ГЛАВА 14, · в которой лекция по драконоведению вызывает больше вопросов, чем ответов

Оставшееся время до праздника прошло сравнительно тихо. В нашем пятнистом виде, который вызывал смех у всех встреченных нами студентов и улыбки у преподавателей, лишний раз выходить никуда не хотелось. Бабушка Дельмильтель, которая пожелала видеть меня для разговора перед праздником, узнав причину моего отказа, предложила помощь. Она найдет темного эльфа, который сведет с меня пятна. Но я посчитала, что несправедливо будет, если пятна сведут у меня одной, и отказалась. Да и заслужили, чего уж. Но если до праздника сами не сойдут, придется воспользоваться бабушкиной помощью, только буду настаивать, чтобы устранили последствия у всех троих.

Люся была вся в заботах. Налаживала контакт с новым питомцем, читала все, что могла найти о василисушах, и приставала к нам с вопросами о них и о мире. И ждала, когда сойдут пятна, чтобы задать накопившиеся вопросы эльфу. В таком виде она ему на глаза старалась лишний раз не попадаться. Да еще и не отпускал стыд — были свежи воспоминания о том, каким образом она заполучила василисуша. Так что магистр-эльф пока жил спокойно.

Василисуш тоже пока вел себя примерно, наслаждаясь вниманием и заботой попаданки. А уж она его и баловала, и холила, и лелеяла. Мы с Алеорой даже не вытерпели и сделали замечание. Если она сейчас так его разбалует, то придется и потом с ним носиться, и будет у него капризный и несносный характер, как у Аполло. Люся к доводам разума прислушалась, зато Эххе обиделся, что мы влезли, и исподтишка плюнул на нашу новую, не запятнанную им одежду, которую купил по нашей просьбе Васим.

Алеора крепко на Эххе заругалась, Люся заступилась, хотя и пожурила хитрого василисуша, вмиг принявшего невинный и обиженный вид. Я не стала ругать, потому что плюнуть он постарался так, чтобы пятна вещь не испортили, а смотрелись украшением. Это было просто предупреждение с его стороны. Я лишь погрозила ему пальцем и сказала, что живем мы все вместе, будет нахальничать — придется нажаловаться магистру. Василисуш посмотрел на меня внимательным умным взглядом и отвернулся. Надеюсь, мы с ним друг друга поняли.

Категорически не принимал геккон только Мегакрута. Активно выражал свою неприязнь, показывая всем своим видом, что ему не нравится повышенное внимание гнома к его хозяйке. Это вызывало с нашей стороны улыбки и хихиканье. За спиной, конечно. Потому что смеяться над василисушем в открытую себе дороже.

Алеора погрузилась в учебу. Встречаясь с Васимом, они вяло переругивались, но к тому вернулась Ядвига, и Васиму стало не до Алеоры — они с демоницей шумно выясняли отношения по каждому поводу.

Я не знала, как мне вести себя с Янтаром. Подарок от него я убрала в дальний ящик стола. Встречались мы всегда при большом скоплении людей, он вел себя как ни в чем не бывало, так, словно мне показалось и не было ничего в тот вечер. Но мне не показалось, и я считала, что мы должны объясниться. Но никак не могла найти в себе силы и начать первой. И не знала, что сказать лучшему другу.

Большую часть свободного времени я проводила с Кантором, мы очень сблизились. Обсуждали учебу, магию. У нас оказалось много общих тем для разговоров и похожие взгляды. Срывов магии у меня больше не было, все предписания кураторов я выполняла безукоризненно, делая успехи, и руководство решило прекратить мою изоляцию досрочно. Я теперь могла ходить на занятия. Очень вовремя, конечно, учитывая мой пятнистый внешний вид. Но внешний вид меня сейчас заботил меньше всего.

Ашшур вел себя со мной отстраненно, наши отношения стали все больше напоминать отношения куратор-студентка. И я не могла сказать, нравилось мне это или нет. Но понимала, что так будет лучше для нас обоих. Только какая-то поселившаяся в его глазах горечь, словно черный пепел, осыпавшийся с пламени взгляда, не давала мне покоя.

Когда до праздника богини-матери оставалось несколько дней, на занятии Ашшур сказал:

— Досифея, необходимости в наших индивидуальных занятиях больше нет. Все те упражнения, что мы делаем, ты теперь можешь делать самостоятельно. И я настоятельно рекомендую не отлынивать, а ежедневно их выполнять. Эта неделя подходит к концу, а с начала следующей можно начать читать лекции по драконоведению, которые все долго ждут от меня. Поэтому я решил, что тебе пора переходить в режим полного очного обучения. Я останусь твоим куратором и прошу, нет, настаиваю, чтобы ты обращалась ко мне по любому поводу и вопросу, даже если тебе кажется, что он незначительный. Слышишь? Не надо думать за других, бояться побеспокоить и прочие глупости. Я всегда, — он сглотнул, и языки пламени взметнулись вверх, — в твоем распоряжении.

