела принять душ, Дима расправлялся с классическим трудом «Десять способов выжить на дуэли» Александра Пушкина, а Антон разминался, делая что-то вроде зарядки. Устав ходить из угла в угол, я предложил сходить на завтрак, в чем меня поддержали все трое.
К моему удивлению в вагоне-ресторане яблоку было негде упасть, однако, я быстро догадался в чем дело.
Это и был тот самый «бесплатный завтрак» для студентов, который я заказал пару часов назад. Ребята отодвинули противную манку с киселем и за обе щеки наворачивали творожную запеканку с яичницей и беконом, запивая чаем или соком. Я заранее попросил, чтобы кормили только студентов из простых семей, а то даже среди знати всегда найдутся халявщики. Ничего, пусть тратят свои денежки, не обеднеют.
Меня взяла оторопь при виде этой картины — я уж точно не ожидал, что они примутся лопать с таким энтузиазмом.
Мы решили чуть отдалиться от народа и заказали запеканку, салат и чай. Не успели расправиться с завтраком, как проводники разрешили студентам ненадолго выйти из поезда. Измученные сытной едой парни и девчонки наскоро покидали в себя остатки яичницы и выползли наружу.
На перроне дежурили жандармы, прибывшие, чтобы осмотреть место преступления. Пока мы проветривались, Лора включила запись звонка, перехваченного у следователя.
— Ничего не понимаю, Олег. От трупа осталась только лужа крови. Натекло так, что парень явно не жилец. Мы попытались найти энергетический след, но все в пустую, — раздался голос на том конце трубки.
— Проверили наличие артефактов? — спросил грубый мужской голос. — Шансов мало, но, может быть, глушилки?
— Да кому они могут тут понадобиться…
— Пораскинь мозгами! В поезде цвет нации. Тут половина детишек — отпрыски графов и баронов, если не выше.
— Да я понимаю… Ладно, будем думать. Конец связи.
Увы… Если они решатся перевернуть «Соловей» кверху дном и исследовать каждый гвоздь, то поезд будет стоять тут еще неделю. А если им придет в голову проверить весь маршрут? Так мы прибудем в КИИМ к концу учебного года…
Но полицаи потоптались еще немного да и убрались с пустыми руками. Поезд простаивал до обеда. Потом наконец-то тронулись. Украдкой я вышел в тамбур — лужу затерли и прикрыли пятно новым ковриком. Следы от меча замаскировали табличкой «Не курить».
Весь остаток дня мы болтали, бегали в буфет за орешками и слонялись из вагона в вагон.
Оказалось, что в носу состава имеется отличная смотровая площадка. Машинист сидел на первом этаже, второй отдали под широкое панорамное окно, открывающее вид на пути.
Народу тут толпилось с лихвой, большей частью ребята из простых. Когда еще им посчастливится побывать на таком чудесном поезде? Вот они и не теряли времени даром.
Со мной многие здоровались, и нет, не аристократы, а самые обычные парни и девчонки, которым я еще за завтраком смогли купить по чашке чая из тех денег, что они сэкономили за пирожки. Да, иногда такие мелочи способны завоевать чужие сердца.
— У них нет родовых мечей? — на всякий случай спросил я.
— Конечно нет, — шепнул Дима, мой экскурсовод в этом мире.
Антону тоже понравилось в смотровой площадке. Он долго стоял у самого стекла и наблюдал за дорогой.
— Вижу, друг мой, ты тоже не частый пассажир, — похлопал его Дима по плечу.
— Ездил на поезде только пару раз… — кивнул он. — И то, с отцом, в детстве.
— А парень честный! — Лора по умолчанию сканировала каждого человека на предмет лжи и комментировала, если кто-то привирал. Эх, нам бы с ней в казино! В моем мире это строжайше запрещено, а тут…
Когда мне только ее подключили, я подписал кучу бумаг, почти на тысячу страниц, где было полное описание ее возможностей, недостатков, рекомендаций и прочего. В разделе «запрещено» значилось, что помимо казино мне нельзя посещать МРТ-кабинеты и рентген, участвовать в любых официальных спортивных мероприятиях, а также в шахматных турнирах.
— Ребята потихоньку начинают общаться друг с другом… — подметила Лора, когда мы проходили мимо разнородной компании, где перемешались знатные и простые студенты.
