ГЛАВА 31, · в которой романтическое свидание вновь оборачивается страшной сказкой

— Мм… Досифеюшка, я, конечно, польщен, что тебе так понравились шокку, но момент неподходящий…

— Конечно, неподходящий, — согласилась я. — Вот никакого уважения у тхэров к целующимся парам.

— Что? — напрягся дракон.

— Не шевелись, а то мы его спугнем. А не ты, случаем, говорил, что их тут зачистили?

— Досифея, скажи, что ты шутишь. Какое спугнем, где ты видела пугливого тхэра? Он может убить за минуту.

Дракон вскочил и оказался перед тхэром.

Ой, а что это он такой осязаемый стал?

— Тхэр, почему он такой сильный?! — поразился дракон.

Правда голос испуганным не был, что меня не порадовало. И точно:

— Не бойся, сейчас я его спалю.

— Погоди. Мне же нужно эксперимент провести, — взмолилась я.

— Какой, к тхэру, эксперимент? Это может стоить тебе жизни. Он откуда-то подпитывается магией.

Тут из-за угла показался второй тхэр, за ним и третий.

— Ну все, — взъярился дракон, разжигая в себе пламя. — Отойди немного, Фея.

— Одного-то мне оставь, — жалобно попросила я.

Дракон изверг из себя столб пламени, так что я хоть и отошла, но меня тоже опалило жаром. От тхэров осталась горстка пепла.

— Ну вот, теперь известен третий способ уничтожения тхэров — драконье пламя, — высказалась я.

— Да, — подтвердил Ашшур. — Обычным огнем их не уничтожишь, а магическим драконьим — запросто.

— Обещай мне шанс, если появится еще один. Я уже создала иллюзию камня забвения.

— Хорошо, — озираясь, сказал дракон. — Только стой позади меня, я все сам сделаю.

Поскольку он прикрывал меня плечом, выбора все равно не было, пришлось согласиться. Важен же результат эксперимента, а не процесс. Мне, во всяком случае. А некроманты пусть утрутся.

— Не нравится мне это, — процедил дракой. — Откуда они повылезали? Где-то здесь появился источник их питания. Чувствуешь, магический фон? Еще на днях его здесь не было. Новое захоронение? Пойдем посмотрим. Оставлять тебя одну здесь я боюсь. Держись за меня.

Что-то я уже начала подозревать нехорошее. Появились у меня догадки. Только бы не это! Тогда дракон меня точно убьет. Нет, не буду ему говорить. Вдруг я в кои-то веки ни в чем не виновата?

Я схватилась за дракона, он приобнял меня, развернул крылья, и мы полетели над кладбищем, приземлившись у какой-то древней могилы.

— Странно… — Ашшур как будто к чему-то прислушался. — Еще пять минут назад здесь фонило отчетливей всего, а сейчас как будто везде понемногу фонит. Из-под земли.

Тут дракон перевел на меня взгляд… ой, мамочки мои… да-а-а…

— Мне сразу каяться, да? — жалобно спросила я и на всякий случай отступила.

— Ты же у нас теперь некромант, да? — сузив глаза, опять из желтых превращающиеся в алые, вкрадчиво спросил дракон.

— Некромант, — повинилась я. — И это… магию мою распечатали. Силу то есть…

Не договорила я, приготовившись бежать.

— Стоять! Куда? — рявкнул Ашшур и, схватив, привлек к себе. — Досифея, лучше расскажи все сама, не заставляй выпытывать. Тем более скоро станет горячо. Пригнись!

Скомандовал он и дыхнул пламенем за мою спину. Ой-ой, кораллы колючие, скаты ползучие, пришла на ум поговорка океанидов. И затараторила:

— У меня дар артефакты оживлять. Мертвые. А хоронили раньше со всеми причиндалами. Вот я и подозреваю, что много славных воинов здесь со своим артефактным оружием похоронено. Ну и до кучи всего, возможно. Как тебе такая теория? А у меня дар нестабильный. Могла и оживить. Не зна-а-ю-у-у-у… — Я схватилась за голову, пока дракон метал пламя направо и налево.

Тут не только тхэры на нас налетели. Магия пробудила и других духов.

— Надо патруль вызывать, — сказал Ашшур, воспользовавшись небольшой паузой в битве. — А тебя в академию доставить. Но сначала разберусь с этой партией.