— Хорошо, — растерянно кивнула я, будучи в недоумении от его слов.

То есть обращайся в любой момент и по любому поводу, но заниматься с тобой лично я больше не буду. И как это понимать?!

Первая лекция по драконоведению ожидаемо не прошла спокойно.

С самого начала грозный дракон стал запугивать студентов:

— Драконы — самые совершенные создания этого мира. Наша раса ведет свой род от богини-матери жизни и отца-бога смерти, ее мужа. Мы — их дети. Тогда как остальные расы — результат магических экспериментов. — И в устах дракона это прозвучало как экскрементов. — А также следствие проникновения других богов в наш мир. Драконы сильны, могущественны, мудры и справедливы…

И заносчивы — неприятно поразилась я словам Ашшура.

— …Сила самого слабого дракона в несколько раз выше силы любого самого сильного мага другой расы. Один дракон со средними магическими потоками стоит пятерых магов пятой ступени…

Студенты ахнули, пораженные такой информацией.

— Чего не десяти? — едко шепнул Эро-Нах. — Заливать так может каждый. Кто проверит?

— Когда вы увидите дракона, никогда не заговаривайте с ним первым! Не обращайтесь к нему, не смотрите на него! По нашим меркам — это преступление! Ждите, когда вам будет позволено что-то сказать в присутствии дракона или когда он обратится к вам сам. И никогда, слышите, никогда не перечьте или, не дай богиня, не грубите дракону! Если не хотите, чтобы от вас в тот же миг осталась кучка пепла!

Дракон полыхнул глазами и изрыгнул столб пламени в доказательство. Я покосилась на реакцию аудитории. Студенты открыли рот и смотрели на Ашшура округлившимися глазами-плошками, в которых вперемешку был испуг и восторг. В глазах женской половины аудитории восторга плескалось больше.

Ашшур еще вещал что-то такое же грозное и в том же духе, так, что даже я почти прониклась и перехотела посещать Драконью Гряду. Ну их к тхэру. Если они такие спесивые и заносчивые — высшая раса! Ну так, может, и правильно и хорошо, что они живут замкнуто и изолированно?

— А как убить дракона? — прозвучал вопрос из аудитории.

Этим смельчаком, задавшим провокационный вопрос, оказался орк из моей группы.

— Тебе — никак, — мрачно посмотрел на орка дракон.

— А кому — как? — не отстал орк.

— Ты серьезно думаешь, что я сейчас поведаю вам слабые места драконов и какими способами их лучше убить? — задрал брови Ашшур.

К моему удивлению, влезла Люся.

— Дир Ашшур-шакин-шуми, — обратилась она со всем пиететом, выражая полное уважение, — но вдруг представитель вашего народа сойдет с ума? Как, например, известный тут маг Эпиштен. И его надо будет обезвредить? Я считаю, что такие знания должны быть доступны для остального мира.

Все с удивлением и уважением посмотрели на Люсю. Мегакрут еще и с гордостью, а Эро-Нах одобрительно-насмешливо. Послышался согласный ропот студентов.

— Дира Люся, такое бывает очень редко, — снисходительно заверил ее дракон. — Последний раз подобный случай был зарегистрирован шесть столетий назад, а до этого еще за девять. И причиной такого поведения дракона была смерть его избранной от рук враждебного клана. Правитель, а речь идет о нем, в порыве мести уничтожил весь клан, не пощадив никого. И его посчитали опасным. Хотя и внутренне оправдывали, ведь лишить дракона его избранной пары — у нас самое тяжкое преступление.

— А можно спросить про избранную пару?.. — кокетливо задалась вопросом… Так, кто у нас там интересуется избранными дракона? Ага, демоница, я тебя запомнила!

— Позже, — невежливо перебил ее Ашшур и продолжил предыдущую тему: — Так вот, чтобы справиться с обезумевшим от горя и жажды мести драконом, понадобилось пять самых сильных драконов Драконьей Гряды. Пять! Сильных! Драконов! У вас нет никаких шансов справиться с моим сородичем, понимаете?

— И что же тогда делать? — расстроилась Люся.

— Обращаться к другим драконам, — с усмешкой отвесил поклон Ашшур. — Какие еще вопросы?

— У вас есть избранная? — снова вклинилась демоница, кокетливо сверкнув глазками.