Этим наблюдением я поделился со своими, на что Света ответила:
— Конечно. А ты как хотел? Мы теперь все в одной лодке.
Что звучало вполне логично.
Света, как единственная девушка в нашей компании (Лора не в счет), иногда пыталась болтать с другими знатными студентками, но по каким-то неведомым причинам, разговор не клеился. Однако, скоро я заметил ее в компании той самой рыжеволосой студентки, с которой они вполне непринужденно беседовали.
⁂
Утром «Соловей» наконец добрался до станции «Красноярск». На выходе нас встретили дежурные, и мы стройными группами сели в автобусы, напоминающие огромные бронированные танки. У каждого спереди и сзади были установлены по две автоматических турели. Лора просканировала их и отметила, что такое устройство в состоянии отбиться от целой роты. И таких автобусов я насчитал аж десять штук.
Внутри нас встретили мягкие сиденья по два в ряд. Когда все уселись на свои места, у лобового стекла появилась стройная женщина с убранными под фуражку волосами, лет тридцати пяти. Она провела небольшой инструктаж:
— Господа студенты, все внимание. Я буду вашим куратором. Меня зовут Ольга Олеговна Ржевская! — Она сделала небольшую паузу, дожидаясь пока особо говорливые на заткнутся. Самыми болтливыми оказалось двое аристократов на задних рядах — парочка продолжила самозабвенно чесать языками, не обращая внимание на куратора. Не долго думая, Ольга Олеговна влепила обоим звонкие затрещины.
— Какого хрена⁈ — возмутился было аристократ, но встретившись с ней взглядом, быстро прикусил язык. Взглядом куратор пронзила его словно копьем. Второй вообще не открыл рта, только потер затылок.
— Так! Теперь я обращаюсь в основном к аристократам и маменькиным сынкам, — добившись вожделенной тишины, начала Ольга. — Полагаю, поступающим в ЭТОТ институт магии нет смысла объяснять очевидные вещи. Однако, если кто-то еще пребывает в неведении, объясняю один раз. Пока вы новички, ваш ранг — ученик. Это значит, чтобы не только подняться на ранг выше, но и просто выжить, вам придется заткнуться и впитывать все, что излагается на всех этапах обучения. Чем лучше вы учитесь, тем быстрее получаете новые ранги. А чем выше взбираетесь по лестнице рангов, тем славнее ваш род, и больше вероятность выжить. Если кто-то из вас, молокососов, считает, что он самый умный, и ему незачем слушать куратора, то могу вас поздравить — ваш процент выживаемости упал на тридцать процентов. И это я говорю не для того, чтобы вас напугать, дорогие мои. Это суровый закон, в рамках которого существует наш славный институт. И именно благодаря ему это заведение живее всех живых.
А теперь объясняю для всех. До института еще триста километров, и скоро мы достигнем Дикой Зоны. Поэтому, пока мы не приехали, все сидим смирно, не вскакиваем с мест, не просимся пи-пи. Сидим и ждем сигнала — моего или водителя. Все ясно? Отлично. Пристегнуть ремни! Выезжаем через пять минут.
— Да, суровая тетка, — прошептал Дима. Он сел рядом со мной, Света с Антоном расположились впереди. — Хорошо, что Андреев успел дать пару советов.
— Да? Поделишься?
— Ну… — неловко улыбнулся он, потупив взгляд. — На самом деле он сказал: «Дима, слушай всех преподавателей беспрекословно!» Как-то так.
— Совет на миллион… — вздохнул я. Андреев, как всегда, в своем репертуаре.
Колонна тронулась, и мы выехали с вокзальной площади в город. Я прислонился к стеклу, пытаясь рассмотреть улицы Красноярска получше. Как-никак ближайшие пару лет мне придется провести тут немало времени.
Он сильно отличался от «моего» Красноярска. Наверное, по шику и лоску он мог бы поспорить даже с Москвой. Улочки чистые, ухоженные. По тротуарам разгуливает много военных, обеспечивая порядок и охрану. Пограничный город во всей красе.
Были среди прохожих и настоящие боевые маги. От военных они отличались тем, что носили броню, похожую на средневековые доспехи, включающую нанотехнологичные материалы. Совсем как на клинке Иванова. У самых продвинутых оружие левитировало за спиной, следуя за хозяином словно домашнее животное на невидимом поводке.
