ГЛАВА 22, · в которой обсуждаются брачные ритуалы разных рас

— Цветочек, я лекцию принес, как и обещал, — сказал заглянувший в комнату Эро-Нах.

И осекся, заметив пристальный и горящий взгляд Люси.

— Чего это она на меня так смотрит? — осторожно обратился он ко мне.

— Вот ты демон? — агрессивно спросила Люся.

— Демон, — кивнул настороженно Эро-Нах, и кисточка его хвоста высунулась из-за спины и качнулась, кивая, вслед.

Интуиция явно ему вопила, что вопрос с подвохом.

— Я твоим перевоспитанием заниматься буду, — вынесла приговор Эро-Наху Люся. — Ты будешь мой эксперимент.

— А-а… — облегченно выдохнул демон. Подсел к Люсе и соблазнительно улыбнулся. — Перевоспитание я люблю, это очень увлекательная игра, — почти промурчал он.

— Изыди! — отшатнулась Люся и сделала непонятный знак рукой. Как потом она нам объяснила — осенила себя крестным знамением. Это так у них на Терре защищаются от демонов, чертей по-ихнему.

Демон недовольно отступил.

— Что это с ней? — потребовал он опять от меня ответа.

— Эксперимент, — объяснила я то, что сама не понимала, — иди сюда и давай свою лекцию. Мне скоро надо уходить.

— К нему идешь? — с ревнивым укором требовательно спросил меня Эро-Нах.

— Эро-Нах, тебе не кажется, что тебя это не касается? — заметила я. Но, испугавшись, что с него станется и проследить, и устроить какую-нибудь сцену, заверила: — Нет, с родственником из столицы встречаюсь, давно никого не видела.

— А, ну ладно, — успокоился демон.

В то время как Люся ухохатывалась на своей койке.

— Как-как его зовут? — вытирая слезы, спросила она.

— Эро-Нах, — подсказала я.

— А-а-а-а-а… не могу-у… — снова зашлась она в громком хохоте.

Мы с демоном и Алеорой вопросительно переглянулись, и демон шепнул мне:

— Знаешь, твоя соседка какая-то странная…

— Она попаданка, Эро-Нах, — пояснила я. — Поэтому не без этого.

— Вылечится? — уточнил он.

— Куда денется, — подбодрила я. — Привыкнет.

Тут к нам постучался и заглянул гном Мегакрут. Увидев демона и хохочущую Люсю, насупился.

— Люся, пришел, чтобы отвлечь вас булочками от усердной учебы, но вижу вам и так весело.

В руках у него была корзинка всяких плюшек, и я приветливо пригласила:

— Проходите, уважаемый дир Мегакрут, мы как раз собирались пить чай.

Гном посопел, но все-таки вошел, передавая мне корзину. Между тем неодобрительно кидал взгляды на веселившуюся Люсю.

— Она над именем моим смеется, — сдал Люсю демон и незаметно покрутил у виска.

— Можно узнать ваше имя? Сам я — Мегакрут и прошу, давайте без диров, — первым представился гном.

— Эро-Нах, буде здраве, Мегакрут.

— Саба махраба, Эро-Нах, — поприветствовал по-демонски гном демона. — И что смешного? — не понял он.

Люся залилась очередным приступом смеха, а мы все укоризненно на нее посмотрели.

— Не знаю, — развел руками демон. — Но очень неприятно, — пожаловался он.

— Да ладно тебе, демон, — сдерживаясь под нашими укоризненными взглядами, сказала Люся. — Тебе, демону, все нипочем, у вас ведь ни стыда ни совести.

— Лю-юся! — предупреждающе позвала я ее. — Наш мир — это совсем не ваш мир. Так что не спеши с выводами, узнай побольше. Вот, кстати, два представителя своих рас как раз нам и расскажут, — обратилась я к демону и гному. — Мы хотели рассказать Люсе о брачных ритуалах и знаках внимания со стороны мужских особей каждой расы, чтобы она не попала впросак.