Дракон крепко прижал меня к себе, закрыв крыльями как щитом. Я зажмурилась, одним глазком подсматривая, как там идут дела у духов, с какой скоростью исчезают. Если бы мой защитник каждого запирал в камень забвения, у него за одну эту ночь их стало бы больше, чем у Рагнара. Я заметила, что одного тхэра Ашшур не уничтожает. Когда он остался последним, дракон отнял его жизнь, взяв у меня иллюзию камня, перенес дух туда.

— Все? — спросил меня дракон.

Дождавшись кивка, приказал обнять его за шею. И мы взмыли в небо.

Опустив меня на землю перед общежитием академии, дракон отстранился и долго сверлил меня суровым взглядом.

Я виновато повздыхала. Помялась, переминаясь с ноги на ногу. Повесила понуро голову. В общем, всем своим видом выразила раскаяние.

— Обними меня, Досифея — напряженно сказал дракон. — Это поможет мне унять пламя.

Он открыл мне руки для объятий. И я скользнула к нему, крепко вцепившись, будто там мне и место.

— Прости, Ашшур, — заканючила я. — Я не думала, что все так обернется…

— Как обычно, Досифея, ты ни в чем не виновата, — согласно вздохнул дракон.

Хм, что значит, как обычно? Он меня всего-то второй раз видит. Откуда такие выводы? Но я чувствовала, как напряжение понемногу отпускает дракона, и мудро промолчала.

— Все, спасибо. Теперь я себя контролирую.

Ашшур нехотя отодвинулся, впрочем, я тоже отлепилась без охоты. Дракон строго на меня посмотрел.

— Сейчас ты пойдешь, приведешь себя в порядок, примешь ванну и выпьешь успокоительное. Потом ляжешь спать. И никогда, слышишь, никогда, больше отсюда не выйдешь!

— Даже после обучения?

— Не время для шуток, Досифея! На время обучения — из академии ни ногой! Ясно? Ты и на территории академии найдешь себе приключений. Но хотя бы здесь будет кому за тобой присмотреть. Учись. Когда подчинишь свою магию, тогда пересмотрим договор. Все поняла?

Я засопела недовольно. Чего это он мной командует.

— Досифея, посмотри на меня, пожалуйста, — попросил Ашшур.

Я взглянула и замерла. Первые лучи дневного светила робко пробирались на землю в нежной утренней ласке. Они скользнули по лицу дракона. Его чешуйки и часть тату, что виднелась из-под одежды, заиграли, заискрились в игривых лучах светила, вспыхнули алым, графитовым, золотым.

— Как красиво, — залюбовалась я и потянулась к ним рукой.

Дотронулась, погладила. Раздался какой-то странный урчащий звук. И мне кажется, я его уже где-то слышала. Что это?

— Что это? Ты слышишь? — вслух спросила я.

— Нет, а ты меня услышала? — Дракон взял мою руку и поцеловал ее. Звук стал еле слышимым. — Досифея, ты опасна сейчас не только для себя, но и для окружающих. Хорошо, о себе ты не думаешь. Представим, что я бы там не появился. А ты была бы там одна. Тебе, конечно, не страшно. Ты со всеми тхэрами и духами справилась бы…

— Страшно. Не справилась бы. Мне очень повезло, что ты там оказался вовремя.

— А если бы ты там была не одна? Пошла с друзьями? И кто-нибудь из них пострадал? Ты бы это смогла пережить, Досифея? — выговорил он мне.

— Нет, — совсем понурилась я.

Да, меня отчитывали, но я это заслужила.

— Ты не хотела, не думала, не предвидела, я понимаю… — снова тяжело вздохнул дракон. — Но теперь-то ты будешь осторожной?

— Да! — искренне воскликнула я. — Все, больше никаких глупостей, я кля…

Дракон остановил меня, запечатав рот пальцем.

— Тсс, Досифея, не клянись в том, что не сможешь выполнить. Это тоже ответственность. Ты эмоциональная, взрывная, активная, любопытная живая девушка, и этим привлекаешь. Ты не должна меняться. Просто помни об ответственности и что за тебя есть кому переживать.

Дракон наклонился, коснулся губами в легком поцелуе и взмыл в небо.

Я какое-то время стояла и просто смотрела ему вслед. Когда он скрылся из глаз, нехотя побрела в общежитие. Интересно, последняя его фраза, это он о себе? Я правильно понимаю? Или нет?