Я поймал себя на мысли, что эти парни будто бы сошли со страниц комиксов и книг, которыми я зачитывался в детстве. Кто-то мог бы назвать их персонажами компьютерной игры.
Скоро мы оставили Красноярск и выехали на трассу. Дорога ровная и прямая, автомобилей было мало, поэтому наш караван набрал приличную скорость. Через три часа, я увидел табличку: «Добро пожаловать в Широково!».
— Разве институт не относится к Красноярску? — спросил я у Димы.
— Да, формально так и есть, — кивнул Бердышев. — Но преподавателям и местным рабочим надо где-то жить. Вот и воздвигли небольшой рабочий городок.
Автобусы выехали на пригорок, и я смог разглядеть Широково во всей красе. Город окружала высокая стена метров на десять. Каждые пятьдесят метров нас встречали вышки с ПВО и турели с пулеметами.
— Нихрена небольшой рабочий городок! — присвистнула Лора. — Город-крепость, хрен еще туда попадешь.
И она была права. Стены из камня, металла и цемента — серьезная вещь. Даже боюсь представить, сколько денег потребовалось на все эти укрепления. Когда автобус подъехал ближе, мне показалось, что стены слегка переливаются.
— Видишь рябь? — Дима, наклонился к окну. — Это маголитовая броня от монстров из метеоритов. Очень дорогая штука.
Я присвистнул. Впечатляет.
Наша колонна остановилась у огромных ворот, где охрана КПП принялась проверять пропуска. В каждую машину заходили с планшетами и сверяли каждого студента по фамилии.
Когда с формальностями было покончено, мы заехали в крепость. Обстановка внутри оказалась более чем скромная: на глаза попадались двух-трехэтажные дома-коробки из серого бетона и с маленькими окошками-бойницами. По военному простые и надежные.
Но на что хозяева крепости не скупились — это на дороги. Двухполосные, без единой трещинки — как и в столице. Хоть нитку натягивай.
Магов тут было еще больше, чем в Красноярске. И выглядели они куда внушительней. Суровые с тяжелым взглядом, многие со шрамами на лицах. Атмосфера боевая — как будто на передовой. Хотя почему «как будто»?
Проехав вдоль внешней стены, мы оказались у других ворот, над которыми красовалась огромная, сваренная из железа, надпись: «Красноярский Имперский Институт Магии».
— Внимание! Заезжаем на территорию института, — крикнула наша провожатая. — Никто не отстегивается и не вскакивает. Ждем команды!
Никто не шелохнулся. Теперь все по-серьезному.
Окружающие застыли с какими-то напряженными, кислыми лицами, а вот на меня накатил боевой настрой. Чего бояться? Скоро мы узнаем, что из себя представляет магия и учеба в этом хваленом КИИМе. А уж про метеориты я вообще молчу.
Всегда любил учиться. Но еще больше любил читать книги про магов, с самого детства. И вот я один из них. И судя по имеющимся данным, не из последних. Держите меня семеро!
Автобусы въехали на огромную территорию института и встали нос к носу.
— Всем отстегнуться! — скомандовал Ольга. — На выход в шеренгу по два! Не толпимся, встаем у автобуса в том же порядке! — Она замолчала, когда первые студенты ломанулись наружу. — Сумки не забудьте!
Пока манера обучения больше напоминала армейский режим, чем институтский. И в принципе, это объяснимо.
Когда нас выстроили у автобусов в две шеренги, я бегло посчитал общее количество студентов — оказалось десять групп по тридцать два человека в каждой.
Этими же группами нас провели на спортивный стадион. В центре устроили небольшую сцену с кафедрой. По ступенькам как раз кто-то поднимался.
Это был мужчина, скорее всего, кто-то из главных лиц института. Пышные усы, волосы аккуратно заплетены в небольшую косичку на затылке. На плечи накинут пиджак в клеточку, под ним белела футболка. На вид ему было лет тридцать, однако суровый взгляд серых глаз был куда старше.
— Ах, какой мужчина! Ты посмотри на эти мускулистые руки, — прошептала у меня за спиной девушка своей подруге, тоже аристократке. — Интересно, он женат?
— А ты посмотри на его пальцы?