— Да, не хочу внезапно оказаться замужем, — кивнула Люся.

А я подумала, что даже знание не спасет от такой случайности. Стоит посмотреть на меня.

— Ну, у демонов все просто, — потянувшись за первой плюшкой, начал Эро-Нах. — Видишь свою женщину — волочешь ее в уголок… э-э… ну, в общем, никаких особых ритуалов нет… защелкиваешь ей ожерелье на шее — она твоя. А сам брак благословляет богиня наша Лилитана, на хвостиках у нас расцветает одинаковый узор — метка идеальной совместимости демонской пары.

Демон умильно посмотрел на свой хвост, поиграв перед нашими носами пушистой кисточкой.

— Да как же нет ритуалов? — удивилась Люся. — Ожерелье в моем мире — просто украшение. А у вас — рабский ошейник для жены.

— Но-но! — оскорбился демон. — Никто свою избранную рабой не считает.

— А кем? — заволновалась Люся.

Заволновалась она, по ходу, от шанса начать перевоспитывать демона.

— Если вы, не спрашивая ее согласия, ошейник нацепляете? Вот задаетесь вы вопросом, а хочет ли она этого?

— Конечно, хочет, — самодовольно ухмыльнулся Эро-Нах. — Даже если женщина говорит «нет», она подразумевает «да».

И он скосил на меня хитрющий глаз цвета красного дерева — красно-карий.

Мы, все три представительницы женского пола, закатили глаза.

— Да-а, тяжелая предстоит мне работа — из демона вытащить идиота, — протянула Люся.

Мы с Алеорой хихикнули, и демон, вместо того чтобы обидеться, глумливо подмигнул Люсе, что о-очень не понравилось гному, и он тут же вступил в обсуждение, перетянув внимание на себя.

— У нас, у гномов, Люся, все сурьезно и ответственно, — поглаживая окладистую медную бороду, начал он. — Мы народ основательный и к браку подходим основательно. Когда мужчина… — Тут он гордо приосанился и выпятил широкую грудь. — Решает вступить в сурьезные отношения, он должен быть к этому готов. Шоб жениться, гном должен иметь собственное жилье, куда жинку привести, шобы было; определенный доход, шоб будущую семью содержать…

— Такой подход мне нравится, — прервала его Люся, кивая.

Мегакрут довольно засиял и тоже игриво подмигнул Люсе, погладив бороду:

— У меня усе это есть, Люся.

Люся тут же придала себе строгий вид и попросила продолжать.

— А потом мы, делая предложение, дарим набор ювелирных украшений: кольцо, браслет, ожерелье и серьги с драгоценными камнями того клана, в котором состоим. Сделанное либо своими руками — ежели руки растут из нужного места и ты ювелир, либо заказанных у лучшего ювелира клана. Я принадлежу к клану гелиодоровых, наш камень, как ты догадаесся, — желто-оранжевый гелиодор. Ты тоже рыженькая, тебе очень пойдет этот камушек, — незамысловато выразил симпатию к Люсе Мегакрут.

Люся выразительно переглянулась со мной и Алеорой.

— А у оборотней, — сменила я тему, вернее, продолжила, — главное не укусить, поставив метку вот сюда.

Я показала место у основания шеи на ключице.

— Это у звериных оборотней. Он может поставить свою метку, если хочет, чтобы ты стала его избранной. Но это еще ничего не значит. Чтобы согласиться, надо укусить его в ответ. Тогда ритуал будет считаться завершенным. Ну и первая не кусай, вдруг ответит тем же. У птичьих оборотней немного по-другому, но суть та же, он тебе сделает метку под… гузкой, мм… хвостом… Пока ты не сделаешь ответную метку, ты не согласна на брак.

— Это как это? — округлила глаза Люся.

Алеора и гном тоже покосились на меня с любопытством. Нет, информация была известна, но не часто так открыто обсуждалась между необоротнями.