Не успела я зайти в комнату, в которой меня ждала и не спала куча народа, как влетел магистр Сухариэриел и подозрительно на нас уставился. Я не успела еще ничего сказать накинувшимся на меня с вопросами ребятам. Сухариэриел обвел всех тяжелым взглядом:

— Только что пришло оповещение о тревоге, подняты все маги-стражи — на центральном кладбище зафиксирована вспышка активности тхэров и других духов. Словно взбесились. Вспомнив ваш вчерашний спор на лекции, решил уточнить. Не ваших рук дело?

Все покосились в мою сторону, я тут же быстро ответила:

— Мы к этому не причастны, магистр. Сидели здесь, никуда не отлучались.

— Да, да, да, да, да… — в один голос поддержали меня присутствующие.

Сухариэриел сощурил глаза.

— И поэтому вы все одетые и не спите?

— А вы бы хотели, чтобы мы в такой компании все были раздетыми? — удивилась я.

— Досифея! — с упреком посмотрел на меня магистр. — Почему вы все здесь и не спите?

— День рождения отмечали, — ответила я то, что первым пришло в голову. И только потом подумала, что мое вранье легко проверить, ведь даты дней рождения указаны в деле. — Люси, попаданки, — свалила я все на новую подругу и выразительно на нее посмотрела.

Она поймала мой взгляд и сразу кивнула, подтверждая. А потом посмотрела на магистра и залилась краской смущения. Ох, это проблема, врать ему она не сможет. Если он за нее возьмется, она ему все расскажет, даже пытать не надо. Хорошо еще я успела поймать ее взгляд раньше.

Но магистр бросил быстрый взгляд на попаданку и тут же отвернулся, избегая встречаться с ней взглядом. Ему не нравилось такое слепое обожание.

— Вместе с Вероникой и Глецием? — скептически уточнил магистр. — Давно ли вы стали друзьями?

— Да вот со вчерашнего дня, — врала я напропалую. — После спора и решили помириться. Все-таки из одного города, должны поддерживать друг друга. Правда? — обернулась я к «друзьям».

Те активно закивали, напуганные неясной перспективой отвечать за ночные беспорядки на кладбище, о которых они еще толком и узнать не успели.

— Мы решили, что день рождения Люси — хороший повод зарыть меч войны.

Ой, зря это сказала. Тут же вспомнила про ожившие артефакты воинов. Если магистр узнает, отчего ожили духи, то сразу все поймет.

— А отчего у вас туфли мокрые, Досифея Мибалмарр? — подозрительно спросил Сухариэриел.

— Роса, магистр, — призналась я. — Хотела Люсе букет цветов нарвать, у них принято дарить по праздникам.

— И? Где цветы? — уточнил магистр.

— Вот. — Мегакрут из-за спины вытащил букет белых милолавиц семейства хризантемовых. — Фея была так добра, что дала их мне, чтобы я вручил Люсе.

И он при всех вручил смутившейся под взглядом магистра Люсе букет, в который она зарылась пылающим лицом.

— Хорошо. А теперь расходитесь спать. До занятий осталось несколько часов. С днем рождения, — холодно кивнул Люсе сухарь-эльф и покинул комнату.

Мы вздохнули с облегчением. И только я было открыла рот, как магистр снова заглянул:

— Я что-то непонятное сказал? Расходимся. Я жду.

Народ поник и побрел на выход, бросая в мою сторону выразительные взгляды. Всем не терпелось узнать, что же произошло. Но под строгим взглядом магистра мои сокурсники покинули комнату, оставив нас втроем.

— Спать! — категорично приказал магистр. — Накладываю печать безмолвия до часа подъема.

Он закрыл дверь, а мы, возмущенно проводив его взглядом, переглянулись, открыли рот и… не смогли сказать ни слова! Вот ведь… эльф недоделанный, ругнулась я. Меня распирало желание поделиться, а девчонки смотрели на меня с мучившим их любопытством и азартом.

Люся погрозила двери кулаком и показала жестом, чтобы я попробовала написать. Я взяла самописное перо и бумагу. Начала чиркать, подумав, что мой рассказ затянется надолго, но перо вывело: «Это я тоже предусмотрел. Ничего не напишется. А то, что напишется, прочитаю я. Спать!»

У-у… хорошо хоть мысли читать не умеет. А то сейчас бы такое о себе узнал! Я показала девчонкам записку, Алеора нахмурилась, а Люся хихикнула и показала большой палец, в одобрении поднятый вверх. Вот влюбленная дурочка! Я злилась и показала подругам жестами, мол, расходимся. Мы побрели по кроватям. Я лежала и вспоминала свое ночное приключение. И главным в нем почему-то оказался восторг от встречи с драконом. Я не заметила, как заснула с улыбкой на губах.