Я тоже присмотрелся… Лора сделала зум и присвистнула. Золотое обручальное колечко соседствовало с родовым. Девушка сзади расстроенно выдохнула.
— Добрый день, дорогие студенты! — громогласно разнеслись по округе приветственные слова бравого офицера. — Меня зовут Алефтин Генрихович Звездочет. Я заместитель директора института. От лица администрации, я хочу поблагодарить вас за то, что выбрали наш институт. Самое опасное место в Российской империи!
Толпа начала оживленно перешептываться.
— По статистике до выпуска доучиваются лишь тридцать процентов от первого набора, — продолжал заместитель директора. — И, да, оставшиеся семьдесят процентов не доживают до защиты диплома.
К чести нашего набора тех, кто от этих слов побледнел, были единицы. У большинства студентов взгляд стал только сосредоточенней и тверже.
— Однако, уверяю вас! — не унимался Звездочет. — Если вы окончите наш КИИМ, вы встанете в ряд с самыми сильными и могущественными боевыми магами в государстве. Родина будет гордиться вами!
Именно за этим я сюда и пришел.
Далее зам. директора объявил, что нас ждет тест на предрасположенность к магии. Эта процедура была необходима для сверки статистических данных. Потом нас распределят по курсам и выдадут индивидуальный график занятий.
— Также хочу заметить, — поднял палец Звездочет, — что уже с завтрашнего дня начнутся первые лекции, где вы покажете все, на что способны. Надеюсь, вы не посрамите честь ваших отцов. Что ж! — Он расправил широкие плечи, речь подходила к концу. Наконец-то! — Рад приветствовать вас в КИИМе! Еще раз спасибо, что выбрали сложный, опасный, но крайне интересный путь боевого мага!
Он захлопал в ладони. Новоприбывшие поддержали его довольно нестройными аплодисментами.
— День только начался, а мне уже не по себе… — пробурчал какой-то парень, скосив глаза. — Речь, прямо скажем, не сильно воодушевляющая…
— Не боись! — подбодрил его Дима. — Я слышал, отсюда просто так не выгоняют.
— Конечно, не выгоняют. Зачем выгонять, если первый же косяк станет последним⁈ — фыркнул он и отвернулся.
— Говорят, что и сбежать отсюда непросто, — прошептал у меня над ухом второй трусишка. — Сошел с поезда — считай попал в капкан!
— А ну, тихо! — шикнул я, и они мигом замолкли. Меня опасность только подзадоривала. Вон и Иванов за всю речь Звездочета не повел даже бровью. Не человек — кремень! Стоило заму упомянуть могущество боевых магов, как его глаза блеснули сталью.
Ну, хоть кто-то меня понимает!
Нашу группу из тридцати двух человек отвели в аудиторию, выстроенную амфитеатром. Вместо доски стояла звуконепроницаемая дверь, обшитая кожей.
Когда все уселись, перед нами встала наш куратор Ольга.
— Итак, настало время определить вашу предрасположенность к магии! — Ее тут же перебило несколько поднятых рук. — Да, слушаю!
Первой руку подняла та самая девушка, которая интересовалась семейным положением зама.
— Мой род издавна специализируется на магии крови. И так ясно к чему у меня предрасположенность. Зачем нужны какие-то глупые тесты?
В аудитории одобрительно зашумели, причем исключительно аристократы. И вправду, зачем проходить тест, если каждый род владеет своим видом магии?
— Резонный вопрос! — улыбнулась Ольга. — Что ж, вы правы. В первую очередь, этот тест для учеников, которые не росли в богатой семье и имеют слабое представление о своих способностях. Однако и знатным студентам не стоит обольщаться — все не так просто. Да, ваш род может специализироваться на магии крови, однако природных талантов это не отменяет, — она кивнула девушке. — Кто знает, может быть, у вас талант к защитной магии или к стихийной? У вас будут еще шансы проявить себя — пока вы не достигните ранга подмастерья, все вы будете изучать только базовую магию.
— А что такое базовая магия? — опередил меня какой-то парень, явно не благородный. Аристократ точно не задал бы такой глупый вопрос.
Надо отдать должное Ольге — она не стала злиться, лишь улыбнулась.