— Знаешь, не думаю, что ты в ближайшее время получишь метку от птичьего оборотня, — вывернулась я. — Но когда ты с таким будешь встречаться, — запнулась, поймав сердитый взгляд гнома, — то… мм… мы обсудим. Или вы с ним обсудите. Короче, тогда будет актуально, — стушевалась я под взглядами присутствующих.

— А эльфы? — оживилась Люся. — Каковы их обычаи?

И тут же смутилась и покраснела. Гном и демон подозрительно на нее покосились.

— Эльфы… тут все сложно, — вздохнула я. — Период ухаживания у них сложный и долгий. Может затянуться до ста лет.

За исключением некоторых, как, например, мой прадед. Но у него и особые обстоятельства были.

— Там такие совместные танцы вокруг да около, что нам просто не разобраться.

— Понятно, — разочарованно вздохнула Люся и получила очередной подозрительный взгляд от гнома.

Еще немного поболтав и попив чай — все плюшки в основном умяли гном с демоном на пару, — я вежливо выставила их за дверь, сославшись на то, что мне надо собираться. «К родственнику», — еще раз повторила я для встрепенувшегося демона.

— Цветочек, тебя проводить? — предложил он настойчиво.

У-у, да что ж они все такие активные-то, где не надо.

— Меня брат проводит, — вежливо отказалась я.

Демон недовольно скуксился, и пришлось ему уйти восвояси ни с чем.

Решившись все-таки объясниться с Дрейком, я надела бирюзовое платье прямого покроя с белыми кружевами — словно летняя небесная лазурь в облаках. Элегантно, в меру строго, в меру кокетливо.

Люся предложила заплести мне волосы в косу — прическу женщин с Терры, и я согласилась. Сделав мне эту «косу», она охала и ахала в восторге, мол, какая пышная коса получилась, все девчонки с Земли мне бы обзавидовались.

Я покрутилась перед зеркалом — необычно и мило. Эта коса придавала мне еще более невинный вид хорошей девочки, чем даже обычно.

Видел бы меня сейчас дракон, фыркнула я. Вот уж точно бы нарвалась на оскорбления. Так и представляю, как он с издевкой протянул бы: «Вот уж точно дуся дусей».

При этом желтые глаза бы его сверкнули, и он бы затарахтел…

Что?! Я очнулась. С чего бы он затарахтел? И почему мне захотелось услышать это возбуждающее вибрирование? Чур меня, чур, как говорит Люся.

Дрейк, как и обещал, ждал на выходе из академии. Он окинул меня взглядом с головы до ног и расплылся в широкой довольной улыбке.

— Досифея, как же вы прекрасны! Просто дух захватывает!

Он говорил с искренним восхищением, поэтому я лишь скромно улыбнулась, потупив глазки.

— Спасибо, дир Дрейк, я старалась для вас.

Дрейк счастливо сверкнул глазами и попросил:

— Досифея, давайте без диров и на ты. Мы же уже начали общаться неформально.

— Да, но мы так и остались незнакомцами, — парировала я. — Оказалось, что мы совсем ничего не знаем друг о друге. Вернее, я не знаю.

— Справедливо. — Дрейк склонил виновато голову. — Но мы это сегодня исправим.

Он подал мне руку. Я взяла его под локоть.

— Как мы договаривались в последний раз в Бекигенге, следующее место выбираю я. Я поведу вас в одно уютное столичное местечко под названием «Драконова пещера».

— А почему «драконова»? — настороженно спросила я.

— Для большей романтичности, — улыбнулся Дрейк. — Типа уединенное место.

— А-а… — многозначительно протянула я.

— Нас с Ашшуром привлекло название, он хотел посмотреть, кто и на каких основаниях примазался к драконам, но местечко нам полюбилось, милое и уютное, поэтому мы там часто бываем.

— Что ж, я доверяю вашему вкусу, Дрейк. — Я заставила себя улыбнуться.

А что мне еще оставалось делать?