И ответа на этот вопрос ждала, затаив дыхание, вся женская половина аудитории. В том числе и я. И реакция Ашшура мне не понравилась. Он растерялся, бросил виноватый взгляд в мою сторону и непривычно для него промямлил:

— Это очень личный вопрос. Драконы не любят обсуждать личное. Перейдем к другим вопросам…

Ого! Заклокотала во мне ярость. Я все прекрасно поняла! Он не хочет при мне признаваться, что избранная у него есть!

Ашшур

И хотя этого вопроса стоило ждать, Ашшур так и не смог к нему подготовиться. Как? Как ответить на такой простой вопрос в присутствии Досифеи? Он с превеликим удовольствием бы заявил перед всеми этими студентками, стреляющими в него откровенными соблазняющими взглядами, что у него уже есть избранная. И он ни в ком больше не заинтересован. Но что придумает по этому поводу Досифея? Она подумает о ком-то другом. А этого допустить никак нельзя, иначе он ее потеряет.

Но и сказать, что избранной у него еще нет, было бы неправдой, к тому же опасной. На него началась бы охота. Ашшур так и не придумал лучшего выхода из затруднительной ситуации. И вывернулся как мог, не сказав ни да ни нет. Но его ответ чем-то разозлил Фейку. Вон мечет в него глазами молнии, и он чувствует ее гнев внутри. Ох, богиня, как же его угораздило так вляпаться?

Ашшур сам не понимал, как и когда они с Фейкой стали отдаляться друг от друга. Она сближалась с Кантором, а он наблюдал и не знал, что можно предпринять и не сделать все еще хуже. С напора и наскока эту проблему не решить. Но что может он противопоставить Кантору? Ашшура начали одолевать сомнения.

Не в своих чувствах к Фее, а в том, нужен ли он ей? Что он может дать ей для счастья? Сделает ли выбор в его пользу Досифею счастливой? Стоит ли бороться за нее? Если бы он был уверен, что он — ее счастье, он бы боролся без всяких сомнений. Но что может предложить ей он? Ашшур всегда знал — он здесь временно, он гость в этих землях. И рано или поздно вернется в Драконью Гряду к своим сородичам. Нужно ли это Фее? Будет ли она там счастлива? Захочет ли покинуть всех родных и друзей ради него, ради любви?

Кто даст ответ на этот вопрос, если Ашшур сам не мог сказать, готов ли он пожертвовать тем же ради счастья Фейки? Остаться здесь, среди людей навсегда. Покинуть Драконью Гряду насовсем? Бросить родственников, отказаться от своего положения?

Как тогда он может требовать подобного от любимой? Он ведь желает ей счастья. А с Кантором у них много общего и понятное будущее. Он хоть и мальчишка, щенок, но они слеплены из одного теста. Только будет ли она с ним счастлива? Как бы узнать ответ на э-тот вопрос. Тогда бы он знал, что делать. Проявить активность или отпустить.

Ужасное слово — отпустить. Горькое, липкое и вязкое, как кашица из травоноги, что разбухает во рту и заполняет его своей массой, разрастаясь комком, что становится трудно выплюнуть. Ты пытаешься это сделать, но не можешь. Так и он чувствовал это слово внутри, значение его вроде бы понятно, но действие его не представлялось возможным.

Мои мысли, унесшие меня далеко на лекции дракона, прервала интересная информация. Ашшур рассказывал о том, как общаются между собой драконы.

— Драконы могут общаться между собой мысленно, — сообщил он.

— Вы владеете телепатией? — не удержалась я от вопроса, вспомнив, как иногда мне казалось, что Ашшур угадывает мои мысли и эмоции.

— Нет, если брать классическое теоретическое определение телепатии — умение читать чужие мысли. Мы не читаем мысли друг друга. Мы мысленно общаемся. Это другое. Мы настраиваемся друг на друга и ведем разговор. Каждый слышит только то, что хочет сказать собеседник. То, что он позволит услышать. И предвосхищая следующий вопрос — действует это только между драконами. С вами я мысленно пообщаться не могу, — сказал Ашшур и подмигнул мне. — Исключение — только для избранной пары. Они чувствуют и слышат все, что и партнер.

— Независимо от расы? — уточнил кто-то из зала.

— Независимо, — подтвердил дракон. — Для избранной пары нет и не может быть никаких преград. Это один из самых древних законов нашего мира.

— А у драконов могут быть избранные другой расы, не драконицы? — послышался тот же голос.

Я повернулась и посмотрела кто там такой любопытный. Ага, рыбохвостая, тебя я тоже запомнила! Но ответ хотела услышать и я. Посмотрела на Ашшура. А тот опять замялся и сказал:

— Такого не случалось, но все когда-нибудь бывает в первый раз.

Угу, исчерпывающий ответ. Никогда. Ни разу не было, но вы надейтесь, кто вам мешает. На этом лекция для меня была окончена.