— Базовая магия — это стихийная магия. Всего четыре стихии. Огонь. — Она вытянула руку ладонью вверх, над которой тут же материализовался огненный шар. — Вода. — Шар превратился в сферу воды. — Земля. — Из центра сферы выросла черная точка, обратившая воду в камень. — И воздух. — Для пущего эффекта она подула, камень закрутился вихрем и пропал. — Все подробности завтра.
Пока Ольга проделывала эти фокусы, я не мог отвести взгляда. В скором времени я научусь делать то же самое.
— Это охренеть как круто! — шепнул я своей помощнице, на что Лора только фыркнула. — Ну чего ты? Разве тебе не нравится?
— Нравится, — протянула она. — Но я хочу, чтобы ты с таким же восхищением смотрел и на меня…
Лора ревнует к магии? Что-то новенькое…
— Начинаем с первых рядов. В порядке очереди, — кивнула куратор на дверь. — Там вас ждет комиссия. Они объяснят, что делать. Заходим по одному.
За дверью первая партия находилась недолго — не больше пяти минут на каждого студента. Все зависело от того, сколько вопросов ему задавали. По рассказам первых парт тест был банален и прост: меня ждет небольшая комната и трое человек из комиссии, в центре скульптура в форме руки. Ты подходишь к ней, вкладываешь ладонь в руку статуи и ждешь, пока информация не заполнит мониторы комиссии. После пары вопросов они что-то отметят в своих блокнотах, ты отдашь документы и топаешь на выход.
Странно, но Лора не смогла просканировать комнату с комиссией. Посмотрим, что будет, когда я зайду.
Настала очередь Димы. Он пытался скрыть свой мандраж, улыбался и отшучивался, но трясущаяся от волнений коленка сдала его с потрохами.
Когда же он вернулся, на его лице сияла улыбка до ушей. После него пошел Антон.
— Ну что там? — с любопытством спросила Света. — Какая магия?
— Магия огня! — гордо сказал Дима. — Бердышевы никогда не промахиваются!
Черт знает, к чему он это, однако коленка стала тверже камня.
Прошло десять минут, а Антона все не было. Потом двадцать минут — из кабинета никто не показывался. Аудитория начала шушукаться, делая разные предположения. Даже Ольга то и дело поглядывала на часы, удивленно приподнимая бровь.
Дверь открылась, когда прошло полчаса. Задние ряды разразились аплодисментами. Антон пожал плечами — мол, ну с кем не бывает, и вернулся на свое место.
Теперь настала очередь Светы. После нее пойду уже я.
— Чего так долго? — зашипел на него Дима. — Ты там поселиться решил?
— Ну, прости… — Антон картинно развел руками. — Она начали задавать кучу вопросов. Сам не понимаю почему.
— Миша, — услышал я голос Лоры. — Антон что-то не договаривает.
Света вышла через несколько минут. Если перед тестом, она была будто на иголках, теперь девушка выглядела расслабленно и удовлетворенно. Оказалось, у нее яркая предрасположенность к магии воды. Да кто бы сомневался?
Настала моя очередь.
Зайдя в комнату я сразу увидел каменную руку в центре. За ней в окружении мониторов расположилась комиссия, внимательно меня разглядывая.
— Та-а-ак, вы у нас, — слюнявя палец, произнес мужчина с растрепанными волосами. — Михаил Кузнецов…
— Верно! — кивнул я и отдал им документы.
— Это случайно не те Кузнецовы, у которых первоклассные лошади? — прошептал второй мужчина в маленьких очках на пухлом лице. Он думал, что я не услышу, но Лора усилила мой слух.
— Совершенно верно! Барон Виктор Станиславович Кузнецов, мой отец. — В прежней уверенной манере произнес я.
— О, слух какой хороший! — усмехнулась худая пожилая женщина. Старость ничуть ее не портила, только придавала ей статности и уверенности.
— Прошу, молодой человек! — Она жестом показала на статую и добавила: — Вы можете почувствовать легкое покалывание в ладони. Но не бойтесь. Это норма.
— Спасибо, что предупредили. — Я вежливо поклонился, что ей определенно понравилось. Улыбнувшись, женщина что-то чиркнула у себя в блокноте.
— Так, Лора. Не забудь считать информацию, если сможешь, — предупредил я помощницу, которая расхаживала вокруг комиссии и щурилась в мониторы.
— Да помню я! Не дура, — хихикнула она.
Рука статуи была теплая, слегка шершавая. Когда моя ладонь соприкоснулась с камнем, я ощутил покалывание. Сначала небольшое, но скоро оно начало нарастать.
— Вы уверены, что это «легкое покалывание»? — обратился я к комиссии.
— Да. Обычно студенты даже не ощущают его, — кивнул растрепанный мужчина.
Покалывание явно вышло за пределы «легкого» и переросло в хорошие такие электрические разряды. Я приподнял ладонь и увидел маленькие молнии, которые играли между моей рукой и статуей.
Боль усиливалась. Я едва держался, чтобы не одернуть руку — заботливая Лора поспешно отключила нервные окончания. Переведя дух, я заметил, как вытягиваются лица у приемной комиссии. Один даже потерял очки и не заметил, второй сломал ручку. Только женщина пристально смотрела в экран с сосредоточенным видом.
— Уберите руку, — произнесла она, не отводя глаз от монитора.
Я подчинился. Ни один член комиссии не поднял на меня глаза. Все их внимание поглотила полученная информация.
— Чего это они? — спросил я у своей верной помощницы.
— Это какой-то очень сильный артефакт. Большего мне узнать не удалось, — вздохнула Лора. — Но всей энергии в тебе не хватит, чтобы взломать эту штуку.
— Могу я присесть? — спросил я комиссию, заметив стул у стены.
Все трое разом подняли на меня округлившиеся глаза.
— Присаживайтесь… — кивнул пухляш и погрузился обратно в чтение.
Так прошло десять минут, пока растрепанный мужчина не достал из внутреннего кармана пиджака белый платочек и не вытер испарину со лба. Женщина откинулась в кресле и стала обмахивать себя листками. Пухляш расслабил галстук, который словно удавка стягивал его шею.
— Молодой человек… — начала дама. — Я член магической комиссии, Наталья Геннадьевна Ермакова. Это мои коллеги. Алексей Борисович Мясежников. — Она показала на растрепанного мужчину. — А это Владимир Владимирович Бережной, указала она на пухляша.
— Очень приятно, — склонив голову, сказал я.
— Скажите, какие виды магии вы знаете? — спросил растрепанный Мясежников, попытавшись неловко пригладить непослушные волосы.
— Признаюсь честно, у меня была обширная амнезия, вызванная сильным сотрясением. И до недавнего времени я практически ничего не помню, так что и про магию я не могу вам сказать, — начал я излагать заученную легенду.
— Амнезия? — удивился пухлый Бережной. — И вы собрались учиться, не зная азов магии?
— Разве это не место, где этому учат? — улыбнулся я. — Память у меня хорошая, а в голове достаточно свободного места, куда знания войдут как влитые.
Не сдержавшись, Ермакова залилась звонким заразительным смехом. Совсем молодым.
— Ох, молодой человек! Чувство юмора у вас отличное. Мы с вами точно подружимся, — подмигнула она мне.
— Это честь для меня иметь в друзьях такую потрясающую женщину, как вы, — улыбнулся я Ермаковой.
— Миша! — ахнула Лора. — Ты восемнадцатилетний пацан, а она женщина в возрасте! Не смей ей строить глазки, ты!
— Ведите себя хорошо, Михаил Кузнецов, — погрозила мне пальцем Ермакова, в мгновение ока становясь серьезной, даже угрожающей. — Берегите себя и не сдохните в первом же рейде. Я расстроюсь.
— Не переживайте, я парень живучий.
— Поживем — увидим, — пожала она плечами.
— И какая у меня предрасположенность? — вернулся я к теме разговора.
— Понимаете, молодой человек, — начал Мясежников, наглаживая свою пушистую шевелюру. — На моем веку я видел достаточно уникумов. У кого-то была предрасположенность к двум видам магии, у кого-то к трем. Был даже парень с пятью предрасположенностями, но вы… — Он лишний раз заглянул в монитор. — Не буду хвалить вас раньше времени, как верно заметила Наталья Геннадьевна. Поживем — увидим, но у вас есть шанс стать… отличным боевым магом.
— Леша, говори как есть! — раздраженно сказала Ермакова. — Не в детском садике же! Сюда идут за знаниями и силой. Особенно за силой. И вы, студент Михаил Кузнецов, рискуете стать самым могущественным из всех ныне живущих магов!